Империя руин

Спустя сутки после вечеринки у Ника, посреди ночи раздался хлопок двери. Это была Луна и Лори. Не создавая более лишнего шума, они быстро улеглись, а на следующий день, принялись хлопотать по дому.

Как и предполагал Савва, они вернулись в спешке, забыв в отеле несколько важных мелочей, таких как зубная щетка, любимый сердцу шампунь Лорелей и афишу из дельфинария, где успели побывать прежде чем покинуть остров. Их путешествие оказалось коротким, а рассказ о нем и того меньше. Кроме раскалённого песка, соленой пены, ила на прозрачном дне в поездке на каноэ и вафельного мороженного вперемешку с вареной кукурузой они ничего не успели увидеть. Разве что дельфинов, разодетых в бантики и загорелых инструкторов или как они себя называют - «тренеров». И в этом было что-то радостное, пока за вечерней трапезой на стол не прыгнула маленькая живность. Нечто живое, крохотное и черное бегало среди тарелок с обжаренной в кипящем жиру рыбой, обваленной в тесте и рисом на гарнир. Оно скакало из стороны в сторону, а когда плюхнулось в стакан с лимонадом, поплыло к краям, нервно барахтаясь, цепляясь своими маленькими лапками за скользящие прозрачные края. Следом за ним на столе появилась еще одно такое же, оно сидело на белой полупустой тарелке Лорелей, а заметив вилку, летящую в его сторону, рвануло напрямик к рыбе. Сморгнув с пару раз, Люпин отмахнулся, пока не увидел пристальный взгляд Луны, которая нависла над едой, как коршун над своей добычей. Она двигала вилкой рыбу, набирала ложкой рис, а когда он сыпался, неотрывно наблюдала. Затем поднимала и опускала тарелки, салфетки, была готова даже черную мраморную скатерть поднять лишь бы успокоиться, пока эльф не остановил ее, и она со вздохом вновь принялась есть, заставив Люпина выплеснуть лимонад и налить новый. Но вскоре краем глаза Луна заметила что-то, что заставило ее побледнеть. В слабом свете лампы, она наклонила голову в сторону Лорелей и с прищуром, свойственным подозрительным личностям, бегала глазами по ее волосам. Велико было его удивление, когда Луна вскочила из-за стола, словно села на иголку и как бешеная рванула к кухонным ящикам, открывая один за другим в поисках чего-то, что Люпин не мог представить. На вопрос: «Что случилось?». Она ответила лишь: «Потом! Никому не двигаться». Наконец-то найдя нужную вещь, она вернулась с лампой в руках и коснулась волос парня, перебирая один локон за другим. Ее пальцы скользили по его голове, нервно вздрагивая, перекидывая одну часть локон на другую, изучая в мелких деталях. Она безжалостно оттягивала волосы на макушке, въедалась пальцами в кожу. И тогда до него до шло.

-Ради света Антареса, не говори мне...

-Молчать.

-Мам, что случилось? – растерянно за переживала Лори и в ее глазах появилось что-то смутно напоминающее слезы.

-Сказала молчать всем, пока я не закончу.

Как только Луна закончила с ним, она добралась до Лорелей. Девочка со слезами на глазах вертела головой в сторону матери, от чего той приходилось постоянно разворачивать ее в другую сторону. Она проделала туже операцию, что и со Люпином, только спокойствие в ее глаза не отразилось. Луна взяла с комода расческу и принялась расчесывать ей колтуны, дергая и создавая пробор, а когда ее зрение упало на что-то, по всей видимости живое, она ахнула, прижав к груди расческу.

-Быстро кипяти воду.

Не сразу расслышав, Люпин обошел стол и взяв из рук Луны небольшую лампу, осветил им голову Лори. В ярких лучах волосы заискрили рыжим отливом, а в проборе хлопотали черные твари, кишащие по всей голове в порыве бурной деятельности.

-Что там? Что там такое? – вопрошала Лорелей, ворочая головой.

