Глава 26
В тени кустов соплеменники Полосатой Звезды снова перешёптывались, и до него доносились лишь их глухие голоса. Не то чтобы это его волновало. Он почти не разговаривал ни с кем уже долгую луну с тех пор, как они оставили позади Место-Где-Тонет-Солнце. И ему это даже нравилось.
В конце концов, говорить было уже не о чем.
Листья зашелестели, и Орешуля с Крапивочкой протиснулись сквозь заросли к тому месту, где лежали воины Штормового племени, прижавшись животами к холодной сырой земле.
— Ну? — спросил Полосатая Звезда разведчиц. — Вы его видели?
Орешуля покачала головой.
— Чудища там нет.
— Значит, и Двуногих нет. Должно быть, они ушли до следующих Юных Листьев. — Полосатая Звезда медленно и тяжело выдохнул. — Мы останемся здесь ненадолго. Отдохнём, прежде чем двигаться дальше.
Продавшись вперёд, Полосатая Звезда посмотрел на аккуратно подстриженный участок травы у задней части гнезда Двуногих, где они провели прошлые Голые Деревья. Вот и тот кусочек льда, вставленный в дверь Двуногих, которым они пользовались, чтобы входить и выходить. В целом, всё гнездо осталось таким, каким он его запомнил, не тронутым ливнями и бурями, которые сопровождали ужасную пору Листопада. Будто Штормовое племя и не уходило вовсе.
«Как бы я хотел, чтобы так и было».
— Разбей племя на охотничьи патрули, — негромко велел он Крохоцапке. — Пусть соберут кучу свежей добычи.
— Ты пойдёшь с нами? — спросила Крохоцапка.
В её голосе прозвучала натянутая осторожность.
В её голосе звенела натянутая осторожность — будто она кралась мимо спящей собаки и боялась разбудить. В последнее время так было всегда.
— Я пойду вперёд, — сухо ответил он. — Я обыщу гнездо, проверю, безопасно ли там.
Крохоцапка замешкалась.
— Один?
— Да, один. Это проблема?
— Нет! — поспешно заверила его Крохоцапка. — Конечно нет. Может, мне...
Но Полосатая Звезда не стал дослушивать её вопрос. Он скользил по росистой траве под гранитно-серым небом.
Он наслаждался одиночеством. Не о ком заботиться, некого разочаровывать, некого подводить и бросать.
Он юркнул в дом через знакомую хлопающую створку. Остановившись и оглядев пространство внутри, он почувствовал, как его сердце сжалось от тоски.
Следы Штормовой Звезды были повсюду. Вот цветная шкура Двуногих, расстеленная на деревянном полу, пушистая и мягкая, где она так любила дремать после полудня. Он ясно представил, как она потягивается, переворачивается, во сне машет лапами, ловя невидимую добычу. А вот деревянная ножка лежанки Двуногих — на ней остались следы её когтей.
«Её любимое место, чтобы точить их», — Полосатая Звезда все помнил.
Ему было больно видеть эти места, которые хранили следы её присутствия. И всё же он хотел на них смотреть. Они были связаны с ней, а он хотел помнить всё. Он хотел сохранить в памяти каждое мгновение, проведенное с ней. Почти... каждое.
С тяжёлым сердцем он вскарабкался по уступу на верхний уровень гнезда Двуногих, а затем забрался на большую мягкую лежанку Двуногих, на которой они провели так много времени прошлыми Голыми Деревьями: лежали на мягкой, гладкой белой поверхности и наблюдали, как скудные лучи солнца медленно ползут по небесно-голубым стенам гнезда. Он лег — дыханием сдвинул одинокий чёрный волосок на подстилке. Неужели это её? Нет... скорее всего, он принадлежал Двуногому.
Со вздохом он перевернулся и уставился в белую поверхность над гнездом. За ней находилась покатая крыша жилища Двуногих, где они грелись вдвоём, прижавшись, на сером камне, который почти всегда был покрыт инеем от холода Голых Деревьев или влажным от дождя.
Вопреки его воле, образ мокрого серого камня безжалостно вызвал в памяти те моменты, которые он предпочитал забыть.
Буря. Мгновение, когда он осознал — «их нет». Затем отчаянные поиски под градом, миг, когда ему показалось, что он слышит их крики сквозь завывания ветра... а потом медленное угасание надежды и роковое решение вести племя дальше, в безопасное место.
Он помнил, как на следующий день вернулся с Кувырком и Рябушкой. Как снова и снова обыскивал скалы и не находил ничего. Жестокую красоту того солнечного утра и то, как свет играл на водах бескрайнего озера. Как он выкрикивал их имена, пока не сорвал голос.
