Кислород [1]

Я проснулся от нестерпимой головной боли. Холодный компресс на лбу, конечно, помогал, но не так, как хотелось бы. Я моргнул несколько раз, прежде чем понять, что это вообще такое. Оказалось - холодная гелевая наклейка от жара.

Оглядевшись, я понял, что нахожусь в номере, но точно не в том, в котором остановился. Этот был больше и совершенно пустым. Эта его пустота внезапно потянула холодом вдоль позвоночника, а от головной боли глаза закрывались сами собой, будто с закрытыми не так больно. Но я заставил себя вылезти из кровати, потому что в номере определённо, совершенно точно никого не было. Лого отеля в гостиной - того же самого отеля, в котором остановился я.

И ни в ванной, ни на балконе никого нет.

Пустота и опустошение расползлись внутри меня. Хочется плакать, но всё, что мог, я выплакал вчера, на сегодня у меня просто не осталось слёз. Хочется кричать, но горло пересохло и не может родить ни звука. Единственное, что я могу - паниковать.

Со.

Ты где?

И будто ответом на мой невыкричанный вопрос в дверном проёме возник Соло. С подносом в руках. Пару ударов сердца он удивлённо смотрел на меня, а потом торопливо пристроил поднос с едой на первой попавшейся ровной поверхности и кинулся ко мне.Он отнёс меня обратно в кровать, а потом сел на стул рядом. Пока я сидел вот так, прислонившись головой к изголовью кровати, головная боль вроде бы утихла, оставив после себя ощущение тяжести и желание прилечь.

- Поешь и прими лекарство.

Я кивнул, хотя с аппетитом у меня беда. Еда мне не нужна. Мне нужен тот, кто протягивает ложку с кашей. Я пялюсь на него так, словно боюсь, что он снова исчезнет.Последнее вчерашнее воспоминание: Соло обнимает меня. А потом глаза сами собой закрылись, от усталости, наверное. И все вокруг твердили, что мне нужно отдохнуть. И кажется, меня оторвали от пола, но это я уже помнил смутно, а потом вообще ничего не помнил.

- Съешь ещё немного, Тар, - Соло пытался впихнуть в меня ещё хоть ложку, но я лишь головой покачал.

- Не могу.

Он понимающе кивнул. Отставил чашку и протянул мне лекарства, а как только я принял всё, Со поднялся с места.

- Тар? - он переводил удивлённый взгляд с меня на свою рубашку, и только проследив за его взглядом, я понял, что вцепился в него, сам того не заметив.

- Прости, - у меня дрожали и руки, и голос, когда я извинялся и разжимал пальцы. Я смог только опустить глаза и проклинать себя, как идиота последнего. А потом Со тяжело вздохнул и сел рядом.

- Посмотрим, что не так с моим Таром, - он потянул меня за подбородок, заставив поднять голову, и уткнулся лбом в мой лоб, будто проверял, есть у меня жар или нет. - Хм. Ну, теперь всё понятно.

- Что?

- Ты без меня жить не можешь.

Это меня рассмешило. Соло тоже улыбнулся, а потом мягко поцеловал и надавил на плечи, заставив лечь. Сам устроился рядом.

- Поспи. Я никуда не денусь, - с этими словами он обнял меня.

Тяжеленный камень, давивший на сердце, исчез. Наверное, сразу, как только я увидел его лицо.

- Я вёл себя как идиот? - я просто хотел знать. Даже если он и согласится, всё равно не отпущу.

- В каком месте? Ты можешь быть слабым, в этом нет ничего плохого, - он погладил меня по голове. - И я рад, что только мне позволено это видеть.

- Спасибо.

- Ты всё время обо мне заботишься. Теперь позволь мне. Спи.

Я кивнул и закрыл глаза. Не отпустив, впрочем, его рубашки. Я уже почти уснул, когда почувствовал, что рубашку у меня из рук забирают, и этого хватило, чтобы вынырнуть из сна и в ужасе распахнуть глаза. Но пустую руку тут же заполнила знакомая тёплая рука, держать которую гораздо приятнее, чем ткань.

===

Холодно.

Холодно. Убери.

- Тар. Тар, проснись. Нужно поесть и принять лекарства.

- Угум.

- Не откроешь глаза - укушу.

- Уже проснулся, - я пробурчал, не очень, однако, осознавая это. Все попытки открыть глаза я с треском провалил. И прикосновения мокрого полотенца, призванные, вероятно, меня разбудить, достигают обратного эффекта - сознание ускользает.