Его глаза расширились и не дожидаясь последующей реакции, он метнулся на чердак. Среди груды хлама, нависающей в пыли паутины стеллажей, эльф достал пару ведер и тазиков. Набрав воды в расставленные по земле во дворе предметы, Люпин направил поток огня на содержимое, и вода забурлила, создавая пузырьки и пар.

Вернувшись в гостиную, Лорелей сидела съежившись, елозя по стулу, и всхлипывая наблюдала за тем как локоны ее длинных пышных волос, падают блестящими холмиками на пол. Луна держалась отстранено и сосредоточено. Она отстригала твердой рукой, без колебаний и объяснений своему ребенку, почему так поступает. Как бы ему не было грустно за малышку, он решил держаться на расстоянии, пока вся эта возня с волосами не закончится.

Вытащив из шкафов все вещи, Люпин вынес их на улицу и утопил в палящей жидкости. Затем набрал в пустое ведро воды, налил туда мыла, разбавив хлоркой и принялся по среди ночи вымывать одну комнату за другой. А когда закончил, внизу его ждала Луна. Она была уставшая и сонная, стояла над плитой и почти клевала носом, пока не услышала звук приближающихся шагов.

-Прости, я так долго провозилась с Лорелей, что смогла убрать только часть первого этажа. – сквозь изнуренный зевок протянула Луна.

-Ничего. Вы уже закончили? – он взглянул на поникшую с безжизненными глазами девочку. Лорелей по-прежнему сидела на стуле, одолеваемая сомнениями, чувствуя, что в чем-то провинилась. Наверное, Луна все же не решилась объяснить ей в чем было дело. На голове Лори местами просвечивала кожа, не осталось и следа былой шелковистой шевелюры.

-Еще нет. – тихо отозвалась Луна. Она вскипятила воду на плите, а после разбавила кипяток холодной водой и добавила туда настой чемерицы.

-Где бочонок с керосином? – не поворачиваясь к парню обратилась женщина.

-Кажется в сарае был.

-Тогда сходи за ним. Потом проверишь мою голову.

И следуя ее указаниям, он быстро вернулся. На улице уже рассветало, местами среди тишины протискивалось пение птиц и еле заметное стрекотание в траве. Вещи в воде остыли, но на их стирку у него не осталось сил.

Проверив голову Луны, он с облегчением вздохнул. Эта ужасная болезнь обошла ее стороной. Однако дело оставалось за малым. Как следует смочив волосы водой, Люпин намылил их, намазал керосином, и с пару минут подождав, пока кожу не начло жечь и на голове не распространился зуд, смыл водой приготовленной Луной. То же самое проделал с Лори. Она плакала, скребла руками голову, жаловалась на пощипывание и зуд, но терпела. Вскоре, когда эта длинная ночь подошла к своему завершению, парень с трудом дошел до постели, укутался в одеяло и заснул мертвым снов.

На следующее утро, все было по-прежнему. Они убрали оставшуюся часть дома, тщательно выстирали вещи, и Люпин просушил их огненными пучками. А когда все шкафы были прибраны к своему первозданному виду, из комнаты Лори послышался крик. Она не ожидала, что, когда проснется увидеть на голове не искрящиеся в свете локоны, а залысины. Открыв дверь, Лори сидела на коленках перед зеркалом и закрыв руками ладони плакала.

-Прекращай. Они все равно отрастут. Это не зубы, так что нечего ныть. – отчеканила Луна, а потом тяжело вздохнув пошла готовить обед.

Она всегда была строгой, сильной и независимой, и это в ней поражало и заставляло восхищаться, но сейчас такой расклад дел был не в ее пользу.

- Люпин, если не хочешь остаться лысым, иди в свою комнату. – послышался тяжелый голос Луны в лестничном проеме. – Последний раз предупреждаю.

- Правильно, вали. – хныкала Лори, закидывая брата всем, что только попадалась под руку от мягких игрушек до небольших книг со сказками. – Убирайся.

