Непосвященная

Мир вокруг плыл, как в густом тумане, а магия, что бурлила во мне, пульсировала под кожей, словно второе сердце. Каждая клетка моего тела гудeла, напряжённая, переполненная чем-то новым, диким, необузданным.
А передо мной стоял Карион — само воплощение тьмы.
И его голос...
Он ласкал меня, проникал под кожу, заставлял трепетать.
— Успокой меня... — прошептал он, и в этих словах было столько боли, столько напряжения, будто он из последних сил сдерживал бурю внутри.
Я медленно развернулась к нему, шаг за шагом сокращая расстояние. Сердце колотилось, но не от страха — от предвкушения, от жажды прикоснуться, ощутить его.
Прильнув к его груди, вдохнула знакомый запах , что-то неуловимо его. Поднялась на цыпочки, провела губами по его губам — сначала легко, едва касаясь, затем глубже, настойчивее, растягивая удовольствие.
— Всё хорошо, Карион... — прошептала я ему в губы, чувствуя, как он вздрагивает от моего голоса. — Здесь все свои... Тебе не нужно защищать меня... Попробуй расслабиться...
Он замер.
Медленно моргнул.
Раз.
Два.
Затем — глубокий вдох, будто он впервые за долгое время позволил себе дышать полной грудью.
И тени, что рвались наружу, тянулись к углам комнаты, словно живые щупальца, послушно начали втягиваться обратно. Сначала его, потом — мои.
Мы стояли друг перед другом, дышали в унисон, тяжело, размеренно.
Я чувствовала, как магия внутри меня успокаивается, перестаёт жечь, перестаёт бурлить, находит своё русло.
Улыбнувшись я потянулась к его щеке, провела ладонью по колючей щетине. Его кожа горела под моими пальцами, а в глазах — столько бури, столько... облегчения.
— Ты такой красивый... — прошептала я.
Карион вдруг широко раскрыл глаза, удивлённо посмотрел на меня — и расслабился. Плечи опустились, напряжение ушло, тени окончательно скрылись.
Мы забыли, где находимся.
Забыли про Арона, про магов, про весь мир.
Были только он, я и этот момент — тихий, наш.
Пока...
— Карион! Мира!
Голос Арона врезался в нашу идиллию, резкий, напряжённый.
Я обернулась.
Арон сидел за столом, нервно барабанил пальцами по дереву, а его взгляд был полон ожидания, тревоги и чего-то ещё...
Может, даже зависти?