Когда и это не помогло, они втроём вернулись во временный лагерь, чтобы привлечь к поискам каждого воина в племени. Полосатая Звезда погнал всех обратно на каменистый холм и заставил прочесать местность в поисках любого следа его пропавшей семьи, пока солнце не село, и им не оставалось ничего другого, как снова брести назад — без Штормовой Звезды и котят.
Весь вечер Полосатая Звезда тихо лежал в одиночестве, совсем не похожий на того, каким он был утром. Наконец, к нему подошла Крохоцапка и осторожно предложила взять на себя руководство Штормовым племенем, пока Полосатая Звезда не будет готов снова взять на себя ответственность.
И тогда он понял. Его соплеменники были уверены, что Штормовая Звезда и котята исчезли навсегда. Они больше не могли ждать. Им нужна была безопасность, они стремились домой.
И Полосатая Звезда был обязан обеспечить им это после всего, через что они прошли ради него и Штормовой Звезды. Штормовое племя вновь и вновь переживало страдания, и всё из-за его безрассудства.
Теперь пришло время сделать то, что он должен был сделать так давно. Время спасти Штормовое племя — не от соперничающего племени, не от лис, не от голода.
«Я должен спасти их от самого себя».
Потребовалось так много времени, чтобы понять это. Но теперь он наконец это знал наверняка. Даже если было уже слишком поздно.
Он отказался от помощи Крохоцапки и на рассвете повёл Штормовое племя прочь. Они следовали за солнцем, как и во время их путешествия к Месту-Где-Тонет-Солнце. Однако на этот раз они шли к нему утром и двигались прочь от него после полудня.
Назад, к лесу.
Он бросил их. Штормовую Звезду. Всю свою семью. Но он не сдался. Он никогда не сдастся. Они живы. Они должны быть живы. И однажды, когда-нибудь, Полосатая Звезда знал, что снова увидит их.
Щёлканье когтей по ступенькам вырвал Полосатую Звезду из раздумий. Он перевернулся на лежанке Двуногих и увидел, как к нему поднимается Крохоцапка.
— Полосатая Звезда? — Крупная нескладная кошка казалась ещё более зажатой, чем обычно. Она не смотрела ему в глаза.
— Что такое? — вздохнул он. — Неужели патрули уже вернулись?
Крохоцапка покачала головой.
— Вообще-то... наши соплеменники посовещались.
Шерсть Полосатой Звезды зашевелилась от беспокойства.
— О чём?
— Я думаю... тебе лучше услышать это самому. Они снаружи. Ждут.
«Какой у меня выбор?»
Спрыгнув с лежанки, он последовал, ощущая, как тяжелеет камень на его сердце. Он должен был предвидеть, что нечто подобное может произойти. Возможно, он и знал, но просто отказывался об этом думать.
Но теперь ему придётся.
Всё племя ждало, как и сказала Крохоцапка. Они выстроились полукругом, когда Полосатая Звезда и Крохоцапка вышли к задней части гнезда Двуногих.
Никто не осмеливался посмотреть в глаза Полосатой Звезде. И потому он не торопился, глядя на каждого по очереди, обводя глазами круг — будто призывая поднять глаза.
Теперь он ясно видел то, что должен был заметить уже много дней — нет, много лун — назад. Как они исхудали и как были измотаны. Какие они усталые, печальные и полные отчаяния! Это было уже не Штормовое племя, а лишь его тень.
Наконец, вперёд выступила Златолистая.
— Полосатая Звезда, — тихо проговорила она. — С тех пор как мы покинули Место-Где-Тонет-Солнце, я плохо сплю. Мои сны были... тревожными. Я видела обрывки, образы, которые не могла толком истолковать... до прошлой ночи. Прошлой ночью мне приснился ясный сон. Впервые за многие луны.
Полосатая Звезда кивнул, позволяя целительнице продолжить. Он не доверял своему голосу.
— Я стояла рядом с пересохшей рекой, текущей через лес, — продолжила Златолистая. — Вода в реке была мутной, и она едва напоминала ручеёк. Илистые берега казались иссушенными и растрескавшимися. Это зрелище вызывало у меня боль. Однако, когда я шла вдоль реки, то заметила, что она разделяется на два рукава. Чем дальше я продвигалась, тем чище становилась вода. Ручеёк превратился в полноводный поток, а затем оба рукава понеслись вперёд, сверкая самой чистой и свежей водой, которую я когда-либо видела.
— И как ты истолковала этот сон? — заставил себя спросить Полосатая Звезда. Он уже знал, каким будет ответ.
«Но я должен услышать, как она это скажет».
Наконец Златолистая посмотрела на него. В её спокойных золотых глазах не было гнева. Лишь жалость.
