Глава 25: Подсечка от жизни
— Залетела?!— через чур громко пищит Рита, а я прикладываю палец к губам и шикаю на неё.— Она серьёзно беременна? Блять, Софа, это конкретный пиздец.
— Знаю.— я лишь киваю, натягивая на себя тёплую кофту.— Именно поэтому мы сейчас едем к ней.
— Что мы ей скажем? Что не всё потеряно?— продолжает клокотать подруга, отковыривая гель лак с ногтей. Я легонько бью её по руке, заставляя отвлечься от вредной привычки.— Спасибо.
Сажусь на незастеленный диван и устало тру виски. За окном шумят машины, а фонари освещают постепенно темнеющую улицу. Меньше всего мне сейчас хочется куда-то ехать, но придётся, мы, как никак, подруги.
Дверь в мою комнату распахивается настежь, ручка бьётся об стену, в которой уже несколько лет виднеется вмятина. На пороге стоит улыбающийся во все зубы Гена, он выставляет правую ногу вперёд, раскинув руки в разные стороны.
— Дамы, не хотите ли вы нажраться пиццей перед тем, как лечь спать?
— Есть на ночь вредно.— хихикает Рита и кидает в него подушку.— За два часа до сна лучше не кушать, если не хочешь получить кучу проблем со здоровьем.
— Нам это не грозит.— подмигивает Гена, а Цветаева покрывается румянцем.— Ты и так красивая.
— Если вы так и продолжите обмениваться любезностями, после которых у Риты трусы мокрые, я лучше уйду.— говорю это, улыбаясь.— И, куда ты опять собрался?
— В другом районе работает пиццерия, в которой делаю охуительную «Пепперони»!— гордо заявляет он и втягивает воздух носом, представляя её запах.— Я хочу нажраться до пуза и лечь спать со спокойной душой. До утра не вытерплю, не смотри на меня так, Белка!
Белка, Белка, Белка...
Прозвище, вызывающие самые лучшие чувства и самые тёплые воспоминания.
— Мы не сможем.— отзываюсь, накидывая куртку на плечи.— Нам нужно к Бабич.— говорю тихо, чтобы Мел не слышал.— Она типа с парнем рассталась, поддержим все дела. Утром вернусь домой, мне завтра на пары.
— Ок.— соглашается Гена и, шагнув вперёд, обнимает меня, а затем, целует Риту в губы.— Пишите, если чё.
Я сую телефон в задний карман и выхожу в коридор, чтобы обуться. Мел и Хэнк играют в приставку, пока Киса лениво потягивает энергетик. Словно почувствовав мой взгляд, он обернулся. Улыбнулся и подмигнул, салютуя жестяной банкой.
Захотелось скинуть с себя эту куртку, лечь под одеяло и прижаться к его боку. Без лишних слов и разговоров, просто молчать рядом. Чувствовать длинные пальцы, играющие с моими волосами, слышать размеренное дыхание, вдыхать запах мятной жвачки, смешанной с запахом геля для душа.
Просто быть. Забыв о проблемах, переживаниях, давящих мыслях, об учёбе. Хоть на один вечер утонуть в его объятиях, не думая ни о чём.
Всё это будет завтра.
— Рита, шевели окорочками!— кричу подруге и достаю связку, оставляя её на полке в прихожей.— Мои ключи лежат дома, поэтому, будьте добры, никуда не съебывайтесь.
— Иду я!— вопит подруга, и, судя по звукам, вырывается из объятий Гены.— Можем ехать.— я смотрю на размазанную помаду, хмыкнув. Она прячет лицо в вороте куртки, густо краснея.— В такси сотру.
Потягиваюсь, возвращая конечностям способность двигаться. Руки и ноги пробивает покалывающий спазм, от чего я морщусь. За окном уже ночь, а Анжела только что уснула, изнурённая слезами и усталостью.
Хмурю брови, когда смотрю на сжавшееся в клубок тело подруги, накрытое одеялом. Убираю пряди тёмных волос, налипшие на раскрасневшееся лицо и чмокаю её в затылок. Она лишь что-то бормочет в ответ, шевеля распухшими губами.
— Я останусь с ней.— шёпотом предупреждает Цветаева, когда мы выходим из комнаты, прикрыв за собой дверь.— Едь домой, вижу же, как хочешь спать.
Киваю и обнимаю её, прикрыв глаза. От Риты пахнет духами, которые уже чуть выветрились.
— Соф,— вдруг зовёт она и я слышу нотку грусти в голосе.— Ты же знаешь, что я люблю тебя?
— Знаю.— снова киваю, хмурясь.— Ты же не хочешь признаться, что встречаешься с Геной, чтобы быть ближе ко мне?— я выдавливаю из себя усмешку.