Я сжала руку Кариона, ощущая, как его пальцы автоматически переплелись с моими — крепко, будто боясь отпустить. Мы шагнули вперёд, приближаясь к магам, и с каждым шагом тьма под ногами слегка колыхалась, словно живая.
Ваалал осторожно подошёл, его глаза — обычно такие уверенные — теперь смотрели с опаской. Он поднял руку, но замер, не решаясь прикоснуться без разрешения.
— Вы позволите?
Карион кивнул, его взгляд был твёрдым, но я почувствовала, как его ладонь слегка дрогнула в моей.
Маг коснулся сначала Кариона.
Всего на мгновение.
И тут же резко отпрянул, зажмурившись, замотал головой из стороны в сторону, словно пытаясь стряхнуть с себя что-то.
— Чёрт... — вырвалось у него.
Затем он осторожно протянул руку ко мне.
Всего одно прикосновение.
И его глаза — такие проницательные — вдруг расширились, зрачки дрогнули, губы приоткрылись в немом изумлении.
— Магия... — прошептал он, словно боясь спугнуть. — Она переполняет ваши тела...
Он отступил на шаг, провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями.
— Я не думал, что когда-нибудь... увижу... смогу ощутить... такой сильный всплеск сил.
Его взгляд скользнул по теням, что лениво вились у наших ног.
— Эти тени... Вы оба можете управлять мраком. Он слушается вас... защищает... — Голос его дрогнул. — Это... удивительно.
— Но вам нужно много обучаться... тренироваться... — добавил он серьёзно, впервые за вечер звуча строго. — Иначе тьма внутри вас... может взять верх.
Мы с Карионом переглянулись.
И улыбнулись.
Потому что только мы чувствовали это.
Не просто магию, переполняющую каждого из нас.
А то, как она соединяет нас воедино.
Как пульсирует в такт, как дышит вместе с нами, как смешивается, сливается, становится чем-то большим.
Чем-то... нашим.
— Карион, друг...
Арон подошёл ближе, его обычно насмешливый взгляд теперь был серьёзным, глубоким.
— Я такого ещё не видел...
Он покачал головой, лёгкая улыбка тронула его губы.
— Но зрелище... и вправду захватывающее... В какой-то момент... мне даже стало страшно.
Карион наконец полностью расслабился.
Глубокий вдох.
Выдох.
Тени окончательно успокоились.
— Ну что? — повернулся он к Арону, и в его голосе снова появились знакомые нотки решимости. — Приступим к перемещению?
Арон кивнул в знаку согласия, его глаза загорелись тем особым живым блеском, который появлялся, когда он говорил о магии. Он сделал шаг вперед, расставив руки в поясняющем жесте, и начал объяснять, будто раскрывал перед нами древний секрет.
— Значит так, — его голос звучал четко, будто отчеканивая каждое слово, — чтобы переместиться, сначала нужно сосредоточить внутри себя поток энергии.
Он сжал ладонь в кулак, словно ловил невидимую нить, а затем медленно разжал пальцы, показывая, как энергия должна течь.
— Представь, будто ты тянешь за один конец веревки, а другой её конец мысленно направляешь туда, куда хочешь попасть.
Его руки разошлись в стороны, изображая натяжение, а взгляд стал пристальным, будто он видел эту самую невидимую нить.
— Как только определился с направлением... мысленно потяни за веревку. Словно делаешь огромный прыжок.
Арон глубоко вдохнул, грудь его поднялась, а глаза на мгновение закрылись — он сам будто готовился к прыжку.
— И в этот момент... толкай свою магию в это место.
Карион нахмурился, его брови сошлись, а губы сжались в недоверчивой гримасе.
— Звучит... неоднозначно.
Аксель, до этого молча наблюдавший, сложил руки перед собой в замок, и на его губах появилась та самая улыбка, которая говорила: "Я знал, что ты так скажешь".
— Если хочешь более подробно... — его голос был мягким, но в нем чувствовалась непоколебимая уверенность знающего человека, — то объясню я.
Он сделал паузу, будто собираясь с мыслями, а затем начал говорить, и каждое его слово было наполнено глубиной, словно он читал древний трактат.
— Каждый из нас... состоит из мельчайших частиц энергии. Как и всё вокруг.
Его пальцы разомкнулись, и в воздухе между ладонями вспыхнули крошечные искры — словно он держал в руках саму материю.
— Эльфы, чья магия достигает определенного уровня... могут контролировать не только окружающую среду, но и своё тело на тонком уровне.
Искры слились в тонкую сверкающую нить, извивающуюся между его пальцами.
— Поэтому... соединяясь на мгновение со всем миром... и расщепляя своё тело на мельчайшие части...
Нить вспыхнула ярче и рассыпалась на тысячи сверкающих точек, круживших в воздухе.
— ...можно мысленно переместить его в пространстве.
Точки собрались обратно в его ладони, сливаясь в единое целое.
— Как только ты чувствуешь, что можешь контролировать своё тело не только в этом мире, но и в пространстве вокруг...
Он резко сжал кулак, и искры погасли.
— ...ты представляешь место, куда нужно попасть... и делаешь переброс.
Тишина.
Карион стоял, впитывая каждое слово, его глаза горели — то ли от интереса, то ли от вызова.
— То есть... — он медленно поднял руку, разглядывая её, будто впервые видел, — я должен... разобрать себя на части... и собрать в другом месте?
Аксель рассмеялся, звук его смеха был теплым, почти отеческим.
— Если говорить грубо... то да.
Арон фыркнул, скрестив руки на груди.
— Ну что, крылатый демон? — его глаза сверкнули. — Готов попробовать?
Карион замер всего на мгновение — казалось, время вокруг него сжалось в одну напряженную точку. Затем он резко выставил перед собой руку, развернув ладонь к свету, и стал внимательно, почти болезненно пристально изучать каждый рельеф мышц, каждый шрам, каждую прожилку. Его пальцы слегка дрожали, будто он пытался уловить что-то незримое, спрятанное в самой плоти.
Потом он медленно повернулся ко мне. Его губы дрогнули, и на лице расцвела та самая ухмылка — дерзкая, уверенная, но с тенью чего-то... необъяснимого. Он закрыл глаза, словно погружаясь в себя, и —
Исчез.
Не с тихим шепотом, а с оглушительным грохотом, словно в комнату рухнул мешок с камнями! Стол в дальнем углу вздрогнул, а Карион, уже распластавшись на столешнице, смотрел в потолок, широко раскрыв глаза от неожиданности.
— Карион! — мой голос сорвался в высокий, почти панический визг. Я инстинктивно рванулась вперед, но застыла на полпути, сердце колотилось где-то в горле.
Арон, стоявший рядом, аж покраснел от сдерживаемого смеха. Он прикрыл рот кулаком, но плечи предательски тряслись, а из глаз брызнули слезы.
Близнецы стояли в тени, скрестив руки, и делали вид, будто вообще не заметили этого представления. Только легкий подрагивающий уголок губ у одного из них выдавал их истинные чувства.
И тут внезапно...Карион громко рассмеялся — хрипло, отчаянно, будто смех рвался из него против воли. Он приподнялся на локтях, пытаясь сохранить остатки достоинства, и бросил Арону:
— Смешно тебе?! — голос его дрожал от смеха. — В следующий раз постараюсь приземлиться прямо на тебя!
