ГЛАВА 32
Эдриан
Приезжаем в один из заброшенных складов на окраине города, помогаю Ханне выйти из машины, обхватывая её тонкие пальцы своими, прижимаю к своей груди и шепчу на ухо, предупреждая ещё раз:
- Слушаешь только меня. Делаешь то, что скажу я , Ханна. Без шуток. Я несу за тебя ответственность.
Мягко отстраняюсь, целую в лоб. Она кивает мне, якобы соглашаясь. Хоть бы это было так и на самом деле. Мы входим в здание, проходя охрану, Тайлер уже ждёт, а когда видит нас вдвоем, то даже его взгляд не может сдержать удивления. Мы проходим мимо него, говорю, с тяжёлым вздохом:
- Не спрашивай. Сам в шоке.
Ханна идёт рядом с широкой улыбкой, подмигивает Тайлеру и мы оказываемся в помещении, где держат моего отца. Он сидит на холодном полу, руки его подвешены за цепи к верху, на шее тоже цепь, напоминающая поводок. А Тайлер знатный извращенец. Но мне нравится.
- Здравствуй. Папа,- из моих уст это звучит как что-то ядовитое, пропитанное ненавистью, презрением, отвращением.
Отец смотрит на меня, с его лица невозможно стереть эту самодовольную ухмылку, даже во взгляде читается, будто он победитель, а не проигравший, что сейчас привязан цепями к стене.
- Сын мой,- слышу этот хриплый голос,- а ты оказывается умнее, чем я ожидал.
Стою над его телом, делаю шаг вперёд, Ханна остаётся позади, так как Тайлер вовремя успевает её остановить. Он всегда знает что делать, даже без моего указания.
- Думал, что я так просто приму правила твоей игры? Какой же ты наивный,- говорю это без какой либо эмоции, на лице снова холод, безразличие, которые были со мной всю жизнь.
- Я тебя недооценил, Эдриан. Но и ты меня тоже. У меня ещё много людей, много денег и акций. То, что ты сжёг казино - ещё ничего не значит.
- Не волнуйся, отец. Все акции и все твои деньги давно отмыты и находятся в моей собственности. Это не стало для меня большой проблемой, представляешь? Ты никому из своих людей не нужен без денег,- пожимаю плечами, а отец дёргает руками, видимо, этого он не смог предугадать.
Он плюёт кровью на каменный пол, шею сильнее сдавливает цепь, оставляя тёмно-синие следы. Я лишь наблюдаю за этим, когда-то я был на его месте. Судьба всё расставляет на свои места. Отец взглядом перемещается к Ханне, улыбка его становится ещё противнее.
- Ты и девку эту сюда притащил,- шипит он,- эту бездарность, которая не стоит ни гроша. Скажи мне, сынок, зачем она тебе?
Я хватаю ещё одну цепь, что висит на стене и с размахом ударяю его по лицу, так что из носа и рта течёт кровь.
- Защищаешь её. Всё таки- переоценил. Планы у тебя большие, Эдриан, только это отродье делает тебя слабее.
Ещё один удар, я краем глаза замечаю, как Ханна смотрит, но ничего не делает. Удивительно, но ей не противно, она не закрывает глаза и её не тошнит. Муж и жена одна сатана, что ли? Не хотел бы я, так сильно, погружать Искорку в омут своей тьмы. Он хрипло смеётся, едва переводя дыхание, а я лишь сжимаю цепь в руке, ощущая липкость его крови на пальцах. Ударил бы ещё, но в этом уже нет смысла. Он проиграл. Всё, что у него было - теперь моё.
- Ты смотри, сынок, какой ты стал, - его голос срывается, но я слышу в нём не страх, а жалкое подобие удовлетворения. - Всё-таки я тебя правильно воспитал.
Я наклоняюсь, сжимая пальцами его подбородок, заставляя поднять взгляд.
- Ты не воспитывал меня. Ты пытался сломать.
- И всё равно... ты такой же, как я.
Я мог бы возразить. Мог бы сказать, что он ошибается, что я - это я, а не его отражение. Но зачем? Он не заслужил этого.
- Не такой же,- слышу голос своей жены,- ты, Лиам, мерзкий. Даже мой отец, который сейчас сидит, намного лучше, чем ты. Ты всю жизнь сидишь на цепи, ты верный пёс своих комплексов, своей неполноценности. Хотел убить меня? Уничтожить? Не выйдет. Я вышла замуж за твоего сына, я его жена, я - миссис Картер. А ты сейчас кто?
