ГЛАВА 33
Ханна
Эдриан, как обычно, привозит меня на работу, где теперь всё пренадлежит только мне, где все правила диктую я. Мягко целую его в губы и уже хочу выйти, как он сжимает мою руку сильнее, не отпуская. Выгибаю бровь, пытаясь понять в чём дело.
— Будь аккуратнее, Искорка. Мой отец мёртв, но это не значит, что противостояние окончено,— говорит он, преподнося мою тыльную сторону ладони к губам и оставляя нежный поцелуй.
— Хорошо,— выдыхаю я и улыбаюсь ему,— береги себя и будь на связи.
— Обязательно. Я к Тайлеру. Поговорить нужно.
— Случилось что-то?— задаю вопрос, уже даже боясь ответа.
— Нет. Хочу отдать часть средств ему от состояния отца. Тайлер — пасынок одного мужчины, который помог мне развить мой бизнес, жену которого убил мой отец. Я обещал его отчиму и ему отомстить. Я это и сделал,— объясняет мне Эдриан, а я уже хочу узнать подробности,— дома расскажу более развернуто. Беги.
Киваю и выхожу из машины, направляясь в сторону огромного здания. Мне открывают двери и я прохожу внутрь, чувствуя, как привычный холодный воздух офисного холла касается кожи. Высокие потолки, стеклянные стены, блеск полированного мрамора под ногами — всё здесь принадлежит мне. Все взгляды сотрудников обращены на меня, но я их не замечаю.
— Доброе утро, миссис Картер, — кивает охранник у входа, слегка склоняя голову.
— Доброе, — отвечаю я и уверенно шагаю к лифту.
Мои каблуки отдают звонкими ударами по полу, но в голове до сих пор звучат слова Эдриана. Тайлер. Деньги. Месть. Его отец. Всё это напоминает мне, насколько сложен этот мир, и как легко одно обещание может изменить жизни многих. Я знаю, что Эдриан всегда держит слово, но даже мне порой трудно угнаться за всеми его решениями. Лифт поднимает меня на самый верхний этаж, где расположены мой кабинет и переговорная. Как только двери открываются, меня уже ждёт ассистентка.
— У вас встреча через пятнадцать минут. Кофе вам принести?
— Чёрный, без сахара, — бросаю коротко и иду в кабинет. Интересно, что за бурду пил Эдриан.
Закрываю за собой дверь, бросаю сумку на стол и, прежде чем сесть, подхожу к окну. Город простирается передо мной, весь в моих руках, снова пора браться за работу, продолжая то, что моя семья начала много лет назад.
Я провожу деловые переговоры с испанцами. Хорошо, что в своё время я выучила несколько языков. В моем деле, оказывается, это пригодилось.
— Ваши украшения прекрасны. Ещё больше нам нравится ваша история. Дочь своих родителей, амбициозная, та, что смогла продолжить дело семьи. Да и сами украшения кричат об этом. В Испании такое ценится,— слышу одного из главных мужчин.
— Благодарю, сеньор, — с лёгкой улыбкой отвечаю я, позволяя их словам повиснуть в воздухе, — Для меня это не просто бизнес. Это наследие, которое я лелею и развиваю, вкладывая в него не только опыт, но и душу.
Испанцы кивают, переглядываются между собой. Один из них, тот, что постарше, делает едва заметный жест рукой — мол, продолжайте. Я не тороплюсь, позволяя напряжению расти, зная, что в переговорах важен не только смысл сказанного, но и ритм, паузы, уверенность.
— Мы обое знаем, — продолжаю я, слегка наклоняясь вперёд, — что ценность украшений определяется не только их красотой или драгоценными камнями, но и историей, что стоит за ними. В Испании чтят традиции, но также любят новизну, индивидуальность. Я предлагаю вам нечто большее, чем просто ювелирные изделия. Я предлагаю историю, которая станет частью вашей собственной.
Мужчины переглядываются снова. Я чувствую их интерес, но также вижу: они хотят большего. Сильнее. Весомее.