Арон взревел в ответ, больше не в силах сдерживаться. Он схватился за живот, буквально загибаясь от хохота, и рухнул на ближайший стул.
А я? Я только растерянно поворачивала голову от одного к другому, чувствуя, как напряжение тает, словно лед под солнцем. Они оба хохотали, как мальчишки — Карион, все еще лежащий на столе, и Арон, едва не падающий со стула.
От этого зрелища в груди вспыхнуло тепло, словно первый луч солнца после долгой ночи. Я не смогла сдержать улыбку — лёгкую, почти невесомую, но такую искреннюю, что даже воздух вокруг, казалось, заиграл серебристыми искрами.
— Ну что? Мой черёд? — Голос прозвучал тише, чем я ожидала, но в нём звенела сталь решимости. — Как вы там говорили? Разобрать себя и собрать в другом месте?
Близнецы синхронно кивнули, их изумрудные глаза сверкнули в унисон, будто они уже видели то, что должно произойти. Арон и Карион застыли, будто две статуи из камня — один с распахнутыми от любопытства глазами, другой — с едва заметной ухмылкой, в которой читалось: «Ну давай же, покажи, на что способна».
Я глубоко вдохнула, закрыла глаза и отпустила всё лишнее.
Тишина.
Только биение сердца в ушах, только лёгкий шепот ветра, ласкающий кожу. Я представила, как моё тело растворяется — не больно, нет... Будто тысячи звёздных песчинок, каждая из которых помнит, где ей быть.
Магия ударила в жилы.
Не просто поток, а целая буря, огненная и ледяная одновременно, взрывная и нежная. На мгновение я перестала существовать — не было тела, не было веса, только чистая воля, тянущаяся к одной точке в пространстве...
Хлопок.
Я открыла глаза, слегка покачиваясь, и инстинктивно расставила руки, чтобы не упасть. Пол под ногами. Твёрдый. Настоящий.
Я сделала это.
Прямо передо мной уже стоял Карион, и на его лице расцветала гордость — не та, что кричит о себе, а тихая, глубокая, словно он всегда знал, что так и будет.
— Мира! — Арон взорвался восторгом. — Как ты это сделала?! С первого раза! И даже не рухнула, как мы! Я в свой первый раз сто раз перевернулся в воздухе и снёс два стола! Это невозможно!
Ваалал и Аксель не удивились. Они лишь переглянулись, и в их взглядах пробежало что-то знающее, словно весь этот мир для них — лишь страница в давно прочитанной книге.
Аксель повернулся к Арону, и его голос прозвучал мягко, но с непререкаемой уверенностью:
— Миру воссоздал Источник. Если он избрал её, то одарил щедро. Карион черпает силу из теней — ты видел, как они вырвались на свободу, когда он выпил зелье. Но Мира... Её магия — иная. В ней сплетены и свет, и тьма. И когда она овладеет ею полностью, равной ей сможет стать лишь истинная пара.
Я опустила взгляд, сжимая пальцы, ещё ощущая на коже отголоски магии.
— Если честно... Мне было страшно. — Признание вырвалось шёпотом. — В тот момент, когда я перестала чувствовать тело... Было только сознание. Я просто... очень хотела оказаться рядом с Карионом. И разум сам перенёс меня. Это... и вправду похоже на то, как если бы тебя разобрали на части, а потом собрали заново. Я не уверена, что смогу повторить это на большем расстоянии...
Карион медленно подошел ко мне, его движения были плавными и осторожными. Он взял мою руку, и его большой палец легко провёл по внутренней стороне ладони — тёплый, чуть шероховатый от клинков и магии прикосновения.
— Всё хорошо, Мира, — прошептал он, и его голос звучал, как шёпот ночного ветра в ветвях древних деревьев. — Ты справилась прекрасно. Хотя бы не рухнула на стол, как я.
Его губы дрогнули в усмешке, и он бросил взгляд на Арона. Тот одобрительно кивнул, глаза сверкали, будто золотые искры в свете заката.
Мы подошли к магам и протянули им руки.
Аксель поочерёдно коснулся наших ладоней, его пальцы едва заметно дрогнули, будто читали невидимые узоры магии.
— Магия всё ещё переполняет вас, — произнёс он, и его голос звучал, как отголосок древних заклинаний. — Попробуйте снова. Но теперь — вместе. Возьмитесь за руки и перенеситесь в одно место одновременно.
Я посмотрела на Кариона, ожидая, что он просто возьмёт мою руку, но вместо этого он притянул меня к себе, его руки обвили мою талию, а губы приблизились к уху, так близко, что дыхание обожгло кожу.
— Куда переместимся? — прошептал он, и в его голосе звучал вызов.
— В этой комнате?
Арон шагнул вперёд, его лицо озаряла лукавая улыбка.
— Конечно, в этой комнате, — рассмеялся он. — Пока что никто не должен знать о ваших способностях, не хочу пугать жителей. Потерпите немного, прежде чем скакать по замку.
Он игриво приподнял бровь, и я обиженно надула губы, но всё же улыбнулась.
— Хорошо... Тогда давай попробуем встать ближе к окну?
Карион глухо рассмеялся.
— Окно — не лучшая идея, Мира. Вылететь из него было бы... эффектно, но не практично.
— Тогда в дальний угол, где шкаф с книгами.
— Хорошо. На счёт три.
Раз. Я закрыла глаза, стараясь сосредоточиться, но мыслями уже была там, в том углу, где пыльные фолианты хранили тайны веков.
Два. Глубокий вдох. Его запах — тёплый, с оттенком дыма и чего-то неуловимого, что было только его — окутал меня.
Три.
Хлопок.
На мгновение — пустота. Но уже не страшная. Потому что я чувствовала его. Его руки, его дыхание, его присутствие, которое было якорем в этом бушующем море магии.
Мы открыли глаза — и увидели сияющее лицо Арона. Он хлопал в ладоши, и смеялся, а во взгляде читалась гордость... и лёгкая, почти детская зависть.
— Так нечестно! — воскликнул он, но в голосе не было обиды, только восхищение.
Ваалал и Аксель переглянулись, и в их взглядах пробежало понимание.
— Арон, они — не просто сосуды древней магии, — тихо произнёс Ваалал. — Они дополняют друг друга. Их энергии переплетаются, усиливая одна другую. Это... редкий дар.
Аксель кивнул, его глаза сверкали, будто звёзды в ночи.
— Когда отправитесь во Двор Воды, будьте осторожны. Инела справедлива, но... подозрительна. Она может почувствовать в вас угрозу. Не раскрывайтесь, пока не будете уверены в её доверии. Скажите, что приехали учить Миру магии, что она хочет познакомиться с ведьмами общины. И только в крайнем случае — покажите, кто вы на самом деле.
Арон задумчиво почесал подбородок, его брови сдвинулись.
— Думаешь, Инела может навредить им?
Ваалал покачал головой, его лицо стало серьёзным.
— Не знаю. Но твой отец шёл на неё войной. И она вряд ли забыла. А если именно ты приведёшь к ней двух сильнейших эльфов, один из которых — сама тьма...
Карион резко перебил его, его голос звучал твёрдо, как сталь.
— Я понял. Значит, пусть они помогают Мире. А я... буду держать свою магию в узде. В крайнем случае... — он бросил взгляд на Акселя, — вы поможете мне понять свои пределы.
Аксель тихо кивнул, его глаза сверкнули.
— Мы можем. Мы учили ещё отца Арона. И отлично знаем магию. Если ты начнёшь нам доверять... мы сделаем всё возможное.