- Соло! - сон как рукой сняло, я подпрыгнул на кровати, прижав руку к носу, пытаясь найти в своём большом словарном запасе подходящее слово для этого пса.

- Да? - Со широко улыбается и медленно наклоняется к моему лицу, отчего злость и раздражение сваливают из моего организма следом за сном.

- Ты ж меня укусил.

- Больно?

- А сам как думаешь?

- А теперь, - он целует меня в кончик носа, - теперь не больно?

Я задохнулся от такого нахальства и не смог подобающе ответить. Хаски поцеловал мой несчастный нос снова.

- Всё ещё болит?

- Нет... Теперь не болит, - вместо боли я чувствую жар в щеках. Но прежде чем мне удаётся сказать ещё что-то, он опять целует меня.

- Поешь, - Соло уговаривал так, будто это не он секунду назад пытался откусить мне нос. Он заставил меня поднять голову, а потом уткнулся носом мне в лоб и замер. Мне не осталось ничего другого, кроме как принять эту ласку. Которая возвращает мне силы.- Голова болит? - спросил он, оторвавшись от меня. И тут же нахмурился, стоило мне покачать головой. Будто бы не верит.

Но она и правда не болит.

- У меня голова болит, если я нервничаю. А если просто жар или простуда - всё нормально.Но с такой болью я столкнулся впервые. Правда сегодня всё гораздо лучше, чем вчера. Я всё ещё слаб, но, по крайней мере, мне не так больно.

- Яй говорит, ты совсем не ел, - Со, кажется, зол, он сердито стучит ложкой по миске, набирая рисовую кашу.

- Я не мог.

Я был так расстроен и в такой панике, что даже если я заставлял себя есть, всё тут же выходило обратно.

- Но теперь-то можешь.

Это правда. Я поднял взгляд и тут же наткнулся на его широкую улыбку. Может, я ем и немного, но это в любом случае больше, чем за прошедшие дни.

- Потому что ты здесь.

Соло здесь, и значит, всё хорошо.

- То есть, если я хочу, чтобы ты ел, - он отставил чашку в сторону, когда я покачал головой, наевшись. - мне нужно всегда быть рядом... Что такое?

Я смотрел на незатыкающегося Со и не знал, что сказать. Не умея подобрать слов к тому, что чувствовал. Но в конце, когда ему пришлось потыкать в меня пальцем, чтобы убедиться, что я всё ещё в сознании и могу ответить, я улыбнулся и кивнул.

- Да. Да, пожалуйста. Всегда.

Он улыбнулся так широко, как только мог, и протянул мне таблетки. А потом отвернулся, и уши его пылали.

Он смущён? Потрясающе.

- Поспи.

- Не хочется.

- Больным положено спать.

- Это же не я постоянно сонный, как ты, мне не нужно спать так много, - я легонько оттолкнул его голову, а он лишь обиженно надулся, но ничего не ответил.

Так приятно, когда о тебе заботятся. Не нужно ничего делать, и всё, что ты только можешь пожелать, тут же появляется перед тобой, готовое и аккуратно нарезанное. И можно сколько угодно заверять, что ты уже в порядке, но всё равно не получать разрешения вылезать из кровати сверх необходимого. Соло всегда рядом. Обтирает, приносит еду, болтает. Делает всё.

Естественно, он не хотел, чтобы я оставался один. И то, что он всё время втягивал меня в разговоры, поддразнивал, смущал или сердил, тоже из-за этого. Чтобы я не думал. Я и не хотел. Не хотел думать о Мэ Яй, скучать о ней, потому что я всё равно был ещё слишком слаб для этого. И всё, что мог - просто забыть и сосредоточиться на происходящем прямо сейчас. И чтобы окружающие перестали обо мне беспокоиться.

- Хочу мороженого, - я повернул телефон экраном к Со. Вчера я выпустил его из рук, и тот упал на камни, разбив экран. Но всё ещё работал, так что спасибо, что Яй поднял его для меня.

Kao Ахира: Со сказал, что ты приболел. Поешь мороженого и тебе сразу полегчает.Мало ему было просто сообщения, он ещё и фото какого-то потрясающего десерта приаттачил. Не то чтобы я хотел мороженого или был голоден, мне лишь хотелось посмотреть на реакцию своего хаски.

- Као, - Со нахмурился и, отобрав у меня телефон, отбросил его на диван. - Нет. Тебе ещё нездоровится, какое может быть мороженое.

- Я здоров, - нет, правда, я вполне могу ходить, а завтра уже и бегать буду в состоянии.

- Нет значит нет, - он недоволен.

- Ладно, как скажешь.

