31 глава
***
Влад
Машина уехала, оставляя после себя только газовые выхлопы. Мэри еле как успокоилась, и мы посадили ее в машину к маме. Она специально взяла выходной, чтобы отвезти дочь в клинику. Все-таки тетя Ира была хорошей матерью. Она знала, что дочь просто так не дастся. Мэри ненавидела всех этих мозгоправов, и у нее был триггер на психиатрические больницы. Она их просто ненавидела. В детстве наслушалась от знакомой рассказов и теперь у нее появилась жуткая фобия.
Дождь закончился. Правда, я даже не заметил, как он начался. Все произошло очень быстро. Я успел только увести маму Мэри от них, пока они с Сашей обнимались. Я отвел тетю Иру к ее машине, уверив, что Мэри поедет лечиться, а когда вернулся, подруга уже сидела на асфальте, сверху на ней была куртка, а рядом сидела Ангелина, и они шептались о чем-то, что было известно лишь им одним. Услышал я лишь фразу «Я прошу, не дай мне наложить на себя руки». Я даже не был в шоке. Я знал, что подругу терзают эти мысли после расставания с Сашей. Она хотела, но не могла.
Сердце щемило от жалости к подруге. Даже не знаю, как она еще в школу пришла. Мне просто хотелось спрятать ее ото всех. Закрыть дома и не выпускать в жестокий мир. Мне казалось, что она не заслужила этого.
Я любил Мэри как человека и подругу. Она была неотъемлемой частью моей жизни. Я вырос таким именно благодаря тем, кто был рядом. Я перенимал их поведение, черты характера и вот сейчас я стоял здесь такой, каким я стал. Мы все состоим из частичек своего прошлого, настоящего, нашего опыта. Я был соткан из маленьких ниточек чувств Ренаты и всех прочих, что были со мной рядом, когда я рос. И даже сейчас я недостаточно вырос, чтобы понять весь масштаб проблемы, что случился в голове у подруги. Она и сама не понимает.
Нам, черт возьми, по семнадцать! Что будет дальше? У Мэри останется травма на всю жизнь, а вот что будет со мной? С Сашей? С Ангелиной? Покажет только время.
Я всегда верил фразе «время лечит». Оно вылечит и Мэри. И Сашу. Я верю в это.
Толпа школьников, собравшихся посмотреть на зрелище, уже разошлась, поняв, что шоу не будет. Ангелина стояла рядом со мной и смотрела вслед уезжающей машине. Меня ломало. Все больше и больше хотелось прикоснуться к девушке. Взять за руку. Обнять. Поцеловать...
Ангел обернулась ко мне. Я тут же посмотрел в ответ. Сколько же в ее глазах было нежности. А когда девушка улыбнулась, я был готов вообще на все. На все подвиги мира. Да хоть найти воду на Марсе, лишь бы эта улыбка всегда принадлежала мне.
В моем сердце поселилась любовь. Спокойная, но в то же время сподвигающая на различные поступки. Кровь не вскипала, внутри не образовывался пожар, как это было раньше. Тогда я был влюблен, но именно сейчас я понял: я люблю Ангелину. Это не влюбленность, которая ураганом сносит все внутренности, а кровь начинает двигаться в другом направлении, стоит тебе только увидеть ее. Нет, это уже самая настоящая любовь. От нее веет спокойствием и комфортом. И ты понимаешь – ты хочешь связать жизнь именно с ней. Именно с ней просыпаться в постели. Именно с ней завтракать по утрам. Именно ее обнимать, приходя с работы. И чтобы именно она носила твоего ребенка под сердцем.
Я даже не знал, как мне описать те чувства, что я испытывал к Ангелине. Если раньше у меня бешено бился пульс, когда она стояла рядом со мной, то теперь я просто хотел обнять ее и никогда не отпускать.
Моя девочка была для меня самой лучшей. Я знал, что в ней есть изъяны, но она была мне нужна именно такая, какая есть. Со всей своей любовью к вымышленным персонажам, пьющими родителями и огромным-преогромным сердцем. Именно она. Моя Ангелина. И никто больше.
Не сдержавшись, я заправил прядь, что упала ей на лицо, за ухо. Ангелина отвела глаза, смущаясь, но останавливать не стала. Сколько же наслаждения я получал, прикасаясь к девушке. Я мечтал об этом со дня нашего расставания. Просто коснуться ее. Хотя бы на секунду. Мимолетом. А сейчас я задержал руку на ее волосах, пытаясь хоть как-то продлить минуты удовольствия. Я не знал, что она ко мне чувствовала. Что ощущала, о чем думала? Девушка просто смотрела в пол, пока я пронзал ее взглядом. Мы наслаждались этой тишиной между нами. Мы наслаждались шансом побыть просто рядом. Но, видимо, наше время закончилось.