Немного подумав, я нервно сжала кулаки и набралась смелости, чтобы задать вопрос магам:
— А вас... вас не беспокоят наши силы? — голос дрогнул, выдавая мое волнение.
— Нет, — спокойно, почти лениво ответил Ваалал, его темные глаза сверкнули любопытством. — Напротив. Ваши силы нас привлекают. Вызывают... интерес.
Сердце бешено застучало.
— Мира... — тихо, но так, чтобы я точно услышала, прошептал Арон. — А что, если именно ты должна объединить ведьм и вернуть потерянные земли?
Я открыла рот в немом шоке.
— Я?! — вырвалось срывающимся голосом. — Девушка из другого мира?! Чужая?! Я даже своих-то сил толком не знаю, не то что кого-то объединять!
Но Арон, как всегда, невозмутимый и настырный, лишь усмехнулся:
— Ну, если подумать, это звучит логично. Моргат затащила тебя в этот мир, потому что почувствовала, что ты не посвященная и можешь справится с её магией. Затем Источник выбрал тебя, ведь как оказалось, в тебе течет кровь Первой Ведьмы. Твоя истинная пара — Карион, сын той самой Первой Ведьмы. По-моему, всё даже слишком хорошо сходится.
Горькая усмешка скривила мои губы. Я резко повернулась к Кариону, который стоял в задумчивой тишине.
— Ну что, скажешь, что было какое-то пророчество? Или что-то в этом роде?
Он медленно покачал головой:
— Нет, пророчеств я не слышал. Да они и не нужны. Земли стали потерянными, когда Первая Ведьма покинула этот мир. Без предводителя ведьмы разбрелись, ослабли, забыли свою силу. Но... — его голос стал тверже, — если у тебя действительно такие силы, то, может, именно ты сможешь возродить Двор Ведьм и остановить тьму, что надвигается. Разве это плохо?
Я сжала пальцы, чувствуя, как внутри всё сжимается от неопределенности.
-Но ты сама должна решить, чего хочешь, это не обязательно обьединение ведьм. Сейчас главное— разобраться с Миадой и выжить. О возрождении Дворов будем думать потом.
— Я согласна с Карионом, — тихо, но твердо сказала я. — Источник дал понять — Миада важнее всего. Если она нарушит баланс, ничего больше не будет иметь значения. Я из ведьм видела только Ведающую и саму Миаду — какой из меня предводитель?
— Не всё сразу, — глухо, но спокойно произнес Ваалал. Его взгляд будто прожигал меня насквозь. — Ты и перемещение не умела, но справилась за один раз. Не принижай себя. Ты сильнее, чем думаешь. А сила... — он сделал паузу, — это не только дар, но и ответственность. Не только за себя. За других тоже.
Я глубоко вздохнула, вдруг ощутив тяжесть в теле.
— Кажется, я начинаю понимать, что вы имели в виду... — голос дрогнул от усталости. — После зелья чувствуешь истощение. Сейчас я будто всю ночь дралась, а прошло-то всего немного времени...
— На сегодня хватит тренировок, — резко оборвал Карион, и в его тоне не было места возражениям. — Арон, ты хотел отвести нас к каулам? Предложение еще в силе?
Арон радостно сверкнул глазами, словно ребенок, которому наконец дали поиграть.
— Ну хоть в чем-то я преуспел! — рассмеялся он. — Я усталости не чувствую — годами учился контролировать магию. Так что да, идемте к каулам, а потом — отдыхать.
Ваалал кивнул, его лицо оставалось невозмутимым.
— Благодарю за помощь. На сегодня и правда достаточно. Продолжим через день. Завтра — тренировки с оружием.-Уже более серьёзным тоном произнес Правитель.
Мы поблагодарили магов и вышли, следуя за Ароном. Он уверенно повел нас к площадке каулов, его шаги звучно отдавались в каменных коридорах.
Продвигаясь вперед, мы миновали стражников — те, заслышав шаги, почтительно склоняли головы перед своим правителем. Темно-зеленые бархатные ковры, расстеленные между древних скульптур и боевых щитов, мягко шуршали под ногами, словно шепча тайны этого места. В конце холла возвышалась массивная дубовая дверь — тяжелая, резная, будто хранящая тысячу историй.
И вот мы оказались во внутреннем дворике. Прохладный воздух резко ударил в лицо, пахнущий сыростью, мхом и чем-то древним, диким. Стены замка, словно живые, обвиты густым плющом, а под ногами — старинная брусчатка, стертая временем. Небо над головой — открытое, темнеющее, и в его сумраке четко вырисовывалась круглая арка, высеченная прямо в скале, словно портал в другой мир.
Подойдя ближе, мы разглядели несколько грубых деревянных строений, но главное — величественный вход в жилище каулов. Он врезан в черную базальтовую стену, а по его контуру тянется цепь из жаропрочного сплава, скрепляющая массивные гранитные блоки свода. Изнутри доносились низкие раскаты — то ли рычание, то ли гул подземных ветров, а еще едва уловимый посвист могучих крылатых существ, будто зовущий нас внутрь.
Над входом, в углублении скалы, зияли два круглых отверстия — как глаза древнего чудовища, в которых мерцали оранжевые блики, словно отблески далекого пламени. Под сводом вздымалась ступенчатая лестница — широкая, изогнутая дугой, уводящая вниз, в низину пещеры.
Мы остановились на предпоследней ступени. Отсюда уже слышалось тяжелое, размеренное дыхание, а дальше — только мрак, разрываемый желтыми всполохами световых шаров. Сердце жилища каулов.
Тут я вспомнила:
— Арон, а как же угощения для каулов?
Он улыбнулся, глаза блеснули хитринкой, и он указал на небольшую дверь в стороне:
— Здесь специальная кладовая. На полках — корзины с запасом сушеного мяса.
Он потянул за ручку, и мы вошли в маленькое помещение, пропитанное ароматом вяленой дичи. Арон взял одну из плетеных корзин и протянул нам несколько кусочков мяса.
— Вот. Сначала угостите родителей малыша — Бестию и Сумрака. Когда мама одобрит, маленький каул сам подойдет к вам. Тогда сможете и поиграть, и покормить его.
Я взяла угощения, пальцы слегка дрожали от волнения. Сердце колотилось — я ждала этой встречи с нетерпением.
И вдруг —
Глубокий, утробный рык потряс своды пещеры.
Из глубины, из мрака, вышли они.
Бестия. Сумрак.
Их появление заставило кровь застыть в жилах. Глаза — мудрые, древние, горящие внутренним огнем — остановились на мне. Первобытный страх и трепетное восхищение смешались в груди. Кожа покрылась мурашками, но это был не ужас — а благоговение.
Я склонила голову в глубоком почтении. Рядом так же почтительно поклонились Арон и Карион.
Каулы наблюдали. Оценивали.
Я осторожно протянула кусочек вяленого мяса Бестии, стараясь не смотреть ей прямо в глаза – ее горящий взгляд и так заставлял сердце биться чаще. Величественный каул медленно наклонила голову, ноздри дрогнули, улавливая запах, и затем – осторожно, но твердо – взяла угощение с моей ладони. Ее зубы, огромные и острые, на мгновение блеснули в свете шаров, но ни одна мышца в ее теле не дрогнула агрессивно – только спокойное, почти благородное принятие дара.
Карион, стоявший рядом, тем временем угощал Сумрака. Черный, как сама ночь, каул фыркнул, будто смеясь над его осторожностью, и быстро слизнул мясо с его руки, слегка обдав пальцы горячим дыханием.
– Не бойся, он просто проверяет, не дрогнешь ли, – тихо усмехнулся Арон, наблюдая за нами.
Бестия, закончив с угощением, издала низкий, одобрительный гул и ткнулась мордой мне в плечо – так тяжело, что я едва устояла на ногах.
– Она тебя приняла, – прошептал Карион, и в его голосе прозвучала необычная для него теплота.
Затем Бестия резко подняла голову и издала короткий, звонкий зов – не рык, а скорее... зов матери.
Из глубины пещеры донесся ответный писк.
И через мгновение – маленький, еще неуклюжий каул выкатился из темноты, бурно махая кожистыми крыльями. Его чешуя переливалась в свете шаров, а глаза – два горящих желтых уголька – сразу нашли Кариона.
– О-о-о, – рассмеялся Арон, – похоже, он скучал по тебе.
Каул, не раздумывая, прыгнул.
Карион еле успел подхватить его – малыш тут же вцепился в его руку, играючи покусывая пальцы, фыркая и урча, словно довольный малыш.
– Эй, полегче! – Карион попытался сохранить строгость, но уголки его губ предательски дрогнули.
Я не удержалась и рассмеялась, протягивая малышу еще кусочек мяса.
– Он же тебя выбрал, наслаждайся – сказала я, глядя, как каул, бросив пальцы Кариона, с жадностью набросился на угощение.
Бестия наблюдала за этим, и в ее взгляде читалось... одобрение.
– Ну вот, – Арон скрестил руки на груди, – теперь в вашей команде есть еще один персональный летающий демон. Поздравляю.
Карион вздохнул, но руки его осторожно поддерживали малыша, а в глазах – вопреки всем его попыткам казаться невозмутимым – светилась неподдельная нежность...

