Кислород [1]

Мы выехали рано утром. Дядюшка Май и ещё один наш проводник сказали, что дорога в горы займёт несколько часов. Поэтому с самого утра я попрощался с младшими и королями, и мы договорились быть на связи, как будет возможность.

И прямо сейчас всё, что я мог видеть - небо и сплошные зелёные заросли. Я так давно не видел столько деревьев сразу, что почти забыл каково это.

Чем выше мы поднимались, тем холоднее становилось, за те несколько лет, что я жил в городе, я совсем отвык от холода, не то что Соло. Тот-то долго жил за границей, поэтому вполне привык и не к такому холоду. Может, то, что мне казалось холодиной, для него всё ещё было теплом.

- Холодно? - он спрашивал меня уже в третий раз. Только какая разница от того, спрашивает он или нет? Я уже столько всего надел, что ещё что-то на меня просто не налезет.

- Дядюшка говорит, что мы почти на месте, - Яй повернулся к нам. Я только кивнул в ответ, потому что каждый раз, когда открывал рот, у меня дрожали голос и губы.

- Тар, - мягко позвал меня Соло, а потом сердито продолжил, схватив за руку, - у тебя руки ледяные, а ты молчишь. И что за бесполезная одежда у тебя, ни одного кармана.

Я ничего не ответил, только вцепился двумя руками в его тёплую руку.

- Почему ты не мёрзнешь? - на Соло простые штаны и всего одна рубашка с длинным рукавом.

- Я привык, да и к тому же я не такой горячий, как ты думаешь. Это просто твои руки слишком холодные.

Я снова просто кивнул. Сил на разговоры не осталось. Соло, вроде как, это понял и больше ни о чём не спрашивал. Просто шёл, продолжая держать

мои руки в своей руке. А я позволил ему вести и переставлял ноги следом, бездумно смотря вперёд.

Немного погодя перед нами показалась небольшая группа людей, которые размахивали руками, подзывая.

- Они вас приветствуют, - улыбаясь, пояснил дядюшка Май.

Чем ближе мы подходили, тем больше я видел людей. Рядом с какой-то женщиной стояло порядка двадцати детей разного возраста. Все в куче вещей разной степени поношенности. И хотя они выглядели замёрзшими, но всё равно радостно улыбались и махали нам. Этот вид вызывал у меня двойственные чувства, я вспомнил, как сам стоял в толпе таких же оборванцев. Но мне повезло, у меня была Мэ Яй.

- Тар, - Со потянул меня за руку и тем самым выдернул из размышлений. Он смотрел на меня, и во взгляде его было беспокойство. Возможно, потому, что я внезапно остановился и уставился на эту группу детей. - Что случилось?

- Ничего, - я покачал головой и потянул его вперёд.

- Учитель! Учитель приехал!

- Это гость, не учитель.

Эта женщина, стоящая позади детей, повернулась к нам с улыбкой, как бы извиняясь за них, а потом отправила их внутрь.

- Вы же ребёнок директора, да?

Я открыл было рот, чтобы ответить, но нас прервали двое мальчишек, вцепившихся мне в руки.

- Учитель! Я алфавит выучил и могу повторить!

- Я тоже могу.

Я слушал, как они старательно повторяют буквы алфавита, немного неуверенно и нечётко, но всё ещё довольно понятно. Тётушка попыталась

их прервать, но я покачал головой, показывая, что всё в порядке, так что она тоже ждала, пока они закончат. Потом я снял с плеча сумку и присел на корточки, чтобы оказаться с ними на одном уровне.

- Почему вы зовёте меня учителем?

- Учитель - это учитель. И директор говорила, что придут учителя.

- Я объясню потом. А вы двое пойдите поиграйте, - тётушка подтолкнула мальчишек в сторону.

- Но мы хотим учиться, бабушка! - выкрикивает кто-то из толпы вновь оказавшихся на улице детей. И он - кричавший – кажется, не хочет, чтобы его увидели, поэтому прячется за спинами других, только вот он выше всех, так что тётушке не составляет труда вычислить его.

- Эти дети совсем не дают мне роздыху... Помогите собирать овощи, - она машет руками, прогоняя их. А когда это не работает - грозит им палкой. Дети разбегаются в разные стороны, оставив нас посреди дороги.

- Простите. Эти дети и правда хотят учиться, - женщина лишь вздохнула и повернулась к нам, пытаясь быть вежливой. Мы следовали за ней в сторону, противоположную той, куда убежали дети.

- Тётушка, - я обогнал Со на пару шагов, он и Яй шли позади нас, пока я разговаривал с ней, - тётушка, со мной можно откровенно.

