Глава 34.
ЧОНГУК
Слышал, что Чхве уехал в середине второй тренировки. Меня на ней не было. Я заживо сгораю изнутри, забравшись с ногами на подоконник у окна на последнем, пустующем в вечернее время этаже нашего Дворца.
Подтянув к себе колени, прислоняюсь виском к холодному стеклу. У меня сердце лопнет сейчас. В момент, когда Лиса ушла, в нём произошёл ядерный взрыв, и ледяной нарост, к которому я так привык, разлетелся в клочья. Тяжёлые глыбы врезаются мне в лёгкие сосуды, мышцы, кости. Жизненно важный орган в любую секунду разорвёт, разметает на ошмётки. Меня всего непрерывно перемалывает в кашу. Будто грудную клетку разворотило, вывернуло наружу, а в лёгких не осталось ни грамма воздуха, и сделать новый вдох у меня не получается.
«Она ушла», - пульсирует в висках.
Ушла...
Ничего не объяснив. Не пытаясь оправдаться. Красиво, гордо. И моё сердце уже не принадлежит только мне. Оно на грани своих возможностей рвётся по её маршруту.
Это выбор? Её чёртов выбор?! Уйти к нему?
Я никак не могу уложить это в своей голове. У меня, сука, ничего не получается! Это же моя... Моя, мать его, Улыбашка! Откуда эта ложь между нами? Почему не сказала про пацана с фото? Сложно? Не определилась?
Чёрт! Какой бред...
Как остановить эти химические реакции в моих венах? Я ещё никогда не впадал в такой неадекват. Меня опять неконтролируемо встряхивает. По телу проходит волна озноба, скрежет собственных зубов раздаётся где-то в голове.
Чёртов телефон вибрирует. Приподняв задницу, достаю разбитый аппарат из заднего кармана. Вижу, что пришло сообщение, но от кого именно, прочитать не выходит. Паутина трещин забивает имя абонента. Царапнув пальцем, открываю. Стараясь не смотреть на фотки, включаю голосовое:
«Бросила тебя дочка тренера. Ай-яй, Гук». — Смеётся Дахён. — «Ушла, кстати, красиво. Я видела. Может, я и дура, как ты говорил, зато мстить умею на «отлично». Наслаждайся!»
Хорошо подготовилась, дрянь! Уничтожу!
Но позже. На неё сейчас не хватает эмоций, они все направлены в меня, продолжая выворачивать наизнанку внутренности.
— Какого хрена, косячишь ты, а трясёт мою девушку?! — Чимин резко сдёргивает меня с подоконника и толкает на стену.
Вся команда тоже здесь. Тэхён, Хосок, Юнги, Намджун. Суровые, напряжённые лица, смотрят исподлобья.
— Пусти, Пак, — вяло дёргаю плечом.
Мне должно быть больно, но внутри всё гораздо хуже, поэтому физически я сейчас практически не чувствую.
Чимин оттаскивает меня от стены. Ударом под дых лишает возможности сделать вдох. Оказывается сзади. Фиксирует в захвате, аккуратно прижав предплечьем кадык. Я могу выйти из этого захвата при помощи ног, но не делаю этого. Завалимся на бетонный пол, он разобьёт башку.
Позволяю Паку увести себя на наш этаж в тренировочный зал. Парни остаются снаружи. Тэхён плотно закрывает за нами дверь и встаёт к ней спиной.
Чимин молча кивает мне на ринг. Выходим без перчаток. Он приглашающе машет мне пальцами, вставая совсем не в боксёрскую стойку. Нападаю, уворачивается, снова вызывает. Повторяем. И так по кругу. Выматывающий танец, столкновения тел, уклоны, отскоки. Больше не ударяя, не пытаясь друг друга покалечить. Друг просто помогает выпустить часть пламени, что сейчас заживо меня сжигает.
Мокрые оба. Дышим тяжело, глядя друг другу в глаза.
— Всё? — Хрипло спрашивает Пак. Киваю, встряхивая потной головой. — Тогда рассказывай.
— Нет. Это мой личный трындец.
— Твой личный он был, пока ты Дахён трахал. Лиса - дочь Чхве. Я тебя предупреждал, за неё своими руками лицо разобью. И ещё за нервы Розэ добавлю.
— При чём тут твоя Розэ? — Присаживаюсь на корточки в центре ринга.