— Вы хорошо понимаете наш рынок, сеньора, — наконец говорит второй. — И ваше предложение интригует. Однако, в делах, как и в искусстве, важны детали. Что именно вы готовы предложить нам, чтобы это сотрудничество стало исключительным?
Я улыбаюсь. Вот теперь начинается самое интересное. Я ловлю их взгляды и на мгновение позволяю тишине наполнить пространство. Они хотят конкретики, хотят эксклюзивности. И я это дам.
— Индивидуальность— это не только доступ к лучшим изделиям, но и к тем, что никогда не окажутся в руках других. Я предлагаю вам ограниченную коллекцию, созданную специально для вашего рынка. Дизайн, вдохновленный испанским наследием, но с моей подписью. Что-то, что будет говорить о силе, страсти, благородстве…
Я намеренно не заканчиваю фразу, позволяя им самим дорисовать картину в голове. Первый из них, тот, что постарше, чуть прищуривается, явно прикидывая выгоду.
— Вы хотите сказать… уникальная линия только для нас?
Я киваю.
— Только для вас. Без аналогов. Без повторов. Вы получаете эксклюзивное право на продажу в Испании,— рассказываю, показывая все стороны сотрудничества со мной.
Теперь они переглядываются с большим интересом. Это уже не просто партнёрство — это сделка, которая может вывести их на новый уровень.
— Достойное предложение, — наконец произносит второй, сложив руки на столе. — Но мы хотели бы увидеть больше. Сможете ли вы представить концепцию, прежде чем мы согласимся?
Я улыбаюсь. Они уже наполовину в моих руках.
— Конечно. Я подготовила эскизы, но, кроме того, предлагаю вам посетить мою мастерскую. Там вы увидите процесс создания собственными глазами. Это будет лучшее доказательство того, что мои слова — не просто обещания.
Мужчины переглядываются, обмениваясь быстрым взглядом, полным скрытых значений. Постарше слегка кивает.
— Это разумно. Когда вы готовы нас принять?
— Хоть завтра,— улыбаюсь, так как моя стратегия работает.
Далее мы просто подписываем договор. Отлично. Для моей компании, в такое время, важно заключать договора с влиятельными людьми. Все уходят, остаётся один парень, брюнет, с голубыми глазами и щетиной.
— Я очень рад, что мы смогли заключить договор,— он тянется своей рукой к моей через стол и мягко прикасается к ней,— вы бы не хотели в честь этого сходить со мной на ужин? Посидеть, поговорить. Я даже скрывать не буду, насколько вы привлекательная девушка. Мне хотелось бы провести с вами вечер в более неформальной обстановке.
Я резко отдергиваю руку, мне противны прикосновения других мужчин, когда у меня есть мой муж. Тот мужчина, с которым я сидела в кафе, когда ворвался Эдриан, был один из партнёров моей матери, с которым мы обсуждали дальнейшее сотрудничество после моей победы. Не более. Но сейчас — это действительно прямой подкат.
— Я замужем. Не рассматриваю никакие иные предложения. С вами я готова поддерживать партнёрские отношения в бизнесе. Не более. Прошу меня простить. Мне нужно работать,— указываю я ему на дверь.
Парень долго смотрит на меня, встаёт и кивает. Видимо, мой отказ его зацепил. Но я с этим сделать ничего не могу. Он молча покидает мой кабинет, а я облегчённо выдыхаю. Ещё чего не хватало. Мой телефон издает звук уведомления, беру его и разблокирую экран. Полиция. Уже интересно.
"Всех кто причастен к делу задержали. Обвиняемым грозит полная конфискация имущества и срок от 15 до 20 лет"
Хорошо, что я смогла найти хорошего полицейского, который будет работать в моих интересах. Отлично. Эта новость значительно поднимает мне настроение.
— Да пустите меня! Я имею право! Я родственник!— слышу я знакомые крики внизу.
— Не положено,— охранник так же упрямо не пускает незванного гостя.