-Почему ты все время меня выгоняешь из своей комнаты?

-Люпин. – крикнула Луна. – Не зли меня!

-Слышишь, на тебя кричит мама. Вы все меня не любите.

-Это не правда, Лори. Прекращай плакать, о то твои красивые глаза так и останутся красными и пухлыми.

-Пускай! Теперь мне уже не быть прежней. Останусь страшилой до конца своих дней.

Не выдержав ее слез, он прошелся по комнате и сел рядом.

-Не говори так. У тебя вся жизнь впереди, и ты красавица, а красавицу ничего не может испортить. Верно говорю?

-Отстань. – захлебываясь прошипела Лори.

Снизу послышался хлопок двери, а затем последовал голос:

-К тебе пришел Савва. Спускайся. – проигнорировав ее слова, Люпин погладил по голове беспокойную Лори, но она одернула его руку.

-Лори, не чурайся. И прекрати плакать иначе я прилипну к тебе как банный лист и больше никогда не оставлю одну.

-Неправда, ты уже оставил меня. Тебе не составит труда вновь повторить это.

-Лори, милая, что мне сделать, чтобы ты перестала плакать?

-Подарить ей парик. – отозвался Савва, стоя в дверях, чем привлек не только его внимание, но и девочки. – Привет. Луна рассказала, что у вас тут произошло. Жесть, конечно. – Он прошел по комнате, а когда оказался рядом, сел на корточки и вынул из кармана леденец в форме розочки. – Смотри, что я тебе принес, маленькая принцесса.

-Савва, я люблю тебя! – воскликнула девочка, прильнув всем телом к другу и зажав его в объятиях.

-И я тебя люблю, малышка.

-Мои слова для вас пустой звук? – строго отчеканила Луна, сложив руки на груди. Женщина стояла в дверях, ее голова была завязана платком, она вскинула бровь и одарила ребят сердитым взглядом. – Я же вроде внятно объяснила...

-Да-да-да, мы тебя услышали. – игриво возразил Савва, отпрянув от Лори. – Но не будь такой злой, ты словно мачеха, а не мать.

-Ну знаешь... Я тебе сейчас такую мачеху покажу. – Луна сняла с ноги тапок и направилась к Савве, но парень с легкостью ее обогнул и скрылся в коридоре.

-Я же со всей любовью. – крикнул он вдогонку.

Луна очень быстро взрывается, но также быстро и остывает, оставляя все невзгоды в прошлом. А Савва, зная это, уже давно перестал ее бояться. С самого детства, как только они сдружились, он часто заглядывал к ним домой и Луну он полюбил, как старшую сестру, а когда подрос, всячески напоминал Люпину, что однажды женится на ней, ведь она его идеал. Если раньше, парню это казалось шуткой, то со временем он понял всю серьезность его намерений. И хотя Луна была взрослой, в душе она воспринимала мир, как подросток, все еще лелеющий мечту отыскать принца из сказок и незамечающий такой старательной обходительности, которой ее одаривал Савва, когда помогал по дому, когда дарил огромные букеты цветов, когда приносил не двусмысленные подарки и даже, когда откровенно флиртовал, за что всякий раз получал от друга подзатыльники. Савва любил ее и это было искренни, по-настоящему без прикрас и притворства. И это не могло Люпина не напрягать. Раньше, он закрывал на это глаза, но со временем, когда обходительности Саввы переходила границы напоминал кто такая Луна, на что слышал один и тот же ответ: «И что, что она твоя мать. От того, что я стану твоим отчимом мир не изменится». У кого от такого глаз не задергается?

-Лунночка, а что сегодня на обед? – промурлыкал парень, заглядывая в кастрюлю, когда они все уже спустились вниз.

-Куриный суп. – отрезала Луна, отодвигая Савву от кастрюли, чтобы достать из шкафа чашки.

-А не слишком легкий обед получится?