— Ангелина, — внезапно вырос из-за спины девушки уже порядком надоевший мне Илья. Господи, он еще не ушел?
Девушка вздрогнула, услышав – я уверен – ненавистный голос. Я с разочарованием убрал руку с ее волос. Как же мне сейчас хотелось слиться с ней в одно целое. А еще мне сейчас хотелось, чтобы этого Илью сбил грузовик.
— Ты все правильно сделал. — Прошептала Ангелина.
В ее голосе было столько нежности. Я понял – чувства не погасли даже после расставания. Девушка чувствовала тоже, что и я. Мне очень хотелось в это верить.
— Спасибо, Ангел. За Мэри и... за все. Спасибо.
Я люблю тебя
Я шептал ей благодарности так, чтобы слышали только мы. Я смотрел в ее голубые глаза и снова утонул. Мы забыли про гребаного Илью и просто смотрели друг другу в глаза. Но наш Илюша, которого к моему великому сожалению до сих пор не сбил грузовик, оказался нетерпеливым парнем:
— Ангелина, нас ждут. Идем.
Он подошел, взял мою девочку за руку и повел куда-то. А я, не думая о том, что делаю, взял Ангелину за другую руку. И вот, девушка стояла меж двух огней. Я не давал ему забрать ее.
Илья остановился и посмотрел на меня. В его глазах разрасталось пламя. Но вот только он был не в курсе, что случается, если пламя одолеет меня.
Я даже вспыхнуть не успел, как Ангелина схватила меня за запястье руки, которой я держал ее и прошептала:
— Влад, не надо.
Этих трех слов хватило, чтобы я отпустил. Я был не в силах спорить с любимой. Никогда. У меня даже рот не открывался в ее сторону. И Ангелина об этом прекрасно знала. И чудесно этим пользовалась. Я становился марионеткой в ее руках. Я делал все, что она захочет, стоит ей только сказать.
И они ушли. Ангелина забрала свой рюкзак у Борисова и пошла первая, а вот Илья остановил взгляд на мне, а потом, хмыкнув, пошел следом за девушкой.
Немного взбешенным я пошел в противоположную сторону, к себе домой. На половине пути в кармане завибрировал телефон. На экране высветилось «РЕНАТА».
— Алло?
— Привет. Как ты? — заботливо поинтересовалась сестра. Она редко звонила мне после уроков просто так.
— Нормально. Что-то случилось?
— Звоню, чтобы сказать, что сегодня ты снова сможешь быть со своей любимой.
Меня словно током пронзило. Я аж остановился. Сегодня? Она же не шутит?
— Влад? Ты тут?
— Да, я здесь. Ты задумала что-то плохое?
Сестра усмехнулась. Я продолжал стоять посреди улицы, разговаривая с сестрой по телефону. А внутри закрадывался червячок тревоги. За сестру и девушку.
— Нет, тут скорее твой отец задумал кое-что плохое. Я же обещала разобраться? От тебя требуется только не мешать. Лучше всего запрись в комнате и выключи телефон.
Я опешил. Что происходит? Опять что-то незаконное?
— Рената, что происходит? Опять какой-то криминал?
— Нет, Влад, это нужно, чтобы тебя никто не отвлекал. И тебе могут в любой момент позвонить с угрозами. Просто чтобы запугать. Влад, я тебе потом все расскажу, просто сделай, как я попросила, ладно?
И я согласился. Тревога в груди росла с геометрической прогрессии. Но я все же сделал, как попросила сестра. Раз она просит, значит все действительно серьезно.
Я довеял сестре. Но все же, когда пришел домой, то первым делом подлетел к Дерилу. Это был один из немногих моментов, когда я разговаривал с ним нормально. И эти моменты можно было сосчитать по пальцам одной руки. Дерил сам был в шоке, что я первый с ним заговорил, да еще и без наезда:
— Дерил, ты что-нибудь знаешь про план Ренаты?
Мужчина посмотрел на меня глазами, размером с орбиту. Я вообще почти никогда с ним не разговаривал, а тут...
— В каком смысле? — с английским акцентом спросил мужчина.
— Ну, по поводу там Ангелины, папы? — тревожно быстро спрашивал я. Даже Дерил забеспокоился, — Ты не знаешь?
— Влад, она делает все правильно. Не мешай ей.
Я стиснул зубы. Спасибо хоть на том, что он не наврал мне.
— Ладно. Спасибо, — выдал я, сам от себя не ожидая.
Дерил странно на меня посмотрел. А когда я уже уходил, то увидел улыбку на его лице. Даже у меня какое-то удовлетворение появилось. Именно сейчас я впервые не увидел перед собой убийцу. А простого мужчину, которого любит сестра.