Закатываю глаза и спускаюсь вниз. Ник. Ну кто же ещё?
— Отпустите его. Это ко мне,— улыбаюсь я и смотрю на брата своего мужа.
Охранник отпускает Николаса, он театрально отряхивает одежду, якобы тут оскорбили его эго, выпрямляется и идёт ко мне.
— Опять устроил сцену? — спрашиваю, скрестив руки на груди, когда Ник с довольной ухмылкой проходит внутрь, стряхивая с рукава невидимые пылинки.
— Ты же знаешь меня, милая, — улыбается он, оглядывая холл с любопытством, будто впервые здесь. — Люблю эффектные появления.
— Ладно уж. Идём.
Мы снова заходим в мой кабинет и Николас падает на диванчик, что стоит напротив моего рабочего места.
— А у тебя тут красиво. Достаточно роскошно,— он рассматривает каждый уголок моего кабинета.
— Скоро и у тебя будет так же,— подбадриваю я его и вызываю через кнопку свою помощницу.— Рут, принеси две чашки кофе. Две с сахаром,— о да, без сахара сегодня я совсем не оценила.
— Надеюсь. Я уже думал над покупкой одного из помещений. Это же сколько работы, чтобы открыть свою ювелирную компанию..расскажешь, как начинали твои родители?
— Они начали с малого, — с легкой улыбкой отвечаю я, опираясь на подлокотник кресла. — Отец знал толк в продажах, мать — в камнях. Сначала у них был крошечный бутик, пара витрин, небольшой ассортимент. Но они умели видеть в вещах больше, чем просто металл и камни.
Я делаю паузу, пока Рут ставит перед нами чашки с кофе. Аромат мгновенно наполняет кабинет, заставляя меня сделать глубокий вдох.
— Они создавали не украшения, а истории. Каждое кольцо, каждая подвеска — всё имело смысл, предназначение. Думаю, в этом и был их секрет.
— Красиво звучит, — он берет чашку, неторопливо размешивая сахар. — А ты? Хотела пойти по их стопам?
Я усмехаюсь, обхватывая ладонями теплую керамику.
— Да. Мне нравится это дело. С самого детства я рисую эскизы. А когда отец...ударился в свою зависимость, то пришлось решать все дела мне. Так и привыкла,— объясняю, делая глоток.
— И теперь ты здесь, в своем роскошном кабинете, диктуешь правила.
— А ты скоро будешь делать то же самое.
Наши взгляды встречаются, и я вижу в его глазах тот самый огонь — стремление, амбиции. Узнаю себя в нем.
— Так ты уже выбрал помещение? — спрашиваю, делая глоток кофе.
— Да. Хочу спросить у тебя совета.
Киваю. Если Ник хочет развиваться и если ему в этом нужна помощь, если он так открыто признаёт мою значимость в его жизни — я не против помочь, только за.
— Центр города, хороший трафик. Просторный зал, высокие потолки. Но есть нюанс — ремонт под ноль.
— Это даже плюс, — отвечаю, немного улыбаясь. — Можно сделать всё под себя. Важно другое: локация действительно рабочая?
— Я изучил район, конкурентов там минимум.
— Тогда логично брать. Вопрос в бюджете и сроках.
Ник молчит, явно оценивая мои слова. Я жду, не тороплю. Пусть взвесит. Далее мы продолжаем обычную беседу, где мы даже хотим создать коллаборацию наших брендов. Это же здорово. Вдохновлённый, живой, наслаждающийся жизнью Николас уходит, чтобы воплотить задуманное в жизнь.
— Сумасшедший,— качаю я головой и погружаюсь в работу.
Ближе к обеду мне приходит сообщение от моего мужа. Улыбаюсь, пробежав глазами по строчкам:
"Не хочешь сегодня освободиться пораньше? Я заказал нам столик в одном из ресторанов"
Быстро печатаю ответ, с улыбкой на губах.
"Тебя не устраивает еда, которую готовлю я?"
