Империя руин

Расскажи, бескрайне море,

Что за таинства вселенной спрятала

Далеко за облаками яркая звезда.

Покажи, бескрайне море,

Что рисуют на холсте мироздания

Наши вечные хрустальные сердца.

Поделись, бескрайне море,

Тайною, скрытую на дне морских глубин

Поделись, бескрайне море,

Правдою, кто художник возродивший мир?

Ликорис знала слова песни, но совершенно не помнила лица девушки, которая пела ее каждый раз, когда юная полукровка пыталась заснуть. Порой она ловила себя на мысли, как сама невольно начинала напивать. Резвясь в ожидании матери, она бегала по полю с букетом полевых цветов. Ее платье развивалось воздушными потоками, которые были редким гостем в том странном месте, где она впервые запомнила все слова и мелодию. Всегда, когда ветер исчезал, она замирала и растворялась вмести с ним.

-Ликорис, не убегай туда, где я тебя не смогу отыскать.

«Этот голос, не такой, как у Люпина» - подумала девочка и обернувшись, увидела его. Он бежал вслед за ней. Его странные синие рожки, выросли еще больше с последней встречи. Ее сердце екнуло, и она ринулась к нему навстречу, выронив из рук букет, который так тщательно собирала для подарка. И как она только могла забыть о нем? Уткнувшись носом в его грудь, Ликорис обняла так крепко, словно если бы не сделала так, то ее воспоминания снова канули в небытие. 

-Ликорис, ну ты чего? Опять встретила ту страшную рыбу? - мальчик, в чьих белых волосах она любила заплетать косички, когда становилось страшно, смотрел с такой теплотой, от которой на коже возникают мурашки.

Очнувшись на подоконнике в обнимку с подушкой, из ее глаз текли слезы. В кухне пахло имбирем, корицей и медом. Астра вилась около плиты, помешивая сладкую жидкость в кастрюльке. Она пританцовывала, что-то напевая себе под нос, пробую на вкус будущее тесто.

«Видимо и вправду решила приготовить имбирные пряники».

Приподнявшись, Ликорис оперлась рукой о стенку книжной полки, которая находилась прямо под подоконником. Голова раскалывалась, а во рту пересохло.

-Проснулась? – Астра взглянула на нее, и улыбка с ее лица пропала. – Снова плохой сон? – волновалась она. – Меньше пить надо и кошмары сниться не будут. Ты хоть знаешь... – не дослушав, девушка встала и подошла к Астре со спины, положив голову ей на плечо.

– Я знаю, что ты хочешь сказать, поэтому пожалуйста, не продолжай. – прохрипела она, а потом достала кружку и налив из кувшина воды осушила до дна. – Где мама?

-В ателье. – Ответив коротким «ясно», Ликорис поднялась наверх, и захлопнув дверь плюхнулась в кровать.

-Пора выудить правду, которую она такт долго скрывала от меня. - прошептав, она перевернулась и раскинула руки. - Прости, Игнис... прости, что забыла о тебе. 

Игнис был ненамного старше своей подруги, но в силу родословной очень быстро рос и развивался. Из остатков скомканных воспоминаний Ликорис выуживала лишь блеклые картинки - первое знакомство, белое здание с низкими потолками, забор украшенные цветами, купол, сияющий перламутром, но вот все последующие встречи и дни, проведенные рядом с Игнисом, его хрупкий образ - ей приходилось собирать по кусочкам.

-Эти зеленый и синий глаза, эти драконьи рожки, этот смуглый цвет кожи. Как я вообще могла забыть такое чудо, как Игнис? Он же просто воплощение моего любопытства и странностей. Вечно веселый любитель обниматься.

Дом Игниса находился далеко от Новахейма, под массивной толщей воды. Здание на границе с хрустальным куполом, покрытым ледовыми трещинами, и городом, дома которого были построены из белой мраморной гальки и щебеня. За пределами купола, процветал бескрайни океан. В морской синеве среди кораллов и водорослей плавали разноцветные рыбы, самых разных видов. От маленьких и милых, которых хотелось потрогать до больших и уродливых, пугающих до мозга костей. Завидя одну такую, она бежала к Игнису и обнимая, начинала рыдать. «Я рядом. Я всегда буду рядом с тобой, Ликорис» - с этими словами он гладил подругу по голове, одаривая безмятежной улыбкой. С наступлением зимы Ликорис ждала, когда они вновь отправятся к Элис и Фульгуру, где она бы встретилась с ним. Морозы в Йоссахейме были беспощадными, поэтому Ликорис с матерью каждый год устраивали себе месячный отдых в гостях у драконов. Все жители Калефаса были смуглыми и до безобразия красивыми. И она, со своим человеческим запахом и красными глазами казалась среди них самой что ни на есть обыкновенной. Наверное, тогда, она этого не понимала, ведь после переезда в Новахейм, забыла абсолютно все, чем так сильно должна была дорожить.

