Непосвященная

Сознание возвращалось ко мне обрывками. Я слышала голоса, но слова расплывались, будто доносясь сквозь толщу воды. Тело было тяжелым, непослушным, будто налитым свинцом. Но одно я ощущала отчетливо - крепкие руки, несущие меня, и этот знакомый, согревающий душу запах... Дорок.
Голос Леамы прозвучал где-то рядом, взволнованный и дрожащий:
-Это побочное действие зелья! Хозяйка не до конца вспомнить и обрести силу... магия ударить и по ней...
Грохочущий голос Дорока перекрыл все другие звуки:
-Какого черта, ненки?! Предупредить не могла?! Она без сознания!
Леама ответила пискляво, но уверенно:
-Она прийти в себя! Нужно просто восстановить силы!
Внезапно голос Тераса врезался в этот обмен репликами, резкий и тревожный:
-Дорок! Негуль! Прямо за нами, я чувствую!
Пространство вокруг меня будто сжалось от этих слов. Руки, державшие меня, напряглись.
-Вот черт! Карион, бери ведьму! Ненки, беги за ним! Уходите в дом! Мы с Терасом разберемся! - приказ Дорока прозвучал как удар грома.
Меня передали в другие руки - сильные, но незнакомые. Запах изменился - теперь это был аромат кожи и металла, Карион. Он крепко прижал меня к груди,  рванул вперед, оставляя позади остальных...
Я открыла глаза в просторной гостиной. Каменный пол, деревянные балки, теплый свет светильников и огромный камин, перед которым я и оказалась.
Карион внимательно изучал мое лицо, слегка хмурившись:
-Она очнулась!
Леама тут же засуетилась:
-Хозяйка! Скорее, положить ее на диван!
Я попыталась сесть:
-Я... в порядке. Голова кружится, но уже лучше...
Карион аккуратно усадил меня на мягкий диван. Его поведение было необычным - обычно молчаливый, теперь он смотрел на меня с непривычной заботой и тревогой.
-Ты в порядке? - спросил он учтиво, но в голосе сквозило беспокойство.
-Да... просто слабость...
Леама тут же включилась:
-Хозяйке нужно поесть и выпить горячего напитка!
Карион кивнул:
-Ты права, ненке. Я схожу на кухню, поищу что-нибудь.
Когда он вышел, я не выдержала. Все, что накопилось за эти дни, вырвалось наружу:
-Леама... я больше не могу тебя обманывать. Я узнала от Ведающей... Я не твоя хозяйка. Я не Моргат. Я даже не знаю, кто я... - голос дрожал, я опустила голову.
Ответ Леамы ошеломил меня:
-Я знать, хозяйка.
-Что?! - глаза расширились от непонимания. - Ты знала? С самого начала? Ты знала, что меня вырвали из моего мира, что я чуть не стала жертвой этого извращенца, что меня чуть не убил Негуль... и ты МОЛЧАЛА?!
Слезы катились по щекам, но я даже не пыталась их смахнуть. Предательство жгло сильнее любого огня.
Леама подошла ближе, ее маленькие ручки сжали мои:
-Моргат наложить на меня заклятье... Если я рассказать вам правду сама... мои крылышки погибнуть. - В ее голосе звучала такая боль, что мой гнев начал таять. - Но я верить... что вы все вспомнить. Сами.
Тишина повисла между нами, тяжелая и напряженная. Сколько еще секретов хранит этот мир? Сколько еще ударов мне предстоит пережить?
Леама стояла, опустив голову. Её маленькие пальчики дрожали, бессмысленно теребя края платья. Она не смотрела на меня, только тихо хлюпала носом, словно пытаясь сдержать рыдания.
Я не выдержала.
— Как я могу теперь тебе доверять?! — крик вырвался из груди, горячий, обжигающий. — И зачем ты вообще мне помогала, если знала?!
— Хозяйка... — её голосок дрогнул, но я резко перебила.
— Я тебе не хозяйка! — зашипела я, вскакивая с дивана. Всё тело горело от ярости, от предательства, от ощущения, что меня использовали.
Я рванула к выходу, но путь преградила массивная фигура Кариона.
Он стоял неподвижно, скрестив руки на груди, взгляд — холодный, непроницаемый.
— Ты останешься здесь, — произнёс он ровно, без эмоций.
— Я вам ничего не должна! — закричала я, размахивая руками. — И ты не имеешь права держать меня здесь силой!
Карион не дрогнул.
— Могу, имею и задержу.
И прежде чем я успела отпрянуть, его руки сомкнулись на мне.
Я взвизгнула, забилась в его железной хватке.
— Отпусти!
Но он не слушал, несущий меня обратно к дивану, словно непослушного ребенка.
Я выгнулась, пытаясь вырваться, ногти впились в его предплечья, но он даже не моргнул.
Тогда я рванулась к его плечу и впилась зубами в кожу выше ворота рубашки.
Металлический привкус крови заполнил рот.
Карион замер.
Я оторвалась, слизывая его кровь с губ прямо перед его глазами.
Он удивленно смотрел на меня, в его глазах будто собиралась буря и из золотисто-карих они становились черными .
— Ты ненормальная, — впервые за всё время он повысил голос. — Укусила меня до крови! А если я прокушу тебе шею?-Придвинулся он ко мне еще ближе...
— У вас тут все ненормальные! — зарычала я ему в лицо. — Я ничем не отличилась! Делай что хочешь, мне плевать!
Он резко разжал руки, поставив меня на ноги.
И в этот самый момент дверь распахнулась.
На пороге стоял Дорок.
Весь в черной крови, волосы слиплись, грудь тяжело вздымалась.
Но самое страшное — его глаза.
Они горели.
И смотрели прямо на нас с Карионом.
Оценивая.
Терас, молча, проскользнул мимо него, махнув рукой,  направляясь на кухню, но напряжение в воздухе сгущалось, как перед грозой.
Никто не дышал, словно время замерло.
Карион отвернулся так, что укус не было видно и скривил рот в оскале...
— Что происходит?
Голос Дорока прорубил напряженную тишину, резкий, как удар клинка. Он стоял в дверном проеме, весь в черной крови, волосы слиплись от пота и грязи, глаза горели холодным огнем. Его взгляд скользнул с меня на Кариона, оценивая расстояние между нами, напряженные позы.
Я тяжело дышала, грудь вздымалась, пальцы дрожали. Всё ещё не в силах справиться с яростью, я сверлила взглядом Кариона, будто пытаясь прожечь в нем дыру.
Карион потер укушенное плечо, нахмурив брови, и сухо бросил:
— Твоя ведьма хотела прогуляться под луной в компании негулей, наверное.
— Вас не должно волновать, что я хочу! — выпалила я, голос дрожал от злости и обиды.
