Непосвященная

Что со мной произошло?
Я сидела на кровати, цепляясь пальцами в край матраса, будто боясь, что меня снова вырвет в этот водоворот видений. Голова гудела, словно после удара, а перед глазами все еще мелькали обрывки чужих воспоминаний.
Или моих? Кто эта ведьма? Эта книга?
Почему я вижу то, чего не должна знать?
Дверь скрипнула, и в комнату ворвался свет из коридора.
— Хозяйка, вы упасть в обморок? — Леама замерла на пороге, глаза расширились от тревоги.
Я медленно подняла на нее взгляд.
— Эмм... да, наверное. — Голос звучал чужим, далеким. — Леама, мне кажется, я вижу не только свои воспоминания... но и чужие.
Она застыла, словно я произнесла что-то ужасное.
— Что вы хотеть этим сказать, Хозяйка?
Я провела рукой по лицу, стараясь собрать рассыпавшиеся мысли.
— Когда я отключилась в зале... я видела картины. Одну — где я искала книгу. Её я уже видела раньше, во сне. А ещё...
— Я видела ведьму. С длинными белыми волосами , с черными, как уголь, глазами. Она смеялась, помешивая котел.
Леама вздрогнула, как от удара.
— Миада?! — Её голос сорвался на визг. — Вы видеть Миада, Хозяйка?!
Её реакция взбудоражила меня еще сильнее.
— Кто это?!
Леама сжала мои руки, словно боялась, что я исчезну.
— Это сумасшедшая ведьма! Она служить правителю Зораху! Они двое делать темные дела! — Её слова лились торопливо, сбивчиво. — Говорят, Миада отравить свою душу! С помощью Книги Вечности они хотеть обрести могущество!
— Кто такой Зорах?
Леама вздохнула, глаза потемнели.
— Правитель соседнего двора. Через лес от нас. — Она понизила голос, будто боялась, что стены подслушают. — Он убить своих родителей, чтобы занять трон. Миада шептать ему, помогать... Они вместе делать ужасные вещи.
— Если они творят такое... почему их никто не остановит?!
Леама горько усмехнулась.
— Ужасные они для нас, Хозяйка. А двор Зораха видимо считать, что их правитель — хороший. — Она покачала головой. — В нашем мире жестокость не всегда наказывать. Каждый правитель стараться не лезть в дела другого... пока тот ему не мешать.
Мои пальцы непроизвольно сжали край одеяла, будто пытаясь ухватиться за что-то осязаемое в этом водовороте видений и загадок.
— Мне ещё со многим нужно разобраться... — пробормотала я, чувствуя, как холодный след от видения ползёт по спине. — Но от этого осталось ощущение, что за мной следят. Охотятся. И ещё... книга. Что это за книга, у которой могут светиться страницы?
Леама замерла, её глаза расширились.
— Хозяйка... это Книга Вечности. — Её голос понизился до шёпота, словно само упоминание о ней было опасным. — В ней сокрыть все знания этого мира. Надеюсь, Миада её не найти...
Она задумалась, губы сжались в тонкую линию.
— Но даже если найти... не каждой ведьме прочитать её истинный смысл. Будем надеяться, что она не одна из... достойных.
Достойных?
— В вашем видении... вы листать страницы? Они светиться?
— Да, Леама. — Я кивнула, вспоминая мерцающие буквы, будто написанные золотым пламенем. — Ещё я видела пещеры... и себя внутри, с книгой...
Я умолчала о другом.
О том, как в этой же пещере...
...я целовала Дорока.
Пещеры у двора Зораха
Леама нахмурилась, пальцы беспокойно перебирали складки её платья.
— Ближайшие пещеры — в горной местности. Как раз рядом с двором Зораха...
Вдруг её глаза вспыхнули догадкой.
— Хозяйка! А если Книга Вечности уже у Миады... и она взывать к вам?
— Что значит — взывает ко мне?! — Я распахнула глаза, чувствуя, как сердце заколотилось чаще. — У меня тут правитель-насильник под боком, держит меня взаперти... а теперь ещё какая-то книга зовёт меня прямиком во враждебные земли?!
Леама внезапно прыснула от смеха, но тут же затихла, прижав палец к губам.
— Тише, хозяйка! — прошипела она, бросая взгляд на дверь. — И у стен есть уши. Нельзя оскорблять правителя... особенно в его же замке.