Ох, Эдриан. Каким бы не был холодным этот мужчина, я точно знаю, что рядом со мной он изменился. Он не стал добрее, не перестал идти по головам — он просто поверил мне и это всё, чего я так хотела.
"Я пытаюсь быть романтичным, Искорка. А ты, слишком скептична"
Да ты посмотри на него. Какой внимательный.
"Лаааадно. Тогда буду ждать тебя ближе к 19:00"
Я не могу стереть со своего лица улыбку. Эдриан так старается ради меня— это безумно приятно. Склоняю голову, стараясь удержать в себе этот момент теплоты, но уже через несколько минут снова ощущаю в себе привычную волну напряжения. Работа не даёт покоя, задачи нарастают, но я всё равно не могу не улыбаться, думаю о том, как он изменился.
В 18:30 я уже беру пальто, подбираю серьги и волнуюсь о том, как буду выглядеть, как Эдриан воспримет мой внешний вид. В таких моментах я чувствую себя немного уязвимой, хотя обычно держу всё под контролем. В голове мелькают образы нашей первой встречи, когда он был таким же решительным, без лишней мягкости. Как бы то ни было, я не могу не испытать чувство гордости за то, что мы с ним здесь, сейчас, вместе. Я отвечаю на пару рабочих сообщений, но мысли снова возвращаются к Эдриану, к его мимолётной нежности, которая, хоть и редка, но так сильно важна для меня. Решаю выйти чуть раньше, пусть и знаю, что Эдриан очень пунктуален — всегда приезжает ровно тогда, когда я говорю. Вдыхаю аромат вечера, воздух кажется более свежим, разряженным. Лёгкий ветерок шелестит листьями, вдоль тротуаров тянутся огоньки от фонарей, на улицах становится менее людно, что создаёт такую непринуждённую, почти романтическую обстановку. Я всегда привыкла видеть что-то необычное в том, чего люди даже не замечают— в этой тишине, спокойствии, умиротворении. Чувствую, как на мои плечи мягко накидывают ещё одно пальто — более тёплое и тяжёлое, руки прижимают к сильной мужской груди.
— Давно уже ждёшь?— слышу я родной голос у самого ушка.
— Нет, не волнуйся,— я поворачиваю голову, встречаясь с взглядом чёрных, как ночь, глаз.
Он разворачивает меня лицом к себе, Эдриан мягко целует меня в висок, прижимая к боку, на секунду закрывает глаза, вдыхая аромат моих волос, я даже не шевелюсь, дав ему возможность насладиться этим моментом, пока люди снуют мимо, озабоченные своими делами и проблемами. Мы направляемся медленно к машине, пока я рассказываю Эдриану как прошел мой день, но о том парне— умалчиваю. Не хочу, чтобы мой супруг нервничал из-за пустяков.
— Ты молодец, Искорка. Я горжусь тобой,— голос Эдриана спокойный, а на его губах можно заметить даже тень искренней улыбки.
Мы садимся в машину, где пахнет дорогим парфюмом моего мужа. Аромат — строгий, с лёгкими нотками древесины и специй, и я ощущаю его как знакомую ауру, которая всегда рядом, в какой-то степени защищает и утешает. Он садится за руль, и я сразу же замечаю, как его уверенная рука лежит на стекле, ловя отражение в зеркале. Руки Эдриана расслабленные, но твёрдые, уверенно удерживают руль. Я не могу не заметить, как его вены на руках ярко проступают, когда он делает поворот, словно подчёркивая каждое его движение, плавное, но полное силы. Каждое нажатие на педаль газа точно рассчитано, и машина откликается мгновенно. Он не спешит, но и не тормозит, словно у него есть весь мир в руках, а мы с ним движемся точно по назначенному пути. То, как он ведёт автомобиль— сплошное искусство, его мастерство отточено годами.