Леама громко всхлипнула — один-единственный звук, полный боли и отчаяния. Потом рванула к двери, маленькие ножки застучали по полу, и через секунду она исчезла в ночи.
В этот момент из кухни вышел Терас, набив рот едой, растерянно озираясь.
— А где маленькая ненке? — прожёвал он, глядя на наши напряженные лица.
— Убежала, — сухо указал Дорок в сторону двери.
— Твою мать! — Терас буквально взорвался. — Там же полно темных духов!
Он швырнул еду на стол и рванул за ней, исчезнув в темноте так же стремительно, как и Леама.
— Темных духов... — прошептала я, внезапно осознав, что натворила. Гнев уходил, оставляя после себя ледяное чувство вины.
— Леама! Стой! — крикнула я и рванулась к выходу, но Дорок перехватил меня, крепко схватив за плечи.
— Нет, ведьма. Ты остаешься.
— Но я... я наговорила ей... она же помогала мне... это моя вина... — голос сломался, слезы хлынули ручьем, я обхватила себя руками, будто пытаясь удержаться от падения.
Дорок слегка разжал хватку, его голос стал тише, почти мягким:
— Всё будет в порядке. Терас быстрый. Он догонит её и вернет.
— Но...
— Тебе нужно отдохнуть. — Он осторожно развернул меня к кухне. — Пойдем, найдем тебе поесть.
Я поняла, что спорить бесполезно, и покорно поплелась за ним, чувствуя, как тяжесть вины давит на плечи.
Карион, стоявший в стороне, хмыкнул, бросив на меня долгий взгляд, и направился в противоположный конец дома, оставив нас одних.
Тишина снова накрыла комнату, но теперь она была другой — тяжелой, наполненной невысказанными словами и сожалениями.
А где-то в ночи бежала Леама — маленькая, испуганная, раненая моими словами.
И я не могла ничего исправить. Только ждать. И надеяться.
Кухня встретила нас теплым полумраком. Широкий каменный очаг, испещренный следами огня, глухо потрескивал от остаточного жара. Над ним висели чугунные котлы, а по стенам — деревянные полки, уставленные банками с травами, связками сушеных грибов и мешочками ароматных специй.
Ножи разных размеров сверкали в свете масляных ламп, топорики висели на крючьях, готовые в любой момент вонзиться в дерево или мясо.
Дорок подошел к очагу, подбросил дров и поставил массивный чайник с водой.
— В холодном ящике есть мясо, — сказал он, открывая массивный ларец, покрытый инеем. — Можно потушить с корнеплодами.
Я тихо кивнула, чувствуя, как гнев и вина постепенно уступают место усталости.
— Спасибо... — голос дрогнул. — Я правда не знаю, что на меня нашло... Чем я могу помочь?
Дорок повернулся ко мне, его глаза — обычно такие жесткие — сейчас казались мягче.
— Просто постой рядом. — Он слегка улыбнулся. — Расскажи что-нибудь.
— Я?  — Не знаю, с чего начать...
— Ведающая говорила, что ты расскажешь мне о каком-то походе.
— О походе? — нахмурилась я. — Что она имела в виду?
— Не знаю. — Он развел руками. — Может, ты видела что-то странное? Видения? Сны?
Я задумалась, вспоминая обрывки снов, которые мучили меня последние ночи.
— Мне снилась... книга. Со светящимися страницами. — Глаза Дорока сузились. — И еще... другая ведьма. И эльфы в красном, с символами черепов и черными повязками...
Дорок резко выпрямился, его лицо исказилось от понимания.
— Зорах! — прошипел он. — Опять он... Красное с черепами — это их форма.
— Что?
— Книга Вечности... у ведьмы Миады. — Он сжал кулаки. — Черт, это нехорошо.
— Почему?
— Миада давно влияет на Зораха, правителя соседних земель. — Его голос стал жестким. — Её душа и тело отравлены темной магией. Если она заполучила Книгу Вечности...
Он замолчал, глядя в огонь, будто пытаясь собрать мысли.
— Она хочет власть над всеми. И, судя по всему, Зорах уже под её контролем.
— Но... зачем ей это?
— В твоем сне было что-то еще?
— Я... видела воспоминания Моргат. — Я сглотнула. — Она говорила, что должна спрятаться от неё...
Лицо Дорока побелело.
— О нет... Только не говори, что ей нужна ты.
— Я не знаю... Может, это просто сон...
— Не думаю. — Он резко встал. — Недавно в лесу мы видели наемников Зораха. Они что-то... или кого-то искали.
Тишина повисла между нами, тяжелая и зловещая.
— Похоже, нам придется навестить его.
Огонь в очаге потрескивал, отбрасывая длинные тени на стены.
— Брат!
Я обернулась и увидела Кариона, стоящего в дверном проеме. Его высокая фигура почти заполняла собой пространство, а взгляд, обычно такой невозмутимый, сейчас казался напряженным.
— Я навещу Лундара, — сказал он, не глядя на меня. — Узнаю, смогли ли его шпионы что-нибудь выведать.
Дорок махнул головой в знак согласия, не отрываясь от горшка, в котором булькало мясо с корнеплодами.
— Значит, решено, — продолжил он, голос ровный, но твердый. — Ужинаем, отдыхаем. Утром ты, Карион, навестишь Лундара. Мы с моей ведьмой сходим в её таверну. Вечером встретимся здесь и разработаем план действий.
Дорок молча помешивал еду, ложка стучала о чугунные стенки горшка. Я украдкой взглянула на Кариона, на то место, где мои зубы оставили след. Кровь уже запеклась, но рана была заметной — красная, небольшая, но явно болезненная.
Карион заметил мой взгляд, оскалился , резко отвернулся и вышел в гостиную, даже не сказав ни слова.
Мне стало не по себе.
"Наверное надо бы извиниться..."
Но не сейчас.
Да и вообще, он сам виноват — нечего было меня останавливать, он единственный, кто искренне не рад мне в этой компании. С ним явно что-то не так, вот только что...
Я вздохнула, вернувшись к реальности.
Дорок тихо протянул мне стопку грубых керамических тарелок, его пальцы слегка коснулись моих — теплые, шершавые от бесчисленных сражений.
— Пойдем накроем стол, — сказал он, голос низкий, почти нежный.
Но мои мысли были далеко.
Где Леама?
Сердце сжалось от представления, как маленькая ненке, заплаканная, одинокая, бредет в кромешной тьме, окруженная негулями. Ее хрупкие крылышки, ее испуганные глазки — все это могло быть растерзано в любую секунду.
Я начала мерить комнату шагами, нервно сжимая тарелки, чувствуя, как тревога разъедает меня изнутри.
И вдруг — скрип двери.
Леама.
