Уйдём во мрак

Человек сидит в самом углу бара, скрывая лицо капюшоном кофты. Он наблюдает за парой, что мило кружатся вокруг друг друга.

Кулаки непроизвольно сжимаются, глаза застилает красная пелена, а внутри разрастается ненависть: холодная, жёсткая и сильная.

Кудрявый шатен обнимает девушку со спины, зарывается носом в её светлых волосах и что-то шепчет, пока та хохочет запрокинув голову. Их окутывает дымка электронных сигарет и терпкий запах алкоголя. Силуэты подсвечивает ярко-фиолетовый неон.

На месте этого придурка должен быть он.

Человек всё ещё помнит, как пахнут её волосы. Помнит, как она искренне, хоть и пьяно, улыбается. Как её руки сжимают его плечи. Как тёплые губы скользят по шее. Зелёные глаза, что смотрят с ненавистью и нежностью одновременно.

Он всё это помнит.

Это всё должно быть его.

Она должна быть рядом с ним.

Допив виски, он поднимается и следует за кудрявой макушкой, проскальзывающей между кучей людей. Музыка долбит всё тише и тише, когда они оба проходят по тускло освещённому коридору, который ведет к санузлам.

— Эй, чувак.— окликает человек, заставляя парня обернуться и выгнуть бровь.— Вы всё ещё проводите дуэли? Мне нужно...

Он не успевает договорить, как кучерявый грубо его перебивает:

— Ты чё, ебанат? Какие дуэли? Иди отсюда, угашенный.

И парень скрывается за дверью, громко хлопнув ей.

Игра начинается...

Сидя на холодном, металлическом стуле я уныло качаю ногой, рассматривая бежевые больничные стены. Здесь пахнет хлоркой и медикаментами, от чего тошнота периодически подступает к горлу. Похмелье даёт о себе знать.

— У тебя засос на шее.— шепотом говорит Анжела, наклонившись к моему уху.— Киса поставил?

— Ага, кто ж ещё.— бормочу в ответ и, открыв бутылку с минералкой, делаю несколько больших глотков.— Во сколько приём?

— В восемь тридцать.— отзывается подруга, посмотрев на дорогие наручные часы. Она нервничает, кусает губы и непрерывно перебирает шнурок от худи.— Мне страшно, Соф, а вдруг...

— "Вдруг" бывает только пук.— прыскаю, стараясь поднять ей настроение.— Ты не залетела, не накручивай себя. Только нервы зря тратишь.

— А ты?— неожиданно спрашивает она, а я лишь удивлённо поднимаю брови.— Ну, не беременна?

— Нет.— отрезаю чётко.— Мы предохраняемся. Слышала когда-нибудь о презервативах?

— Презервативы защищают не на сто процентов.

— Я на противозачаточных.— парирую в ответ.

— После них куча побочек!— слишком громко заявляет Бабич, мгновенно тушуясь:— Просто дохера.

— Лучше они, чем никому не всравшийся беби-борн. Я не кошка после течки и не мать, которая подкидывает ребёнка своему бывшему любовнику-пьянице.— говорю это и снова отпиваю из бутылки, болтая её в руках.— С уверенностью могу сказать, что я — чайлдфри. Не хочу плодить нищету, как это делают многие, надеясь на то, что бог дал зайку, даст и лужайку.

Анжела поджимает губы и отводит глаза, тяжело сглотнув. Я приобнимаю подругу, целуя её в щёку, в знак поддержки.

— Зуева, от тебя разит перегаром так, будто отец-птяница — это ты.— она, наконец, улыбается, на секунду забывая о своих проблемах, что сама себе напридумывала.— Я сама опьянела.

— А вот нехуй было записываться в самую рань.— прицокнув языком, откидываясь на неудобную спинку стула.— Я поспала всего четыре часа, всё ещё чувствую себя не до конца протрезвевшей.

— Да-а-а.— тянет Бабич.— Выглядишь ты не очень.

Я щипаю её за бок и тру уставшие глаза. От этого яркого больничного света они болят. В голове звенит колокол, когда я резко оборачиваюсь, чтобы посмотреть кто вышел из кабинета.

— Анжела Артёмовна?— спрашивает врач у меня, а я качаю головой и отодвигаюсь, демонстрируя ему сжавшуюся Бабич.— Прошу прощения.— он кивает мне и смотрит на подругу.— Пройдёмте.

Показываю ей большой палец и она шепчет «Спасибо» побледневшими губами. Дверь за ними закрывается, а я ёрзаю на стуле, стараясь усесться удобнее. Не знаю, сколько мне ещё предстоит тут просидеть, но терплю, только ради подруги.

— Вы ко мне?— рядом останавливается ещё один врач в тёмно-синем костюме.— По поводу геморроя.

— Не к вам.— бросаю безэмоционально и встаю, меня начинает мутить от его ядерного парфюма.— Вам бы подошли более мягкие ноты, после этих хочется рыгать.

Врач открывает рот, смотря на меня.