Мы подъезжаем к большому ресторану, что находится в центре города. Его величественная фасада, украшенная темным стеклом и бронзовыми элементами, сияет в свете вечернего города. Автомобиль останавливается у входа, и я вижу, как через огромные окна проглядывает уютный свет, который будто зовет войти внутрь. Из ресторана доносится тихая музыка, и, хотя в городе царит обычная суета, здесь, кажется, все остановилось, чтобы насладиться моментом. Эдриан выходит из машины, помогает выйти мне. Только сейчас я могу рассмотреть его полностью: черные штаны с ремнём на бедрах, белая рубашка, первые пуговицы которой расстёгнуты. Эдриан выглядит очень элегантно, как всегда, его стиль подчёркивает его уверенность и власть. Тонкие линии костюма идеально сидят по фигуре, не слишком обтягивая, но и не слишком свободно, создавая ощущение изысканной строгости. Он стоит, словно зная, что его присутствие в любом месте всегда оставляет след. Я вкладываю руку в его локоть и мы идём внутрь ресторана. Нас усаживают за столик, что Эдриан забронировал заранее. Официант вежливо раскладывает перед нами меню, а Эдриан, даже не глядя в него, бросает на меня внимательный взгляд.
— Что будешь пить? — его голос ровный, но в нем слышится едва заметная нотка ожидания.
— Вино, красное, десертное,— заказываю я.
— Отлично. Мне тоже самое. И то, что я заказывал,— приказывает Эдриан, по крайней мере, голос его был именно таким.
Официант кивает и уходит. Эдриан берёт мою руку через стол и крепко её сжимает. Радости моей нет предела — мой холодный, безразличный муж сейчас открыт ко мне, как никогда ранее. Я прекрасно понимаю, что такого вида мероприятия абсолютно не для него. Но по крайней мере, Эдриан старается. Я легонько сжимаю его руку в ответ, скользя большим пальцем по костяшкам. Он молчит, но я замечаю, как едва заметно дрогнули его губы — почти улыбка, почти что-то тёплое.
— Спасибо, — шепчу я, зная, что он поймёт, о чём я.
Эдриан не отвечает, но его взгляд становится мягче. Он снова смотрит в зал, будто оценивая обстановку, но его пальцы всё ещё крепко держат мои. Официант приносит вино, в какой-то момент он отпускает мою руку, но только для того, чтобы взять бокал с вином и поднять его, заставляя меня сделать тоже самое.
— Я хочу выпить за нас, Искорка. Я понимаю, что я не идеальный муж, что по началу наша история не представляла из себя то, что, возможно, ты хотела бы видеть в своих отношениях, но ты рядом. Ты не испугалась, не убежала от меня. Искорка, ты приняла меня таким, какой я есть. Я хочу, чтобы ты не жалела, что у нас все произошло именно так, что ты осталась со мной. Я редко говорю тебе об этом, но я хочу чтобы ты знала — я люблю тебя. Я безумно сильно, чёрт возьми, люблю тебя, Ханна,— Эдриан говорит искренне, все время смотря мне в глаза.
У меня на глаза наворачиваются слёзы, но я держусь. Никогда не думала, что услышу от него что-то подобное. Моё сердце пропускает удар. Я сжимаю бокал, стараясь удержать контроль над эмоциями, но голос предательски дрожит, когда я отвечаю:
— Эдриан…
Я не знаю, что сказать. Все слова кажутся незначительными по сравнению с тем, что он только что произнёс. Он редко позволяет себе быть таким открытым, и от этого его признание становится ещё более ценным. Я делаю глоток вина, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами, но взгляд Эдриана не даёт мне спрятаться.
— Ты ведь знаешь, что я тоже люблю тебя, да? — мой голос тише, чем обычно, но в нём нет ни капли сомнения.
На его лице появляется едва заметная улыбка — тёплая, но всё ещё сдержанная, будто он не привык к подобным моментам.
— Я знаю, — отвечает он, но в глазах читается: "Скажи ещё".
Я ставлю бокал на стол и тянусь к его руке, вновь сплетая наши пальцы.