Она стояла на пороге, глаза красные от слез, крохотные ручки сжаты в кулачки. За ней, как мрачная тень, возвышался Терас, смотря на меня с немым укором.
Наши взгляды встретились.
Я всхлипнула, расправив руки — Прости меня! — голос дрогнул, слезы хлынули сами. — Я не должна была на тебя кричать! Ты столько для меня сделала, хотя знала, что я не твоя хозяйка!
Леама шмыгнула носом, ее большие глаза наполнились новыми слезами, и она бросилась ко мне, как птенец под крыло.
— И вы меня простить... — прошептала она, вжимаясь в мои объятия.
Мы плакали, качаясь из стороны в сторону, словно две веточки на ветру.
— Развели болото, дамы! — Терас, внезапно повеселев, развел руками, но в его глазах светилось облегчение.
— Да ну тебя! — я сквозь слезы улыбнулась, крепче прижимая к себе Леаму.
Маленькая ненке отстранилась, посмотрела на меня снизу вверх, ее глазки блестели.
— Скажите... как я могу вас звать?
Я замерла.
— Я... не знаю...
— Я знаю! — Терас вдруг оживился, подпрыгнув на месте. — Будем звать тебя Мори!
— Мори? — я нахмурилась, но потом рассмеялась. — Только если Дорока будем звать Дори!
— Дори! — Терас прыснул, закатив глаза.
Из кухни донесся низкий, опасный голос:
— Убью...
— Наверное, лучше оставить все как есть, — тихо сказала я, гладя Леаму по голове. — Для тебя я — подруга, но можешь звать меня хозяйкой. Остальные пусть зовут Моргат. Не надо, чтобы лишние уши узнали правду.
— Согласен, — Дорок появился в дверях, держа дымящийся горшок. Аромат тушеного мяса и кореньев заполнил комнату, у всех слюнки потекли.
— Жаль, — Терас надул губы, строя глазки Дороку. — Дори, тебе положить на тарелочку?
— Заткнись, пока я не оторвал тебе язык, — Дорок поставил горшок на стол, но в его глазах мелькнула искорка. — Кариона надо позвать.
— Я здесь, — раздался голос с лестницы.
Карион спустился, его взгляд скользнул по мне, холодный, отстраненный. Он сел подальше, словно я была прокаженной.
Нажила себе врага...
Но зато у меня снова есть Леама.
И это главное.
После ужина Дорок собрал всех в гостиной, его глухой голос звучал четко, словно отдавая приказы перед битвой.
— Завтра Карион идет к Лурдану. — Его глаза сверкнули в свете камина. — Мы с Ведьмой — в таверну. Терас и Леама остаются здесь, готовят вещи в дорогу. Вечером встречаемся, обсуждаем дальнейшие действия.
Все кивнули, но я поймала на себе тяжелый взгляд Кариона. Он все еще злился, и это сжимало мне сердце и от чего-то беспокоило...
Нас провели на второй этаж, где четыре двери скрывали личные пространства братьев и гостевую комнату.
Наша комната оказалась просторной, уютной, но с оттенком таинственности.
Большая кровать под балдахином из тяжелого темно-синего бархата. Стены — глубокого синего оттенка, словно ночное небо. Массивный дубовый шкаф в углу, зеркало в резной раме, отражающее бледное лицо — мое, но не совсем.
Но главное — стеклянная дверь на балкон.
Я распахнула ее, и ночной воздух, пропитанный ароматом хвои и влажной земли, окутал меня.
Лес передо мной раскинулся, темный, бескрайний. Луна, уже клонящаяся к закату, бросала серебристые блики на узкую тропинку, уходящую в чащу.
Красиво.
И пугающе.
Леама подошла неслышно, ее маленькая ладошка легла на мою руку.
— Хозяйка, вы со всем справится, я в вас верить...
Я вздохнула, глаза сами закрылись на мгновение.
— Завтра в таверну, — тихо сказала я. — Нужно успокоить работников, назначить Алию главной. Она сильная, ответственная...
Леама кивнула, но ее глаза выражали тревогу.
— Хозяйка, вам нужно научиться магии. Вы даже не представлять, на что способны ведьмы.
Миада.
Ее имя прожгло меня, словно ледяной клинок.
— Миада очень опасна, — шептала Леама. — Я даже не знать, как мы подбираться к книге, если она у нее... Вся надежда на ищеек.
Я сжала ее руку.
— Но у меня тоже есть книга. Я могу практиковаться.
Леама покачала головой, лицо стало серьезным.
— Моргат, хоть и была... сложной, использовать чистую магию. Она не желать зла. А Миада...-Голос ненки дрогнул.— Она черпать силу из тьмы. Убивать.
Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Правитель Зорах... — продолжала Леама. — У него были мать и отец. Отца он убить во сне, кинжалом. А мать... ее так и не найти.
Луна скрылась за тучей, комната погрузилась в полумрак.
— Говорят, это Миада нашептать ему. Чтобы он стать правителем. И теперь... он ее марионетка.
Темнота за окном сгущалась, лунный свет едва пробивался сквозь тяжелые бархатные занавеси. Мы с Леамой устроились на огромной кровати, утонув в мягких подушках.
— Леама... — тихо начала я, переворачиваясь на бок, чтобы лучше видеть её большие, светящиеся в полумраке глаза. — Сколько всего Дворов? Лурдан — один из правителей, а остальные?
Леама приподнялась на локте, её крылышки дрогнули от волнения.
— С давних времен в нашем мире существовать семь Дворов, — прошептала она, словно боясь, что стены подслушают. — Ближайший к нам — Двор Ночи, Зораха. Наш Двор называется Звёздным...
Она замялась, глаза потускнели от тяжёлых воспоминаний.
— Раньше быть другой правитель. Его все любить... Но отец Лурдана убить его и занять трон. Потом власть перейти к Лурдану. Народ его не очень любить, но он исполнять свой долг исправно.
Я сжала кулаки под одеялом, ненависть к Лурдану вспыхнула с новой силой.
— А какие ещё Дворы есть?
Леама оживилась, её глаза засветились, когда она начала перечислять, загибая тонкие пальчики:
— Двор Ночи, Двор Неба, Двор Зари , Двор Огня, Двор Земли, Двор Воды .
— И ты везде была? — удивилась я.
Леама засмеялась, звонко, как колокольчик.
— Нет, хозяйка! — покачала она головой. — Я быть только в соседнем Дворе Ночи и... в Дворе Неба.
— А как там?
Её лицо озарилось такой искренней радостью, что мне стало теплее.
— Ой, хозяйка, там... там красиво! — Она захлопала в ладоши. — Там есть такие, как я! И почти в каждом доме есть каулы! А ещё... весь Двор на горах стоит! Эльфы и маленькие фейри там всё время летать! Там так высоко, что облака под ногами!
Я улыбнулась, представляя это великолепие.