Тени длинных коридоров замка мягко обволакивали нас, пока мы шли обратно в свои покои. Воздух был наполнен ароматом ночных цветов, пробивающихся сквозь резные решетки окон. Я чувствовала, как усталость медленно оседает в мышцах, но вместе с ней — странное, напряженное тепло, разлитое между мной и Карионом. Первым делом мы направились в купель, смыть с себя остатки усталости после тяжелого дня .
Карион шел рядом, молчаливый, но его присутствие ощущалось каждой клеткой моего тела. Время от времени его пальцы слегка касались моей руки — будто случайно, будто нет — и от этого по спине пробегали мелкие, горячие искры.
Комната купели встретила нас приглушенным светом магических фонарей и ароматом трав, рассыпанных у воды. Купель, высеченная из темного камня, уже была наполнена парной, дымящейся водой, манившей к себе как обещание блаженства.
Я, не раздумывая, стянула с себя одежду, чувствуя, как взгляд Кариона тяжелеет у меня за спиной. Он не говорил ничего, но тишина между нами была густой, наэлектризованной.
— Ты присоединишься? — спросила я, намеренно медленно погружаясь в воду, чувствуя, как его глаза следят за каждым моим движением.
Он резко выдохнул — словно сдался — и в один миг оказался рядом. Его одежда исчезла куда-то в одно мгновение, а тело — горячее, твердое, напряженное — вплотную прижалось к моей спине.
— Ты делаешь это специально, — прошептал он, губы скользнули по моей шее, зубы слегка сжали кожу.-Наверное ты забыла, что мы пили зелье, которое увеличивает наши силы...
Его пальцы скользнули между моих ног еще до того, как вода успела обтечь наши тела.
-Уже мокрая... - его губы искривились в хищной ухмылке, когда подушечки пальцев собрали капли моего возбуждения. Мне это нравится...
Я впилась ногтями в его руки, когда он провел влажными пальцами по моим губам, заставляя меня попробовать собственный вкус, а затем засунул их себе в рот и облизал.

Одним движением он развернул меня спиной, прижав грудью к прохладному камню купели. Его колено грубо раздвинуло мои бедра, обнажая самое сокровенное.
-Посмотри, как ты ждешь меня... - его пальцы раздвинули складки, обнажая воспаленную розовую плоть, пульсирующую от каждого прикосновения.