- Жаль, что тогда стрелок не попал. Не волнуйся, Ханна, рано или поздно тебя всё равно убьют. Ты слишком много говоришь,- рычит отец, видимо, слова Ханны его задели.
- Ты этого уже не увидишь. Тебя, как эта же цепь, задушили собственные амбиции. Мерзость,- говорит Ханна и садится на стул, что принёс ей Тайлер.
Ухмыляюсь. А Ханна таки достаточно смелая, даже для такого.
- Раз моя жена сегодня начала с метафор..тогда и убийство должно быть..с такой же тематикой. Тайлер, отвяжи ему руки,- командую я.
Тайлер слушается, отец ещё что-то говорил, но я уже не слушаю. У меня свой план. Сегодня он должен умереть.
- Поверь, сын, то, что я пережил во Флориде тебе и не снилось. Ты сейчас даруешь мне спасение,- смеётся он, как сумасшедший.
- Знаю. Мне пришлось потрудиться, чтобы каждый день придумывать тебе новые издевательства.
Тайлер заканчивает, смотрит на меня, в ожидании новых указаний. Подхожу к Ханне, проводя ладонью по шелковистым волосам.
- Раз моя жена сказала, что отца задушили собственные амбиции..пусть так и будет. Тайлер, цепь на шее не снимать. Поднимай его тело вверх,- я даю команду, сейчас то, о чем я мечтал столько лет, наконец-то случится.
Тайлер кивает. Он нажимает на одну из кнопок и крюк, что прикреплен к потолку, начинает натягивать цепь вместе с телом отца вверх. Ханна не отворачивается, смотрит на происходящее с безмятежным выражением лица. Ее пальцы мягко сжимают мою ладонь, а губы изгибаются в тени улыбки. Она знала, что этот день наступит, и теперь, когда он здесь, в ее глазах нет ни страха, ни сомнений - только удовлетворение. Отец кричит, задыхается, но я неумолим. Ему катастрофически не хватает дыхания, цепь врезается в его горло, но уже больше ничего не сделаешь. Еще несколько его предсмертных конвульсий и тишина. Его тело дергается в последний раз, прежде чем обмякнуть, бессильно покачиваясь в воздухе. Запах железа и крови пропитывает комнату, но я не чувствую ни сожаления, ни облегчения - только пустоту. Я сделал то, что хотел многие годы, добился своей цели. Сейчас тело моего отца покачивается, вися на цепи у потолка, словно жуткий трофей моего триумфа.
- Ты все сделал правильно,- шепчет Ханна и встаёт, смотря мне в глаза.
Я киваю. Наконец-то, многолетняя борьба окончена, я могу вздохнуть полной грудью.
- Тайлер. Ты вел видеозапись?- спрашиваю я, находя взглядом своего помощника.
- Да.
- Отправь Нику. Пусть мальчик хотя бы онлайн поприсутствует,- усмехаюсь я, беру Ханну за руку и мы покидаем это помещение.
Она идёт рядом со мной и широко улыбается, будто это её победа. Но я очень рад, что она не впечатлилась от этих кадров и не стала ко мне относиться с отвращением. Вот, чего я боялся больше всего.
- И что? Хочешь дальше продолжать жить с мужчиной, который торгует оружием, который беспощадно убивает тех, кто переходит ему дорогу?- спрашиваю я, притягивая Искорку к своему боку.
- О да, Эдриан. Ты очень сексуален, когда зол,- смеётся она.
Сумасшедшая девушка. Но за это я её и полюбил. Моя одежда, естественно, в крови. В таком виде к своей матери я точно не поеду. Её психика этого не выдержит. Сажусь в машину, Ханна садится рядом, начинаю раздеваться, и ищу пакет с одеждой. Ханна внимательно смотрит на меня, прикусив губу. Наслаждается. Пока я переодеваю штаны, эта девушка медленно целует мою грудь, оставляя засосы.
- Метишь меня?- спрашиваю я, явно удивлённый её собственническим повадкам.
- Да, Картер,- ухмыляется она, кусая меня за шею.
- После всего что случилось у тебя отличное настроение.
- О да. Твой отец мертв, мы окончательно избавились от этой проблемы. Я рада за тебя, что ты более не узник его принципов,- так искренне улыбается Ханна.