— Наверное, это и правда чудесно... А где мне можно почитать про все Дворы подробнее?
Леама задумалась, покусывая губу.
— Хозяйка, спросить у ищеек. Возможно, у них есть книга, где вся опись.
— Завтра спрошу...
Я зевнула, внезапно ощутив, как усталость наваливается на меня тяжёлым покрывалом.
— Пора спать, Леама.
Мы устроились поудобнее на широкой кровати, пожелали друг другу сладких снов и погрузились в объятия сна.
Утро наступило мягко, лениво, словно нехотя. Солнечные лучи пробивались сквозь тяжелые занавеси, рассыпаясь золотыми бликами по деревянному полу. Я сладко потянулась, чувствуя, как каждый мускул напрягается, а затем расслабляется.
Леама, к моему удивлению, всё ещё спала, свернувшись калачиком на краю кровати, её крохотные крылышки время от времени подрагивали. Обычно она просыпалась первой, суетясь по комнате, готовя одежду или нашептывая что-то себе под нос. Но сегодня... сегодня она спала.
Я улыбнулась, осторожно сползла с кровати, стараясь её не разбудить, и подошла к шкафу. Там висела легкая черная накидка — шелковистая, прохладная на ощупь. Я накинула её на плечи, чувствуя, как материал скользит по коже, и тихо вышла из комнаты.
В доме царила абсолютная тишина. Ни шагов, ни голосов, только скрип старых половиц под моими босыми ногами. Может, все ещё спали? Или уже ушли?
Мне нужно было в купель. И, желательно, в туалет. Жаль, что на втором этаже его не было — пришлось терпеть всю ночь. Я почти бежала, крадучись на цыпочках, чтобы не разбудить никого.
Наконец-то добралась. Сделав все необходимые дела, я сбросила накидку и осторожно вошла в купель. Теплая вода обняла меня, смывая остатки сна.
Почему вода в купелях всегда такая... идеальная? Не слишком горячая, не холодная, а именно такая, чтобы расслабить каждую мышцу, наверное не обошлось без магии. Я провела ладонью по водной глади, создавая маленькие волны, и откинула голову назад, закрыв глаза.
Тишина. Покой. Никаких Лурданов, никаких заговоров, никаких опасностей. Просто я, вода и утренний свет.
Краем уха я услышала шаги за дверью. Сердце ёкнуло, и я инстинктивно прикрыла грудь руками, прижавшись к краю купели.
Дверь открылась.
На пороге стоял Терас.
Сонный, растрёпанный, с полузакрытыми глазами. Он зевнул, почесал живот, и только потом поднял взгляд.
На меня.
Голую.
В купели.
Его глаза округлились.
— Голая... — прохрипел он, голос сдавленный, как будто ему перекрыли кислород. — Одна... в купеле...
Он замер, а затем, кажется, захныкал.
— У меня утренний стояк... а мне ведь даже смотреть нельзя...
Он махнул рукой, развернулся и вышел, бурча под нос что-то явно неприличное.
Дверь захлопнулась.
Я сидела в воде, не в силах пошевелиться. Щёки горели, в ушах стучало.
Что это было?!
Наверное, все только просыпаются... Мне лучше одеться и подождать остальных на кухне...
Я вышла из купели, торопливо вытерлась, накинула накидку и высунула голову в коридор.
Тишина.
Только где-то вдалеке доносилось тихое потрескивание дров в очаге и глухие голоса из гостиной долетели до меня, едва я приблизилась. Дорок и Карион уже сидели за столом, обсуждая планы на день. Их тона были деловитыми, резкими — чувствовалось, что разговор серьезный.
Мне стало неловко вторгаться, поэтому я тихо свернула на кухню — и застыла на пороге.
Леама, маленькая и проворная, уже вовсю хлопотала у очага. Её крылышки трепетали от усердия, ложечка звенела о чашку, а ломти хлеба, подрумяниваясь на сковороде, наполняли воздух аппетитным ароматом.
— Я думала, ты спишь... — не скрывая удивления, прошептала я.
Леама вздрогнула, обернулась и лучисто улыбнулась:
— Я проснуться сразу после вас, Хозяйка! — её глазки хитро сверкнули. — А потом видеть взбудораженного Тераса... Он идти к выходу, бормотать что-то... Мне даже казаться, что он шептать заклинания!
Я фыркнула, вспомнив утренний инцидент:
— Не думаю! Он просто... — махнула рукой, не в силах подобрать слов. — В общем, не важно. Давай помогу накрыть на стол, только схожу переодеться.
Мы быстро управились: хрустящие ломтики хлеба, ароматный сыр, запеченное мясо с овощами — всё это заняло свое место на грубом деревянном столе. Травяной напиток, заваренный Леамой, дымился в глиняном чайнике, распространяя тонкий запах мяты и чабреца.
Как только последняя тарелка заняла свое место, в гостиной послышались шаги. Все собрались и расселись — Дорок справа от меня, Леама слева, за ней Терас, а Карион — в самом дальнем углу, будто намеренно отгораживаясь.
Тишина.
Только стук ложек и хруст хлеба нарушали утреннее спокойствие.
Я медленно жевала, вспоминая вчерашний разговор с Леамой. Семь Дворов... Тайны, заговоры, власть, которая переходила из рук в руки через кровь...
Мой взгляд скользнул по лицам за столом:
Дорок — сосредоточенный, сжатый, как пружина перед прыжком.
Терас — необычно тихий, изредка бросающий на меня странные взгляды.
И Карион — холодный, отстраненный, но в его глазах читалось что-то, что заставляло меня сжиматься внутри.
Леама, чувствуя мое напряжение, тихо тронула мою руку:
— Хозяйка, всё хорошо?
Я кивнула, но мыслями была далеко — в тех самых Дворах, о которых она рассказывала. Где-то там была книга, которая могла дать ответы. Где-то там ждала опасность.
Тишину за столом разорвал мой вопрос, прозвучавший неожиданно даже для меня самой:
— Слушайте, а у вас есть здесь что-то вроде библиотеки? — Я отложила ложку, глядя на братьев. — Книги о мироустройстве, например?
Терас, пережёвывающий хлеб, замер с набитыми щеками и уставился на меня, широко раскрыв глаза:
— Ты серьёзно? — он с трудом проглотил кусок. — За завтраком думаешь о книгах?
Дорок, не отрываясь от еды, спокойно ответил:
— Прямо над твоей комнатой — чердак. — Его голос был ровным, но в глазах мелькнул интерес. — Там можно почитать. Есть книги на разные темы. Думаю, тебе стоит ознакомиться не только с мироустройством, но и с магией ведьм. Особенно с проявлениями тёмной и белой.