Он вошел одним пальцем, медленно, до суставов, заставив меня выгнуться от чувства заполнения.
-Как тесно... - прошептал он, наблюдая, как мое тело пытается приспособиться. Второй палец добавился с легким сопротивлением, растягивая, наполняя. Я закусила губу, чувствуя сладкую боль-наслаждение.

Когда он наконец вставил свой член, это было подобно раскаленному клинку. Я вскрикнула, чувствуя, как он заполняет меня до предела.
-Как же я хочу тебя...- мое дыхание перехватило, когда он замер, давая мне привыкнуть к его размерам.
Его бедра начали движение - сначала плавные, размеренные толчки, каждый выводящий его почти полностью, чтобы затем войти снова. Вода хлестала в такт, обжигая кожу.
-Смотри... - он одной рукой наклонил мою голову вперед, заставляя видеть, как его член появляется и исчезает во мне, блестящий от нашей смешанной влаги.
А когда его пальцы нашли клитор, я закричала. Больше не было камня, воды, воздуха - только белое пламя, сжигающее изнутри.
-Кончай вместе со мной!- его голос прозвучал как приказ. Я почувствовала, как его член пульсирует внутри, за мгновение до того, как волна оргазма накрыла нас обоих.

Он не отпускал меня даже когда последние судороги утихли. Его семя вытекало тонкой струйкой, смешиваясь с водой, когда он наконец вышел.
-Это... было...Только начало - пообещал он, проводя пальцем по моей разгоряченной коже.
Затем Карион прижал меня к краю купели так резко, что дыхание перехватило. Камень был холодным против распаренной кожи, но его руки – горячими, как угли, когда они раздвинули мои бедра с животной решимостью.
-Ты так красиво дрожишь, когда кончаешь...– его дыхание обожгло внутреннюю поверхность бедра, прежде чем язык полоснул снизу вверх одним долгим, мокрым движением.
Мой стон заполнил пространство, пальцы вцепились в его волосы, но он только глубже вонзил лицо между моих ног.

Его язык кружил вокруг клитора, будто вычерчивая магические руны – медленно, мучительно осознанно, заставляя мои бедра дергаться в такт.
-Карион, я... – голос сорвался в стон, когда он втянул пульсирующий бугорок между губ, слегка посасывая, как будто пробуя самый спелый плод.

Два пальца вошли в меня без предупреждения, загибаясь вверх, находя ту самую точку, от которой мир взрывался белым светом. Его язык не останавливался, адаптируясь к каждому моему рывку, поглощая каждую каплю, как если бы в этом был смысл его существования.
-Я чувствую, как ты сжимаешься... – он зарычал прямо в мою плоть, вибрация заставила меня выгнуться дугой.

Он слегка прикусил клитор зубами – легкий укус, достаточный, чтобы граница между болью и наслаждением исчезла. Его пальцы ускорились, язык стал жестче, ритм – беспощадным.
Я закричала, сжимая его волосы до боли, когда оргазм прокатился волной, заставляя его имя срываться с губ снова и снова.

Он не отпускал меня, пока последние судороги не утихли, вылизывая каждую складку, словно обезумевший от вкуса. Когда он наконец поднял голову, его подбородок блестел, он ухмыльнулся и провел языком по своим губам, собирая остатки моего возбуждения.
-Теперь ты готова принять меня полностью – прошептал он, переворачивая меня на живот, и я поняла, что это было лишь прелюдией к настоящему безумию...

Купель еще долго наполняли наши стоны, вода хлестала через край, смешиваясь с каплями пота и  переполненного удовольствия. Карион не отпускал меня даже после третьего оргазма, его крепкие руки все еще держали мои бедра, прижимая к себе, пока последние судороги не утихли.
Его дыхание было тяжелым, грудь поднималась и опускалась в такт моей, а кожа горела там, где мы соприкасались. Он медленно вышел из меня, и я почувствовала, как его семя вытекает, стекая по моим дрожащим бедрам.
-Ты... разрушила меня...И собрала заново по кусочкам — прохрипел он, его голос звучал хрипло.
Я не могла ответить — только беззвучно кивнула, мои веки были тяжелыми, тело — расслабленным и податливым, как будто лишенным костей.
Карион осторожно поднял меня из воды, его сильные руки не дрогнули ни на миг, хотя я знала, что он так же измотан, как и я. Он прижал меня к своей груди, и я услышала, как его сердце бешено колотится — так же, как мое.
-Я тебя донесу... — прошептал он, его губы коснулись моего лба, в поцелуе, который был одновременно нежным и властным.
Я обвила его шею руками, прижалась к нему, чувствуя, как его кожа, еще влажная от купели, скользит под моими пальцами.
Он положил меня на кровать, одеяло мягко обняло мое тело, но его тепло было важнее. Карион лег рядом, притянул меня к себе, так, чтобы моя спина прижалась к его груди, а его рука обвила мою талию.
-Спи мой маленький воин... — его голос звучал уже сонно, но все еще властно.
Я закрыла глаза, чувствуя, как его дыхание выравнивается, становится глубже, медленнее.
Последнее, что я помню перед тем, как погрузиться в сон — это его пальцы, которые все еще слегка сжимали мое бедро, будто даже во сне он не хотел отпускать меня и его слова «Мой маленький воин»..
И мир растворился в темноте, оставив только тепло его тела, его запах и тихий шепот нашего синхронного дыхания.

Солнечные лучи, словно золотые нити, пробивались сквозь тяжелые занавеси, освещая наше переплетенное телами ложе. Я проснулась от знакомого тепла - Карион уже бодрствовал, его твердые руки по-прежнему держали меня в надежных объятиях.
-Карион... мне нужно сказать тебе кое-что важное, - мой голос дрогнул. То имя, которым я представилась... оно не совсем настоящее.
Я почувствовала, как его тело напряглось, но в глазах не было осуждения - только терпеливое ожидание.
-Древний Источник назвал меня Мирадой. Он соединил два слова - Мир и Ад. Я ведь пришла из другого мира, как чистый лист... и именно в этом мире познала боль, с новым телом я должна принести в этот мир доброту и порядок. Мои пальцы сжали простыню. -Я совсем забыла, что не сказала тебе, извини, мне не хочется иметь от тебя секретов.
Карион замер на мгновение, его темные глаза изучали мое лицо. Затем его ладонь нежно коснулась моей щеки.
-Мирада... - произнес он, и имя зазвучало на его устах как древнее заклинание. -Это не просто имя. Это твоя суть. Ты принесла в этот мир частицу себя... и превратила её в нечто прекрасное.
Его губы коснулись моих век, смахивая непрошеные слезы. -Спасибо, что доверила мне эту тайну. Но знай - для меня ты всегда будешь той, кто принес мир в мой собственный ад.
Он притянул меня ближе, и в его объятиях я почувствовала - каким бы именем меня ни называли, здесь, в его руках, я нашла свой настоящий дом. -Мира или Мирада... ты всегда будешь моей душой, - прошептал он, запечатав свои слова поцелуем, в котором смешались благодарность, страсть и обещание вечной верности.