И за эту улыбку я готов отдать даже душу дьяволу. Ханна- безупречная женщина. Полностью переодеваюсь, завожу мотор и мы едем в сторону дома моей матери. Всё таки, новости такого масштаба должна знать вся семья. Ханна поглаживает мою руку на коробке передач, иногда бросая в мою сторону теплый взгляд.
Мы подъезжаем к дому моей семьи, выхожу, а за мной Ханна. Даю ей локоть, она вкладывает свою руку, крепко цепляясь пальцами в мое предплечье. Мать, однозначно, будет рада нас видеть. Вижу её, стоящую на крыльце, Ханна махает ей, с яркой улыбкой на губах. Видимо, они нашли общий язык.
- Как же хорошо, что вы приехали,- говорит мать и проводит нас в дом, обняв сначала Ханну, а потом меня.
Внутри уже сидит Николас, что-то рисует, вычисляет. Брат серьёзно решил заняться ювелирным делом. Это похвально. Поднимает голову, когда видит нас и встаёт. Ну конечно, ведь у него прекрасные отношения с моей женой. Только вот мне это не нравится. Прекрасно понимаю, что это мой брат, но нельзя отменить тот факт, что он мужчина.
- Ханна, братец,- он крепко обнимает мою жену, а она его в ответ и только потом он доходит до рукопожатия со мной.
- Отлично. Все в сборе. Мне осталось только закончить с салатами и будем садится ужинать,- причитает мама, идя на кухню.
- Я помогу вам,- Ханна идёт за ней, пока мы с братом остаёмся наедине.
- Как успехи, Николас? - спрашиваю я, присаживаясь напротив него. Взгляд у Ника цепкий, внимательный, но я уже знаю это выражение лица - он доволен собой.
- Отлично. Работа идёт, клиенты появляются, - отвечает он, убирая эскизы в папку. - А у тебя как?
- Без изменений. Всё под контролем, - отвечаю коротко. Мне не нужно рассказывать ему больше, чем он должен знать.
Николас усмехается и кивает, словно чего-то ожидал, но не получил.
- Тебе не нравится, что Ханна меня обнимает, - бросает он спокойно, скрещивая руки на груди.
Я только сжимаю челюсть, зубы сильно скрипят.
- Ты же знаешь, что она для меня как сестра, - продолжает он. - Я никогда...
- Но ты мужчина, Николас, - перебиваю его, глядя в глаза.
Он вздыхает, немного откидывается назад и качает головой.
- Ты ревнуешь.
- Я оберегаю свою жену. Это разные вещи,- рычу я на него.
На секунду между нами повисает напряжённая тишина. Николас первым отводит взгляд и усмехается.
- Ты всегда был собственником.
- А ты всегда любил испытывать чужие границы, - парирую я.
Перед тем как он успевает что-то ответить, в комнату заглядывает Ханна.
- Вы чего тут? Всё нормально?
Я встаю, подходя к ней и приобнимая за талию.
- Всё прекрасно, - говорю спокойно, но так, чтобы Николас понял - разговор закончен.
- Тогда пошли за стол, мама уже зовёт, - улыбается она, ничего не замечая, и тянет меня за собой.
А я бросаю последний взгляд на брата. Он усмехается и слегка качает головой, но ничего больше не говорит, идя в кухню за нами. Все садимся на свои места, Ханна рядом со мной, Ник чуть дальше, мама напротив нас.
- Я очень рада, что вся наша семья сегодня собралась за одним столом. Я безумно расстроена, что Эдриан сразу мне не сообщил о случае с ранением, но всевышние силы смогли уберечь моего сына,- говорит мама, с явным облегчением.
- Радоваться ещё есть чему,- говорю я, поднимая бокал,- я завершил свое дело до конца. Лиама Картера больше нет в живых.
Николас округляет глаза, видимо, до видео он ещё не дошёл. И хорошо. Пусть не показывает такие страсти нашей матери. Перевожу взгляд на свою маму, на её лице я не вижу разочарования, боли и тоски, кажется, эта новость никак не удивила её.
- Ты выполнил свое обещание, сынок,- слышу от неё единственные слова.
Киваю. Отец- был грузом для всей семьи и никто уже не надеялся так просто от него избавиться, даже моя мать считала это невозможным. Но надеялась, грея эту мысль внутри своего сознания. Я и сам поверить не могу, что это кончилось.
