в классе с Хёнджином.
Минхо, сидевший чуть поодаль, буквально застыл с недоеденной булочкой в руке, наблюдая за этой сценой. Его глаза расширились, а челюсть чуть не отвисла.
— Чего… это вообще было?.. — пробормотал он, оборачиваясь к Сынмину и Хану.
Сынмин тоже выглядел так, будто увидел призрака. Он медленно моргнул, пытаясь прийти в себя:
— Он… он реально это сделал? — Сынмин недоверчиво хмыкнул, прикрывая рот рукой. — Я думал, он просто хотел поиграться, но это… это что-то слишком личное…
Хан, который обычно был самым спокойным, едва не уронил телефон.
— Это же Хёнджин! — выдохнул он, ошеломлённо смотря на своих друзей. — Он же обычно только дразнит… А тут… он реально почти поцеловал его, чёрт возьми!
Минхо потряс головой, пытаясь прогнать этот образ из головы.
— Да он просто играет, не воспринимай всерьёз, — сказал он, хотя и сам звучал неуверенно. — Но, блин, как он это делает так естественно?..
Сынмин сглотнул, его взгляд метался между Хёнджином и Феликсом:
— Этот новичок совсем не понимает, во что ввязывается, — пробормотал он, чувствуя лёгкое беспокойство. — Хёнджин может с ним сделать всё, что угодно…
А Хан нервно потер затылок, глядя на Феликса, который всё ещё краснел и не мог прийти в себя:
— Надо за этим следить… вдруг он правда сломает его.
Минхо кивнул, его взгляд стал серьёзнее:
— Да… Иначе мы потом просто не соберём этого бедолагу обратно.
Все трое переглянулись, а в глазах у них читалась смесь любопытства, тревоги и шока. Они знали, что Хёнджин редко увлекается чем-то надолго — но что-то в его взгляде сейчас казалось им особенно опасным.
После урока наступила длинная перемена. Феликс аккуратно нёс чашку с кофе, стараясь не пролить, но судьба решила сыграть с ним злую шутку — кофе внезапно вылил на рубашку, и он резко остановился, смущённо смотря на пятно, которое быстро расползалось.
— Чёрт, — пробормотал он, стараясь не паниковать.
Хёнджин, который стоял рядом с друзьями, тут же заметил происшествие. Без лишних слов он схватил Феликса за руку и повлёк за собой в сторону пустой комнаты, пропуская мимо удивлённые взгляды Минхо, Сынмина и Хана.
— Пошли, — сухо сказал Хёнджин, закрывая дверь за ними.
В комнате было тихо и полумрачно. Феликс ощутил, как сердце бешено колотится — рядом с ним такой хищник, и вот они вдвоём здесь, словно наедине с тайной, которой нельзя делиться.
— Дай-ка, — скомандовал Хёнджин, уже снимая свою куртку, чтобы накрыть её на пол, а затем аккуратно начал помогать Феликсу снять мокрую рубашку. Его пальцы были уверенными и немного холодными, но прикосновения заставляли тело Феликса чуть трепетать.
— Не думал, что ты такой беспомощный, — ухмыльнулся Хёнджин, глядя прямо в глаза Феликсу. — Или ты просто хочешь, чтобы я тебя спасал?
Феликс покраснел и чуть опустил взгляд, чувствуя, как внутри всё разгорается — от смущения и от чего-то более глубокого.
— Я... я просто не хотел опозориться, — тихо прошептал он.
Хёнджин медленно приблизился, почти касаясь губами его уха:
— Опозориться? С тобой? Никогда.
Он провёл губами вдоль шеи Феликса, заставляя того вздрогнуть, и их глаза встретились снова — горячие, тёмные, полные обещаний.
— Знаешь, я могу многое сделать, чтобы тебе было лучше, — сказал Хёнджин, вплотную прижимаясь к нему. — Но ты должен довериться мне.
В этот момент из-за двери послышались приглушённые голоса и тихий смех — Минхо, Сынмин и Хан, которые, не отрывая глаз от закрытой двери, не могли поверить в то, что только что увидели или, возможно, даже слышали.