Я приподняла брови, уставившись в одну точку.
Ну просто замечательно.
Проблем у меня только прибавляется.
— Да, кстати, Хозяйка... — Леама вдруг заёрзала, словно вспомнив что-то крайне важное. — Я совсем забыть о главном! Завтра праздник в честь памяти ушедших...
Я нахмурилась, не понимая, куда она клонит.
— Если вы не помнить... на таких праздниках принято танцевать, веселиться. Как бы приглашая умерших снова провести время с живыми...
— А я-то здесь при чём, Леама? — резко перебила я, сжимая кулаки. — Меня заперли и никуда не выпускают, если ты забыла...
Леама замялась, покусывая губу.
— Ну... как бы вам сказать... — она понизила голос до шёпота, бросив взгляд на дверь. — Лурдан хотеть, чтобы во главе праздника вы сидеть рядом с ним. Как его... главная гостья.
— Возможно, он хотеть показать этим, что вы заодно с ним...Правители часто принимать к своему двору ведьм.
— Я — заодно с ним?! — вырвалось у меня громче, чем я планировала. — Я желаю ему поцеловать негуля под луной!
Леама вздрогнула, замахала руками:
— Тише, тише!
— Я никуда не пойду! — прошипела я уже шёпотом, но с той же яростью.
— Хозяйка... — Леама вздохнула, глаза её стали твёрдыми. — Вас не спрашивать. Так надо. Иначе — беда.
Она наклонилась ближе:
— Давайте идти, а потом думать, что делать...
Я задумалась, внезапно ухватившись за одну мысль.
— Слушай, Леама... — улыбка медленно расползлась по моему лицу. — Дорок мне постоянно говорит, что я его одурманила. А... нет ли зелья наоборот?
— Что-то вроде... зелья отвращения?
Зелье, которое может спасти...
Леама замерла, потом её глаза вспыхнули.
— Хозяйка! Есть такое зелье! В вашей книге наверняка есть рецепт! — Она замялась. — Я слышать, его делать на крови...
— Но как делать, если книга и котёл в таверне? А нас не пускают из замка...
Я вскочила, начинаю шагать по комнате.
— Надо думать, Леама. — Остановилась, прищурившись. — Походи по замку, поищи слабые места. Может, получится отпроситься у стражи.
— Скажешь, что тебе нужны травы для настойки мне.
Леама кивнула, но в её глазах читалось сомнение.
— Как скажете, Хозяйка. Я ещё узнать, нет ли здесь комнаты для приготовления зелий...

Уже почти стемнело, а Леама всё не приходила.
Мне принесли ужин — какое-то изысканное блюдо под густым соусом, но аппетита не было. Я ковыряла вилкой, слушая, как где-то за стенами гудит замок, шаги стражи, глухие голоса.
Время тянулось мучительно медленно.
Я встала, начала наворачивать круги по комнате. Шаг. Ещё шаг. Пальцы нервно перебирали складки платья.
Воздух стал тяжёлым, спёртым.
Я подошла к окну, распахнула его настежь. Ночной ветер ворвался в комнату, охладил разгорячённую кожу, развеял запахи еды и напряжения.
Наступила ночь.
Я сняла платье, переоделась в ночную сорочку, которую прислали — короткую, едва прикрывающую бёдра, с полупрозрачным кружевом на груди.
"Ну и наряд..." — подумала я, разглядывая себя в зеркале.
Но...Выглядела я действительно привлекательно. Тонкие ленты кружева лишь подчёркивали формы, кожа мерцала в свете свечей, волосы — тёмные, распущенные по плечам.
Я улыбнулась своему отражению.
— Да, мне тоже нравится...
Голос за спиной.
Я взвизгнула, подскочила на месте, резко обернулась.
В оконном проёме, развалившись как довольный кот, сидел Терас.
Ухмылялся.
— Как дела, ведьмочка?
— Что?! Как?! — я застыла, глаза широко раскрыты. — Ты... как ты здесь оказался?! Я же на четвёртом этаже!
Терас пожал плечами, словно это было самое обычное дело.
— Спустился с крыши.
— Там же голая стена! — я ткнула пальцем в окно, не веря своим глазам.
А потом заметила, куда он смотрит.
На кружево.На грудь.
Я мгновенно прикрылась руками, краска залила лицо.
— Так! Жди здесь! — бросила я, кинувшись к шкафу. — Я накину что-нибудь!