— Река — это Штормовое племя, — ответила Златолистая. — Ты понимаешь это, Полосатая Звезда. Вместе наши племена — племя Ветра и Грозовое племя — спотыкались и слабели. Наш поток почти высох. Если мы хотим снова процветать, есть только один выход. Мы должны вернуться к тому, как всё было. Как было всегда. Мы должны снова стать племенем Ветра и Грозовым племенем. Если мы выберем этот путь, оба племени будут процветать. Мы оба станем сильнее и здоровее, чем были, когда жили вместе. Это единственный путь, по которому нам следует идти.
Полосатая Звезда оглядел своих соплеменников — и увидел в их глазах робкую надежду. Теперь все они смотрели на него в безмолвной мольбе.
— Я вижу, ты рассказала нашим соплеменникам об этом сне, прежде чем упомянуть о нём своему предводителю, — хрипло произнёс Полосатая Звезда. Он с трудом сдержал рычание. — Послушайте же! Иногда сны — это просто сны. Неужели вы думаете, что после стольких лун Звёздное племя вдруг заинтересовалось нашим будущим?
— Не нашим, — спокойно ответила Златолистая. — Но будущим племени Ветра и Грозового племени — да.
— Но подумайте обо всём, что мы принесли в жертву во имя Штормового племени! И ты хочешь всё это выбросить?
— Мы и приносили жертвы, — резко парировала Белоногая. — Мы принесли слишком много жертв. Каждый кот здесь жертвовал своими силами и энергией ради твоей мечты, Полосатая Звезда. Твоей и Штормовой Звезды. Мы были с вами, мы были верны вам.
— Мы оставили свои дома, — добавила Ледопята.
— Свои племена, — вставил Грубошкур. — Тех, кого любили — и с кем пришлось проститься.
— И Звёздное племя, — глухо сказала Камнецветик. — Повернулись к ним спиной.
— И к чему мы пришли? — закончила Белоногая. — Взгляни, что осталось от Штормового племени! Стоило ли оно того, Полосатая Звезда?
Вопрос жёг Полосатую Звезду. Тот самый вопрос, что не давал ему покоя каждую бессонную ночь с тех пор, как они покинули Место-Где-Тонет-Солнце. Он крутил и вертел этот вопрос, но не мог найти на него ответа.
Раньше, когда рядом были Штормовая Звезда и котята, ответ на этот вопрос казался ему очевидным. Но теперь, когда они ушли, всё изменилось.
Он не знал, что ответить, — лишь опустил голову.
— Ты обещал привести нас обратно в лес, — мягко мяукнула Златолистая. — За это мы благодарны. Но мы не пойдём в старый лагерь Штормового племени. Мы, коты племени Ветра, будем бороться за то, чтобы снова сделать своим домом вересковую пустошь, как это делали наши предки из поколения в поколение. Я не знаю, какой кот будет вести нас, и дарует ли Звёздное племя другому предводителю девять жизней. Я даже не знаю, позволят ли Речное племя и племя Теней нам вернуться! Но одно ясно точно — мы больше не можем быть Штормовым племенем. Мы — племя Ветра. Теперь будет так. Навсегда.
По рядам воителей племени Ветра прокатился тихий гул согласия.
— Я думал... Я думал, что мы строим что-то общее. Как Штормовое племя, — даже самому Полосатой Звезде его голос показался жалким, умоляющим.
— Штормового племени больше нет! — прорычал Горнохвост. Полосатая Звезда был поражён его яростью.
«Он говорит со мной не как с предводителем, — понял он. — Он говорит со мной как с чужаком из другого племени... Грозового».
— Штормовое племя мертво, — продолжил Горнохвост. — Оно умерло вместе со Штормовой Звездой, на тех скалах, у бескрайнего озера.
Шерсть на загривке Полосатой Звезды встала дыбом. Он расправил плечи, и его когти словно сами собой рвались наружу. Крохоцапка, должно быть, заметила это, она мягко коснулась его бока хвостом.
Медленно, с трудом, Полосатая Звезда заставил себя выдохнуть и успокоиться.
— Штормовое племя имело какой-то смысл раньше, — попытался объяснить Блик. — Когда у нас было два предводителя: один из племени Ветра, а другой — из Грозового. Но теперь... теперь мы, коты племени Ветра, просто следуем за предводителем другого племени.
— Без Штормовой Звезды не осталось ничего, что удерживало бы нас вместе, — добавила Пятноносая.
Полосатая Звезда изо всех сил старался не показывать негодование, закипающее у него в животе. Разве не всегда было так? Его никогда не слушали его так, как слушали Штормовую Звезду. Неудивительно, что теперь, когда её не стало, они восстали против него.