Прохладный утренний воздух наполнял замок ,мы прошли в зал для приёма пищи , который располагался ниже по этажу, куда нас любезно проводила одна из служанок Арона. На низком столе у широкого окна дымился чайник травяного настоя, рядом — тарелки с теплыми лепешками, сыром, нарезанными фруктами и душистым джемом.
Я всё ещё немного сонная, но уже улыбающаяся, потянулась за виноградом, но Карион оказался быстрее — он перехватил мою руку и поднёс ягоду к губам сам.
— Ты сегодня медлительная, — он усмехнулся. — Или это я просто слишком быстр?
— Ты просто украл мой завтрак! — я фыркнула, но всё же взяла виноград зубами, слегка прикусив его палец в отместку.
Карион притворно зашипел:
— Ах так? Тогда, может, я съем всё остальное?
Он сделал вид, что забирает тарелку с джемом, но я резко накрыла её ладонью.
— Попробуй только — и сегодня вечером останешься без десерта.
— Ох, какая угроза! Боюсь не удержусь и возьму без спроса... — он рассмеялся, но отступил, подняв руки в знак поражения.
Мы ели не спеша, обмениваясь шутками, иногда задевая друг друга локтями, будто даже завтрак для нас был поводом для лёгкой борьбы. Карион рассказывал о том, как в юности они с Ароном соревновались кто сильнее, а я смеялась, представляя его, важного и надменного , в таком нелепом положении.
Когда завтрак закончился, мы вышли в коридоры замка. Солнце уже поднялось выше, и свет лился через витражные окна, окрашивая камни в золотые и алые оттенки.
— Держу пари, Арон уже ждёт нас и ворчит, что мы опаздываем, — сказал Карион, притворно хмурясь.
— Он  вроде не из ворчливых.
— Ну, тогда давай действительно опоздаем. Назло. И проверим.
Я рассмеялась, но потянула его за руку вперёд.
— Нет уж, я не хочу сегодня отдуваться за твоё упрямство.
Мы шли по коридорам, смеясь, как дети, и даже стражники у дверей тренировочного зала ухмыльнулись, видя нас.
Но как только дверь открылась, перед нами предстал Арон — скрестив руки, с выражением крайнего недовольства на лице.
— Наконец-то! — проворчал он. — Я уже думал, вы решили, что тренировки — это не про вас.
Карион вздохнул, но в глазах всё ещё светился огонёк веселья.
— Просто завтрак был слишком хорош, чтобы его прерывать.
— Ах, вот как? — Арон поднял бровь. — Ну, тогда сегодняшняя тренировка будет... особенно интенсивной.
Карион ухмыльнулся и посмотрел на меня с намеком, что был прав...
На площадке Арон сегодня предстал в неожиданном образе для меня, тренировочная броня и кожаные штаны, смотрелись на нём достаточно устрашающе. Его пальцы проворно затянули ремни на рукавицах.
-Без магии. Только наши силы и хитрость, — бросил он, и в его голосе звенел вызов.
Карион ответил медленной ухмылкой, снимая пояс с кинжалами. -Боишься проиграть , если я использую новые силы, Арон?
Я устроилась на каменном выступе, поджав ноги. Солнце как раз достигло зенита, и тени от бойцов стали совсем короткими.
Арон атаковал внезапно — неожиданный выпад вперед, левая рука для отвлечения, правый кулак со свистом рассек воздух. Карион едва успел отклониться, чувствуя, как ветер от удара шевелит его ресницы.
-Близко, — усмехнулся он, тут же отвечая низким ударом ногой.
Они двигались как два потока воды — то сливаясь в яростном контакте, то расходясь, кружа друг вокруг друга.
Арон нанёс три молниеносных ударов локтями
Карион парировал предплечьями, каждый блок звучал как глухой удар по барабану.
В какой-то момент Арон поймал Кариона в  тиски — его ноги обвили бедра противника, пытаясь повалить. Но Карион, вместо сопротивления, неожиданно бросился вперед, перекатившись через спину и выскользнув из захвата.
-Старый трюк, — засмеялся Арон, уже вскакивая на ноги.
После долгих минут непрерывного боя их движения стали синхронными, как будто они читают мысли друг друга:
Одновременный удар правой — кулаки встретились в воздухе с глухим стуком. Отскок назад — оба сделали шаг, оценивая друг друга. И снова вперед — теперь уже в сложном переплетении захватов
Когда их предплечья сцепились в мертвой точке, оба замерли — мышцы дрожали от напряжения, капли пота падали на тренировочное покрытие.
-Достаточно? — выдохнул Карион, его улыбка была немного кривой от злости.-Ты же не хочешь, чтобы твои стражи увидели твой проигрыш.
Арон первым ослабил хватку, отступая:- Не думаю, что ты одолеешь меня, но на сегодня и правда хватит, нужно потренировать Миру...
-А ты не переживай за неё — парировал Карион, вытирая лоб.-Но пусть пока что будет ничья...
Я спрыгнула с уступа, неся им кувшин с прохладной водой: -Вы оба великолепны. И совершенно невыносимы.
Арон принял кувшин первым, плеснул себе водой в лицо и фыркнул: -Это называется мужская дружба, Мира.
Карион только покачал головой, отпивая долгий глоток, но в его глазах читалось удовлетворение, видимо ему очень хотелось выплеска накопившейся энергии.

Я встала на край тренировочной площадки, чувствуя, как воздух слегка покалывает кожу. Глубокий вдох — и тело начало пробуждаться.
Сначала — плавные вращения шеей, затем разминка плеч, круговые движения запястьями. Я вытянула руки перед собой, потянулась, ощущая, как мышцы спины мягко растягиваются. Наклоны в стороны, глубокие выпады, прыжки на месте — кровь заструилась быстрее, дыхание стало ровным и глубоким.
Карион наблюдал, прислонившись к стене, его взгляд скользил по моим движениям с одобрительной ухмылкой.
— Неплохо, но нужно жестче, — бросил он, когда я закончила.
— А ты присоединись ко мне и будет жестче, — огрызнулась я, но улыбка выдавала мое настроение.
Карион подошел ко мне, протянув два тренировочных меча — легких, но с острыми лезвиями,  идеально сбалансированных.
— Сегодня будешь снова учиться бить двумя сразу, — сказал он. — Не думай о сложности. Думай о ритме. Нельзя надеяться только на магию.
Я взяла мечи, почувствовав их вес. Правой рукой — уверенно, левой — пока неуверенно.
— Начнем с простого, — Карион встал передо мной, подняв свои клинки. — Повторяй за мной.
Мы начали медленно: удар правым, блок левым, смена рук, круговое движение. Я копировала его движения, стараясь попадать в такт.
— Не зажимай запястья, — он поправил мою стойку, его пальцы скользнули по моей руке, выравнивая хват. — Меч — это продолжение руки. Не держи его, как посох старухи.
Я фыркнула, но попробовала снова. На этот раз плавнее, свободнее.
— Лучше, — кивнул он. — Теперь быстрее.
Мы ускорились. Клинки засвистели в воздухе, пересекаясь в четком ритме. Поначалу я путалась, но постепенно тело начало запоминать движения само.
Арон сидел на бочке у края площадки, лениво перекидывая в руке кинжал.
— Неплохо для начинающего, но у тебя левый меч все еще дергается,  — прокомментировал он, подбрасывая кинжал вверх.
— А ты иди сюда и покажи, как надо! — выпалила я, не останавливаясь.
— О, нет-нет, я сегодня просто восхищаюсь, — он рассмеялся. — К тому же, мне нравится, как Карион морщится, когда ты ошибаешься.
Карион бросил ему убийственный взгляд, но Арон только подмигнул.
— Не обращай внимания, — проворчал Карион, возвращаясь ко мне. — Сосредоточься.
Я кивнула, снова погружаясь в танец стали и силы.
К концу тренировки мои руки горели, но я уже чувствовала себя увереннее.
— Завтра продолжим, — сказал Карион, забирая мечи. — Но всё не так уж плохо, с каждым разом всё лучше и лучше.
— Это у тебя комплимент? — я подняла бровь.
— Я думал да, — он усмехнулся.
Арон спрыгнул с бочки, хлопнув меня по плечу:
— Если будешь так прогрессировать, скоро сможешь драться наравне с нами.
— Обещаю, к тому времени я стану лучше, — огрызнулась я.
Они переглянулись и рассмеялись.

