2 глава
Но не навсегда
______________________________________
Машина остановилась перед массивными воротами. Холодное стекло, металлические прутья, камерная тишина. Никакой таблички, никакого приветствия — только система, бетон и ощущение, что тебя уже стерегут.
Дом возвышался над ними, словно монумент чужой власти. Серый фасад, прямые линии, острые углы. Он не приглашал. Он приказывал. И у Авроры от этого холода сводило грудную клетку.
Пэйтон вышел первым. Как всегда — первым. Медленно, уверенно, даже слишком. Не оглянулся, не подал руки. Он знал, что она последует. Потому что выбора у неё больше не было.
Она вышла из машины, чувствуя, как внутренне сжимается. Каждый шаг — как через вату. Тело подчинялось, но душа уже кричала.
Они вошли в дом.
Хлопок дверей за спиной — не звук, а приговор. Просторный холл. Высокие потолки. Безупречно вычищенные поверхности. Ни одного ковра, ни одной мягкой ткани. Камень. Стекло. Сталь.
Аврора ощущала, как сердце бьётся где-то у горла.
Она в этом доме — как в капкане.
— Здесь ты будешь жить, — ровно сказал Пэйтон. Его голос отскакивал от стен, будто имел право звучать здесь. — Последняя дверь слева. Надеюсь, ты не склонна бродить без спроса.
— А ты где? — её голос прозвучал глухо. Не вопрос, а обречённость.
Он ухмыльнулся.
— Всегда рядом. В этом доме у тебя нет укрытий, Аврора. Привыкай.
Он развернулся и пошёл вглубь. Она осталась на месте. Стены давили. Пол под ногами был ледяным. Даже воздух — как будто фильтрованный, чужой.
Она поднялась по лестнице, не чувствуя пальцев. Её комната была просторной, выверенной. Безликой. Белые стены, чёрный шкаф, мраморный пол. Окна — от потолка до пола, но за ними — ничего, кроме холода.
В углу стоял её чемодан.
На прикроватной тумбе — папка. Ни приветствия, ни записки. Только папка.Расписание её завтрашнего дня.
"Всё, что ты делаешь — под его взглядом. Каждое движение — часть спектакля. Ты — актриса. Он — режиссёр. Ты — невеста, но без права на любовь."
Она зажала лицо руками. Пальцы дрожали. В груди — тугая боль, которую нельзя было выдохнуть. Хотелось кричать, но даже голос предал.
Прошлое хлынуло на неё, как ледяная вода.
_____________________________________
В тот вечер она была на грани. Тоска по свободе, по возможности быть собой, по тишине, в которой её не будут ни видеть, ни осуждать. Всё это она ощущала в момент, когда шагала через идеально вычищенные каменные дорожки дворца, по-другому — не назвать дом Пэйтона. Он был замкнут, бездушен и холоден, как и сам хозяин.
Её семья и его семья были партнёрами по бизнесу. Родители хотели, чтобы она и Пэйтон «поработали» над своей дружбой, хотя бы для вида. Но ей было это противно. Всё, что ей хотелось — просто уйти. Они не могли быть друзьями, а тем более — близкими. Все эти усилия казались пустыми.
На этой вечеринке, как всегда, было полно людей, которых она не знала и не желала знать. Вино лилось рекой, смех был громким и неискренним, а сама атмосфера была такой, что она чувствовала, как её собственная душа начинает выцветать.
Пэйтон всегда был в центре внимания, как и все они, но сегодня что-то изменилось. Он был не просто знакомым или другом её семьи. Он был чуждым, холодным человеком, с которым она больше не могла скрывать своих чувств.
Возможно, она ошиблась, решив немного расслабиться. Но когда она вдруг оказалась наедине с ним в огромной гостиной, всё стало иначе.
— Ты опять здесь, Аврора? — его голос был таким же равнодушным, как и его взгляд. Его глаза даже не пытались скрыть насмешку. Он мог бы и не говорить, достаточно было одного взгляда.
— И что? — Она чувствовала, как её голос слегка дрожал, но не могла остановиться.
— Ты думала, что никто не заметит твоё отвратительное лицо, твою тупую попытку быть интересной? — Он стоял рядом с ней, загородив путь. Его слова не были шуткой. Это было нечто большее — унижение. Он наслаждался этим.
— Ты не имеешь права... — Аврора попыталась остановить себя, но что-то внутри неё рвалось. Она была просто на грани.
