Глава 48. "Разве я все это время плохо к тебе относился?"
Глава 48. "Разве я все это время плохо к тебе относился?"
Хань Вэньчэн видел эту картину снова и снова: солдаты Цинь Шихуанди разрушают его город, убивают людей, глумятся над женщинами, грабят дома. Искаженные болью лица его родителей, пронзенные мечом противника. Мир рухнул, жизнь больше никогда не будет прежней.
Хань Вэньчэн никак не мог избавиться от запаха крови и лязга мечей, не оставляющих его в покое. Ему казалось, что голова сейчас разорвется на части.
- Хватит! Хватит, прошу тебя! - закричал он. Из носа и ушей молодого мужчины пошла кровь. Тан Цзы убрал пальцы от его головы.
- Прости, Вэньчэн, кажется, я перестарался.
Он подал Хань Вэньчэну платок, которым тот начал вытирать стекающую по лицу кровь.
- Я больше не хочу погружаться в эти воспоминания, учитель!
Тан Цзы похлопал его по плечу.
- Разве ты не живёшь ради того, чтобы отомстить? - спросил он.- Лишь только воспоминания о причиненной боли сделают тебя сильнее. Ты подпитываешься темной ци ненависти и жажды убийства, и сможешь завершить свою месть.
Небесно-голубой халат Хань Вэньчэна был заляпан кровью. Молодой мужчина продолжал держать возле носа платок.
- Сколько ещё осталось? - посмотрел на него Тан Цзы из-под маски.
- Около двух тысяч, - проговорил Хань Вэньчэн. Казалось, что под маской мужчина улыбается.
- Медленно, но верно мы идём к своей цели.
- Кто-то хочет меня убить... - посмотрел на него Хань Вэньчэн. - Несколько раз на мою жизнь было совершено покушение.
Мужчина, сохраняя идеальное спокойствие, снова похлопал его по плечу.
- Не бойся, никто не сможет причинить тебе серьезный вред. Занимайся своей работой, практикуй все, чему я тебя учил, а я, время от времени, буду подпитывать тебя темной ци. И вскоре мы должны успешно завершить наше дело.
- Да, учитель.
- Ступай, отдохни. Сегодня я действительно перестарался.
После того, как Хань Вэньчэн ушел, Тан Цзы, напевая какую-то песенку, достал из сумки маску из человеческой кожи. Наконец, он получил то, что хотел, и мог избавиться от маски, которую сейчас носил на лице. Маску из человеческой кожи он содрал с какого-то красивого парня. Он долго искал донора для своей будущей маски. Тан Цзы периодически менял маски, чтобы его никто не мог распознать. Никто никогда не видел его настоящего лица.
Мужчина отшвырнул в сторону маску, которую носил в данный момент, и надел маску из человеческой кожи. Маска нежно облепила его лицо, будто кожа была его собственная - не отличить! Через некоторое время он поменяет ее, одно и то же лицо не должно задерживаться надолго. После этого, Тан Цзы довольно развалился на кушетке. Он увидел на полу каплю крови Хань Вэньчэна и проговорил:
- Мой самый драгоценный нефрит.
Под полной луной шли двое, державшиеся за руки.
- Инь Чэ?
- Чего?
- А какой твой настоящий облик?
- А какой захочешь, такой и будет, - усмехнулся демон. - Может быть, такой, как сейчас, или облик старика, ребенка, женщины? Какой облик тебе по нраву, Цзиньян?
- Такой, как сейчас, - тихо ответил мужчина. Неожиданно, демон прижал его к стволу огромного дерева когтистыми лапами. Ничего не говоря, он молча полез целоваться.
Полная луна качалась в облаках, лес шумел, Ли Цзиньян чувствовал силу огромного дерева, к которому его прижал Инь Чэ. Поцелуи опьяняли и отбирали разум. В следующий момент, когда Ли Цзиньян открыл глаза, он увидел, что целуется... с самим собой! С криком, молодой мужчина отпрянул в сторону. Демон расхохотался, приняв свой прежний облик.
- Для чего ты так шутишь? - возмутился Ли Цзиньян.
- Потому что это весело! - ответил Инь Чэ.
- Когда ты ушел прошлым утром, мне было совсем невесело.
- Цзиньян, у меня горел лес, в котором живут звери, птицы и неупокоившиеся души умерших, я что, должен был им всем позволить погибнуть по-твоему?
Словно в подтверждении его слов закричала ночная птица, а из темноты уставились сотни зелёных глаз-огоньков.
- Что, страшно? - усмехнулся демон, глядя на него.
- Ничего подобного, - ответил Ли Цзиньян, хотя на самом деле ему действительно стало жутко.
- Ты не представляешь, сколько этой ночью вылезло нечисти! Но пока ты рядом со мной, с тобой ничего не случится, - заверил его демон.
- Инь Чэ, я готов навсегда остаться с тобой, - проговорил Ли Цзиньян.
- Так и будет, - ответил Инь Чэ, - ведь если к тебе прицепился демон, то от него тебе уже вряд ли получится избавиться, - он разразился хохотом и существа, выглядывающие из темноты, также захихикали, вторя ему. Неожиданно, Инь Чэ прекратил смеяться и посмотрел на Ли Цзиньяна. Его глаза фосфорились в темноте, как у дикой кошки.
- Ты же сам хотел этого, сам призывал меня в своих мыслях?
- Да я и сейчас хочу!
Что-то из темноты вырвалось и стремительно полетело в сторону Ли Цзиньяна. Инь Чэ молниеносно закрыл молодого мужчину собой, расставив в стороны руки.
- Прочь! На место! - и существо покатилось обратно в темноту, будто растворились во мраке.
- Они пока не признают тебя, - сказал Инь Чэ. - Быть может, гулять здесь в луну голодных духов была не самая лучшая идея, - демон на мгновение прищурился, будто бы ему на ум пришла какая-то мысль.- Цзиньян, а не хотел бы ты прогуляться со мною по городу?
- Куда скажешь, - ответил Ли Цзиньян, помешанный на этом демоне. Инь Чэ крепко схватил его за руку когтистыми пальцами и перед глазами все поплыло. Ли Цзиньян ничего не понимал, у него сильно закружилась голова. Они будто перемещались в пространстве. Когда молодой мужчина очнулся, он сидел на земле. Место было незнакомым, вокруг ходили люди. Что-то слегка сдавливало шею: ошейник! На его шею был надет ошейник, к которому пристегивалась цепь, намотанная на руку демона. Ли Цзиньян не поверил своим глазам:
- Инь Чэ, что это?
- Как что, цепь? - ухмыльнулся демон. - Не видишь что ли? Тебе нравится, Цзиньян? Кажется, мы поменялись ролями.
- Почему ты так поступаешь со мной?! - разгневался молодой мужчина. - Разве я все это время плохо к тебе относился?
Инь Чэ внимательно смотрел на него с ехидной улыбкой, подперев подбородок когтистой рукой.
- Так а я разве плохо отношусь к тебе, Цзиньян? Сейчас мы пойдем на аукцион и я продам тебя там. Посмотрим, сколько за тебя дадут.
Инь Чэ дёрнул за конец цепи.