— Ты дура, Зуева!— шипит она на меня, но улыбается.— Иди уже, там за ожидание накапало.
— И...— запинаюсь, не зная, как правильно выразить свои чувства, но они сами лезут из самых глубин сердца:— Я тоже тебя люблю, Цветочек.
Ныряю в кроссовки, накидываю капюшон на голову и вылетаю из дома Анжелы, поскальзываясь на каменном крыльце. Хватаюсь за перила, уже осторожней перебирая ногами — не хочется расквасить себе нос.
Толкаю калитку и оказываюсь в переулке, освещённом фонарями. Озираюсь по сторонам, в поисках машины, что вызвала, но её нет. Лезу в приложение, где мне высвечивается одна звезда и злостный комментарий водителя.
— Вот ты ебень!— ругаюсь себе под нос, замечая ещё и списавшиеся с карты бабки.— Заебись!
Приложение не даёт заказать ещё одну машину, поэтому не найдя ничего лучше, я иду вдоль дорогих домов, набирая Рите сообщение, с просьбой вызвать мне такси.
Не успеваю отправить, как в глаза бьет свет фар, а из окна высовывается довольная рожа Мельникова.
— Садись, довезу тебя.— предлагает он и я действительно иду к машине, понимая, что этим сэкономлю копейку, которая, возможно, пригодится мне.— На прежний адрес или съехала в другую хату?
— Мы помирились.— отзываюсь я, растекаясь на тёплом сидении.— Поэтому, да, меня туда же.
Мы выезжаем с «Рублёвки» Ситоса, сворачивая на витиеватую дорогу, ведущую в сам город, и его менее дорогие и нищенские дома. Фонарей становится всё меньше, а дальше их и вовсе нет.
Утыкаюсь лбом в прохладное окно, от моего горячего дыхания оно потеет. В этот момент двери машины блокируются и я поворачиваюсь к Севе, вскинув брови.
— Боишься, что я выпаду?— усмехаюсь, смотря на его серьёзное и сосредоточенное лицо.— Я не собираюсь выходить на ходу, ноги ломать не особо хочется.
— Боимся, что сбежишь.— сзади доносится скрипучий голос, от чего я напрягаюсь, но не поворачиваюсь.— Ну что ты, мы тебя не обидим.
Шорох — этот кто-то садится по середине, одной рукой держась за изголовье моего сиденья. По спине бегут неприятные мурашки, а за ними катится холодный пот.
— Пока едем, будет время познакомиться поближе.— я молчу, продолжая неотрывно пялиться себе в ноги. — Можем и помолчать.
Достаю телефон, но он резко выхватывает его из моих рук. Я, наконец, оборачиваюсь, мгновенно жалея, что села в эту блядскую тачку.
Передо мной сидит он.
Тот, кто должен быть мёртв.
Сын того самого Августа Львовича.
Сын человека, которого грохнул Химик, а мы помогли.
— Какого хуя?— сиплым шёпотом спрашиваю у Мельникова, переводя стеклянный взгляд.— Ты урод! Что ты, мать твою, наделал?!
Сева лишь молчит, продолжая беспрерывно смотреть на дорогу, пока к моему горлу подкатывает истерика, полная ненависти, непонимания и безысходности.
— А ты не знала?— мужчина улыбается, но это больше похоже на оскал животного, готового вгрызться мне в шею.— Севастьян уже давно работает на меня, ровно с того дня, когда вы вернулись в город.
Каждое сказанное им слово парализует моё тело. Кажется, я даже перестаю дышать.
— Твой босс убил моего папашу, за что ему, конечно, спасибо, но не самое искреннее.— он усмехается и я чувствую его дыхание у своего виска. Мерзкое, горячее, тошнотворное.— Химик забрал часть его бизнеса, которая должна принадлежать мне!— рявкает тот мне в ухо, от чего я жмурюсь.— И я не намерен это терпеть, а ты,— снова это противная улыбка.— Поможешь забрать моё.
Я вжимаюсь в кожаное сиденье, чувствуя, как сердце бьётся где-то в пятках. Не дышу, не моргаю и не двигаюсь, будто меня нет в этом ебаном мире.
Когда к моей голове прикладывают холодное дуло пистолета, хочется умереть прямо на месте...
Во что я вляпалась? Что происходит в моей жизни? С каких пор она перевернулась с ног на голову?
И главный вопрос: почему именно я..?
— У меня есть выбор?— спрашиваю сиплым от страха голосом, а по щеке бежит слеза. Одна единственная. Показатель моей слабости.
Да, я ёбаная слабачка.
— Нет.— буднично отзывается он, снова усмехнувшись.— Не поможешь — будешь искать останки своего братца по всему городу. А может быть в море, где он и его друзья притопили пару трупов.
Блять, блять, блять...