Он перебил её, подойдя ещё ближе, и тут его губы, наконец, произнесли самые разрушительные слова, которые она когда-либо слышала:
— Знаешь, что самое забавное, Аврора? — он усмехнулся. — Ты, наверное, думаешь, что кто-то в этой комнате интересуется твоим мнением, твоими чувствами. Ты просто предмет для развлекухи. Такая, как все. Тебя никто не ждал. Ты пришла сюда только потому, что твои родители запихнули тебя сюда. Ты не имеешь значения, ты всегда будешь просто чьей-то тенью. И как бы ты ни пыталась, ты всё равно будешь оставаться ничем.
Аврора почувствовала, как сердце её сжалось. Боль была настолько резкой, что она едва могла дышать. Это было хуже, чем слова. Он смотрел на неё с таким презрением, будто бы всё её существование было ошибкой. А её собственное отражение в его глазах заставляло её ненавидеть себя.
Она встала в полную стойку, несмотря на внутреннюю боль, и попыталась уйти. Но он не дал. Его рука вдруг захватила её запястье, силой притянув к себе.
— Куда ты? — его голос стал зловещим, и это был тот момент, когда она поняла, что теперь не может уйти. Вокруг были люди, но ни один из них не заметил. Все видели, но никто не вмешивался. Это было её позорное молчание, его игра.
— Отпусти! — её голос стал пронзительным, но Пэйтон лишь сжал её запястье крепче. Все вокруг будто притихли, но не настолько, чтобы помочь ей. Он был королём этой игры.
Он посмотрел на неё холодными глазами. Она уже не пыталась вырваться. Она стояла, ощущая, как её собственная гордость рвётся от его слов.
— Ты думала, что можешь быть больше, чем просто одна из них, правда? — он говорил тихо, но каждый его акцент был как удар по её лицу. — Ты ничего не значишь, Аврора. Ты здесь просто для развлечения. И не верь, что кто-то будет с тобой по-настоящему. Ты будешь такой же пустой оболочкой, как и все остальные. Ты ничем не лучше.
В этот момент она поняла, что он уже победил. Её мечты о том, чтобы быть значимой для кого-то, растаяли, как дым. Он был прав, она была просто тенью. Её жизнь, её чувства — ничего не значили.
Пэйтон снова отпустил её руку, но он был так близко, что её тело всё ещё дрожало от напряжения.
— Сильно ошибаешься, если думаешь, что тебе что-то светит, — его голос стал мягким, но едким. Он осмотрел её, как предмет. Он ощущал свою власть над ней.
Аврора не могла больше стоять. Она сделала шаг назад, а потом развернулась и побежала. Она не могла смотреть ему в лицо больше. Он сделал её ничтожеством, и никто не вмешался. Все просто стояли и смотрели.
______________________________________
Стук в дверь.
Аврора вздрогнула.
— Одевайся, — прозвучал его голос. — Через тридцать минут спускайся.
— Я не... — она не успела договорить. Он уже ушёл.
Она стояла в центре комнаты, как выброшенная на холод. Сброшенная в его мир.
Тишина была громче любого крика.
Через двадцать пять минут она спустилась.
Он уже ждал внизу — в тёмном пиджаке, с часами на запястье, с лицом, не выражающим ничего.
Он бросил взгляд.
— В следующий раз предупреждай, если решишь опоздать.
— Ты же знаешь, что я здесь не по своей воле, — прошептала она.
— А кто заставлял подписывать контракт?
Он шагнул ближе.
— Или тебе просто нравится драматизировать? Думаешь, это добавляет шарма?
Она сжала губы. Он провёл пальцами по её щеке.
— Такая хрупкая. Такая ломкая. Но всё ещё стоишь. Жаль, это ненадолго.
— Я не твоя кукла.
— Нет. Но ты — моя обязанность. А я всегда довожу начатое до конца.
Он направился к двери.
— Ужин через час. Надень что-нибудь приличное.
Она не ответила. Осталась в холле. В одиночестве.
Этот дом будто ел её изнутри.
Она поднялась по ступеням, чувствуя, как тяжелеет каждый шаг.
«Ты дала согласие. Ты знала, куда идёшь. Но никто не предупредил, что будет так больно.»
Она подошла к окну. За стеклом — сумерки. Сигналы машин. Жизнь — где-то там. Не здесь.
Её отражение в стекле — бледное, потухшее.
И его отражение — на лестнице. Он смотрел на неё. Молча. Без выражения.
Она не обернулась.
Только прошептала:
— До боли твоя, Пэйтон… но не навсегда.
И в этом было не обещание. А клятва.
______________________________________
Жду вашего мнения!