— Жена тоже так говорит...— последнее, что прилетает в спину.

Я спускаюсь вниз, толкаю дверь и выхожу на улицу. Вдыхаю прохладный воздух полной грудью, полностью выбивая запах больницы. Из ворот выезжает скорая, включив сине-красные мигалки и сирену. Зажав сигарету между губ, закрываю огонёк зажигалки от ветра, подкуриваясь.

— Извините, девушка,— зовёт какой-то мужчина и я оборачиваюсь, выдыхая через нос.— У вас не будет сигареты?

Киваю и тянусь к пачке, спрятанной в кармане джинс. Достаю её, протягивая ему.

— Моя благодарность.— он кивает, почёсывая щетину на подбородке.— А огонь есть?

Молча тяну ему зажигалку, подпаливая край. Он глубоко затягивается, рассматривая меня, будто экспонат в галерее. Зрачки нормальные, на голову накинут капюшон, а руки спрятаны в карманах тонкой куртки — она явно одета наспех и не по погоде.

— Что-то ещё?— спрашиваю прямо, насупившись.

Алкоголем и травой не пахнет, тогда какого хера он так глазеет? Вглядываюсь в его лицо, которое кажется мне смутно знакомым.

— Как вас зовут?— интересуется он буднично, будто этот диалог ему чем-то поможет.

Хмурюсь. Разговаривать с ним нет ни малейшего желания. В голове звенят колокола, а похмелье только усугубляет состояние. Я слишком раздражена и недовольна, чтобы вести светские беседы с каким-то типом, доебавшимся со сранья пораньше.

— Всего доброго.— бросаю ему безэмоционально, выкидывая бычок в урну возле входа.

Поднимаюсь по ступенькам и захожу обратно, вытерев подошву об коврик. Не надев бахилы, плюхаюсь на стоящую у стены каталку, игнорируя осуждающие взгляды бабулек из километровой очереди. Будь у меня настроение, я бы обязательно поцапалась с кем-то из них, но, увы, нарастающая боль в висках не позволяет.

Веки слипаются, а стоит мне закрыть их на секунду, как голова спадает вниз, заставляя вздрогнуть и придти в себя. Качаю ногой, рассматривая грязную подошву кроссовки. Когда-то они были идеально чистыми...

— Я тебя потеряла!— Анжела топает по холлу, всплёскивая руками.— Написала бы хоть, что спустилась, а-то я бегала по этажу как припадочная.

— Чё сказали?— игнорирую её возмущения.

— Сдала кровь, сказали, что к вечеру будет результат.— шепчет подруга отрешённо и садится рядом.— Я не могу быть беременна, Соф... Мне нельзя, понимаешь? Я хочу карьеру, работу, которая будет нравится. Но не ребёнка...

По бледным щекам катятся слёзы, сгребаю её в свои объятия, в попытках утешить. Она утыкается лицом мне в плечо, громко всхлипывая.

— Всё будет хорошо.— глажу Бабич по растрёпанным волосам, путаясь в них пальцами.— Ну всё-всё, тебе надо отдохнуть.

Анжела кивает, быстро и резко, будто пытается сбросить с себя все эмоции. Достаёт из сумочки сухие салфетки и, позабыв о рамках приличия, громко сморкается. Я корчусь, когда вижу недовольные взгляды бабулек, они сразу скольняются друг к другу, перешёптываясь.

— Что, соплей никогда не видели?!— шикаю на них громко.— Скажите спасибо, они летят в салфетку, а не на вас.

— Блять, Зуева.— Анжела закрывает лицо рукой и хватает меня, быстро утягивая за собой.— Ты как обычно.

На лицо подруги играет едва заметная улыбка, после чего я расслабляюсь.

— Отвезу тебя и поеду домой, хочу выпить успокоительное и сожрать тонну конфет.— бормочет Бабич, когда мы садимся в Киа Пиканто.

Я просыпаюсь ровно в тот момент, когда Киса заходит в комнату, вытирая мокрые волосы полотенцем. Тру лицо и потягиваюсь, высовывая одну ногу из-под тёплого одеяла.

— Сгонял за минералкой.— он кивает на бутылку, стоящую возле дивана.— Гендос греет хавчик, все уже встали, одна ты слюни по подушке размазываешь.

— Как же было хорошо, пока ты не открыл рот.— огрызаюсь я и тянусь к бутылке.— Чё готовит?

— Ты ещё спрашиваешь.— Киса закатывает глаза, плюхаюсь рядом. От него пахнет шампунем и веет теплом.— Он кроме яичницы нихуя не умеет. А, ну ещё может погреть суп.

Приглушённо посмеиваюсь, отпивая воду, газы бьют в нос, но мне всё равно. Осушаю чуть меньше половины и прикрываю глаза, борясь с головной болью.

Ваня тянет ко мне руку и, убрав прядь волос за ухо, оставляет невесомый поцелуй на виске. Сердце замирает, когда он ложится ко мне на колени, обняв за талию. Я стекленею, не зная, куда деться.