«Интересно, как сейчас Игнис? Он все такой же милый и добрый, как я его помню? Интересно, его рожки выросли и стали похожими на рожки Фульгура...». В первый раз увидев настоящие драконьи рога, скользящие по длинным волосам, Ликорис схватила маму за руку и назвала отца своего друга демоном. Конечно, тогда за ужином на свежем воздухе все вдоволь посмеялись над этим и забыли, но сейчас... ей было любопытно...

-Игнис, почему здесь так тепло, когда на земле все покрыто снегом? - вопрошала девочка, лежа на траве и рассматривая пробивающийся свет через толщу воды. 

-В самом центре цитадели, во дворце глубоко под землей, установлено неугасающее огненное ядро. Его пламя поддерживают температуру под куполом, согревая подводный город. По крайне мере так говорит мама. - он смахнул рукой опавший пух с ее головы, а потом ткнул пальцем в живот. – Где ты запачкалась? - Но стоило ей взглянуть на платье, опустив голову. Как он тут же касался пальцем кончика ее носа и заливался смехом. - Купилась.

***

Не помня, как заснула, Ликорис лежала на полу, наполовину закрытая одеялом. Ее ноги затекли, оставшись на кровати, а спину заклинило. С трудом скатившись на пол, она перевернулась на бок. Из темноты на нее смотрел плюшевый заяц, склонившись всем телом на шкаф, рядом с ним валялись раскрытые баночки красок и кисти. – Ликорис, ты тут? – стук в дверь и голос мамы. 

«Интересно, сколько я проспала раз она уже дома. Наверное, Астра испекла печенье, и оно остыло» - подумала Ликорис и с тяжелым вздохом встала на ноги, расправляя спину. Открыв дверь на пороге стояла Камелия - осунувшаяся, с мешками под глазами.

-Прости, я тебя разбудила? – Камелия зевнула, прикрывая рот, глаза ее слипались, но не смотря на усталость, она все еще могла улыбаться. – Совсем заработалась и потерялась во времени. Кушать будешь?

-Мам, нам нужно поговорить. – Видя изможденное лицо матери, Ликорис хотелось отпустить ее спать, оставив прошлое в прошлом. Но все же, она решила больше не прятаться и поэтому отбросила все мысли.

-Вот как, а разговор не подождет...

-Нет. – отрезала девушка, и взяв мать за руку провела к кровати. – Нам нужно поговорить. Сейчас. – И хотя она так сказала, она совершенно не знала с чего начать. Ликорис видела, как женщина была готова заснуть в полете на подушку, и мучаясь угрызениями совести из-за эгоистичных желаний, она все равно продолжала удерживать мать подле себя.

-Так, о чем ты хотела поговорить? – сонно спросила Камелия, разглаживая ладонью смятую постель.

-Мам, почему ты никогда не рассказывала мне о Люпине? – выдыхая каждое слово, девушка в напряжении сжимала кулаки. - Почему мы больше не ездили в Калефас? Куда на самом деле исчез отец? Почему ты никогда не рассказывала о Йоссахейме? – вопросы лились рекой, и чем больше она их задавала, тем сильнее тупился взор Камелии. Она смотрела на разукрашенную стену и молчала. – Мам, прошу, ответь. Хоть что-нибудь.

-Рано или поздно, я знала, что такой день придет. – внезапно произнесла женщина. – Я знала, но хотела оттянуть этот момент подольше, чтобы ты пожила в мире и спокойствии еще немного, моя малышка. – она взяла дочь за руку и нежно поглаживая, продолжила:

-Твои отец и брат погибли во время нападения на Йоссахейм. Не знаю, как Нефрит нашел нас, но его люди разгромили и убили всех жителей. Раньше никто и не помышлял подобным, так как все знали, что горный хребет под защитой Аро и Неми. Но Аро погиб до твоего рождения при неизвестных обстоятельствах. Его брат Неми исчез, сразу после его смерти, а значит мы были беззащитны. Оставалось только ждать рождения следующего дракона с такой же силой, какой обладали братья. Дракона, которому судьбой предназначено быть связанным с родом Мистраль и оберегать Кристальный сад. Поэтому мы бежали, сначала в Калефас, где нас приютили старые друзья. Затем сюда. Вот и вся история.

-Зачем ты все это скрывала?

- Просто не хотела, чтобы прошлое давило на тебя. Думала, что так будет лучше для тебя. – голос Камелии был ровный, без увиливаний, но несмотря на это в воздухе застыла недосказанность. – А что именно ты вспомнила? – настороженно взглянула она, но после непродолжительного рассказа дочери, вздохнула с облегчением и потирая глаза произнесла: «Ясно», а потом нежно поцеловала девушку в лоб и ушла.