- Можешь звать меня тётушкой Чит. Я раньше жила в городе, но язык знаю плохо, могу разговаривать, но писать совсем нет. Так что я учу детей говорить, мы хотим, чтобы они знали язык и могли общаться с людьми в будущем.

- Оу, - действительно, если кто-то из них решит отправиться в город на поиски работы, будет хорошо, если он будет знать язык.

- Кроме меня тут ещё Май и Ман. А остальные - все местные. Они хотят изучать общий язык, чтобы общаться с другими. И если вы что-то не поймёте - спросите меня.

- Спасибо.

Она привела нас к небольшой бамбуковой хижине, не к тому дому, который я видел, когда мы поднимались, и который был больше, эта стояла отдельно от других, окружённая деревьями. Перед хижиной - пара стульев, тоже из бамбука, для отдыха или беседы с гостями, но я представил, как здорово сидеть в таком ночью и смотреть на звёзды.

- Это дом директора, - сказала она печально.

Я тут же остановился. В момент, когда мне показалось, что ещё немного, и я потеряю сознание, на плечо опустилась тёплая ладонь, приводя меня в чувство. Соло с интересом оглядывался вокруг. Он будто инстинктивно почувствовал, что мне плохо, и тут же оказался рядом.

Мы занесли сумки внутрь, и я снова вышел, чтобы поговорить с тётушкой. Она рассказала, что к ним сюда практически никто не приходит, потому что найти их довольно сложно, и хотя дети знают язык, но всё равно мало обучены и стесняются разговаривать с людьми в городе. Никто не знает, что нужно сделать, чтобы об их деревне узнали.

- У нас нет ни электричества, ни водопровода, так что если хотите принять душ - идите к водопаду. А позже я приведу детей. Как долго вы хотите здесь пробыть? Директор говорила, что неделю, да?

- Я ещё не знаю. Может быть, пару недель, - медленно начал я и не знал, как продолжить. - Вы ещё не знаете, что Мэ Яй...

Я замолчал, потому что не знал, что сказать. Столько всего хотелось спросить, что я не знал с чего начать. Но она понимающе улыбнулась.

- Директор сказала, перед тем как уехать в больницу, сказала, что приедет её мальчик. И попросила о нём позаботиться.

- Мэ Яй знала, да? Знала, что умирает? - я повернулся к её дому.

- Не только она. Мы все об этом знали, - она, мягко улыбнувшись, взяла меня за руку. - Ты уверен, что готов выслушать?

- Тар, - Соло покачал головой, словно говоря, что, если я не готов, мне не обязательно заставлять себя.

- Всё нормально, - я не заставлял, мне и правда было интересно узнать, как она жила и что делала эти несколько лет. - Расскажите, тётушка.

- Когда директор приехала к нам четыре года назад, она была ещё здоровой и бодрой, как человек, который всё время тренируется.

Я прикусил губу, чтобы не показывать, как мне стало больно. Нет, не из-за того, что Мэ Яй зарядку делала, а потому, что знал, что она до последнего дня работала на износ, словно сначала заставляла себя, а потом привыкла и пахала за двоих. Вряд ли кто-то не знакомый с ней разрешил бы старому человеку работать столько, сколько работала она.

- Мы сначала переживали, ведь она уже не молодая, а приехала учить детей, боялись, что не справится. Но всё бегала, будто ей 50, а не сколько на самом деле, всё время что-то делала, так что мы перестали сомневаться. Это в последний год она сдала, стала кашлять, но всё равно притворялась, что всё в порядке. А на вопросы отвечала, что это всё возраст, и отказывалась ехать в больницу обследоваться. Что мы могли сделать? Её поди заставь.

Я опустил глаза, чтобы не видеть печали на её лице. Несложно догадаться, что ничего хорошего она больше не расскажет.

- Полгода назад ей внезапно стало хуже. Она почти перестала ходить, и дети решили, что директор заболела. Притащили свои книжки с тетрадками сюда, и она учила их здесь, ведь говорить она ещё могла. А вечером приходили мы, чтобы покормить её. Пока однажды она не вышла из дома сама, мы так рады были, ты не представляешь. А она сказала, чтобы мы позаботились о её мальчике, когда тот приедет, и упала.

Я прикрыл глаза, не желая представлять эту картину. Тупая боль в сердце заставила задать другой вопрос.

- Мэ Яй ничего не просила мне сказать?

- Нет, милый.

- Так... Что она делала тут?

- Если ты о том, что она сделала для нас, - тётушка посмотрела в сторону, и я увидел, как к нам бегут около десяти детей, - так это так сразу и не расскажешь... Тебе лучше самому посмотреть.

- Учитель!

- Учитель, мы принесли поесть.

Я перевёл взгляд снова на тётушку, та улыбалась.

- Ты сам всё поймёшь, дорогой, - она поднялась и пошла прочь.