Я сжала чашку в руках, внезапно ощутив лёгкую дрожь в пальцах:
— А как понять, какую магию используешь? — Мой голос звучал тише, чем я хотела. — Я даже не знаю, кем была та ведьма, что оставила след в моей крови...
Дорок медленно поднял голову, его взгляд стал пристальным, пронизывающим. Он наклонился чуть вперёд, сложив пальцы перед собой:
— Ведьмы, избравшие тёмную магию, зависимы от пороков. — Его слова падали тяжело, словно камни. — Они жаждут власти, ненависти, черпают силу из страданий других. А те, кто идёт светлым путём... Они учатся понимать язык природы. Слышать дыхание ветра. Познают стихии. Их чары мягче, но...
Он замолчал на мгновение, глаза потемнели:
— Даже белая ведьма может нанести непоправимый вред, если познает боль потери или предательства. Любовь бывает жестока. А месть... месть иногда кажется справедливой.
Тишина.
Я задумалась, чувствуя, как в голове крутятся мысли:
— А ведьма может использовать и тёмную, и белую магию?
Терас, до этого молчавший, вдруг оживился. Он подался вперёд, ухмыльнувшись:
— В теории — да. — Его глаза блеснули азартом. — Столетия назад были ведьмы, способные удерживать баланс. Контролировать обе силы. Но сейчас...
Он снизил голос до шёпота, словно боялся, что его подслушают:
— Сейчас правители держат ведьм при дворах, и те всё чаще склоняются к тьме. Чтобы помогать удерживать власть. Хотя... — он огляделся, — я иногда думаю, что это ведьмы на самом деле управляют Дворами.
Карион резко хлопнул ладонью по столу:
— Терас. — Его голос звучал, как удар хлыста. — У тебя язык — как помело. Научись иногда оставлять мысли при себе.
Терас скорчил гримасу, но замолчал.
Тишина за завтраком тянулась, густая и тяжёлая, словно туман перед рассветом. Каждый из нас утонул в своих мыслях, предчувствиях, сомнениях.
Карион встал первым. Его движения были резкими, отрывистыми — схватил тарелку, кружку, исчез на кухне, а затем бесшумно вышел из дома, не оглянувшись. Дверь захлопнулась за ним, словно поставив точку в этом неловком молчании.
Мы с Леамой поднялись в комнату, чтобы собраться. Я надела простое чёрное платье — длинные рукава, плотная ткань, не стесняющая движений. Волосы заплела в тугую косу — чтобы не мешались. Леама, как всегда, суетилась рядом, поправляя складки, подавая пояс, будто боялась, что я вдруг исчезну.
-Хозяйка, мы с Терасом идти с вами.
-Это хорошо, мне так даже спокойнее..
Мы спустились в гостиную. Пусто. Только потрескивание догорающих углей в камине.
Когда Дорок и Терас наконец появились, мы вышли.
Лес, который ночью казался угрожающим, теперь дышал жизнью. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь гигантские кроны, рассыпались золотыми бликами по мшистой земле. Дубы и кедры, величественные, как древние башни, тянулись ввысь, их стволы, покрытые узорами лишайников, напоминали страницы старинных книг.
Под ногами — ковёр из диких цветов: золотистые лютики, словно капли солнца; дымчато-голубые колокольчики, колышущиеся в такт ветру; алые маки, как брызги крови на зелёном полотне.
Аромат — медовый, пряный, с лёгкой горчинкой полыни — окутывал, и опьянял одновременно.
А над цветами —порхали фейри. Крошечные, не больше пальца, с мерцающими крылышками, как у бабочек. Они порхали, жужжа, оставляя за собой лёгкий след магии — искристый, как роса на паутинке.
Леама ахнула, потянулась к ним, но фейри, словно дразнясь, улетали, растворяясь в воздухе.
Дорок шёл впереди, его спина — напряжённая, готовность к бою в каждом шаге. Терас, напротив, беспечно насвистывал, подбрасывая в воздух какой-то камешек.
А я...
Я смотрела на этот лес, на этот свет, на эту красоту, и впервые за долгое время почувствовала — здесь есть что-то, ради чего стоит бороться.
Даже если впереди — тьма.
Солнечные зайчики прыгали по мшистым корягам, фейри с любопытством кружили вокруг нас, а воздух был наполнен ароматом хвои и цветущих трав. Казалось, сам лес дышал тихой, мудрой жизнью, и я впитывала это спокойствие.
Первым не выдержал Терас.
— Мы словно на похороны идём... — громко вздохнул он, размахивая руками. — Почему все молчат? Я, кажется, уже забыл, как разговаривать!
Дорок не повернулся, но уголок его рта дрогнул:
— Тебе это не грозит.
Терас фыркнул, подмигнув мне:
— Совсем меня не жалеешь, брат. А ведь хорошая беседа — лучшее лекарство от всех невзгод.
Я улыбнулась и тоже решила нарушить молчание:
— После того, как разберёмся в таверне... мы сразу отправимся за книгой?
Терас закатил глаза, драматично взмахнув руками:
— Не торопись, ведьмочка! Поход на чужие земли — не прогулка по саду. Нужно подготовиться: провизия, удобная одежда, оружие... Да и наш хмурый Карион должен разузнать кое-что у Лурдана.
Я кивнула, чувствуя лёгкое разочарование:
— Да, наверное... Я просто не знаю, как к такому готовиться. Мы с Леамой решили, что мне нужно освоить хотя бы основы из книги Моргат.
Дорок, до этого молчавший, наконец обернулся:
— Ты права. Но магия — не единственное, что тебе пригодится. Зорах — не дурак, а Миада... Она опасна.
Его глаза стали холодными, как сталь.
— Но мы пойдём туда вместе и я смогу тебя защитить.
Я сжала губы, но кивнула. Он был прав.
А пока...
Пока нужно было дойти до таверны.
И сделать первый шаг к тому, что ждало впереди.
Спустя несколько часов пути мы наконец добрались до знакомой таверны. Её тёплый свет и шум голосов за дверью казались такими родными, такими безопасными по сравнению с тем, что ждало нас впереди.
Алия, стоя за барной стойкой, увидела нас первой. Её глаза широко распахнулись, а лицо озарилось радостной улыбкой.
— Госпожа! — воскликнула она, торопливо вытирая руки о фартук.
Я кивнула и тихо сказала:
— Алия, мне нужно поговорить с тобой наедине.
Мы ушли в небольшую комнату за кухней, где хранились запасы. Алия, всё ещё улыбаясь, смотрела на меня с ожиданием, но в её глазах уже мелькала тревога.
— Госпожа, вам обязательно уходить? — спросила она, голос дрогнул.
— Да, Алия. — Я положила руку ей на плечо, стараясь звучать твёрже, чем чувствовала себя. — Эти дела не терпят отлагательств. Я не знаю, как долго меня не будет, но... Мне нужно, чтобы ты взяла на себя управление таверной. Можешь обучить кого-то из девушек или нанять помощника.