- Но это не все. Тебе, мама, вернулись все твои акции, что он переписывал на тебя. Его состояние я полностью перевел в стабильную валюту. Николас, ты долго мечтал о своем бизнесе, своей ювелирной компании. Эти средства будут вложены именно в это,- сообщаю я, выпивая, наконец-то, из бокала.
Вот только радость Николаса оказалась сдержанной. Он смотрел на меня пристально, будто не веря своим ушам.
- Ты серьёзно? - спросил он наконец.
- Я когда-нибудь шутил о таких вещах? - отвечаю спокойно, ставя бокал на стол.
- Нет, - выдыхает он, но в глазах всё ещё тлеет сомнение.
Мать молчит. Она изучает меня долгим взглядом, в котором смешалось всё - облегчение, холодное принятие и, может быть, даже тень сожаления.
- Всё это так внезапно... - наконец, произносит она.
- Мы все этого ждали, мама, - напоминаю ей. - Теперь у нас есть возможность жить так, как мы хотим. Без его тени над нами.
Она отворачивается, берёт бокал и делает небольшой глоток. Николас качает головой, хмурит брови, но не спорит. Несколько мгновений смотрит на меня, а потом по его губам ползёт самодовольная ухмылка.
- Я думал ты шутишь. Но нет. Ты же знаешь как долго я об этом мечтал,- слышу довольные возгласы брата.
Ханна под столом берет мою руку и крепко сжимает. Видимо, она оценила жест моего добродушия к брату.
- Начинать новую жизнь- это всегда так страшно,- признается мама в своих сомнениях,- я долгие годы привыкла жить с Лиамом. Я безумно ждала его смерти, а теперь..даже не знаю с чего начать свою новую, свободную жизнь.
- Перед вами же открыты абсолютно все горизонты. Вы можете освоить любое дело, которое только пожелаете,- объясняет Ханна, размахивая эмоционально руками. Моя огненная девочка.
- Да, но с чего начать? - мама растерянно смотрит на меня, потом на Ханну, её пальцы слегка касаются края бокала, будто она ищет в этом жесте опору. - Когда столько лет живёшь ради выживания, сама мысль о будущем кажется... пугающей.
Ханна улыбается - её глаза горят энтузиазмом, в них нет сомнений, только уверенность, что мама справится.
- Начните с малого. Позвольте себе желания. Пусть сначала совсем простые: выпить кофе в любимом месте, прогуляться без оглядки, сменить причёску. А потом... кто знает? Может, через месяц у вас появится страсть к чему-то новому.
Её энергия заразительна, и я вижу, как мама задумывается, впервые позволяя себе представить другую реальность, где её жизнь - это не цепочка страхов, а бесконечные возможности.
- А если я не справлюсь? - голос мамы почти шёпот.
- Тогда мы будем рядом, - уверенно отвечает Ханна,- Вы не одна. Никогда не были и не будете.
Она долго молчит, а потом слабо улыбается - осторожно, но по-настоящему.
Остаток вечера мы провели в достаточно дружественной атмосфере. За всю свою жизнь, я не знал, что такое семья. И только этот вечер позволил мне окунуться в это ощущение, хотя бы ненадолго. Ханна смеялась, рассказывая какую-то историю из детства, и ее голос заполнял комнату, приятно разливаясь эхом. Другие поддерживали беседу, перебивая друг друга, споря, шутя - но не со злобой, а с той легкой, почти домашней насмешливостью, которая бывает только между близкими людьми. Я молча наблюдал за ними, ощущая что-то странное внутри - непривычное, почти тревожащее. Словно я оказался за стеклом, глядя на мир, в который никогда не входил. Но в этот вечер... в этот вечер меня пустили внутрь. Пусть ненадолго, пусть как гостя, но я был здесь. Тепло улыбок, касание руки на плече, когда Ник привлекал мое внимание к очередной истории, звон бокалов - все это казалось почти нереальным. Слишком правильным, слишком далеким от привычной мне жизни. Но я не отстранялся. Позволил себе улыбнуться. Позволил себе ответить. Позволил себе, пусть и на короткое время, ощутить, что значит быть частью чего-то большего, чем просто самого себя.
Приезжаем мы поздней ночью, целуясь по дороге к входным дверям нашего дома. Ханна смеётся, когда я кусаю её за губу, прижимается крепче, укусив меня намного сильнее. Мне так нравится эта её дерзость..Её руки скользят по моей спине, крепко сжимая ткань моей куртки, словно она не хочет отпускать ни на секунду. Я прижимаю Искорку к двери, ловя взгляд - глаза сверкают, полные озорства и желания.