Со стороны входа на тренировочную площадку медленно, но уверенно приближались двое — Ваалал и Аксель. Их появление здесь, сейчас, было... странным. Слишком странным.
Мы с Карионом переглянулись, и в его глазах я прочитала то же, что бушевало у меня внутри: «Что они здесь делают?!» Ведь тренировать перемещение на глазах у всех — опасная затея. Одна ошибка, один лишний взгляд — и тайное станет явным.
Маги вежливо кивнули нам, и Ваалал шагнул вперёд, его голос звучал убедительно, но в то же время настороженно:
— Арон, мы пришли с предложением. Тренировка с зельем силы. Оно не просто усилит магию — оно взвинтит скорость, придаст силы, сделает каждое движение чётче, каждую технику — отточеннее. Всё, что вы освоите под его действием, закрепится намертво.
Арон задумчиво почесал подбородок, его взгляд метнулся к Кариону, потом ко мне.
— Но нас могут заметить... — он понизил голос. — Карион ещё не до конца контролирует тьму.
Карион резко фыркнул, скрестив руки на груди:
— Спасибо, Арон, что только что на весь мир объявил, что я слабак!
— Я не об этом! — Арон отмахнулся, но в его глазах мелькнуло беспокойство. — Просто в бою, даже учебном... кто знает, как отреагирует твоя тьма, если я начну атаковать Миру?
Карион оскалился, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки.
— Даже без зелья я не дам тебе поднять на неё руку! Даже если это просто тренировка!
Я резко встряхнула головой, прерывая их перепалку:
— Послушайте! Нам в любом случае нужно тренироваться — с зельем или без. Но научиться сдерживать силу и управлять ею — критически важно, и времени у нас в обрез!
Арон вздохнул, но кивнул.
— Ладно. Я предупрежу стражу — никого не подпускать к площадке.
Он уже развернулся, чтобы уйти, как вдруг...
Топот. Крики.
Навстречу ему влетел запыхавшийся стражник, его лицо искажено ужасом, голос сорван от напряжения:
— Правитель! Тревога!!! С дальней башни сигнал — на нас движется нечто! Целая стая летающих тварей! Таких мы ещё не видели!
Арон застыл на месте. В воздухе повисло напряжение, густое, как предгрозовая туча.
— ВСЕХ ЖИТЕЛЕЙ — В УКРЫТИЯ! — его голос гремел, как раскат грома. — Кто не успеет — защищать! Лучников — НА ПОЗИЦИИ!
Сердце бешено заколотилось. Тренировка отменялась.
Не успел Арон договорить, как воздух за спинами вздрогнул — сначала глухой, далёкий шелест, будто ветер рвёт паруса... Потом громче. Ближе.
Мы резко обернулись — и мир перевернулся.
Сотни крылатых теней нависли над нами, затмив солнце. Они были похожи на изуродованных эльфов — синюшная кожа, пустые, горящие желтым глаза, рты, растянутые в оскалах, длинные руки с когтями и неестественно мощные ноги. Их крылья бились в воздухе с противным, хлюпающим звуком, будто мокрая ткань рвётся под ветром.
Их было слишком много.
С другой стороны площадки раздался пронзительный крик — молодая эльфийка, прижимающая к груди ребёнка, заметила кошмар на яву в небе.
И тогда...
Твари повернулись к ней.
Медленно. Целенаправленно.
Как стая голодных воронов, учуявших добычу.
— Мира, зелье! — Карион вцепился мне в руку, его пальцы сжались так, что кости хрустнули. — Сейчас!
Я даже не думала. Не сомневалась.
Вырвав склянки из рук оцепеневших магов (они заворожённо смотрели вверх, будто пытались разгадать природу этих существ), мы взмахнули клинками — кровь брызнула, смешалась с зельем...
И выпили всё до остатка.
Мгновение — и мир взорвался.
Жар. Ярость. Буря.
Энергия взметнулась в жилах, сожгла все страхи, всю нерешительность. Мы больше не бежали — мы словно летели, едва касаясь земли, догоняя Арона, который уже мчался к жителям, отдавая приказы направо и налево.
А твари парили над нами и наблюдали. Ждали.
И вдруг вопль пронизывающий, леденящий кровь разнесся на многие мили от нас.
Он разорвал небо, прокатился по земле, заставив содрогнуться даже камни.
Кровь в жилах превратилась в лёд.
Они нападут.
Сейчас.
Арон вскинул руку, его голос прорвался сквозь хаос, чёткий и железный:
— Лучники! Стрелы на изготовку! ГОТОВЬСЯ!..
Тетивы взвыли в унисон, сотни натянутых стрел замерли в воздухе, остриём — в небо.
— В ЦЕЛЬ!
Залп.
Свист. Удар.
Стрелы вонзились в крылатых тварей, разрывая их синюшную плоть, вырывая клочья кожи . Чудовища завизжали — звук, похожий на скрежет железа по стеклу, — и ринулись в атаку, рассыпаясь по небу .
Но не все.
Часть из них — быстрее, хитрее — рванула в сторону мирных жителей.
— МИРА! — Арон обернулся ко мне, его глаза полыхали в полумраке. — Спрячь их тьмой!
Я взглянула на Кариона — он уже смотрел на меня, его кивок был краток, но в нём — вся вера в меня.
Большего не нужно.
Я рванулась вперёд, к испуганным женщинам, к детям, к безоружным мужчинам, которые стояли на пути когтистой смерти.
Внутри — тьма.
Та, что я так старалась сдерживать и не выпускать наружу.
Холодная. Живая. Опасная.
Она вспыхнула в груди, пробежала по венам, обожгла предплечья — и хлынула из ладоней чёрным потоком, клубящимся, густым, словно ночь, спустившаяся на землю.
Я шептала, заклинала, умоляла:
— Не навреди... Не навреди... Защити... Спрячь...
Тьма послушалась.
Она накрыла улицу покрывалом из теней, мягким, как дым, но непроглядным для врага.
Эльфы вскрикнули, отпрянули — но потом замерли, осознав:
Они невредимы.
Твари не видят их.
Я чувствовала, как тьма пьёт мои силы, но не отпускала её, подпитывая снова и снова.
А рядом — Карион, стоял спиной ко мне.
Голос его — тихий, но твёрдый:
— Всё хорошо, Мира... Ты справляешься... Не отвлекайся...
И тогда — твари развернулись.
Поняв, что добыча исчезла, они с визгом рванули к страже, к лучникам, к Арону.
Я боялась обернуться.
Боялась, что малейшее движение — и тьма дрогнет, и невинные окажутся без защиты. Но крики... Они рвали душу, проникали в самое нутро, заставляя сердце бешено колотиться.
— Карион, что происходит?! — мой голос дрожал, но я держала поток, сжимая пальцы до боли. — Я слышу крики...
— Всё под контролем, — его ответ был твёрдым, но в нём чувствовалось напряжение. — Несколько тварей прорвались. Двое стражников ранены, но Арон с ними. Они держат оборону у небесного двора.
— Я хочу помочь им...
— Ты УЖЕ помогаешь, маленький воин, — он прижался спиной ко мне, его тепло пробивалось сквозь ледяной ужас. — А я не оставлю тебя одну.
Но крики не стихали.
И вдруг — быстрые шаги.
Арон.
Его лицо было в черной крови, доспехи исколоты когтями, но в глазах — никакой паники, только ярость.
— Карион, мне нужна твоя помощь, — он дышал тяжело, голос хрипел от напряжения. — Попробуй ударить их тьмой. Не защитой — разорви их! Уже пятеро ранены!
Карион не шелохнулся.
— Я не отойду от Миры.
Тишина.
Напряжение.
И вдруг — хруст.
Громкий. Чёткий. Ужасающий.
Я не выдержала — обернулась.
И увидела.
Стражника.
Монстр вонзил в него когти — кровь хлынула фонтаном — и резким взмахом крыльев рванул вверх, унося его в небо.
— ВЕДИТЕ КАУЛОВ! НЕМЕДЛЕННО! — Арон закричал так, что задрожали стены.
Двое стражников рванули в сторону пещер.
Но я знала...
— Они не успеют, Карион... — мой голос предательски дрогнул.
— Мира! Я с тобой! — его пальцы впились мне в плечо, словно боясь, что я исчезну.
— Карион, прошу... помоги ему... — я сжала его руку, глядя в глаза. — Ты же можешь догнать эту тварь... Я видела, как ты летаешь...
— Мира... — он прорычал, и в его голосе была вся боль мира.
— Я не прощу себе, если из-за меня погибнет кто-то ещё... Прошу...
И в этот момент —
Стрела.
Одна. Единственная.
Она пронзила грудь чудовища насквозь, и оно завизжало, забилось — и камнем полетело вниз в самую бездну, увлекая за собой стражника.
— РИМАЛ! — Арон заорал, и в его крике не было ничего, кроме чистой, животной агонии.
Карион зарычал.
Не просто громко — так, что земля дрогнула, камни под ногами заходили ходуном, а воздух содрогнулся от этого звука. Он сжал челюсти до хруста, глаза закрылись — и в следующий миг...
Его спина разорвалась.
Из-под кожи вырвались огромные, перепончатые крылья — черные, как сама ночь, искрящиеся по краям алым отблеском, словно тьма, пропитанная кровью. Он резко развернулся, разбежался — и оттолкнулся от земли .
Взлетел.
А потом — сложил крылья и камнем ринулся вниз, в погоню за падающим стражником.
Секунда.
Минута.
Тишина.
Даже твари замерли, их желтые глаза расширились, головы склонились в странном, почтительном любопытстве. Они смотрели на Кариона, будто узнавали в нём что-то своё.
А я...
Я не дышала.
Сердце замерло, пальцы онемели, но тьма всё ещё текла из моих рук, прикрывая мирных жителей.
И тишину разорвал грохот.
Карион приземлился с оглушительным ревом, подняв вихрь пыли. В руках он держал стражника — без сознания, но живого. Аккуратно положил его рядом с другими и...
Обернулся к тварям.
Они наклоняли головы, шипя, изучая его.
А он встал перед ними, расправил руки — и издал новый рык.
Не звук, это было похоже на ударную волну силы.
Пространство содрогнулось, камни треснули, а из его груди хлынула тьма — живая, ненасытная, убийственная.
Твари завизжали, забились, захлопали крыльями, но поздно.
Те, кто не успел отлететь, рухнули вниз, исчезая в бездне.
Несколько попытались бежать — рванули к ночному двору, отчаянно махая крыльями.
Но Карион не собирался их отпускать.
Он взмыл в небо — один рывок, и он был уже среди них.
Его когти удлинились, сливаясь с руками черными прожилками, а глаза...
Глаза горели темным пламенем.
Он рубил их головы когтями, рвал, кромсал — на лету.
Кровь лилась черным дождём.
И последняя тварь упала в бездну, истошно вопя.
Тишина.
Я вдохнула — впервые за вечность — и обернулась к жителям.
Вобрала тьму.
И крикнула:
— БЕГИТЕ ДОМОЙ!
Они рванули — кто в ближайшие двери, кто дальше, вглубь улиц.
Но никто уже не смотрел на них.
Все смотрели на Кариона.
На того, кто только что стал их кошмаром и спасением.
Карион летел ко мне, словно демон, рванувшийся с цепи.
Его крылья резали воздух с шипящим свистом, тело неслось так стремительно, что на мгновение я подумала — он врежется прямо в меня.
Но в последний момент он резко затормозил, взмахнув крыльями так, что вихрь пыли взметнулся вокруг нас.
Он дышал — глухо, хрипло, будто лёгкие разорваны изнутри. Его глаза всё ещё пылали — тёмное пламя не угасало, лишь пульсировало в глубине зрачков. Когти, черные от чужой крови, сжимались и разжимались, будто тело не могло остановиться.
А потом...
Он шагнул ко мне, сдавил челюсти так, что кости хрустнули, и прорычал — не голосом, а каким-то звериным воплем, пробивающим до костей:
— Не смей... больше... просить о таком!
Каждое слово рвалось из его горла, обжигая яростью.
— Не смей... просить меня... оставить тебя... ради других!
Он впился в меня взглядом, и в его глазах не было ничего человеческого — только тьма, только безумие.
— Даже если все сдохнут... но ты останешься жива... меня это устроит!
— Карион... — мой голос дрогнул, слова застревали в горле.
Сбоку подбежал Арон, его дыхание сорвано, лицо в крови, но в глазах — облегчение.
— Всё хорошо... Раненые есть, но никто не погиб... Римал без сознания, но жив... Карион...
Но он не договорил.
Карион взревел, обернулся к нему — и в тот же миг я вспомнила.
Тогда.
В первый раз, когда он выпил зелье.
Когда он просил успокоить его.
Я резко схватила его руки, вцепилась в них, заставив посмотреть на себя.
— Карион, я здесь... Всё хорошо... Я цела... Посмотри на меня...
Он резко дернулся, обернулся, но взгляд всё ещё был диким.
Тогда я приняла решение.
— Карион... идём со мной.
Я сжала его ладони, закрыла глаза — и отпустила магию.
Волна энергии прокатилась по мне — не обжигающая, а мягкая, убаюкивающая.
Я не знала, куда мы попадём.
Но знала одно — ему нужен покой.
Хлопок.
И мы исчезли.