Контракт на чувства

— Скажи мне только одно, — Карла стояла в центре гостиной, прищурив глаза, и обводила комнату критическим взглядом. — Это точно квартира взрослого человека?

Кайл с невинным выражением лица, усевшийся на подлокотник дивана, отхлебнул кофе и пожал плечами:

— Это творческий беспорядок. Великие умы не живут по папкам и коробкам. Тут каждая вещь — часть моего вдохновения.

Карла скрестила руки, оглядела стопку старых журналов на полу, три гитары в углу, несколько футболок, свисавших с кресла, и... пластмассовую лошадь на полке.

— Подожди.... это Джузеппе? Ты до сих пор его хранишь?— указала она на игрушку, находясь в шоке .

— Конечно. Это символ. Твоей безумности. Понимаешь?

— Единственное, что я понимаю — это желание вызвать сюда клининговую бригаду и сжечь половину этой квартиры.

Кайл хмыкнул:

— Ты, между прочим, сожжёшь мою душу. Она где-то под этой стопкой джинсов.

Карла закатила глаза, но, несмотря на резкие слова, улыбка всё чаще появлялась на её лице. Вещи казались ей хаосом, но запах кофе на плите, звуки акустической гитары, которую Кайл щипал, не отвлекаясь от диалога, — всё это создавали уют.

— Я принесу коробки. Ты не против, если я организую шкаф под документы? — спросила она, уже открывая кладовку.

— Я не против, если ты организуешь мне жизнь, — отозвался Кайл. — Но, Карла, давай договоримся: если ты выбросишь хотя бы одну вещь с моей полки, ты тоже должна оставить что-нибудь личное. Например, свою книжку с уголовным кодексом.

— Звучит почти романтично, — фыркнула она. — Кодекс вместо фото в рамке.

— Это же ты, Равелли. Я не жду ничего ванильного.

Она не ответила. Просто подошла, сняла с полки три ненужные открытки и поставила на их место фотографию: пляж, их двое, Кайл целует её щеку, а она — улыбается так, как он запомнил её шесть лет назад.

— Ого... — только и выдохнул он. — Это официально?

— Пока ты не превратишь спальню в студию, да.
— Блин, отмена барабанной установки?

Карла посмотрела на него строго, но в глазах плясал смех.

— Частично отмена, — сдалась она. — Если поставишь глушители и будешь выносить мусор.

Они оба рассмеялись, и в этой простой перепалке, в этой борьбе за полку и порядок, было что-то настоящее. Карла впервые не пыталась уйти, не закрывала эмоции, не ставила между собой и человеком бетонную стену. Она была здесь. С ним. И постепенно вписывалась в эту несовершенную, но живую атмосферу.

И впервые за долгое время ей не хотелось контролировать каждую мелочь.

— Ты серьёзно считаешь, что это «небольшой творческий беспорядок»? — крикнула Карла из ванной, вытаскивая из-под раковины упаковку старого шампуня, датированную, возможно, годом распада их отношений.

— Это археология! — отозвался Кайл из кухни. — Всё в доме — экспонаты моего пути к успеху!

— Тогда тебе срочно нужен музей. Или, хотя бы, веник.

Он засмеялся. В это утро Карла была особенно лёгкой — в старой его футболке, с растрёпанными после душа волосами, босиком и без макияжа. Она шла по квартире, как хозяйка, которая никогда не была гостьей. Даже ругаясь, она выглядела безумно домашней. И он не мог отвести взгляда.

Стук в дверь. Дважды.

— Ты кого-то ждал? — спросила она, выглядывая из ванной с полотенцем на плече.

— Нет... Может, доставка?

Карла пошла открывать, но остановилась у зеркала. Поправила футболку — слишком длинная, запахнулась на бёдрах. Вздохнула. На ней была только она и ничуть не скрывала, кому принадлежала.

Чёрт, ну и пусть.

Открыла дверь.

На пороге стояли Грета и Лукас. Оба в куртках, с кофе в руках, с немного сонными лицами — и абсолютно обалдевшими глазами.

— ...Карла? — выдохнула Грета.
— Ты в футболке... — начал Лукас. — Это... Это же...

Карла молча кивнула.
— Доброе утро. Вы рано.

Кайл выглянул из кухни, зачесав волосы назад и держа кружку с надписью «Лучший мужчина года».
— А вот и кофе!

Грета хлопнула Лукаса по плечу.
— Ты же говорил, он не справится. Ага, не справится!

Карла, уже слегка смущённая, но не отходившая от двери, заметила их взгляды:

— Прекратите. Это не... не то, что вы думаете.

— Это именно то, что мы думаем, — рассмеялась Грета. — Ты растрёпана, ты в футболке певца с худшей репутацией в Скандинавии — и ты улыбаешься. Боже, да ты... счастлива?

Карла не ответила, только усмехнулась и подняла бровь:

— А разве я не могу быть счастлива?

— Можешь, — Лукас протянул ей стакан кофе. — Просто, мы забыли, как это выглядит на тебе.

Кайл обнял Карлу за плечи, прижав к себе, и прошептал:

— Тебе идёт. И футболка, и счастье.

— И растрёпанные волосы, — добавила Грета. — Чёрт, Карла, ты даже сейчас выглядишь как с обложки журнала.

— Только не юридического, — вставил Кайл. — А романтического. «Как приручить адвоката».

Все рассмеялись, и в эту секунду всё было как тогда — легко, весело, по-настоящему.

Карла смотрела на троих своих друзей — двоих старых и одного нового-старого. И вдруг поняла, что действительно дом — не там, где идеальный порядок. А там, где ты можешь быть собой, даже в чужой футболке.