Избранная

На следующий день Кэлли сидела на полу рядом с Минхо, прислонившись спиной к стене. Её взгляд был прикован к центру комнаты, где Хорхе безжалостно избивал Маркуса, выбивая из него ответы.

Каждый удар отдавался глухим звуком в стенах полуразрушенного дома. Маркус задыхался, сплёвывал кровь, но молчал, стиснув зубы. Хорхе не терпел этого. Он знал, что тот знает, где искать Правую Руку.

Минхо сидел рядом с Кэлли, молча наблюдая за происходящим. Его лицо оставалось непроницаемым, но напряжённые плечи выдавали его злость.

Тем временем Кэлли то и дело украдкой бросала взгляды на Бренду. Теперь, когда Томас и она наконец воссоединились с группой, всё снова казалось неполным.

Бренда стояла чуть в стороне, скрестив руки на груди. В её глазах читалось что-то тёмное, что-то, что Кэлли не могла понять. Она не доверяла этой девушке… но и не могла отвести от неё взгляда.

Кэлли почувствовала, как тяжело ей становится дышать, когда мысли снова вернулись к тому, что её ждёт. Кто она, чтобы не доверять Бренде? Она сама была предательницей, и это знала каждый, кто хотя бы немного знал её. Но чем больше она об этом думала, тем более отчаянно пыталась отогнать эти мысли. Потому что это было слишком тяжело — осознавать, что она предаст глейдеров, что её долг перед ПОРОКом обязательно возьмёт верх.

Вместо того чтобы снова погрузиться в эту бездну, она перевела взгляд на Терезу, сидящую рядом с Томасом. Томас только что проснулся после того, как потерял сознание, и теперь медленно приходил в себя, держа голову руками, как будто не знал, где он и что произошло. Тереза была рядом, неотрывно смотря на него, её глаза полны заботы, но в них была и скрытая тревога.

Кэлли заметила, как она ловко скрывает свои эмоции, как её лицо становится твёрдым, когда она обращается к Томасу. Тереза была готова защищать его, как всегда, но Кэлли не могла избавиться от мысли, что за этой защитой скрывается нечто большее, что-то, что она сама не могла бы понять. Что-то тёмное, скрытое под поверхностью.

Но что-то внутри заставило Кэлли снова поверить, что это не её дело. Она не могла предсказать, как это всё закончится.

Кэлли сидела, слушая мерзкую болтовню Маркуса, его слова скользили по воздуху, вызывая у неё внутреннее отвращение. Он говорил о том, как сдаёт иммунов ПОРОКу, когда те напиваются на его вечеринке. Она скривилась, не в силах скрыть отвращение, но продолжала слушать. Эти слова не могли оставить её равнодушной, хотя она и пыталась держать свои мысли в узде. Она могла представить, как легко он передаёт тех, кому может быть выгодно это, как легко он сам превратился в своего рода предателя.

Но вдруг всё изменилось.

Хорхе, который до этого наблюдал за всем происходящим, резко пнул Маркуса в грудь. Вся комната сотряслась от удара, и Маркус отлетел назад, падая на стул, который скрипя и ломаясь, упал вместе с ним. Резкий звук удара заставил Кэлли вздрогнуть.

Маркус лежал на полу, задыхаясь, явно ошарашенный, но его слова не остановились. Он всё ещё пытался что-то говорить, но Хорхе не дал ему продолжить. Он наклонился к нему, его взгляд был полон ярости.

— Говори, где оно! — рявкнул Хорхе, не позволяя ему встать.

Маркус кашлянул, но, судя по выражению его лица, было видно, что он понял, что теперь ему не выбраться. Он быстро проговорил адрес, слабым голосом, словно выдавливая слова из себя.

Когда он закончил, Хорхе кивнул, его лицо не выражало радости, но было удовлетворено. Он отступил назад, а Кэлли, почувствовав, как напряжение спадает, всё-таки не могла избавиться от того странного ощущения, что всё это — лишь начало чего-то более тёмного и опасного.

Но адрес был получен. И теперь оставалось только одно: идти туда.

Кэлли сидела, наблюдая, как Хорхе задумчиво смотрел на Маркуса, при этом его глаза блеснули хитрой искоркой, будто он уже продумал всё до мелочей. Но проблема оставалась — как они доберутся до этого адреса? Дороги были небезопасны, а у глейдеров не было достаточно транспорта, чтобы быстро добраться до нужного места.

И тут, как будто читая её мысли, Хорхе сказал:

— Мы заберём тачку Маркуса.

Кэлли мгновенно поняла, о чём он. Вся ситуация сразу прояснилась. Эта машина могла быть именно тем, что им нужно. Скорость, скрытность, возможность быстро покинуть это место — всё сходилось. Хорхе явно не собирался терять ни минуты.

Она перекинулась взглядом с Ньютом, который всё это время сидел рядом, поглощённый своими мыслями. Он уже задавал вопросы, пытаясь понять, как они будут двигаться дальше, и сейчас его глаза встретились с её глазами. В них было столько вопросов, столько сомнений, но что-то в них подсказывало ей, что он согласен с решением Хорхе.

Кэлли не знала, что думать об этом плане. Всё казалось слишком рискованным, но она понимала, что у них нет другого выбора. Слова Маркуса про Правую Руку не давали ей покоя, а теперь оставалось только одно — действовать.

*****

Кэлли вытащила голову через окно машины, чувствуя, как холодный ветер обдувает её лицо. Её волосы развевались на ветру, и на мгновение она снова почувствовала себя свободной. Не той, кто притворяется, не той, кто скрывает свои истинные намерения, а просто девушкой, которая может делать, что захочет. Ведь сейчас, в этом моменте, она не была частью ПОРОКа, не была предателем — она была собой.

Скорость машины только усиливала ощущение свободы. Они забрали тачку Маркуса и теперь мчались в горы, туда, где был адрес, который они получили. Кэлли наслаждалась каждым мгновением этого пути, забывая обо всех заботах и страхах, которые её преследовали.

Но, как бы она ни старалась расслабиться, её беспокойство не исчезало.

Рядом с ней сидел Арис, крепко держал её за плечо, чтобы она не вываливалась из окна. Он был всегда таким — защищающий, но сдержанный. Она могла бы злиться на него за его заботу, но в этот момент была благодарна. Это напоминало ей, что у неё всё ещё есть друзья, хоть и в этом грязном и опасном мире.

Возле Ариста сидела Бренда, её молчаливая фигура, которая не проявляла особого интереса к происходящему. Но Кэлли заметила, как её глаза быстро скользят по дороге, всегда настороже. Бренда не была такой, как другие. Она не искала лёгких путей и не доверяла никому, кроме себя.

Когда они приближались к горным дорогам, Кэлли снова почувствовала, как сердце забилось быстрее. Эти горы не обещали ничего хорошего, но всё равно… часть её хотела продолжить этот путь.