1 глава
Молчаливая сделка
______________________________________
Кабинет был слишком тихим, слишком роскошным — и слишком чужим. Аврора сидела в кожаном кресле, спина выпрямлена до невозможности. Даже дыхание давалось с трудом — оно казалось слишком громким в этой гробовой тишине.
Вокруг — массивные шкафы из тёмного дерева, книги в золотых переплётах, огромный портрет на стене, где мужчина в костюме смотрел с укором, словно лично осуждал её за присутствие здесь. За слабость. За выбор.
На столе лежала толстая папка. Бумаги внутри пахли чернилами, которые уже начали впитываться в волокна. Контракт. Брачный контракт. Всё было заранее оформлено — словно она не человек, а деловая часть слияния компаний.
«Я — подпись. Пункт в соглашении. Графа между условиями.»
Аврора сдерживалась. Только внутреннее напряжение не давало рухнуть.
Она держалась, потому что должна. Потому что мать — единственный человек, кого она любила по-настоящему — нуждалась в помощи. А помощи без цены не бывает.
И цена сегодня — это она сама.
Три месяца назад мать впервые упала в обморок прямо в бутике. Затем был диагноз. Он звучал, как хрип в тишине: «Редкая форма опухоли. Лечение возможно. Но… дорого».
Сеть магазинов, которую мать выстраивала двадцать лет, трещала по швам. Инвесторы уходили. Долги росли.
И тогда один звонок перевернул всё.
— Они готовы инвестировать, — сказала мама, не поднимая взгляда. — Но есть условие. Личная договорённость. Старый союз. Старинная дружба… Пэйтон Мурмаер.
Это имя прозвучало, как выстрел.
«Он. Только не он.»
В детстве Аврора и Пэйтон часто сталкивались — при встречах семей, на мероприятиях. Он был холодным даже в десять. Отстранённым. Слишком взрослым.
Когда-то он сказал ей: «Ты не из тех, кто доживёт до вершины. Ты слишком шумная».
Она тогда ударила его книжкой по плечу. Он не моргнул. Только усмехнулся.
Теперь он — её будущее.
Дверь в кабинет открылась. Она не повернулась сразу.
Он вошёл спокойно, уверенно, как человек, привыкший входить туда, где уже всё решено.
Пэйтон Мурмаер был безупречен в чёрном костюме, белой рубашке, безупречно зачесанные волосы и стальной взгляд.
Он прошёл мимо неё, будто её не существовало, и опустился на кресло напротив.
Только после этого их взгляды пересеклись.
Его глаза не дрогнули. Она не отвела взгляд.
«Не покажу слабость. Не позволю ему видеть боль.»
— Мисс Вепстер, — произнёс кто-то сбоку. Юрист. Он разложил бумаги на столе. — Мы начнём, как только вы оба ознакомитесь с последней правкой.
— Мне достаточно заголовка, — отрезал Пэйтон.
Он взял ручку и поставил подпись, не раздумывая.
Она наблюдала за этим движением, будто он перечёркивал её имя. Её личность.
Теперь — её очередь.
Ручка лежала на столе. Слишком тяжёлая. Словно знала, какое решение ей предстоит зафиксировать.
Мама сказала:
— Он тебя не тронет. Это всё — формальность. Ты останешься свободной. Через год — развод. А пока мы спасём всё, что строили.
«Через год… смогу ли я быть собой через год?»
Она взяла ручку. Подпись дрожала, но вышла аккуратной.
Когда она подняла голову — Пэйтон всё ещё смотрел на неё.
Как будто изучал.
Как будто ждал.
— Поздравляю, — произнёс юрист. — С сегодняшнего дня вы муж и жена.
Уголки губ Пэйтона дрогнули. Ни намёка на радость. Только сдержанная, ледяная вежливость.
— Мы закончили? — спросил он.
— Почти. Аврора должна переехать сегодня. Все условия оговорены в контракте.
Пэйтон встал.
— Тогда ждём тебя в доме к девяти. Не опаздывай.
И вышел.
Просто ушёл, не сказав ни слова больше.
Как будто и не было её согласия, её сломанных решений.
Как будто она — пустое место. Графа в документе.
Когда он исчез, Аврора позволила себе вдохнуть глубже. Только тогда она поняла, насколько сковало грудь.
Она чувствовала, как внутри всё сопротивляется.
Но было поздно.
«Теперь я — его. По документам. По фамилии. По праву.»
Не по любви. Никогда.