— И я не жалею, — добавляю твёрже. — Ни о чём.
Эдриан не говорит ни слова, но его пальцы чуть сильнее сжимают мои, словно он впитывает каждую букву, каждое обещание в этом коротком признании. Он берёт мою руку и подносит к губам, задерживая дыхание на мгновение, прежде чем поцеловать мои пальцы. В этот момент вокруг нас больше нет ни ресторана, ни людей, ни времени. Есть только мы. Нам приносят романтический ужин на двоих. Он состоит из: закуски, основного блюда, салата и десерта. Эдриан точно знает как сильно я люблю поесть. На закуску — тартар из свежего лосося с лимонным соком и оливковым маслом. Основное — куриная грудка, запеченная с розмарином и чесноком, с гарниром из картофельного пюре, которое тает во рту, и запеченных овощей, салат с миксом зелени, орехами и лёгкой бальзамической заправкой, который добавляет свежести и баланса к основным блюдам. А вот десерт— это шоколадный мусс с малиновым соусом и немного взбитых сливок. Очень даже роскошно. Я начинаю с закуски и понимаю, что тут действительно очень вкусно. Ем медленно, аккуратно, дабы не нарушить эту магическую обстановку между нами.
— Не бойся. Будь собой, Ханна. Расслабься. Ты рядом со мной,— кивает Эдриан и начинает есть в своей привычной манере, как и дома.
Этот мужчина абсолютно никого не боится, его не волнует чужое мнение и, мне кажется, он вряд ли замечает вообще людей вокруг. Улыбаюсь, ну что ж, раз Эдриан сам дал мне волю.. начинаю есть и этого тартара через минут пять уже нет. Да, я очень сильно люблю покушать. А мой муж, очень даже заботливо об этом помнит. Он смотрит на меня, а я тем временем, начинаю поглощать основное блюдо. На его губах улыбка, которую он даже не пытается скрыть. Эдриан восхищается мной, даже если я делаю что-то нелепое. С ним я могу быть настоящей. Он берёт мою правую руку с кольцом, нежно поглаживает её и снова я слышу этот родной баритон:
— Когда я на твой палец надел это кольцо..я даже не думал, что все будет именно так. Не рассчитывал, что так сильно полюблю.
Я улыбаюсь. Так же ласково, поглаживающими движениями, провожу по пальцам Эдриана.
— Я тоже не думала. Но...я благодарна всевышним силам, что так случилось. Что мы с тобой вместе.
Я замечаю, что люди начинают расходиться. Все они встают и покидают ресторан. Странно. Что за сговор? Смотрю на Эдриана, совсем не понимая что происходит. Все они выходят, меркнет основное освещение, остаётся лишь тусклый свет от свечек.
— Эдриан, что происходит? — мой голос дрожит, хотя я пытаюсь сохранять спокойствие.
Но он не отвечает. Начинает играть музыка, такая медленная, размеренная. Мой муж встаёт и даёт мне руку.
— Потанцуй со мной, Искорка,— говорит он и я встаю, вкладывая свои пальцы в его сильную ладонь.
Теперь я начинаю понимать. Спокойствие Эдриана обусловлено тем, что именно он все подстроил: люди, которые ушли из ресторана, отключение света, музыка. Я ощущаю, как его рука обвивает мою талию, и мы начинаем двигаться в такт мелодии. Сердце стучит быстрее, но не от страха — от осознания того, как мастерски он контролирует всё вокруг. Он всегда был таким — уверенным, властным, вездесущим. Но сегодня это ощущение усиливается, его доминирование не просто физическое, оно проникло в атмосферу, заставив окружающее пространство подчиниться его воле.
— Ты удивляешь меня, — шепчу я, чувствуя, как его глаза смотрят на меня с такой глубиной, что меня охватывает лёгкое беспокойство.
Эдриан улыбается, его губы едва приподнимаются в уголках, когда его взгляд становится ещё более проникающим.