— Ты видел это? — прошептал Минхо, широко раскрывая глаза.
— Да, — ответил Сынмин, словно не веря себе. — Он реально влез в это дело по самые уши.
— Надо как-то предупредить Феликса... — нервно сказал Хан, пощёлкивая пальцами.
Их глаза всё ещё были прикованы к двери, а внутри за ней происходило нечто, что могло перевернуть всё, что они знали о Хёнджине и Феликсе.
Феликс стоял, чуть прижавшись к стене, дрожащие пальцы отчаянно пытались отодвинуть Хёнджина. Сердце колотилось так, что казалось, оно вырвется наружу.
— Хёнджин… — прошептал он, голос дрожал, и взгляд метался между его глазами и дверью. — П-пожалуйста, отпусти меня…
Но Хёнджин только ухмыльнулся. Он прижал руку к его шее — не сильно, но достаточно, чтобы Феликс почувствовал слабость и лёгкий жар под кожей. Он наклонился так близко, что его губы почти касались уха Феликса, и шепнул:
— Ты такой милый, когда дрожишь, знаешь? — его голос был бархатным, почти ласковым, но от него шёл холодок, от которого мурашки бежали по коже.
Он чуть сильнее сжал его шею, чувствуя, как дыхание Феликса сбилось.
— Не бойся, я же обещал тебе помогать, — усмехнулся он, но взгляд его был хищным. — Может, ты и правда хочешь, чтобы я тебя спасал?..
Он снова приблизился, и на секунду Феликсу показалось, что Хёнджин собирается поцеловать его. Но вместо этого Хёнджин провёл пальцами по его подбородку, медленно отпуская.
— Расслабься, малыш. В следующий раз попробуй не проливать на себя кофе, ладно? — хрипло сказал он, бросая на него лукавый взгляд. — Или тебе нравится, когда я тебя раздеваю?
Он бросил короткий смешок и, не оборачиваясь, вышел из комнаты, оставляя Феликса с дрожащими руками и раскрасневшимися щеками.
Феликс закрыл глаза, чувствуя, как внутри всё сжалось от страха, смущения и чего-то нового, незнакомого…
В коридоре, возле спортзала, друзья Хёнджина — Минхо, Сынмин и Хан — переглядывались с удивлением и беспокойством. Они только что видели, как он вытащил Феликса в пустую комнату и потом вышел с таким видом, будто ничего не случилось.
Минхо первым нарушил молчание:
— Хёнджин, что это было? Ты правда его так… схватил? Это уже перебор.
Сынмин нахмурился:
— Блин, ты видел, как он испугался? У него руки тряслись. Ты уверен, что это нормально?
Хан слегка прищурился, внимательно глядя на Хёнджина:
— Чувак, ты перегибаешь палку. Он же новенький, он тебе и так доверяет, а ты... — он развёл руками.
Хёнджин лишь рассмеялся, откинувшись на стену и заложив руки за голову.
— Да расслабьтесь вы, — он ухмыльнулся, глаза блестели дерзко. — Это просто игра. Интереснее ведь так, когда он думает, что может мне доверять.
Минхо только покачал головой, в голосе слышалось раздражение:
— Ты реально издеваешься над ним?
— Ну да, — спокойно пожал плечами Хёнджин, не теряя своей ледяной улыбки. — Мне нравится смотреть, как он краснеет, как его сердце бьётся быстрее. Это… весело.
Хан вздохнул, но больше ничего не сказал. Атмосфера между ними стала напряжённой — даже Сынмин отвёл взгляд.
Хёнджин всё ещё улыбался.
— Ребят, не парьтесь. Я всё контролирую, он влюбится, а потом… — он сделал жест рукой, будто ломал что-то пополам. — Скучно же просто так, согласны?
Минхо только вздохнул:
— Ты неисправим, Хёнджин…
И Хёнджин вновь рассмеялся — громко, искренне, как будто всё происходящее было для него лишь забавным спектаклем.