***

Весь следующий день Ликорис бродила как в тумане. Ее не покидало чувство тревоги, зудящее по всему телу. Краски больше не приносили удовольствия, стоило только взяться за кисть, как она туже проскальзывала сквозь пальцы, падая на пол. Выйдя из дома на прогулку, она взяла с собой сумку с альбомом и карандашами и направилась в парк на свое излюбленную лавочку в тени деревьев с видом на детскую площадку. День был по истине теплым, а ненавязчивый ветерок ласкал кожу. Рисуя наброски играющих в догонялки детей, в голове витало прошлое, теперь такое же отчетливое, как и она сама.

«Ты нечестно играешь» - выкрикнула девочка, а потом села на корточки спиной к своему другу. «Я не могу тебя догнать, все потому что ты выше, а значит твои ноги длиннее» - бурчала она, рисуя пальцем что-то на песке.

«Забавно, но ведь я тоже самое говорила Игнису, всякий раз, когда не могла догнать его» - подумала девушка, делая очередной набросок на бумаге.

-Так и знала, что найду тебя здесь. – раздался голос Руты. Она стояла сзади и облокотившись на спинку лавочки, подперев голову руками все это время тихо наблюдала. – Отчего улыбаешься?

-Да так... просто. – протянула Ликорис. Она уже давно перестала пугаться внезапным появлением подруги.

Рута хмыкнула, а потом обошла и плюхнулась рядом, закинув ногу на ногу. Все время, которое Ликорис провела, срисовывая мирную картину жизни, Рута молча наблюдала, изредка зевая. А когда она закончила, подруга уже лежала, запрокинув голову и сладко посапывала. Интересно, что все это время она делала? И зачем ее искала? Свернув альбом, Ликорис тоже закрыла глаза, наслаждаясь минутами безоблачного дня. Шея загудела, как только коснулась твердой деревянной поверхности и перед глазами всплыло лицо Юпитера.

«И как я могла забыть об этом? Какой ужас... почему он видел меня в таком состоянии?». Вспомнив все падения, слова, то, как они шли – она, еле передвигавшая ноги, запинающиеся об о все, что неровно лежало на земле и он, придерживающий пьяное тело, всякий раз, когда оно летело вниз.

«Просто немыслимо... Теперь этот гад будет до конца жизни издеваться надо мной».

-Ликорис. – прохрипела Рута, разлепляя глаза. – Я заснула? - Рута повернулась набок по-прежнему, облокотив голову на спинку и посмотрела на подругу сощурившись. – Что-то случилось? У тебя лицо какое-то испуганное. – она улыбнулась, тыкая Ликорис пальцем в щеку.

-Рута, что делать, если в твоей жизни и в голове хаос?

-И ты так серьезно спрашиваешь? – рассмеялась она. – Даже не знаю, что тебе ответить. – Обычно в ее голове найдется парочка ответов на вопросы, но сейчас она восприняла это как сложную проблему. Рута встала, потянулась, а потом протянула подруге руку. – Думаю, для начала нужно успокоится. Чтобы приводить мысли и чувства в порядок понадобиться только два составляющих – время и покой. – но не успела Ликорис коснуться ее руки, как за спиной Руты появился Юпитер. Его взгляд был растерянным и впервые за все это время таким неуверенным. Рута повернулась в его сторону, желая понять причину внезапного изменения в лице. Не нужно быть волшебником, чтобы увидеть шипы, вырастающие из ее тела при виде эльфа.

-Надо поговорить. – Юпитер сделал пару неловких шагов навстречу и остановился. – Тебе и мне.

-Если ты пришел по выделываться, то подобрал не лучшее время, проваливай. – съязвила Рута, загораживая дорогу.

-Хватит. – Юпитер прошел мимо девушки и встал прямо напротив Ликорис. – Нам нужно поговорить. Это важно. – Он достал из кармана штанов фотографию и протянул. Но не успела она взять ее, как Рута схватила за руку.

-Мы уходим. – она потянула Ликорис за собой, не давая Юпитеру и шанса. И обычно это прокатывало. Он никогда не преследовал и не останавливал, но почему-то сейчас он не дал этого сделать, в отместку хватая. – Что ты творишь?

-Я же сказал. Нам нужно поговорить. Так что прекращай, Рута. – рявкнул Юпитер, выворачивая ее запястье.

-О чем? Разве нам есть, о чем говорить?

«Почему? Почему он так сильно настаивает? Что такого могло произойти, чтобы он из кожи вон лез, останавливая Руту?».

– Если ты, как и сказала Рута, пришел в очередной раз...