— Я всегда тебя удивлял, Искорка. Ты просто не всегда это замечала, — говорит он с оттенком таинственности, и я понимаю, что это не просто танец. Это испытание.
Он продолжает вести меня по залу, а я почти теряю себя в этом моменте. В его объятиях всё кажется настолько естественным, что я не могу представить, что когда-то будет иначе. Его движения были уверенными, плавными, как будто мы— одна целая единица, и я позволяла ему вести меня, полностью доверяя. В этот момент мир вокруг нас исчез, оставаясь за пределами нашей маленькой реальности, за пределами той ставки, что мы сделали друг на друга вначале, заключив фиктивный брак. Лишь музыка и его присутствие заполняли пространство.
— Моя Искорка,— слышу я тихий голос Эдриана.
И он прав. Я его. Я всегда была частью его мира, хотя раньше не осознавала этого. Этот мир, полный интриг и манипуляций, был не только его, но и моим. И я готова жить в нём вместе со своим супругом. Несмотря ни на что. В конце танца Эдриан склоняет меня к полу, так что кончики моих волос почти касаются кафеля, он пронзительно смотрит в мои глаза, а потом резко поднимает меня и впивается в губы сладким поцелуем, полным всех тех чувств , которые он не может выразить словами. Руки моего мужа сильнее сжимают мою талию, язык проникает внутрь моего рта, так бесстыдно и нагло, целуя меня, завладевая моим телом и душой. Его губы не дают мне ни секунды покоя, они заставляют меня забыть обо всем вокруг, поглощая целиком. Этот поцелуй страстный, жаркий, но наполненный чувственностью, аккуратностью, которая, на первый взгляд, не свойственна Эдриану. Его действия говорят намного больше, чем слова — его любовь настоящая и сегодняшние признания — не просто слова. Я верю ему. И буду верить до конца своей жизни. Ему. В него. Это как истина. Он мягко отстраняется от моих губ, я тяжело дышу, пытаясь перевести дух от этой страсти, но он смог зажечь во мне такой огонь, что невозможно потушить. Провожу рукой по его груди, между нами витает ощутимое напряжение, от которого невозможно избавиться.
— Ты надолго арендовал ресторан?— спрашиваю я, опускаясь ладонью к прессу Эдриана.
— На всю ночь, Ханна.
Я хищно улыбаюсь, ведь теперь я точно уверена, что эта ночь принадлежит только нам. Без посторонних глаз, без лишних слов — только я и он.
— Значит, ты всё спланировал, — тихо шепчу, скользя пальцами по его рубашке, чувствуя, как под тканью напрягаются мышцы.
Эдриан чуть ухмыляется, его взгляд тёмный, пронизывающий.
— Я всегда всё планирую, Ханна. Особенно, если это касается тебя.
Эдриан резко хватает меня за бёдра и усаживает на один из свободных столиков, я поддаюсь ему, тихо простонав. Он для нас снял целый ресторан..и я хочу заняться с ним сексом именно здесь. Прямо на столе. Я обвиваю его шею руками, смотря в глаза. В этом полумраке он кажется ещё более опасным, ещё более неумолимым.
— Ты правда хочешь этого? — его голос звучит низко, почти рычаще, когда он склоняется ко мне, позволяя горячему дыханию обжечь мою кожу.
— Да, — выдыхаю я, ощущая, как моё сердце бьётся где-то в горле.
Эдриан улыбается — лениво, самоуверенно. Его пальцы скользят по моей коже, поднимаясь выше, ловко освобождая меня от одежды. Он изучает каждую реакцию, каждую дрожь, каждый вздох.
— Тогда не двигайся, — приказывает он, его ладони крепче сжимают мои бёдра, удерживая меня на месте. — Это будет по моим правилам.