Я улыбался, пока до него доходило. Наверное, он только понял, что я лишь дразнил его, но когда соображает - яростно лохматит мне волосы, пока те не превращаются в подобие посудного ёршика.

- Не нравится?

- Я же старше, эй, - я ныл, но это не серьёзно. А он начал приглаживать растрёпанные пряди.

- Не знаю, раньше мне было можно.

Эм, не уверен, но, кажется, что-то припоминается.

- Так как ты приехал? Сдал экзамен? - я откинулся на изголовье кровати и задал интересующий меня вопрос. Вчера, когда мы встретились, у меня не было на него ни сил, ни желания.

Я мог думать только о том, что Соло - вот он. Передо мной. И больше ничего не было важно.

- Я попросил препода сдать пораньше.

- Так можно было?

- Всего один экзамен, какая разница, когда я его сдам. Проблема была в том, что, когда я звонил, его не было в городе, и мне пришлось его ждать. Поэтому я не смог приехать в первый день похорон. В общем, он вернулся вчера и тут же принял меня. Мне сказал, что по графику он ещё не должен быть в университете, и экзамен стоит на сегодня, но раз дело срочное, он просто поставит сегодняшнюю дату на моём листе.

Я кивнул и безропотно лёг под одеяло, как он меня и заставлял, но спать не хотелось. Хотелось разговаривать.

- Так как прошло?

Он попытался сердито нахмуриться, но сдался и улёгся рядом, устроив подбородок на своей руке.

- Ты сейчас улыбался. Это была умоляющая улыбка?

Я смущённо на него посмотрел. Но нет, я просто улыбался, никакой мольбы, ничего такого.

- Вовсе нет.

- А. Это, наверное, всё из-за твоих опухших глаз, мне всё время кажется, что ты о чём-то просишь, - он нежно дотронулся до упомянутой части моего лица. - Ты не хочешь спать, да? Именно поэтому ты так умоляюще улыбаешься.

Звучит резонно, да.

- Не хочу. Хочу с тобой поговорить.

Я куда быстрее поправлюсь, если буду с ним разговаривать, чем если буду всё время спать.

- Ага, и снова не упрашиваешь, - Со легонько нажал мне на нос. - Да нормально там всё с экзаменом. Может, не так прекрасно, как могло бы быть, потому что тайская музыка действительно сложная, и я ещё плохо играю.

- Это обязательный курс?

- Ага. Но хорошо, что он только на первом курсе.

Я лежал рядом с Соло, а он рассказывал о том, как жил один, жаловался на Као, который постоянно его пинал.

- Это потому, что ты репетировать не хотел?

- Это потому, что кое-кто не отвечал на звонки.

Мне пришлось извиниться и ещё извиниться, пока Со не перестал дуться и не вернулся к своим жалобам на Као. Основная тема его излияний - Као слишком много ел и заставлял Со репетировать, а сам сбегал играть в видеоигры. Возможно, из-за того, что от этих историй я постоянно улыбался, он рассказывал ещё и ещё.

- Као, должно быть, был рождён, чтобы влипать в истории, - нет, ну серьёзно, что бы он не делал, получается потрясающая нелепица.

- Он рождён, чтобы нести хаос и разрушение, - Соло прав, это тоже про Као.

Разговор понемногу затихал. О том, какую тему хаски выберет следующей, я мог догадаться по тому, каким он стал серьёзным. Но нам в любом случае нужно это обсудить, поэтому я даже не чувствовал себя несчастным.

- Ты правда хочешь поехать?

- Куда?

Я опустил на него взгляд. По беспомощному виду Соло было понятно, что он не знает, что сказать или что сделать, только я уже понял о чём он.

- Ну... О чём мама говорила.

- А. Это.

- Если ты не хочешь, просто скажи. Тебя никто не заставляет.

- Я правда хочу поехать.

- Потому что я уже пообещал?

- Ну, на самом деле я рад, что ты пообещал это, - одна только мысль о Мэ Яй причиняла боль. И если бы Со не пообещал ей тогда, я всю оставшуюся жизнь жалел бы о том, что не выполнил её просьбу. Я просто не смог бы.

- Тебе нужно поправиться сначала. Я уже разговаривал с деревенским. Он сказал, что отвезёт нас туда, - Со с улыбкой отвёл с моего лба прядь волос.

- Можем мы поехать сегодня?

Я хотел поехать как можно быстрее. Хотел увидеть, где она жила и что она любила.- Сначала поправиться.

- Но...

- Тар, - Со словно поругаться собрался, но увидев моё лицо лишь вздохнул. - Завтра, ладно?