-Посмотри. – Юпитер показал фотографию на которой были изображены ребята примерно их возраста. Девушка, в чьих волосах сияла роза, радостно обнимала раскрасневшегося парня, прижимая к груди. Его серебряные волосы были мокрыми, со лба стекали капли пота, а в руках он держал золотой кубок. Трясущимися пальцами, не веря происходящему, Ликорис коснулась красных глаз, таких же, как у нее. Это до боли знакомое выражение лица из девства. Он так же закатывал глаза, всякий раз как отец принуждал его помочь ей с алфавитом. – Девчонка – моя двоюродная сестра, а тот, кого она вцепилась клешнями – Люпин Миремельван. Теперь я могу поговорить с тобой? – отозвался Юпитер, отпуская Руту, похожую на кипящий котел.

-Но как...

-Для начала ответь мне на вопрос, что ты знаешь о своих родителях? Если конечно, хочешь, чтобы я помог тебе встретится с братом. – Юпитер, поднял фотографию вверх, не давая возможности взять.

-О чем ты говоришь? – вопрошала Рута, бегая глазами от Ликорис к Юпитеру. Но в ответ стояла лишь тишина. – Какой брат? Ликорис, о чем он говорит?

Время остановилось, только тихий шелест листьев, заставлял поверить, что она все еще жива.

-Ликорис, это очень важно. Давай поможем друг другу.

-Да что здесь происходит?

-Она соврала..., я так и знала... Неужели все было ложью... почему... да почему... Я ведь должна быть счастлива, но почему мне так больно?

-Ликорис, скажи, что ты знаешь о своей матери и отце. Хоть что-нибудь. Это позволит мне... – Юпитер осекся, прикусив губу.

-Позволит тебе что? – отозвалась Рута, толкая эльфа в плечо. – Что тебе нужно, Юпитер? Почему ты все время пытаешься довести ее до слез?

-Хватит. – отчеканила Ликорис и резко встала со скамейки. Ее сумка упала на землю, выплевывая все содержимое. – Рута, прекрати. Прекрати меня все время защищать. Я не маленькая, беззащитная глупая девочка...

-Ликорис...

-Ничего не хочу слышать! – утробным яростным голосом отозвалось ее сердце. В считанные секунды в полутора метрах от них все покрылось льдом, от чего маленькие дети, резвящиеся на площадке, замерли. - Эта дурацкая защита, как же достала... Да... теперь я все поняла. Игнис... Люпин...отец...все... я потеряла их только потому что они все хотели меня защитить. И даже мать... все время врала... - рассмеялась она, запрокидывая голову. - Юпитер, я ничего не знаю, но очень хочу узнать больше. Так что, если тебе от меня что-то нужно, тебе придется рассказать. Или... - с лица исчезла улыбка и она пронзила его острым, как осколки стекла, взглядом. – ищи ответы в одиночку.

Теперь ей было все понятно. В его глазах надежда, отчаяние и боль – все перемешалось, прямо как у нее в душе. Хаос без возможности на гармонию. «Я тебе нужна даже больше, чем ты нужен мне» - вторил голос.

-Говори, Юпитер. И не лги, если не хочешь снова отправиться в страну Морфия.

-Откуда такая уверенность? Неужели малышка-трусишка думает, что один раз ее трюк прокатил, то она сможет провернуть его дважды? Не смеши такими хилыми угрозами.

-Это не угроза, а факт. Если я начну угрожать, ты уже не узнаешь. – оскалилась Ликорис, чувствуя, как по телу пульсирует ледяная кровь. Казалось Юпитер окаменел, лишь вздымающаяся широкая грудь выдавала в нем живое существо. Его глаз округлился до размеров золотой марки, но через секунду он щелкнул пальцами и поднял Эркин в воздух.

-Ах ты гад... - Рута вцепилась в него мертвой хваткой. – Опусти ее на землю! Живо!

-Не приказывай мне.

-Юпитер, я убью тебя. – кричала Ликорис, трясясь от страха высоко над землей. Юпитер провел пальцем в воздухе, и она взлетела еще выше, зажмурившись. На высоте все казалось таким маленьким и крохотным, от чего еще страшнее становилось падение. Ветер играл ее волосами, задирал футболку, щекотал кожу и доводил до слез. «Отпусти ее, сейчас же» - доносился голос Руты. Но на каждый такой вопль, Юпитер отодвигался все дальше и дальше от нее, протирая ушную перепонку. А когда это его достало, оказался рядом с Ликорис, сложив ноги в позе лотоса.

-Ну как? Отрезвела? – он наклонил голову, в ожидании ответа. – Готова говорить со мной, не как с врагом народа?

-Опусти меня на землю, долбоящер. – но не успела она огрызнуться, как тут же полетела вниз. Сердце ушло в пятки. В паре миллиметров от земли, она застыла в подвешенном состоянии, а спустя секунду вновь полетела обратно.

-А теперь?

-Да я тебе все волосы повыдергиваю!