Был ли он когда-нибудь настоящим предводителем Штормового племени? А существовало ли Штормовое племя вообще? Казалось, никто из этих котов никогда в него не верил. Они не были преданы своему племени.
«Они просто следовали за нами всё это время».
Долгое, гнетущее молчание повисло между ним и племенем, которое когда-то называл своим. Он не знал, что сказать. Он ощущал, как в нём поднимается глубокая скорбь. Он уже потерял свою семью. Свои девять жизней. Теперь он терял и Штормовое племя.
— Это племя... — хрипло выдавил он наконец. — Это всё, что у меня осталось.
— Это племя больше, чем ты, Полосатая Звезда, — буркнул Кувырок.
Он не мог этого отрицать. Он оглядел воинов, которые, как он когда-то думал, уважали его. Которые следовали за ним на край света. К месту, где земля обрывается. Кое-где он видел сочувствие. Но никто не выступил в его защиту. Даже те, кто был из Грозового племени.
«Они всё решили. Все до одного».
И он понял, что их не переубедить.
Полосатая Звезда сделал долгий глубокий вдох. Затем он расправил плечи и выпрямил грудь. Возможно, не всё было потеряно. Возможно, он всё ещё мог сохранить свою гордость.
«Это то, что они не смогут у меня отнять», — подумал он.
— Хорошо, — проговорил он, стараясь говорить как можно ровнее. — Я вернусь с вами в лес. Я благополучно проведу вас назад. Затем, если на то будет воля Звёздного племени, я позволю вам, котам племени Ветра, уйти — чтобы восстановить ваше старое племя — пока я сделаю то же самое для Грозового племени. — Он замялся. — Я прошу лишь об одном: не делиться сейчас. Не делайте этого до тех пор, пока мы не доберёмся до леса. Что бы вы ни думали обо мне и о Штормовом племени, это путешествие может быть трудным. Но вместе мы справимся. Вы согласны?
Воители обменялись взглядами, а некоторые начали перешёптываться.
— Мы согласны, — наконец ответила Златолистая, хотя и без особой радости в голосе.
«Значит, теперь она говорит за племя Ветра, — мрачно подумал Полосатая Звезда. — Всё уже началось. Племя распадается».
Он задался вопросом, кто станет новым предводителем племени Ветра, и эта мысль вызвала у него ком в горле. Ведь никто не сможет занять её место. Никто не сможет сравниться со Штормовой Звездой.
***
— Ты поступил правильно.
Полосатая Звезда лежал на крыше гнезда Двуногих, бездумно уставившись в пустоту. Сгущались сумерки, и на земле удлинялись тени. Внизу, в палатке, он слышал приглушённые голоса котов — тех, кто когда-то был Штормовым племенем. Они суетились, готовили свои гнезда и спорили из-за свежей добычи.
Крохоцапка, поскальзываясь, перебралась по наклонной поверхности, чтобы устроиться рядом с ним.
«Прямо как когда-то Штормовая Звезда».
Они сидели так, в молчании, долгое время.
— Знаю, это было нелегко, — тихо промурлыкала Крохоцапка. — Вообще... я полагаю... это, должно быть, было очень трудно.
Полосатая Звезда фыркнул.
— Верно думаешь.
— Мне жаль, — прошептала Крохоцапка.
В атмосфере между ними будто что-то отпустило. Раз уж все сказано начистоту, Крохоцапка словно смогла выдохнуть. Почти как раньше. Почти.
Однако эта мысль снова заставила Полосатую Звезду почувствовать укол боли. Он вспомнил, как его близость с Крохоцапкой стала причиной недопонимания между ним и Штормовой Звездой на болотах. . Как та решила, будто он ставит котов Грозового племени выше воинов племени Ветра. Оглядываясь назад, он не мог понять, как допустил, чтобы между ними возникла такая напряжённость. «Как я мог быть таким мышеголовым?» Но, с другой стороны, в этом был свой смысл. В конце концов, он был котом Грозового племени, как и Крохоцапка.
И снова он поймал себя на мысли... Были ли они когда-нибудь чем-то большим, чем просто коты Грозового племени и племени Ветра, которые лишь на время объединились? Имело ли Штормовое племя хоть какой-то смысл?
Он и Штормовая Звезда возлагали на него такие большие надежды. Но, как оказалось, Звёздное племя было право всё это время.
«Штормовое племя — ничто... И если вы продолжите, вы проведете во тьме все последующие луны».
Таково было их пророчество. Теперь Полосатая Звезда знал, что оно сбывается.
— Это была ошибка, — выдохнула Крохоцапка, словно угадав его мысли. — Всё это. Просто ошибка. Теперь на нас лежит обязанность всё исправить.
«И найти способ жить дальше, — подумал Полосатая Звезда. — Несмотря на всё, что мы натворили».