Алия замерла, глаза заблестели.
— Мне... мне очень приятно, что вы доверяете мне это. — Она сжала руки в кулачки, будто стараясь не заплакать. — Я вас не подведу!
С этими словами она стремительно выскочила из комнаты, чтобы собрать всех работников.
Через пару минут в зале собрались все: девушки, парни с озадаченным видом, повара и даже охранник эльф. Я встала перед ними, чувствуя, как десятки глаз смотрят на меня с любопытством и тревогой.
— Я уезжаю по важным делам, — сказала я, стараясь говорить чётко. — На время моего отсутствия Алия будет управлять таверной. Всё останется по-прежнему.
Народ зашумел, но недовольства не было — Алию все любили, уважали, и это облегчило разговор.
Мы ещё немного обсудили рабочие моменты, а затем все разошлись, оставив меня наедине с мыслями.
Я сидела за столом, подпирая подбородок руками, глаза уставившись в одну точку.
Как я вообще оказалась в этом мире?
Что мне делать?
Как вернуть память?
Мысли путались, как клубок ниток, но одно было ясно — нужно собираться.
Я встала и направилась в свою комнату.
Открыв шкаф, я замерла, разглядывая наряды.
Платья... Нет, они не подойдут для дороги.
К счастью, у меня было несколько практичных костюмов — свободные брюки, удобные рубашки, тёплые жилеты.
Я аккуратно сложила их в межпространственный карман, затем добавила книгу Моргат, зелья, несколько свитков с заклинаниями — всё, что могло пригодиться.
Дверь скрипнула, и в комнату вошла Леама.
— Хозяйка... — она заёрзала на месте, глаза полные беспокойства. — Я так волноваться... Я никогда не ходить в такие походы, тем более на враждебные земли... И мне неудобно просить, но...
Она показала маленькую сумочку.
— Можно положить это с собой? Я взять тёплую накидку и платье...
Я улыбнулась, взяв сумочку.
— Конечно, Леама. Я же говорила — мы подруги. Не бойся просить меня ни о чём.
Я окинула взглядом свою комнату — такую знакомую, такую уютную. Глубоко вздохнула и вышла в зал, где уже ждали Дорок и Терас.
Задерживаться было нельзя — нужно было успеть вернуться в дом ищеек до темноты.
Мы спешили обратно в дом ищеек, ноги горели от усталости, но останавливаться было нельзя — темнота сгущалась, а впереди ждали ответы.
Я рассказала, что взяла с собой — практичную одежду, зелья, книгу Моргат... Но слова звучали глухо, словно эхо в пустой пещере. Все молчали, погруженные в свои мысли. Лишь изредка Дорок и Терас обменивались короткими фразами, строя догадки о том, что узнал Карион.

Когда мы наконец добрались, в окнах уже горел свет — Карион ждал нас.
Аромат жареного мяса и пряных кореньев встретил нас у порога, согревая после долгой дороги.
Терас, как всегда, не выдержал:
— Брат! — ворвался он на кухню, распахивая дверь с такой силой, что та чуть не слетела с петель. — Как я рад, что ты тоже голоден! Мы сегодня ноги стоптали, желудок в узел завязался! Что бы ты ни готовил, пахнет — восхитительно!
Он присвистнул, облизнувшись, но Карион лишь нахмурился, бросив на нас тяжелый взгляд:
— Накрывайте на стол. За ужином обсудим новости.
Мы расселись в гостиной, откупорили бутылку вина — густого, терпкого, как сама эта ночь. Карион внес блюдо — мясо, запеченное с кореньями, покрытое золотистой корочкой. Но аппетит куда-то испарился.
Дорок первым нарушил тишину:
— Брат. Что узнал у Лурдана?
Карион отложил вилку, сложил руки в замок, глубоко вздохнул:
— Лурдан в ярости. Если кратко... Шпионы, которых он отправил к Зораху, не вернулись. Он уверен — Зорах готовит нападение на Звёздный двор, и Миада ему помогает. Приказал нам отправляться немедленно и выяснить, что происходит.
Я вздрогнула, отодвинув тарелку. Сердце бешено застучало:
— Немедленно? А как же подготовка? Я даже не владею магией!
Дорок нахмурился, глаза стали холодными, как лезвие:
— Если Зорах действительно задумал переворот, медлить нельзя. Книга Вечности дала Миаде преимущество. Кто знает, какие заклинания она уже освоила...
Карион задумался, взгляд скользнул ко мне, испытующий, но... сожаление?
— Думаю, ведьма ещё не готова. Это может быть опасно для неё.
Я вскочила, кулаки сжались сами собой:
— Но я хочу идти! Мне нужна эта книга! Что, если это единственный шанс узнать, кто я?!
Голос сорвался, в горле запершило. Но я не сдавалась, глядя на них, на этих троих, которые вдруг стали мне так важны.
Тишина повисла тяжелым покрывалом после моих слов. Дорок медленно поднял взгляд, его глаза – два куска льда, в которых отражалось недовольство.
- Боюсь, она права, Карион, – наконец произнес он, отодвигая тарелку. – Нам нужно выкрасть книгу. Найти в ней ответы.
Терас тут же оживился, подмигнув мне с явным одобрением:
-Я всегда считал, что наша ведьмочка себя еще не показала! – Он игриво ткнул вилкой в воздух. – Возможно, мы тебя недооценили, дорогая.
Дорок резко зарычал, взгляд его стал смертоносным. Терас лишь расплылся в улыбке, разводя руками:
-Что? Уже и похвалить нельзя?
Карион, нахмурившись, перевел взгляд между нами:
-Вы уверены? – Его голос звучал как скрежет стали. – Повторюсь: это опасно для неё и ненке. Без подготовки, без информации – мы идем вслепую.
Но Дорок уже твердо кивнул, возобновляя трапезу:
-Мы справимся.
Терас, размахивая вилкой, не унимался:
-Ну так когда выдвигаемся?
-Завтра. – Дорок отрезал, словно топором. – До Двора Ночи два дня пути. После ужина – подготовка. Затем отдых и в дорогу.
Леама пискнула, сжимая край стола:
-А нам... нам тоже полагается оружие?
- Да. / Нет. – Карион и Дорок ответили одновременно, после чего уставились друг на друга.
Я нахмурилась:
-Не поняла...
Дорок резко повернулся к брату:
-Карион, зачем им оружие? Мы сможем их защитить!
Но Карион не сдавался, скрестив руки:
-Им не помешает подстраховка. Кто знает, что ждет нас на враждебной земле?
-Они не умеют обращаться с оружием! – Дорок ударил кулаком по столу, заставив тарелки звенеть. – Скорее сами себя поранят, чем воспользуются им!
