Новая участница

Решив, что перед Парижем нужно хотя бы немного расслабиться, ребята устроили дома небольшой вечер. Без шумных вечеринок, просто своим кругом — музыка, закуски, лёгкие коктейли.

Георг возился с колонкой, пытаясь подключить свой плейлист, который все традиционно ненавидели.

— Если ты включишь ещё одну песню 2005 года, я покину страну, — заявил Билл, закатывая глаза.

— Зато проверенная классика, — огрызнулся Георг.

Т/и устроилась на диване, забравшись с ногами, а Том кинул рядом с ней подушку и завалился в обнимку.

— Смотри, — прошептал он, улыбаясь. — Последние минуты спокойствия перед хаосом.

— Ммм, мы успеем ещё пару раз нарваться на скандал? — хмыкнула Т/и.

— Минимум три, — подмигнул он.

Вечер прошёл в лёгких подколках:
— Т/и, если что, в Париже тебя могут перепутать с моделью, — сказал Густав. — Приготовься давать автографы на каблуках.

— А Тома примут за телохранителя, — добавил Георг.
— И я этим горжусь, — фыркнул Том.

Когда ночь спустилась окончательно, а они лежали вповалку на мягких подушках, было абсолютно ясно одно — эта семья стала чем-то большим, чем просто группой.
На следующий день в доме начался хаос. Стилисты, визажисты, портные — дом заполнили люди и шуршание ткани.

— Я чувствую себя куклой Барби, — простонала Т/и, когда третий человек за утро примерял на неё очередное платье.

— Ты — ракета, а не Барби, — сказал Том, наблюдая за ней из-за ноутбука. — Но ты и в мешке выглядела бы шикарно.

— Мешок тоже дадут на примерку? — подмигнула она.

Биллу выбирали костюм дольше всех. Он спорил с дизайнером из-за каждого шва.

— Если я выйду на сцену в скучном костюме — это будет преступление против искусства! — восклицал он.

Густав и Георг тем временем спорили, кто будет дольше стоять на красной дорожке.

— Победит тот, кто не забудет улыбаться после двадцатой вспышки камеры, — резюмировала Т/и.

Когда все примерки закончились, менеджер собрал их в гостиной.

— Завтра мы вылетаем. У вас будет короткое интервью на дорожке, фотоколл и сама премия. Том и Т/и, к вам будет особое внимание. Готовьтесь, вас будут спрашивать о ваших отношениях.

Том лишь усмехнулся.
— Я скажу, что она меня преследует.
— Я скажу, что он купил меня за шоколадку, — подхватила Т/и.

— Отлично. — Менеджер всплеснул руками. — Мне нужна валерьянка.

Под конец дня они устроили небольшой совет на веранде.

— Чего вы больше всего боитесь завтра? — спросил Билл.

— Упасть на каблуках, — призналась Т/и. — И ляпнуть что-то глупое.

— Мы уже привыкли к твоим «ляпам», — засмеялся Густав.

— А я боюсь, что мы потом захотим всё это повторить, — сказал Том и посмотрел на Т/и так, что у неё на мгновение перехватило дыхание.

Она улыбнулась.
— Тогда давай сделаем так, чтобы завтра было незабываемо.
Утро:

Утро было ещё тёмным, когда ребята, сонные, но взволнованные, собрались возле дома. Их ждал огромный чёрный микроавтобус с водителем — чемоданы уже были аккуратно погружены, а менеджер привычно бегал вокруг, проверяя списки и паспорта.

Т/и куталась в мягкий худи, спрятав нос в воротник. Том обнял её за плечи, подтягивая ближе.

— Не нервничай, малявка, — шепнул он. — Париж будет наш.

— Главное, чтобы я там не потерялась, — буркнула она в ответ.

— С Томом потеряться невозможно, — вставил Георг, садясь в машину. — Он и так орёт на весь аэропорт.

— Не орёт, а руководит процессами, — фыркнул Том.

По дороге в аэропорт ребята болтали, слушали музыку и перекидывались подколками. Густав утверждал, что собирается первым делом в Париже найти лучшую кофееню, Билл мечтал о новых фото для Инстаграма, а Георг обсуждал, сколько ему нужно сувениров для родственников.

— А Т/и, — вдруг сказал Билл с хитрой улыбкой, — собирается собрать весь Париж в свои глаза. И ещё пару сердец фанатов прихватить.

Т/и театрально покраснела и показала ему язык.
В аэропорту их провели через отдельный вход — благодаря статусу группы, им не пришлось стоять в длинных очередях. Несмотря на ранний час, несколько фанатов всё-таки стояли у выхода, и когда увидели ребят, раздались радостные крики.

— Мы вас любим! Т/и, ты лучшая!

Т/и улыбнулась, помахала фанатам и чуть сильнее прижалась к Тому.

— Они уже наши, — прошептал он ей на ухо. — А в Париже будет ещё круче.

Самолёт был частный — менеджер не рискнул ставить ребят в общий рейс перед столь важным событием. На борту всё было уютно: мягкие кресла, небольшие закуски и расслабленная атмосфера.

— Ну что, поднимем бокалы за Париж? — предложил Георг, доставая бутылку шампанского из мини-бара.

— Без фанатизма, — вмешался менеджер. — Завтра все должны быть свежими!

— Одно маленькое, — примирительно сказал Том, наливая всем по капельке.

Т/и устроилась рядом с ним. Том перекинул через неё руку, притянул ближе.

— Как настроение, мисс Будущая Звезда?

— Паникую в себе, — хмыкнула она. — Но если ты будешь рядом — справлюсь.

Он усмехнулся, легко поцеловал её в висок.

— Тогда считай, что у тебя личный талисман. И охранник.

— И скандалист, — добавил Георг с ухмылкой.

Полет прошёл на удивление спокойно. Ребята спали, слушали музыку и иногда перекидывались ленивыми шутками. Но где-то внутри каждого пульсировало лёгкое волнение — завтрашний день мог стать поворотным моментом для всех.

И когда в иллюминаторе показались первые огни Парижа, сердце Т/и забилось чаще.

— Вот он, наш Париж, — сказал Билл, подаваясь вперёд.

— Готовься, город любви, — прошептал Том, глядя в окно. — Мы идём.