Юпитер щёлкнул пальцами, и Ликорис вновь полетела вниз, ощущая, как занемели ноги и завтрак подступил к горлу. И пока она посылала Юпитера на все четыре стороны, падая и поднимаясь обратно, внизу скопилось много народу. Дети кричали и тыкали пальцами. Родители посмышлёнее, хватали своих детей и закрывая им глаза, утаскивали прочь, подальше от внезапного представления.

-Не надоело еще? – вздохнул Юпитер, вскидывая бровь. Спустя пять минут такой борьбы, казалось, что душа покинула ее, оставляя бездыханное, обмякшее тело, парящее где-то в облаках. – Знаешь, когда я увидел Люпина, я собственным глазам не поверил. И первым делом отправился к тебе. Думал, как ты обрадуешься узнав, что он жив.

-Хватит врать! Я не верю ни единому твоему слову!

-Твое право, только вот мне не зачем лгать тебе, потому что мне правда нужна твоя помощь. Ты можешь злиться на меня, можешь врезать, если хочешь, ведь я поступал мерзко. И не потому, что издевался, а потому... - он замолчал, заметя изумление на лице Ликорис. – Когда ты попросила меня открыть сарай, я согласился не потому что ты попросила...

-Если ты так пытаешься извиниться, то знай, как только я окажусь на земле, то выцарапаю тебе глаз. – Голова кружилась, и не в силах сопротивляться страху, девушка старалась контролировать спертое дыхание. В глазах все потемнело, а когда она вновь их открыла, то была на руках Юпитера, где-то на берегу моря.

-Ликорис, я использовал тебя. Прости. Я знаю, что ты имеешь полное право послать меня, выцарапать глаза и погрузить в сон. Но мне очень нужна твоя помощь. – он аккуратно опустил ее ноги на песок, а потом направился в сторону пенящихся волн. - Рута, наверное, сейчас очень зла. – громко произнес Юпитер, не поворачивая головы. - Поди бегает в поисках тебя, накапливая ярость в кулаках. Такое неприятное ощущение... словно, я только что достал из бачка грязное, вонючее белье и примерил на себя.

Мурашки пробежались по телу, приводя рассудок в покое, и Ликорис пошла вслед за эльфом. Ноги не слушались, а руки по-прежнему дрожали. На небе скопились перистые облака, напоминающие летящих птиц, прорезающих синеву.

-Ты все это время говоришь, что я тебе нужна. Но ни разу не сказал зачем. – произнесла Ликорис, вставая рядом с разувшимся Юпитером. Эльф зарыл ноги в мокрый песок, рассматривая горизонт. - И вместо того, чтобы поговорить нормально, ты снова задеваешь мои чувства. Ты серьезно веришь в то, что после разговора, я помогу тебе?

-Нет. – тихо отозвался эльф. - Слышала про такое: «надежда умирает последней». Я же не бесчувственное чмо.

-На тебя не похоже.

-На тебя тоже. – Он повернулся к ней и протянул руку, раскрывая запястье, на котором виднелась полупрозрачная календула. – Я тоже могу совершать ошибки и заблуждаться, думая, что мне все по силам одному.

-Как глупо. – усмехнулась Ликорис, совершенно не понимая к чему он клонит. – Что это? Тату?

-Нет. Это печать. Пакт, за нарушение которого следует смерть. – каждый мускул ее тела загудел от напряжения, и она с ужасом взглянула на парня.

-Ты заключил с кем-то контракт? Зачем?

-Чтобы исправить не мною созданные ошибки. А вообще причину тебе знать необязательно. – Ликорис закатила глаза, легонько оттолкнув руку Юпитера. – Мой мир уже не будет прежним. Кажется, я переломал все, что только можно переломать. Залез туда, куда не следует и все ради мести. – Он зашел в воду по колено и загнув рукава рубашки, стал рассматривать дно в поисках ракушек.

-Вода холодная, ты так заболеть можешь.

Юпитер не повел и ухом, вместо этого какое-то время собирал причудливые дары море приводя в порядок своим мысли. А когда закончил, присел рядом с Ликорис, раскладывая добытое сокровище. К этому моменту, ее тело вновь начало слушаться, и она немного успокоилась.

-Твоя сестра, выходит, знает моего брата? - но в ответ Юпитер лишь хмыкнул. Взяв ярко оранжевую с черными крапинками ракушку, Ликорис приложила ее к уху. -Я розовая.

-Что?

-Ты спросил меня, какая я. Алая, как кровь или белая, как снег. Я розовая. Во мне есть и плохое, несущее хаос и разрушение, и хорошее, приносящее счастье и любовь. – с этими словами, она кинула ракушку обратно в море. Ракушка плюхнулась, оставляя после себя круги на воде.

-Эй, я же ее только что достал. – возмутился Юпитер, окидывая девушку осуждающим взглядом.

-Она не принадлежит тебе.