- Утром.

Со сначала недовольно хмурился, но потом всё же кивнул, соглашаясь.

- Ладно.

- Спасибо, - я радостно улыбнулся, и Со рассмеялся от этого.

- Уже улыбаешься.

- Это всё ты. Спасибо.

- Сколько ещё ты собираешься меня благодарить?

- Бесконечно, - я ведь действительно ему благодарен. И каждый раз, когда я говорю "спасибо", делаю это искренне. Не просто чтобы сказать, знаете.

- Тебе уже лучше?

Я помолчал немного, осознав, что не могу соврать ему. И сказал правду.

- Лучше. Но не могу сказать, что совсем всё прошло.

- Понимаю, - он кивнул. - понадобится время. Скучать нормально. Но не зацикливайся на этом.

- Зацикливаться?

- На горе. Я прошёл через это и знаю, о чём говорю, - в его глазах, кажется, сверкнули слёзы, но через секунду всё вернулось к обычному виду. - Я тогда просто утонул в скорби. Сначала рядом был Яй, но когда и он исчез, я ушёл в отрыв.

- Что ты имеешь в виду?

- Эм. Я о том, что я потерял маму, - Соло улыбнулся, когда я взял его за руку. - Всё нормально. Мне понадобилось четыре года, чтобы выяснить, что не так. Поэтому перестань зацикливаться на горе. Просто живи. Скучай по ней и смотри на то, что она тебе оставила. Мне тогда было тяжело, но я смог с этим справиться. А тебе будет легче, потому что я с тобой.

Кому как не мне знать, что он прав. Да, мне ещё больно и горестно, потому что это только что произошло, но нельзя горевать всё время. Всё, что мне нужно - не погрязнуть в пучине скорби. И лучшее решение здесь - жить той жизнью, которую так заботливо выстраивала мне Мэ Яй. С тем, кто рядом со мной.

С человеком, которого я выбрал, и который выбрал меня.

Конечно, сказать легче, чем сделать, но раз уж Со говорит, что мне будет не очень сложно, я ему верю.

- Я попробую. А ты помоги мне, пожалуйста.

И если он будет рядом со мной, однажды я смогу улыбаться так же легко, как прежде.- Договорились, - Соло накрыл меня одеялом. - А теперь спать.

- Но я не хочу, - я попытался скинуть одеяло, но не смог пересилить Со. Я и здоровый-то не могу, а сейчас у меня совсем сил нет.

- Ну и что. Нужно поспать. Или завтра не сможешь никуда ехать.

- Но... ох, - он прижал ладонь к моему рту, и как бы я не сверкал глазами, не убирал её.

- Абака!

- Что ты сказал?

- Зал то ты абака!

- Ну ты почему такой упрямый? Буду целовать, пока не уснёшь.

Ты ненормальный. Держишь меня и ждёшь, что я спать буду.

- Всё не спится?

Он не убрал руку, но наклонился, чтобы поцеловать меня.

- Будешь спать или нет?

Я поспешно кивнул. Тогда он отпустил меня, а я тут же отвернулся и накрылся одеялом с головой.

Так смущает. Ненавижу, когда у меня сил нет.

Вот же собакен!

- Ты же задохнёшься там, - Со потянул за одеяло, заставив высунуть голову. В итоге я сдался и согласился не прятать голову, но отказался поворачиваться.

- Теперь спи.

Как можно спать в такой неловкой ситуации? Но лекарство, видимо, начало действовать, и глаза закрылись сами собой. А тёплые объятия усыпили быстрее любой колыбельной.

===

Кажется, мне снился кошмар. Будто вокруг меня пустота, и совсем никого нет. И было так страшно, как никогда раньше. Это не был сон о Мэ Яй, это был сон о моём абсолютном одиночестве. Я был один в абсолютной темноте и даже себя не видел.

Когда безнадёжность стала заполнять не только всё вокруг, но и меня самого, я услышал голос.

- Не плачь.

И когда открыл глаза, понял, что рядом есть как минимум один человек. Он вытирал мне слёзы и смотрел в глаза с болью во взгляде.

- Я здесь.

Я закрыл глаза и уткнулся ему в грудь, слушая, как бьётся сердце. За него и за меня. За нас.

И понял, что значила пустота в моём сне. У меня не было цели в жизни. Даже мечты - и той не было. Всё исчезло со смертью Мэ Яй. Вот почему я ничего не видел. Но теперь я увидел кое-что равноценное. В этой пустоте рядом со мной стоял мой хаски.

автор новеллы: Chesshire

перевод на английский: Houzini