Я закрываю глаза, готовясь к тому, что он сделает дальше, ощущая, как накал между нами становится невыносимым…Я уже не могу думать ни о чём, кроме него. Кроме того, что он делает со мной прямо здесь, среди этих пустых столов, за которыми когда-то сидели чужие люди. Всё, что имеет значение — это его прикосновения, его горячий взгляд, его уверенность, с которой он подчиняет меня себе…Эдриан жадно вбирает в себя каждую мою реакцию, наблюдает, как я таю в его руках, как выгибаюсь навстречу. Его ладони скользят по коже — горячие, требовательные, жадные. Он двигается плавно, размеренно, но за этим самоконтролем кроется что-то более дикое, более необузданное. Но я не могу ждать. Дальше всё как в тумане..мы раздеваемся, одежда оказывается разбросанной на полу. Слышатся только влажные, горячие поцелуи, мои вздохи, громкие стоны его имени. Но сегодня Эдриан не медлит..он входит в меня резко, выбивая хриплый стон из моей груди. Он берёт меня прямо на столе ресторана, под медленную, романтическую музыку. О чём ещё стоит мечтать?
— Ты моя, — его голос срывается на низкий, хриплый рык, пока он двигается глубже, жадно, без остатка забирая меня.
Тёплый свет свечей дрожит, отражаясь на бокалах с вином, но я не вижу ничего — только его. Мои пальцы цепляются за край стола, ногти скользят по полированной поверхности, пока мои стоны срываются в воздухе, смешиваясь с медленной мелодией, заполняющей зал.
Эдриан грубо откидывает мои волосы назад, заставляя посмотреть ему в глаза. В них — чистая одержимость, сводящая меня с ума.
— Скажи, кому ты принадлежишь, — его дыхание обжигает кожу, губы находят мой пульс, оставляя там горячий поцелуй.
Я дрожу в его руках, растворяясь в удовольствии, забывая о мире вокруг.
— Только тебе, Эдриан..
На его губах появляется хищная ухмылка, Эдриан замедляется, дразня меня, я цепляюсь в его плечи, сильно царапая кожу.
— Не издевайся, Эдриан..прошу тебя..,— буквально выпрашиваю у него долгожданный оргазм.
— Умоляй, любовь моя.
Я запрокидываю голову, теряясь между стонами и отчаянием. Его голос— глубокий, хриплый, пропитанный чистым наслаждением — сводит меня с ума.
— Эдриан, пожалуйста… умоляю...— мой голос срывается на мольбу, но ему этого мало.
Его пальцы скользят по моей коже, чертя огненные узоры, язык находит самые чувствительные точки, заставляя меня выгибаться в его руках. Он слишком хорошо знает, как свести меня с ума, как заставить забыть о гордости.
— Еще, любовь моя. Скажи, чего ты хочешь.
Он дразнит, растягивает удовольствие, а я уже на грани. Больше нет сил бороться, нет сил выдерживать эту пытку наслаждением.
— Тебя, Эдриан. Только тебя.
В ту же секунду он перестает мучить меня ожиданием…Этот момент — будто разряд молнии, опаляющий меня изнутри. Эдриан впивается в мои губы жадным, требовательным поцелуем, сминая мой стон своими губами. Его руки скользят по телу, удерживая меня крепче, словно я могла бы исчезнуть, раствориться в этом удовольствии.
— Хорошая девочка, — его голос звучит довольным рычанием, будто он получил именно то, чего хотел.
Я цепляюсь за него, мои ногти оставляют новые следы на его спине, но Эдриан лишь усмехается, зная, что каждая секунда ожидания делает меня еще более жадной к нему.
— Теперь я дам тебе то, что ты так просила, любовь моя, — его губы находят мой пульс, горячее дыхание обжигает кожу, а затем…он движется так быстро, что даже стол начинает трястись.
И меня, всё таки, накрывает волна долгожданного оргазма, так же, как и Эдриана. Он выходит из меня и кончает на животик. Как же это приятно. Я пытаюсь отдышаться, придти в себя. Слышу голос своего мужа, который ложится сверху, прижимаясь головой к моей груди.
— Люблю тебя, Искорка.
— И я тебя люблю, Эдриан. Безумно.