Его смех догнал меня:
— Не спеши! Меня вполне всё устраивает!

Я рванулась к шкафу, схватила первый попавшийся длинный плащ и накинула его на плечи, запахнувшись так плотно, как только могла. Ткань была тяжёлой, пахла ладаном и чем-то ещё — может, властью, может, пылью веков.
Развернулась я пошла к окну, где всё ещё сидел этот невыносимый болтун.
— Терас, почему ты здесь? — спросила я, скрестив руки на груди.
Он надул губы, словно обиженный ребёнок, и уставился на меня глазами, полными фальшивой печали.
— Соскучился, хотел поболтать... — потянул он. — Не говори, что не скучала по мне...
Я застыла, чувствуя, как брови сами полезли к волосам.
— Так... у нас что, что-то было? — выдавила я, не веря своим ушам.
Терас нахмурился, потом вдруг рассмеялся, развалившись на подоконнике ещё небрежнее.
— У нас? — переспросил он, ухмыляясь. — Нет, ведьмочка. Если бы у нас что-то было, поверь, ты бы запомнила.
— Терас, — я сжала кулаки, — ответь мне, пожалуйста, что ты здесь делаешь?
Он вздохнул, словно уступая моему упрямству.
— Я просто пришёл проверить. Знаешь, мне стало интересно. Дорок ушёл в таверну, чтобы поговорить с тобой, а нас с Карионом отправил к Лурдану. Мы пришли, а тут ты... да ещё и в комнате для важных гостей Правителя.
Его взгляд стал внезапно очень серьёзным.
— Ты спишь с ним?
Я опешила, чувствуя, как щёки вспыхивают.
— Я... нет! То есть... спала когда-то наверное, но сейчас не хочу! Меня заперли здесь, как пленницу!
Терас покачал головой, снова становясь невозмутимым.
— Да, я заметил. Хотел сначала зайти через дверь, а там стража — никого не пускает.
Он усмехнулся.
— Вообще-то Карион мне запретил приближаться к тебе, да и странно на всё реагирует последнее время. Но он не старший ищейка — я не обязан его слушать.
Потом, неожиданно деловито заговорил:
— Так что с Лурданом? Долго будешь тут торчать?

— Терас, ты издеваешься?! — я почти зашипела. — Я же сказала — меня заперли! Я не могу просто сбежать! Тогда за мной устроят погоню, и если поймают — посадят за решётку! Тем более, в таверне ещё есть люди... вдруг стража или Правитель навредит им?
Терас пожал плечами, как будто всё это было неважно.
— Ведьмочка, ты же могущественная ведьма. Ну свари что-нибудь, наколдуй, в самом деле...
— Да где я сварю и наколдую?! — я махнула рукой по комнате. — Ты видишь здесь котёл?
Терас задумался, потом оживился:
— Ну, пусть другая сварит...
— Какая другая?! — я была уже на взводе, но вдруг мысль ударила меня, как молния.
— Другая... — прошептала я. — Ведающая. Она ведь очень могущественная... и может сварить зелье...
Терас нахмурился:
— Ведающая? С чего ты решила, что она будет тебе помогать?
— Это не важно... но как её попросить? Меня же не выпускают...
Терас положил руки за голову, закрыл глаза, изображая, что засыпает.
— Терас... — я подошла ближе, — зачем ты пришёл ко мне?
Он открыл один глаз, потом улыбнулся:
— Ведьмочка, ты мне нравишься. Я не считаю тебя злой или испорченной. Я ведь чувствую твою ауру — она очень привлекает. У нас, у ищеек, усиленное обоняние... и плюс мне нравится с тобой болтать.
Потом, вдруг серьёзно проговорил:
— Ладно, было приятно поболтать. Но думаю, Карион уже ищет меня и если узнает, что я его не послушал... Не хочу попасться с девчонкой, как неразумный мальчишка. Я ведь почти воин...
Он подмигнул, потом добавил, уже шепотом:
— Хотя... даже лучше. Я ищейка. А у нас, как знаешь, есть и магия.
Приложил руку к груди, театрально помахал — и в следующее мгновение уже карабкался на крышу, ловко, словно вместо пальцев у него были острые когти.
Я стояла, глядя в пустой проём окна, чувствуя, как губы сами собой растягиваются в улыбке.
Странный конечно.
Но... милый.
И, возможно, единственный, кто сейчас действительно на моей стороне.