-Я ее достал, а значит, она моя.

-Ты коллекционируешь ракушки?

-Если бы ты не выбросила, я бы, возможно, начал коллекционировать.

-Главное слово - «возможно».

-Ликорис, тебе говорили, что ты зануда?

-Говорили. А еще говорили, что я мерзкая полукровка и от меня воняет человеком. А еще говорили, что я слабачка, неумеха и вообще должна убираться восвояси. В их понимании мой дом – Антарес. Чего тебе надо, Юпитер? – серьезно спросила Ликорис. – Хватит увиливать.

-Я уже сказал, что хочу знать о твоих родителях больше.

-Зачем?

-Тебе знакома фамилия Мистраль?

-Конечно. Мистраль – род хранителей Кристального сада. Но я не понимаю, как это связанно со мной.

-Девичья фамилия твоей матери – Мистраль. Тату на твоей шее – древни эльфийский символ – метка, показывающая будущего хранителя. – кислород покинул ее легкие, вместе со всеми мыслями. Уставившись на Юпитера, она открыла рот. – Вижу ты не знала. Интересно, твой брат тоже не в курсе своей принадлежности. – Юпитер указал пальцем. – Ты необычная полукровка. Мне понятна кто твоя мать, но больше интересует, кто твой отец. Много ли было в Йоссахейме людей, по мимо Ария?

-Это шутка такая?

-Поверь, когда я узнал о своем прошлом, я был потрясен не меньше тебя. Мне знакомо это чувство, когда вся твоя жизнь – ложь. Но сейчас, просто ответь, много ли было людей в Йоссахейме?

-Откуда мне знать? Я была маленькая, и к тому же, у меня амнезия.

-Но что-то ты же вспомнила, судя по тому, как отправила меня грезить по воспоминаниям.

-Нет и точка. Теперь моя очередь задавать вопросы. Ты сказал, что использовал меня, ты искал информацию о моем отце в нашем сарае? Зачем?

-Тогда, я еще не был уверен, что ты из Йоссахейма. Я просто хотел убедиться.

-Твой контракт, он как-то связан со мной?

-Нет. Точнее, когда я его заключал, не был связан.

-Выходит ты и еще кто-то, о ком я не знаю, копает под мою семью? Я правильно поняла?

-Нет.

-Тогда, что? Я не понимаю. Ты пришел, сказал, что нашел брата. Поиздевался подкидывая меня в воздухе, рассказал о контракте. А теперь, разложив ракушки на берегу, за каким-то лешим пытаешься выудить информацию о моей семье. Шутки кончились, Юпитер. Если ты не объяснишь, я развернусь и уйду. Ведь в отличие от тебя, я знаю, что мой брат жив и смогу его найти.

-Ликорис, я... - начал Юпитер, заикаясь, как маленький ребенок, потерявший в торговом центре родителей. - Я не знаю, с чего начать. Это все настолько запутано, настолько сложно, что я просто не знаю...

Впервые видя растерянное выражение лица Юпитера, Ликорис не знала, что сказать. Да, пожалуй, их отношения нормальными не назовешь, но отчего-то бросить все не докопавшись до правды, она не могла.

-Ладно. Даю тебе три минуты на раздумья. Если за это время ты не найдешь и слова, я точно уйду.

-Я ищу ребенка Лаванды Эйферхарт. – отчетливо выпалил Юпитер. - Хотя вряд ли его, конкретно... возможно его наследника, а может и не одного...

-Ну все, с меня довольно. – взорвавшись, Ликорис направилась в сторону каменной лестницы по путно отряхивая одежду.

-Ликорис, постой. Это не шутка. – Юпитер схватил ее за руку, разворачивая к себе. – Это правда, какой бы дикой она не была. Контракт, который я заключил по дурости с Орионом, вынуждает меня найти наследника Эйферхарт. И мне очень нужна твоя помощь, потому что ребенок, скорее всего был спасен кем-то из Йоссахейма. Поэтому я расспрашивал тебя об отце, он ведь был человеком.

Шок скользнул током по телу, и она рассмеялась.

-Если ты думаешь, что я поверю в это. То, поздравляю, иди ищи другую дуру для потех. – она вырвала руку и незамедлительно бросилась прочь.

«Да, возможно, я не права, поступая так, но с меня хватит этих шуток и издевательств. Я слишком долго наивно верила, что, если запру свои чувства на амбарный замок смогу спасти хрупкий мир, который пыталась создать. И к чему меня приводили такие решения? К дурацкой улыбке на моем лице, молчанию и боли, копившейся годами. Хватит. Даже если все, что он сказал правда... да кто в здравом уме вообще поверит в такую правду?».