-Савва... - пригрозил Люпин, усаживая успокоившуюся Лорелей на стул. На что волк лишь закатил глаза, а после помог Луне разложить столовые приборы.

-Я кстати ведь не просто так пришел.

-Да что ты... А ты хотя бы раз просто так приходил? – отрезал эльф, не отрывая глаз от друга, пока тот разглядывал Луну, которая разливала по тарелкам суп.

-Не ревнуй, я тебя тоже люблю.

Савва был очень любвеобильным и добрым, в отличие от брата. И умел разрядить любую обстановку, даже самую тяжелую, приковывая к себе все внимание и сейчас он, посмотрев на Люпина наигранно оскалил свои клыки в улыбке, растянувшейся до ушей. Но в его хитрых глазах отчетливо читалось: «У тебя не выйдет меня переубедить. Вот увидишь, Луна будет моей».

-Я хотел узнать, как вам на плавающих островах? Что видели, где были, с кем познакомились? А море теплое? Вы так загорели! Говорят, на пляже появилась червоточина, вы ее видели?

-Как ты быстро прыгаешь с темы на тему. – процедил Люпин, зачерпнул ложкой бульон.

-Ох Савва, видели, это не то слово. Правда из далека и только в момент появления. – произнесла Луна, наконец-то усевшись за стол.

-Серьезно? - от услышанного, эльф удивился. До поры до времени, но он был абсолютно уверен, что это все бред.

-А ты думал, что? Я истину глаголю. – хмыкнул Савва. – Ты вечно мне не веришь. Слава звездам, вы вернулись целыми.

-Да там и не было ничего особенного. – отозвалась Луна. – Правда... это было очень странно. Мы просто лежали на пляже, а потом вдали замерцала искра и из нее, словно черным водоворотом, что-то выскочило и плюхнулось в воду, ну или так показалось вначале, ведь это все происходило так далеко... А потом червоточина стала прозрачной, и только если долго вглядываться можно заметить легкое искажение пространства и радужное преломление света. После мы быстро вернулись в отель, а там на ресепшене женщина сказала, что в связи с приближающимся сильным штормом всех эвакуируют. Вот мы и вернулись.

-Что? Штормом? – от услышанного Люпин поперхнулся.

-Да. Правда странно?

-Откуда шторму взяться в пределах островов, раньше ведь такого не было?

-Никто не знает. А возможно мы этого уже и не узнаем. Но знаете, что я вам скажу. – Луна отложила ложку в сторону и переглянулась с парнями. – Однажды я уже слышала про нечто подобное от своей подруги Ирмы, царство ей небесное. Пару десятков лет назад, еще задолго до крушения Йоссахейма, я наведывалась к ней погостить. – завидя на лице Люпина шок, Луна нежно погладила его по голове. – Ты был тогда еще маленький и вряд ли помнишь. Ирма жила с другой стороны озера, рядом с кузницей брата Морохира, куда твой отец часто наведывался. И вот она как-то рассказала, что, когда пошла собирать в лес ягоды, наткнулась на разлом, кажется она так его тогда назвала. Она сказала, что он был на границе с Эпифиллумом и выглядел полупрозрачной зияющей дырой, словно водоворот. Такой же по описанию, который сейчас появился вблизи островов. Но занимательно было не это, а то, что из него с частой периодичностью появлялись необычные вещи. Такие вещи, которые сейчас можно встретить только в лавке Кифы, думаю, он свою лавочку открыл только после этого. – усмехнулась Луна. – Например, там были книги на непонятно языке, веера с узорами до сели не изображающимися ни на одном веере созданным на Айве. Там были странные пищащие перья, с чернилами внутри, даже еда была в непонятных упаковках.

-Это поди легенда какая-то. – хлопая глазами, промурлыкал Савва. – Такого же не может быть?

-Не знаю, но факт остается фактом, такое на Айве уже не в первый раз. Да и вообще, даже если бы не этот шторм и разлом, мы бы все равно вернулись раньше, ведь в этом чертовом отеле обитают вши!