- А почему этот учитель такой высокий?

- А у этого волосы странные.

Смотреть на то, как эти дети облепили Со и Яя, было весело. Соло застыл истуканом, пока ему на плечи забирались восторженные мелкие.

- Это, - меня за рукав потянул мальчишка лет пяти-шести. Одной рукой он тянул меня за рубашку, привлекая к себе внимание, а ногти второй старательно грыз. Под мышкой у него - старая игрушка-луна. - А куда ушла директор?

Я на минуту дар речи потерял, пытаясь сообразить, как ответить. Потом начал с того, что вытащил пальцы из его рта и погладил по голове, потому что тот уже скривил рот, чтобы разрыдаться. Но стоило погладить и улыбнуться ему, как он тут же передумал.

- Она теперь на небе, - я рассмеялся, потому что как только сказал это, он тут же задрал голову.

- Я её не вижу.

Я притянул его на колени и погладил по спине, чтобы успокоить, потому что он снова, кажется, собрался рыдать. А потом увидел имя, написанное на футболке.

- Мун.

Я вытер ему слёзы и только тогда заметил, что на футболке тоже луна нарисована - прямо к имени.

- Ты знаешь, что твоё имя означает?

- Ага. Это как луна. Меня так директор назвала, чтобы я стал таким же красивым, как луна, и всех радовал, - он, кажется, гордится этим именем.

- Сколько тебе лет? - ему явно больше четырёх, а Мэ Яй провела здесь четыре года, как она могла дать ему имя?

- Шесть. Тебе нравится моё имя, учитель?

- Очень нравится.

- И мне очень нравится. Чиа сказал, что мама меня не любила, поэтому не захотела называть. И все звали меня Као, потому что я был белым, - он насупился, но выглядел всё равно славно.

- Почему ты так о маме?

- Мама не любит меня. Иначе она бы меня не бросила, да? - он склонил голову к плечу, пытаясь объяснить, будто я не понимал. Но я понимал так хорошо, что у меня нет слов, чтобы объяснить это.

- Мун, ты луну раньше видел? - я погладил его по голове, а он задумался.

- Директор раньше показывала. Но это так давно было. Потом она не хотела вставать, а я не хотел смотреть на луну один. Но я подожду. Когда директор вернётся?

Я только беспомощно улыбнулся, потому что не знал, как ответить. Пока я искал слова, которые не ранят его, он слез с моих коленей.

- Со?

Соло с едва заметной улыбкой стоял передо мной с Муном на руках. Остальные дети слушали, усевшись перед Яем, что он им рассказывал. Я поторопился наружу вслед за Соло.

- Мун, как луна, да?

Я остановился под деревом, наблюдая, как Со разговаривает с этим ребёнком. И очевидно, что раньше он дела с детьми не имел. Когда Мун кивнул, Со поставил его на землю.

- Директор не вернётся.

- Со! - но тот лишь поднял руку, останавливая меня, когда я было кинулся успокоить вновь расплакавшегося ребёнка. Но хаски вроде как должен справиться.

- Не будь плаксой, - Со нахмурился, что напугало ребёнка ещё больше, а потом опустился рядом с ним на колени и рукой вытер его щёки. - Директору это не понравится.

- Учитель, - Мун всхлипнул и зажмурился, чтобы перестать плакать.

- Хочешь увидеть директора?

- Да!

- Тогда приходи вечером. И встретишься с ней.

- Правда? - когда Со кивнул, Мун, забыв про слёзы, радостно убежал.

Тогда Соло повернулся ко мне, будто говоря, что всё в порядке.

- Старший из них сказал, что Мун за Мэ Яй хвостом ходил, - Соло встал рядом со мной, и мы наблюдали за тем, как Яй рассказывал что-то смеющимся детям. - Мне бы не хотелось, чтобы ты врал ему. Мама не вернётся.

- Но он такой маленький.

- Он имеет право знать правду. Я не намерен доводить его до слёз или как-то ранить, есть способы сказать правду не так болезненно. Но если начнёшь врать - остановиться уже не выйдет. Люди ещё не говорят, но все знают, даже дети, и если они не спрашивают, это ещё не значит, что они не начнут рыдать вслед за Муном.

Я попытался обдумать всё, что он сказал. Видимо, он и Муна унёс, чтобы другие дети не видели, как тот плачет из-за Мэ Яй. Соло довольно серьёзно отнёсся к этой проблеме.

- Я знаю, как больно узнать правду в итоге.

- Со, - я сжал его холодные пальцы. Он улыбнулся мне и потянул внутрь хижины, не говоря ни слова.

- Давайте поедим. Дети сказали, что деревенские приготовили это специально для нас, - Яй окликнул нас. Еды, принесённой детьми, хватило бы на нас троих.