И пока она бежала прочь от Юпитера Агарда, молния разрезала черные тучи и как надувшийся шар, пронизанный иглой, они низвергли содержимое на землю, застилая Новахейм пеленой дождя. Ее внутренний взбунтовавшийся голос утонул в раскате грома, заставив ускорить шаг. Вернувшись домой, полностью мокрой, ее кроссовки хлюпали, как сланцы туристов, только вышедших на берег, а сама она вся тряслась, потирая замершие руки. На крыльце образовались лужи, на них танцевали капли, отставляя после себя пузырьки. Открыв дверь, Ликорис встретила Астра, с испуганными глазами лани. Она быстро юркнула в комнату, а потом вернулась с махровым полотенцем, накидывая его на плечи девушки.

-Матушки, какой ужас. Нужно срочно разогреть воду. А еще сделать чай с медом. А еще снять эту мокрую одежду. – Астра судорожно побежала сначала на кухню, поставив разогреваться чайник, а затем наверх в ванную, чтобы достать талисманы, разогревающие воду. И пока она бегала туда-сюда, как сайгак по горам, Ликорис незаметно свалилась без сил на пол. А когда пришла в себя, уже лежала в кровати, закутанная в пуховое одеяло. За окном по-прежнему гремел гром и под натиском воды и сильного ветра, кроны деревьев склонялись все ниже и ниже. И в этом хаосе, бьющимся в окна, лишь пар, исходивший из кружки на прикроватном столике в свете уже взошедшего Альтаира, успокаивал. Она закрыла глаза, вдыхая аромат мелиссы и меда, представляя, что делать дальше. В голове мелькали картинки прошедшего дня, растерянный глаза Руты, взволнованное лицо Юпитера и ее собственная сумка, покоившаяся где-то на детской площадке, прибитая водой к земле. Внезапный стук в окно заставил испугаться. Часы показывали полночь. Камушки бились об окна с завидной регулярностью, но Ликорис даже не шевельнулась. Зажмурившись, она стала считать до десяти, чтобы хоть как-то заснуть, но резкий ветер, поднявшийся в комнате поднял волосы на коже дыбом. А когда ветер стих, прямо у окна, стоял Юпитер, весь промокший до нитки. Он смотрел на нее, затаив дыхание, а когда заметил, что она не спит, сдулся, как воздушный шарик.

-Ты какого... - не успел Ликорис сказать, как его холодная ладонь закрыла рот.

-Тихо. – шикнул парень, - давай поговорим.

-У тебя совсем, что ли плохо с головой? Ты видел время? И как вообще ты здесь оказался?

-Да, признаюсь, страшно было выбирать комнату наугад. Но кто ни рискует тот не пьет шампанское, так что я решил, почему бы и не попробовать.

-Я тебя не об этом спрашиваю.

-Ликорис, я знаю, ты меня ненавидишь, но...

-Да не ненавижу я тебя. Юпитер, мир не крутится вокруг тебя. – рявкнула она, будто вторя самой себе. В темноте, было сложно различить, какое выражение сейчас на его лице, но судя по последующему тяжелому вздоху, он уже триста раз пожалеть о том, что пришел. – Чего тебе надо? - Парень встал, прошелся по комнате, а когда остановился, указал на Ликорис. – Ха-ха-ха. Я хочу спать, и тебе, советую пойти сделать тоже самое. – перевернувшись на бок, она закрыла голову одеялом. – Проваливай.

-Давай поговорим. – Юпитер сел на пол рядом с кроватью и облокотился на нее спиной. – Я не уйду.

Высунув из-под одеяла часть головы, Ликорис посмотрела на поникшего эльфа. Он запрокинул голову на кровать и смотрел куда-то в потолок. Его мокрая повязка весела на шее. Говорят, что ночью все становится куда красивее, чем днем, ведь темнота может скрыть все изъяны. И сейчас она была в этом убеждена, ведь когда он повернул голову, его глаза были устремлены прямо в душу. С взъерошенных волос и пышных ресниц стекали капли, мерцая в редко проскальзывающем между тучами свете. Он выглядел уставшим, но не менее привлекательным. Даже лучше, куда красивее, чем при первой встрече.

-Твоя повязка. – голос эхом отдался в ушах, и она прикусила губу. Заметя это, Юпитер хмыкнул и на секунду в его глазах что-то сверкнуло, словно вместо губ, улыбались его глаза.

-Сейчас темно. Так что как ни пытайся, такая полукровка, как ты, все равно не сможет рассмотреть. – он ткнул ее в лоб, запихивая обратно под одеяло. – Что ж, я пришел сказать, чтобы ты забыла про весь тот бред, который я нес. Ты была права, это все чья-то глупая шутка. Поэтому не бери в голову и просто забудь. Я был, как бы это сказать...- он свел губы трубочкой, обдумывая ответ. – немного не в себе.

Юпитер не поворачивал головы, но Ликорис точно могла сказать, что он сейчас чувствует и это чувство, по вкусу напоминало «соленую воду».