— Ты охуенная, Ириска.— вдруг шепчет он приглушённо.— Ты самая охуенная. Если бы я прожил тысячу жизней, в каждой бы хотел чтобы ты была со мной.

Задерживаю дыхание, борясь со слезами, что скопились в уголках глаз. Лёгкие ноют от недостатка кислорода, но я упорно продолжаю сглатывать ком, вставший поперёк горла.

Мои гордость и холодность дали очередную трещину.

Трещину, сквозь которую пробиваются самые тёплые чувства.

— Тебе не идёт быть милым.— мой голос похож на скрежет.

— Не выебывайся, а просто слушай.— бурчит Кислов и, повернувшись, целует мои руки, играющие в его волосах.— Смысл моих слов не меняется.

Проморгавшись, протяжно вдыхаю. Быстро целую его в губы и встаю.

— Я в душ.

Выхожу из комнаты и быстро залетаю в ванну, пока она свободна. Включаю воду, беру зубную щётку, выдавливаю на неё огромное количество пасты, чтобы убрать кислый вкус пива, что я глушила прошлым вечером, шлефуя его коктейлями.

От воспоминания о колличестве выпитого алкоголя меня снова мутит. Морщусь от боли, когда заряжаю щёткой по истертой до крови десне. Сплёвываю и умываюсь холодной водой, хлопая себя по лицу.

Гляжу в зеркало, наконец, вижу человека, а не воскресшего из мёртвых зомби. Убираю волосы в хвост, чтобы не мешались и открываю дверь.

— Сука, Хенкалина, подвинься!— верещит Ваня с кухни.— Чё ты расселся как барин ебаный.

На кухне я появляюсь потягиваясь и, выхватив кружку с чаем из рук Риты, быстро целую её в щёку, чтобы она не возмущалась. Толкаю Гену бедром, на что он лишь улыбается, перекладывая завтрак в тарелку, которую сразу же протягивает мне. На белке нарисована улыбка из кетчупа, а желтки заменяют глаза.

— Спасибо.— говорю мягко, но хрипло.

— Ешь давай.— командует он, доставая вилку.— Перегар свой хоть перебьёшь.

Закатываю глаза, но всё же отламываю кусочек, отправляя его в рот. Жую быстро и жадно, ведь голод не тётка, ждать не будет.

— Присаживайся,— Мел хочет уступить мне место за столом, на что я лишь качаю головой, усаживаясь на подоконник.— Как скажешь.

Старая кухня наполнена их голосами и смехом — тут я понимаю, как давно мне не было настолько хорошо. Киса с Борей толкают друг друга локтями, Гена и Рита переглядываются, обмениваясь немым диалогом и нежнейшими улыбками, а Егор читает нотации о том, что разговаривает во время приёма пищи вредно.

Я чувствую идиллию.

Они — моя семья, немного ненормальные и, порою, противные, но мои.

Отодвинув пустую тарелку, вытираю рот рукой, на пальцах остаются жирные следы от масла. Промокнув их влажным полотенцем, открываю форточку, впуская свежий воздух.

— Где сигареты?— бубню, рыская по подоконнику, заваленному вещами.— Здесь всегда лежали мои сиги, где они?!— Боря отводит глаза и отворачивается, всем видом показывая, что не при делах.— Хенкин, я же тебя как облупленного знаю, можешь не отворачиваться.

— Соф, это не я.— он поднимает руки и строит обиженную рожицу, выпучив нижнюю губу.— Как ты вообще могла так подумать?!

— Ой, столько лет дружим, а пиздеть всё никак не научился.— прыскает Гена, мгновенно получая осуждающий взгляд друга.— Возьми мои, в куртке должны быть.

Хлопаю по карманам, нахожу то, что искала и блаженно втягиваю запах табака носом. Из моей комнаты доносится писк телефона.

— Ща принесу.— отзывается Цветаева, вскакивая. Её футболка чуть задирается, но Гена сразу же одёргивает её, прикрывая бёдра.

Только тушу спичку и делаю первую затяжку, как подруга забегает обратно, протягивая мне телефон. На экране высвечивается номер Бабич и я беру трубку не раздумывая.

— Софа-а,— воет Анжела в трубку, а я убавляю звук, чтобы никто её не слышал.— Я...— она тяжело сглатывает, всхлипнув.— Я беременна...
______________________________________________

НЕ СКУПИТЕСЬ, ОСТАВЬТЕ ПАРУ ПРИЯТНЫХ СЛОВ, И НЕ ЗАБЫВАЙТЕ ПРО ГОЛОСА!❤️

Рекомендую к прочтению:

«Мы встретились слишком рано»

«Сердце твоё- камень»

«Спецвыпуски по фанфику «Сердце твоё- камень»

«Сквозь бурю| Адель и Киса| Чёрная весна»

«Одно солнце на двоих» — фф с Борей Хенкиным.

Тгк с моментами из книг, спойлерами к новым главам, эдитами, видео, зарисовками и многим другим:

|•ctk_sb•|

Тик ток: mbcr_ctk