-Научатся, – упрямо парировал Карион.
Терас, наблюдавший за перепалкой, словно за игрой, вдруг хлопнул в ладоши:
-Есть решение, братья! – Он ухмыльнулся. – Не поверите – они могут решить сами!
Два пары глаз впились в него с немым возмущением.
Я не выдержала – этот спор начал меня раздражать. Разве я ребенок, чтобы за меня решали?
-Терас прав, – резко сказала я, вставая. – Мы сами решим. Леаме и мне не помешает иметь при себе хотя бы кинжалы. Ради безопасности.
Дорок замер, его взгляд пронзил меня насквозь, но он промолчал. Карион же, плохо скрывая ухмылку, поднялся и направился к купальне, явно довольный исходом.
Я подошла к Дороку, стараясь говорить мягче:
-Все в порядке. Мы сильнее, чем кажемся. И... я ценю твою заботу. Но Карион прав – нам нужна возможность защититься.
Он резко встал, стул грохнулся на пол. Без слов вышел на улицу, хлопнув дверью.
Я не стала бежать за ним – эти братские разборки меня не касались. Слишком много нервов уходило на подготовку к завтрашнему дню.
Терас предложил помочь с уборкой, и мы втроем быстро привели кухню в порядок. Леама волновалась, но старалась не показывать. Терас шутил, разряжая обстановку, но его взгляд то и дело скользил к двери, за которой исчез Дорок.

– Леама, может, поднимемся на третий этаж, в библиотеку? Посмотрим, что там? – предложила я, и в голосе моём звенело нетерпение. Сердце учащённо застучало, будто предчувствуя что-то важное.
– Давайте, хозяйка, – кивнула Леама, её глаза блеснули одобрением. – Думаю, вам стоит знакомиться с дворами. Возможно, там быть книги про магию ведьм...
Рядом с нашей комнатой скрипела под ногами простая деревянная лестница, ведущая куда-то в таинственную высь. Она казалась старой, почти древней, и каждую ступеньку сопровождал тихий стон древесины, будто лестница шептала нам свои многовековые секреты. Мы поднялись по ней, и перед нами распахнулся вход в маленькую, но уютную комнату.
Она встретила нас тёплым полумраком, словно объятие старого друга. Но едва мы переступили порог, как повсюду засверкали крошечные фонарики, встроенные в стены. Их мягкий золотистый свет разлился по комнате, оживляя тени и наполняя пространство магическим сиянием.
Комната была удивительной. Высокие книжные полки, казалось, касались самых тяжёлых деревянных балок потолка. Они были до отказа заполнены фолиантами, свитками, томами в кожаных переплётах – сокровищами, хранящими в себе не просто истории, а саму душу эльфов, магию ведьм, тайны, секреты.
Напротив полок стоял уютный диван, обитый бархатистой тканью цвета приглушённого елового леса – глубокого, тёплого, успокаивающего. Вдоль его спинки были разбросаны подушки, вышитые серебряными нитями, переливающимися при каждом движении. Возле дивана – маленький столик из тёмного дерева, на котором гордо лежала огромная карта дворов, будто приглашая нас в путешествие по неизведанным землям.
Сквозь небольшое окно в остроконечной раме струился мягкий лунный свет, окутывая всё вокруг таинственным серебристым покрывалом. В воздухе витал лёгкий, почти незаметный запах старой бумаги, чернил и чего-то неуловимого – может быть, самой магии.
– Как здесь уютно... – прошептала я, и голос мой прозвучал мечтательно, будто я попала в самое сердце своей давней фантазии.
Я медленно подошла к полкам, провожая взглядом ряды книг. Кончики пальцев скользнули по корешкам, ощущая шероховатость кожи, гладкость пергамента. На указательном пальце остался невесомый след пыли – словно привет из прошлого, из тех времён, когда эти книги ещё листали чужие руки.
– Хозяйка, здесь собрана хорошая коллекция книг, – заметила Леама, но я уже почти не слышала её.
Мой взгляд невольно потянулся к верхней полке. Что-то звало меня, будто невидимая нить соединяла меня с одной из книг. Я привстала на цыпочки, рука сама потянулась вверх... и вот она – книга, тёплая, почти живая в моих ладонях.
Я посмотрела на обложку, и золотые буквы, высеченные на ней, будто засияли ярче: «Виды магии».
– Странно... – прошептала я, ощущая лёгкое покалывание в кончиках пальцев. – Пожалуй, возьму её.
Рядом лежала ещё одна книга – «История правителей». Я взяла и её, чувствуя, как тяжесть знаний буквально давит мне на руки.
– Хозяйка, посмотреть на карту! – позвала Леама.
Я подошла к столику и склонилась над развёрнутым пергаментом. На нём было изображено семь дворов, их границы, города, реки...
– Как интересно... – пробормотала я, проводя пальцем по линиям. – Вот и наш двор... А вот – двор Ночи... А подальше – другие... Леама, а что за Потерянные земли?
Леама наклонилась ко мне, её голос стал тише, почти шёпотом:
– Хозяйка, Потерянные земли когда-то населять ведьмы. У них быть свой клан – сильнейших. Но со временем их разъединить разногласия, и все ведьмы бросить свои земли, примкнуть к правителям на службу. В народе даже говорить так...
Она ещё ближе придвинулась, и в её глазах вспыхнуло что-то тревожное:
– В народе говорить, что всеми дворами управлять ведьмы – через правителей. Где магия ведьм чиста и благородна – те земли процветать. А где ведьма любить тёмную магию – там разлад и страдания...
Я замерла, ощущая, как по спине пробежал холодок.
– Значит, когда-то был Двор Ведьм... – прошептала я. – Вот бы где мне помогли... А может, и нет.- Я ненадолго задумалась и потянулась к другой книге.
«История правителей» лежала у меня на коленях, её кожаный переплёт слегка потрёпан временем, но всё ещё прочный, надёжный. Я открыла первую страницу – и сразу же наткнулась на строки, будто написанные специально для меня:
«В этой книге собраны летописи эльфийских правителей и ведьм, веками определявших судьбу этого мира...»
Страницы, слегка пожелтевшие от времени, хранили описания дворов, имён правителей, даты великих битв и восхождений к власти. Каждое слово будто дышало историей, и я чувствовала, как меня затягивает в этот водоворот событий.
– Хозяйка, уже позднее время, – осторожно напомнила Леама. – Давайте взять книгу в дорогу, на привалах читать... Я переживать, что вы совсем не выспаться.
Я вздохнула, неохотно отрываясь от страниц.
– Да, ты права... – согласилась я. – Давай возьмём ещё «Виды магии» с собой. Я почитаю перед сном...