-Вот, держи. – он положил на прикроватный столик лист. – Это адрес моей сестры, а также адрес академии, где учится Люпин. Сейчас каникулы и думаю, тебе стоит попробовать найти его, пока появилось свободное время.

«Такое странное чувство.... Я должна быть счастлива от всего происходящего... но руки сами потянулись и вместо адреса, мои ладони уже лежали на его холодных щеках». Ликорис сидела на кровати и смотрела в глаза эльфа, положив его голову на колени.

-Ложь... Ты лжец. – от ее слов, Юпитер лишь лукаво улыбнулся.

-Тогда, где по-твоему правда? Разве это не то, чего ты хотела? Злобный Юпитер попросил прощения и отдал то бесценное, что ты так долго искала.

-До сегодняшнего дня, мне от тебя вообще ничего не нужно было. Ты сам пришел, показал фотографию и сам вывел меня из себя. Не знаю, замечал ли ты, что половину всех своих проблем ты создал сам? – Юпитер поднес ладонь к ее лицу, а потом резко схватил за нос, уводя в сторону.

-Много пафосных речей для такой слабой полукровки.

-Мне же больно, идиот. – он ослабил хватку, продолжая следить за ее действиями. Ликорис начала массажировать нос, а затем все лицо. – Я понимаю, что для эльфов, такие, как я со смешанной кровью непривлекательные, но нельзя же вот так просто хватать девушку за нос, ты совсем что ли чурбан неотесанный? – Юпитер поднял голову и развернувшись к ней, поцеловал. Его пальцы скользнули по шее, забирая за уха растрепанные волосы, он обвил талию притягивая все ближе, залезая холодными руками под футболку. По телу скользнула дрожь от кончиков пальцев до самых волос. Его теплое дыхание ласкало кожу, а ледяные губы с привкусом росы, нежно касались Ликорис. Голос разума кричал ей остановиться, но тело сопротивлялось, позволяя ему направлять его. С каждым мгновением ей хотелось еще подольше оттянуть этот момент, но не в силах даже пошевелиться, она лишь сжала ткань его мокрой футболки, стараясь не задохнуться от переполняющих чувств и сильного биения сердца. Как только его губы слегка отпрянули, она потянулась вслед за ними, а когда открыла глаза, казалось, он улыбался. И Ликорис с ужасом осознала, что произошло.

-Так понравилось, что захотела еще? – темнота, сковавшая ее, стала спасением. Кровь прильнула к голове, и щеки загорелись. Он смотрел, словно изучая каждую деталь, касался пальцами губ, щек и мочек ушей, но вместо того, чтобы выкинуть очередную издевку, просто молчал. И так продолжалось вечность... или ей так только казалось. Он снова наклонился, словно играючи еле касаясь, наблюдая за ней, а когда Ликорис это достало, она не выдержав притянула его к себе и в этот раз обвила руками шею, жадно впиваясь. Легкий ветерок поднялся в комнате, пошатывая закрепленные на стенах и холсте рисунки, поднимая волосы вверх. Поцелуи Юпитера, словно кубики льда, касались шеи, ключиц и возвращались обратно к губам, боясь потерять их. Она всегда была немного жадной, особенно если дело касалось сладостей. Но Юпитер, стал особым видом сладости, которую ни при каких обстоятельствах ей не хотелось отдавать кому-то еще. Он отпрянул, заметя, как она почти сваливалась с кровати, падая на него. А когда Ликорис удалось вернуть равновесие, уткнулся носом в ее шею. – Ты дура, раз позволяешь мне целовать себя.

-Ты дурак, раз целуешь. – наверное, это не то, что она хотела сказать. Но это первое, что пришло в ее голову, пока сердце неустанно колотилось, заставляя глубоко дышать. – Не мне тебе говорить, что, если ты продолжишь бродить в мокрой одежде, то всенепременно заболеешь. Поэтому... – Юпитер поднял голову заглядывая в глаза и именно в этот момент, свет Альтаира сиял так ярко, что она смогла рассмотреть три небольших шрама, покрывавших, бровь, веко и начало щеки. Ее глаза округлились, и заметив это смятение, Юпитер в одно мгновение отвернулся, возвращая обратно повязку.

-Видела?

-Нет. – соврала она, чувствуя, как повисло напряжение в воздухе.

-Врешь скверно, Ликорис. – отрезал он и исчез в тот момент, когда девушка пыталась дотянуться до него. С грохотом свалившись с кровати, тело по-прежнему желало его прикосновение, а послевкусие от поцелуев было таким сладким и манящим. Она помнила, как сказала ему, что он отвратителен, но сейчас, когда в сердце образовалась дыра и страх наполнил душу, все, о чем она могла думать - это желание коснуться его еще раз. «Да что вообще происходит...».