- Ты играешь в опасные игры, - шепчу я, скользя губами вдоль её челюсти.
- Разве не в этом вся суть? - её голос дрожит от смеха и нетерпения.
Мои пальцы находят ключ, но он никак не попадает в замочную скважину. Ханна вырывает ключ у меня из рук, ловко поворачивает его, и дверь с тихим щелчком поддаётся.
- Внутрь, - шепчет она, толкая меня за порог, а затем захлопывает дверь за нами, оставляя нас в полумраке, полном тяжёлого дыхания и бешено стучащих сердец.
Я не успеваю сделать и шага, как Ханна толкает меня к стене, захватывая мои губы в жадном поцелуе. Она кусает меня снова, сильнее, глубже, словно проверяя границы дозволенного. Я рычу в её губы, ощущая, как внутри разгорается пламя. Руки Ханны жадно скользят по моему телу, срывают куртку, позволяя ей упасть на пол. Она смеётся, коротко, низко, прежде чем её горячее дыхание обжигает мою шею, целует, кусает, дразнит, заставляя меня запрокидывать голову назад.
- Ты беспощадна, - шепчу я, вцепившись в её талию, притягивая ближе.
- Ты любишь это, - её голос звучит с хрипотцой, пальцы впиваются в мою кожу.
Я не спорю. Просто переворачиваю её, прижимая к стене... эту непокорную миссис Картер, наслаждаясь тем, как расширяются её глаза. Теперь моя очередь проверять границы. Мои ладони скользят по её бёдрам, сильно сжимая, от чего Ханна томно выдыхает. В глазах моих появляется звериный блеск, губы трогает хищный оскал. Руками скольжу по бёдрам, ногам своей жены, приподнимая юбку, чтобы прикоснуться к горячей коже Искорки. Ханна закусывает губу, пытаясь подавить стон, она изо всех сил старается не показать, как сильно я на нее действую. Но я то знаю правду. Я наклоняюсь ближе, чувствуя, как её дыхание сбивается, как мелкая дрожь пробегает по телу, когда мои пальцы скользят выше.
- Не прячься от меня, - шепчу, прижимаясь губами к её уху.
Ханна зажмуривается, слабо качает головой, но её тело выдаёт Искорку с головой. Я ощущаю, как она рефлекторно подаётся вперёд, словно притягиваемая мной, как её пальцы сжимаются на моих предплечьях.
- Ты моя, Искорка, - продолжаю, ослабляя хватку, но не отпуская. - И всегда будешь моей.
Её губы приоткрываются, но голос застревает в горле. Она хочет возразить, хочет играть в это сопротивление, но я уже вижу, как в её глазах мелькает знакомая искра. Горячая, непокорная, но до безумия жаждущая меня.
- Ты не можешь мне противостоять. Ты хочешь меня, Ханна Картер,- шепчу я, целуя её ключицы.
- Ты слишком..самоуверен, Эдриан,- усмехается она, пальцами проходясь по моему затылку.
- Я говорю правду, Ханна. Ты не можешь передо мной устоять,- произношу с усмешкой, сжимая её бедро.
Ханна хватается пальцами за пряди моих волос, смотря мне в глаза. На её губах я, в этой полутьме, различаю усмешку.
- Всегда так самоуверенны в себе только дураки, Эдриан. Спокойной ночи,- она сладко целует меня в губы, поправляет юбку и выскальзывает из моих рук.
Ханна идёт в сторону нашей спальни, а я знатно удивлён, впервые Искорка так открыто меня отстранила.
- Эй! Ханна Картер! Ты не можешь так просто кинуть меня,- кричу ей вслед.
- Могу, Эдриан Картер.
Я усмехаюсь, наблюдая, как она, не оборачиваясь, скрывается за дверью спальни. Ну и ну...Искорка решила поиграть? Что ж, мне даже нравится. Я медленно прохожу к двери, неторопливо, словно давая ей фору. Касаюсь ручки, затем толкаю её внутрь. Ханна стоит у зеркала, снимая одежду. В её движениях нет спешки, она явно слышала, как я вошёл, но никак не реагирует. Подхожу снова ближе, касаюсь оголенной спины и слышу её уверенный голос:
- Секса не будет, мой дорогой супруг.
- Совсем?- удивлённо спрашиваю я.
- Совсем,- уверенно отвечает Ханна.
Безжалостная женщина.