В руках книги казались тёплыми, почти живыми. И я знала – они хранят ответы. Возможно, даже те, которые я ещё не готова услышать.
Мы взяли обе и спустились в свою комнату, каждая ступенька под нами тихо поскрипывала, словно провожая нас в мир тайн, которые нам только предстояло раскрыть.
Комната встретила нас тишиной и лёгким ночным ветерком, который пробирался через приоткрытое окно. Он ласково касался моего лица, принося с собой свежесть и аромат ночного леса – влажной земли, хвои и чего-то неуловимого, почти мистического. Я вздохнула глубже, чувствуя, как тревога и возбуждение смешиваются в груди.
С предвкушением я взяла в руки книгу «Виды магии». Она была тяжеловатой, словно наполненной не только знаниями, но и самой силой, о которой писала. Обложка – мягкая, зелёная, как самые глубокие тени древнего леса, – была украшена затейливыми золотыми вензелями, переплетавшимися в загадочные символы. А в центре, почти на всю переднюю часть, раскинулось величественное изображение Древа – его ветви тянулись к самым краям, будто охватывая всю вселенную.
Я осторожно открыла книгу. Страницы, чуть шершавые под пальцами, пахли временем, чернилами и чем-то ещё – может быть, самой магией. Внутри я сразу же нашла содержание. Главы манили своими названиями, словно двери в неизведанные миры:
Магия эльфов (исцеление, управление природой, введение в гипнотическое состояние, превращение, временное пространство...)
Магия древних ведьм (светлая и тёмная: оккультные ритуалы, заклятия на крови, магия природы...)
Магия ищеек (скорость, сила, превращение...)
Описание различных существ и их способностей...
Но почему-то первой меня привлекла глава о магии ищеек. Я всегда догадывалась, что они обладают чем-то большим, чем просто ловкостью и острыми клыками... но какой именно магией?
Клан эльфов-ищеек. Лесная Тень.
Строки, казалось, оживали перед глазами, раскрывая тайны, о которых я даже не подозревала.
«Клан эльфов-ищеек, которых также называют Лесной Тенью, славится невероятной силой, скоростью и безошибочным чутьём. Но их истинная уникальность в том, что, обретя полную силу, ищейки могут превращаться в звероподобных существ. В этом облике победить их практически невозможно – разве что силой, равной их собственной.»
Я замерла, чувствуя, как мурашки пробежали по коже. Значит, Дорок и его братья... могут становиться чем-то большим, чем просто эльфами?
«Однако в звероподобном состоянии ищейки способны воспринимать только себе подобных... или свою истинную пару. Для всех остальных они становятся смертельно опасными, так как едва контролируют свою агрессию.»
Сердце заколотилось быстрее. Так вот почему они так осторожны... Почему держатся на расстоянии...
«С самого детства те, кто унаследовал ген ищейки, проходят жестокие испытания: учатся считывать запахи, различать малейшие звуки, бесшумно двигаться сквозь чащу в погоне за добычей. Их клан – хранитель равновесия. Они защищают слабых и карают тех, кто нарушает древние законы природы. За свою верность и силу духа Лесные Тени должны почитаться всеми существами...»
Я перевела дух, осознавая, что держу в руках не просто книгу – а разгадку к поведению Дорока.
«Но свою полную силу ищейки обретают лишь тогда, когда находят свою истинную пару. Только она способна уравновесить ярость в их душе, дать им контроль. И лишь тогда они могут принимать своё полное звероподобное обличие... и даже материализовывать тёмных существ.»
Я резко закрыла книгу, словно обожглась.
– Так значит... Дорок и его братья могут превращаться... – прошептала я, и голос мой дрогнул.
– Почему они нам об этом не сказали?
Леама встревоженно посмотрела на меня.
– Это же может быть опасно... для нас с тобой...
Ветер снова ворвался в комнату, заставив свет, исходящий от магического шара, дрогнуть. И в этом трепетном свете я впервые задумалась: а что, если я уже стала частью этой тайны?

Я перелистнула страницу, и передо мной раскрылась глава о ведьмах... Бумага шелестела под пальцами, словно сопротивляясь, не желая раскрывать свои древние тайны. Но я уже не могла остановиться.
Рождение Первой Ведьмы
Когда леса всего мира только пробуждались от первозданного сна, одна из первых эльфиек забрела в самую глубь непроходимой чащи.
Я представила её – юную, любопытную, с сердцем, полным отваги. Она шла сквозь гигантские деревья, чьи ветви сплетались в таинственный свод, пропуская лишь лучики света. И там, в самом сердце леса, она нашла источник.
Не просто воду – а нечто живое с чистым сознанием.
Он сверкал, как расплавленное серебро, и тянул к себе, словно зовя её. Эльфийка решила искупаться...
Мои пальцы непроизвольно сжали страницы.
Но едва она вошла в воду, как невидимые силы схватили её и потащили вниз, на самое дно. Она билась, задыхалась... пока источник не поглотил её сознание.
Он прочитал её душу. Увидел чистоту. И тогда... вытолкнул обратно с такой силой, что эльфийка вылетела на поверхность, уже изменённая.
Я затаила дыхание.
Её тело сияло. По жилам текла первородная магия, сжигая изнутри и наполняя неведомой мощью. Она чувствовала всё – каждый шелест листьев, каждый вздох ветра, каждый страх маленького существа в чаще...
Первая Ведьма
Как только все узнали об эльфийке, которой источник даровал первородную магию, все правители возжелали заполучить её. Но она создала собственный двор – место, где магия жила свободно. Позже она обрела свою пару, и от них пошли все поколения ведьм. Сила передавалась в основном дочерям, но в редких случаях она доставалась мальчикам, тогда их звали магами и относились к ним с неменьшим уважением .
Страницы шептали дальше:
Ведьмы учились варить зелья, проникать в разумы, видеть судьбы и повелевать тенями. Но со временем ведьмы разделились.
Светлые черпали силу из природы, из любви и сострадания.
Тёмные – из мрака, из чужой боли и страха.
А потом... пришёл раскол.
Они покинули свои земли, разбрелись по дворам, став советницами, союзницами, тайными властительницами в тени тронов. Но их сила угасала.
Лишь потомок с чистым сердцем мог возродить былую мощь – если осмелится войти в тот самый источник... и выжить, воссоздав двор ведьм.
Многие пытались.
Ни одна не вернулась.
Я резко закрыла книгу.
Какие же они были смелые... – подумала я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Шли на верную смерть...
Я бы никогда не решилась.
Глаза предательски слипались. Я посмотрела на Леаму – она давно спала, свернувшись калачиком на краю кровати, беззащитная и тихая. Я накрыла её одеялом, бережно поправила подушку...
И перед тем, как погрузиться в сон, бросила последний взгляд на книгу, как бы мне хотелось впитать все знания, что там написанны.