— Есть ещё вариант: оплата собственной белобрысой башкой. Пуф и нет мозгов.— его веселит мой страх, он играет со мной, как с марионеткой.
— Ты обещал, что не тронешь её.— Мельников, наконец, подаёт голос. Впервые за всю поездку.— Убери пушку от её головы.— голос угрожающий, руки сжимают руль, глаза полны злости.
— Зачем она тебе?— хохочет мужчина.— Хотя, походи, что это? Безответная любовь? Точно! Вы же когда-то были вместе, а потом расстались, ты рассказывал, да,— он будто разговаривает сам с собой, пока я смотрю на дорогу стараясь перебороть тошноту.— Этот парень плакался мне, что любит тебя и всё такое. Просил не трогать и вообще не вводить в это дело. Но, вот ужас, всё будет так, как захочу я!
Виски пробивает острая боль, затылок начинает пульсировать. Всё похоже на какой-то бред, не иначе.
— Я согласна.— хриплю, тяжело сглатывая.— Только не трогай Гену...
— Вот же молодец!— хохочет урод, но пистолет не убирает.— Прибавь газу, чё ты тащишься как черепаха!
Мельников выходит на улицу, огибает машину и открывает мне дверь, протягивая руку. Я смотрю на него глазами полными ненависти, а после, смачно харкаю в его ладонь — пусть знает, что мне ничего от него не нужно.
Пусть знает, как сильно я его презираю.
— А она с характером!— довольно восклицает мужчина и толкает меня в спину, подгоняя:— Иди и не брыкайся.
Кроссовки шаркают по дороге, поднимая столб пыли. Грудная клетка болит так сильно, будто мне сломали рёбра и вырвали душу, выбросив на свалку. Мы подходим к какому-то железному гаражу, заросшему кустами и репейником, что цепляется к одежде.
Внутри всё тёмное, мрачное, старое: потёртые кресла, перекошенный стол и тусклая лампа, свисающая с потолка, покрытого толстым слоем чёрной паутины.
Мужчина садится, взглядом приглашая меня присесть напротив, что я и делаю. За его спиной встаёт Мельников, складывая руки на груди. Такое ощущение, будто сейчас будет допрос или пытки — лучше умереть от потери крови, чем помогать двум этим уродам.
Но я не могу подставить Гену.
Только не его.
Не того, кто так дорог мне.
— Вы не против, если я закурю?— вдруг спрашивает Сева и достаёт пачку сигарет.
— Мне будет похуй, даже если ты застрелишься, гнида.— бросаю я сквозь зубы, вкладывая всю злость и желчь.
Он смотрит на меня с таким сожалением, что я готова прямо сейчас пробить ему черепную коробку голыми руками. Ненавижу. Как же я его ненавижу.
— Можно...— я запинаюсь, не зная, стоит ли спрашивать.— Могу я увидеться с Геной, перед тем, как вся эта хуйня начнётся?
Я хочу рыдать. Выть так громко и истошно, чтобы у всех полопались перепонки. Реветь до тех пор, пока сердце не остановится.
Хочу к нему...
Хотя бы на секунду...
— Мы поедем с тобой.— чеканит мужчина, поднимаясь.— Вдруг наделаешь глупостей, они нам ни к чему, сама понимаешь. Звони.— он бросает мне телефон, с уже набранным номером.
Прикладываю динамик к уху, слушая долгие, протяжные гудки.
Пожалуйста, возьми трубку.
Прошу...
— Соф, ты чё звонишь? Возле хаты стоишь? Мы ещё хаваем, прикинь, по ночам тут скидки...
Он смеётся, а я с трудом сдерживаю слёзы.
— Давай встретимся у берега, где мы прятались в яме от ментов, помнишь?— говорю быстро, чтобы не задавал лишних вопросов.— Прямо сейчас. Мы тут...— сглатываю.— С девчонками, Анжелка вроде как отошла, но не до конца. Привези мне кофту, пожалуйста, она у тебя в машине.
— Хорошо.— соглашается Гена и я сбрасываю, выдыхая.
______________________________________________
НЕ СКУПИТЕСЬ, ОСТАВЬТЕ ПАРУ ПРИЯТНЫХ СЛОВ, И НЕ ЗАБЫВАЙТЕ ПРО ГОЛОСА!❤️
Рекомендую к прочтению:
«Мы встретились слишком рано»
«Сердце твоё- камень»
«Спецвыпуски по фанфику «Сердце твоё- камень»
«Сквозь бурю| Адель и Киса| Чёрная весна»
«Одно солнце на двоих» - фф с Борей Хенкиным.
Тгк с моментами из книг, спойлерами к новым главам, эдитами, видео, зарисовками и многим другим:
|•ctk_sb•|
Тик ток: mbcr_ctk