— При том, что у твоей девушки охрененная подруга. Узнала, что Лалиса в беде. Через соц.сети нашла Дженни, твоя Лиса ей про неё рассказывала. Повезло, что Дженни быстро ответила. Она же передала всё моей Розэ. А Розэ была здесь и примчалась ко Чхве, сообщить новость о том, что его недавно приобретённая дочь вот-вот сделает аборт!
Его слова как ещё один удар под дых. Я не могу понять - почему. Это ведь реально может быть не мой ребёнок! Но, сука, в этом моменте вся моя логика опять ломается, и я просто ложусь спиной на маты, чтобы дышать.
— Убей меня, Пак.
— Нихрена, Чон! — Он садится рядом. — Все пацаны видят, как тебя кроет уже сутки. Мы не лезли, дали тебе в этом повариться. Походу, зря. Чхве как-то говорил, что умение вовремя попросить о помощи решает пятьдесят процентов проблемы. Рассказывай.
— Как думаешь, он успел доехать? — Поворачиваю к нему голову.
— Не знаю. Вряд ли Чхве сейчас будет в состоянии ответить. Какого хрена ты допустил эту ситуацию, Гук? Это же твоя девочка! Ты же любишь её!
Шарю по карманам. Телефона нет. Потерял, наверное, пока мы месились в коридоре.
— Твоя труба у меня, — от дверей подходит Тэхён. Забирается к нам, отдаёт мне мобильник.
Открываю мессенджер, кое-как заморочившись, отправляю серию фотографий Чимину. Он смотрит, взъерошивает ладонью свои волосы.
— Кто это? — Хмурится Ким, заглядывая в экран через плечо Пака.
— Я теперь и сам не знаю, парни... — Провожу ладонями по лицу.
— Чёрт, меня бы тоже вклинило после такого. Красивая подборка получилась. И все фотки в даты, когда нас не было в зоне доступа, — хмыкает Тэхён.
Пак долго молчит, глядя в экран.
— Чимин, ты тут? — Зову его.
— Свои ощущения вспоминаю... — Усмехается он. — Моему отцу категорически не нравилась детдомовская девочка Розэ, и он скинул мне целый компромат на неё. Очень грамотно составленный. Хрен подкопаешься! И там не только фоточки, Гук. Там были официальные бумаги с печатями, подписями.
— А ты? — Сажусь, согнув ноги в коленях, и поворачиваю голову к другу.
— А у меня тоже не сложилось, — тихо смеётся Чимин, — потому что моя девочка не могла так поступить. Она бы не стала лгать об... о таком, — цедит он сквозь зубы, — но я всё равно сначала малость накосячил, а потом пошёл разговаривать. Да, открываться очень трудно. Непривычно. Но нам обоим это было нужно. Я её терять оказался не готов и поэтому начал с себя. Вывернулся перед ней наизнанку. Розэ сделала для меня тоже самое в ответ, потому что я оказался важен и нужен. Как тебе исправлять всё, я даже не представляю. Если бы Розэ залетела... — Мечтательно лыбится.
Поднимаюсь на ноги. Протягиваю руку парням. Тэхён пожимает первым. Чимин цепляется за мою ладонь, подтягиваю его на себя, чтобы тоже поднялся.
— Спасибо, парни. Я поеду, — выбираюсь с ринга.
— Куда? — Летит в спину от Пака.
— Пока не знаю, — признаюсь друзьям.
Накинув куртку, выхожу на парковку. Потное тело тут же насквозь прошибает холодом. Поёжившись, запрыгиваю в машину и долго сижу в темноте, глядя перед собой. Веду пальцами по рулю, в памяти всплывает наш секс в этой тачке на её день рождения. Кошусь на пустое пассажирское сиденье рядом. Вспоминаю те чёртовы таблетки, про которые мы с ней забыли.
Меня вообще с ней всё время отключало. И было тепло. И секс перестал быть просто сексом. Он превратился в горячее, вкусное занятие любовью. Я понял разницу.
Здесь всегда вкусно пахло после того, как она уходила.
Перебираюсь на пассажирское. Закрываю глаза и пытаюсь поймать остатки этого запаха. Трусь затылком о подголовник. Перед глазами вырисовывается её испуганный образ. Тест этот в руке.
Беременная... Аборт...
Сажусь за руль. Завожу свою Шелби и еду самоубиваться.
Поднимаюсь на этаж. Не раздумывая, стучу в дверь. Каждый щелчок замка бьёт по нервам. Мне открывает сам Чхве Сехун. Сжимает кулаки так, что вены на его руках и шее вздуваются. Втягивает в себя воздух побелевшими ноздрями и, не сказав ни слова, захлопывает передо мной дверь.