- Вы уже ели? - я повернулся к детям за его спиной. Мун - самый маленький, тоже стоял с ними рядом, и все закивали так усердно, что я рассмеялся.

- Что такое, Яй. Вы как главарь местной банды уже.

- Лучше пусть они объяснят. И Чиа, раз ты тут старший, давай ты.

- Хорошо, Хиа, - один из мальчиков, самый высокий, вышел вперёд и вежливо поклонился.

- Хиа? - Соло подозрительно покосился на него.

- Хиа сам сказал называть его так, и тогда он поможет поговорить с учителем.

- Эй! Мы же договорились, что это останется между нами, - Яй быстро накрыл рот мальчишки ладонью. - Я просто хотел, чтобы кто-нибудь меня так называл.

Я рассмеялся так громко, что все обернулись. Соло тоже улыбнулся уголком рта.

- Так значит, если ты Старший брат, то мой отец будет Сестрицей?

- Молодой господин! - Яй покраснел и нервно огляделся, не слышал ли кто. Ха, конечно же, все слышали. - Чиа, не тяни, - он отвёл взгляд и сменил тему.

- Да, да, - Чиа совсем не понимал, что происходит, и почему взрослые меняют темы, но мысль свою донёс. - Хиа сказал, что если мы будем хорошо себя вести, то учителя будут нас учить.

- Учить?

- Ага, мы учиться хотим. Я даже домашнее задание сделал, - подхватил другой мальчик. И с этими словами все повскакивали, протягивая мне тетради. Старшие трещали на своём диалекте так, что я ни слова не понимал.

- Я же говорил вам, как вести себя, если хотите, чтобы они согласились, - подал голос Яй, и дети тут же угомонились, уселись на свои места и только глазами сверкали, умоляя.

- Учитель! Хиа сказал, что вы тут две недели будете, так поучите нас немного!

- Пожалуйста! - снова подхватило несколько голосов. И все умоляюще смотрели, ожидая ответа. Даже хаски к ним присоединился.

Я приехал сюда из-за Мэ Яй. Так что, если я могу помочь - буду помогать. И готов делать всё, что делала она.

- Ладно. Я готов.

Дети обрадованно закричали. Я же мог только переживать за то, что будет с их образованием, когда мне придётся вернуться. Ведь сами деревенские могут научить их только общему языку.

- Не думай слишком много, - Соло, как всегда, умеет прогонять страхи. Ведь и правда, не стоит беспокоиться о том, что ещё не произошло. У каждой проблемы есть решение. Я кивнул ему в ответ и обнял вбежавшего к нам Муна. Этот ребёнок, кажется, прилип к хаски.

- Но сегодня я хотел бы тут осмотреться, ладно? - дети тут же кивнули и отправились играть снаружи. Остался только Мун, отказывающийся покидать колени Соло.

- Вы с ними уже так сблизились, Яй, - я поддразнил его. Он в ответ расхохотался. И это было так не похоже на его обычное настроение, словно он действительно оставил всё в городе и стал другим человеком.

- Они похожи на молодого господина в детстве. Невоспитанные и вредные. Так что это вроде как просто несколько молодых господ, бегающих вокруг, - Яй широко улыбнулся, а Соло, наоборот, насупился.

- Я не был вредным, никогда.

- Так вы будете их учить?

Я не ответил, только посмотрел на Муна. Тот слез со своего места на коленях Со, оставив там, однако, свою игрушку, и направился прямо к Яю.

- Учитель Хиа.

- Думаю, я справлюсь. Даже Мэ Яй справлялась в одиночку. Но эти дети зовут и вас учителем, - я широко улыбнулся. Яй смутился ненадолго, а потом посмотрел на Муна и тоже улыбнулся.

- Ладно. Я тоже в деле. Но только не рыдать, - Яй потрепал Муна по голове. Тот смутился, но в итоге снова вернулся на своё место на коленях у Со.

- Учителя, идёмте гулять!

Яй и Соло лишь кивнули, когда я беспомощно поднял на них глаза, стоило детям позвать меня. Мы отставили тарелки в сторону и поднялись на ноги.

Глаза у местных детей слишком восторженные и радостные, невозможно не заразиться от них весельем. Даже Соло и Яй выглядят непривычно счастливыми. Кажется, эти дети, сами того не замечая, помогают нам забыть всё плохое и печальное, что происходило раньше.

Может, это не только дети, но и вообще вся атмосфера в деревне с её потрясающей природой тоже этому способствовала.

Я постараюсь понять, что чувствовала Мэ Яй к этим людям.

Может, это станет моим первым шагом к пониманию её большой мечты.

автор новеллы: Chesshire

перевод на английский: Houzini