***
Рената
Передо мной сидела красивая и хорошо сохранившаяся в свои сорок с лишним женщина. В ее руках была чашка с кофе, а в глазах виднелась напряженность. Ей стоило больших сил прийти и поговорить со мной.
Инесса пришла ко мне в ресторан за двадцать минут до обеда и представилась женой моего отца. Я даже опешила. Женщина выглядела статно, дорого и никак не на сорок. На ней было белое дорогое пальто, а на голове платок. Волосы белыми локонами струились по ее плечам. Инессу я видела впервые и понятия не имела, что ей от меня нужно.
Когда у меня начался обед, я присела за столик, где женщина меня ждала. Она выглядела дорого. Сидела и пила из чашки кофе, дожидаясь меня. Я переодела униформу ресторана и подсела к ней. Она тут же убрала чашку и посмотрела на меня. Оценивала.
— Рената же, да?
— Да. А вы? — невозмутимо говорила я.
— Меня Инесса зовут. Как я уже говорила, я жена твоего отца. Ну, точнее мы находимся на стадии развода.
Я прищурила глаза. Что же нужно жене моего отца, с которым она находится на стадии развода? Если она сейчас начнет мне говорить, как ей жаль, я выставлю ее за дверь.
— Ближе к делу.
— В общем, я развожусь с Толей. После того, как он побывал у вас, то просто с катушек слетел. Что-то постоянно задумывал, потом этот внезапный переезд и я не выдержала, когда он ударил меня. Взяла дочь – сын не согласился ехать – и уехала к маме.
— Вы мне пожаловаться решили? — грубо оборвала я с абсолютно безразличным видом
Мне было ужасающе плевать на жизнь женщины, что забрала у меня из семьи отца. Пусть хоть папа ее убьет, мне будет фиолетово на него и нее.
Передо мной сидела женщина, которая была причастна к разрушению моего детства. Я ничего не чувствовала. Если рядом с папой я чувствовала жалость к себе и отвращение к нему, то рядом с Инессой я не чувствовала ровным счетом ничего. Ноль эмоций. Словно я разговаривала с незнакомым человеком. Вообще, так и было, но косвенно я ее знала.
Я не видела смысла быть вежливой с женщиной. Она, можно сказать, разрушила мне жизнь и семью. Я имела право грубить ей. И если она сейчас попросит помощи – я точно откажу.
— Нет, конечно, нет. Ну, так вот, — женщина тяжело вздохнула, — когда я подала на развод, Толя... мягко говоря, стал бредить. Илья говорил, что он что-то задумал насчет Влада. Говорил себе под нос что-то про месть, про Влада. Ну в общем, мне Илья сказал, что сегодня что-то случится. Потому что Толя попросил привести эту, как ее, — женщина задумалась, вспоминая имя, — Ангелину! Ну, так вот, я знаю, что она – девка твоего братишки. Хочешь ее спасти – работай со мной.
Я хмыкнула. Эта женщина мне уже порядком надоела. Слишком много пафоса. Что ей от меня надо? Про Ангелину я знаю и без нее, а вот остальная информация мне вообще не нужна. Прожила бы как-нибудь без нее.
— Что ты хочешь от меня? — перешла я на «ты».
— Мне нужно посадить твоего отца так, чтобы Илья не узнал, что я к этому причастна. Мне нельзя терять авторитет в глазах сына.
— С чего ты решила, что я стану тебе помогать? — усмехнулась я.
Молча, Инесса достала из сумки толстый конверт, от которого я рассмеялась. Серьезно? Деньги?
— Думаешь, я нуждаюсь в деньгах?
— Два таких конверта, — наседала она.
Улыбка не сходила с моего лица. Я наклонилась к женщине и тихим голосом, полным ярости и ехидства сказала:
— Этими деньгами ты можешь только подтереться в туалете. Я не стану тебе помогать. Я просто засажу отца и его сыночка. И мне насрать, что ты там хочешь. Мне насрать на всю вашу жалкую семейку. Я посажу всех, кто хоть как-то замешан в деле с Ангелиной. И твоего бедного Илюшу в первую очередь, — я выпрямилась и откинулась на спинку стула, сказав напоследок: — свободна.
Женщина задыхалась от возмущения. Кажется, я первая, кто не повелась на ее деньги.
Какая жалость.
У меня был хороший план. Сразу, после того, как Инесса ушла, я позвонила Владу. Сказала, чтобы он выключил телефон и заперся дома. Он может сорвать мне весь план.
Папочка меня недооценил. Подумал, что он самый умный. Именно поэтому и проиграл.