Империя руин

На залитой светом скале среди сосен и елей, стояли пара одиноких каштанов, окутанных теплым ветром. Оттуда всегда открывался умопомрачительный вид на горизонт, усеянный зелеными, красными и желтыми шапками летом, а зимой покрытый таким одиноким снежным инеем. Многие жители горного хребта знали об этом тайном уголке, но добраться до него было затруднительным. Приходилось постоянно проходить мрачный, сырой и довольно холодный туннель с его недружелюбными летучими мышами, потом взбираться по буеракам, где твоим небесными спутниками будут ястребы, желающие отведать мясцо. А после по отвесной узкой трапе взбираться на гору, борясь со страхом соскользнуть вниз. Но даже этот тяжелый путь всегда вознаграждался целебными плодами и видом от которого сердце начинало биться чаще.

-Мама говорит, что мы особенные, а папа говорит, что лучше бы мы были обычными. - подняв с земли каштан, Ликорис положила его в свою цветочную корзинку, которую еще недавно самостоятельно сплела под руководством бабушки. – А ты как думаешь? – обратилась девочка к светловолосому мальчику, развалившемуся в тени деревьев.

-Хм...как знать... - задумчивый ответ брата только разозлил маленькую Ликорис.

-Ты опять меня не слушаешь!

-Неправда, я весь во внимании. – отозвался Люпин, играя шаровыми молниями. Одной рукой мальчик призывал молнии, а другой подбрасывал их в небо.

-Я все расскажу маме. – съязвила девочка, бросив корзинку, отчего та перевернулась и высыпала все содержимое на землю.

-Ябеда. – тихо прошептал Люпин, стараясь концентрировать все свое внимание на мерцающих разрядах на кончиках пальцев.

-Я все расскажу папе! – настырно продолжила Ликорис. – Я все расскажу дедушке, я все расскажу бабушке. Я все всем расскажу!

-Да что ты заладила, расскажу да расскажу. – закатил глаза Люпин. Мальчик медленно встал и отряхнув штаны, взглянул на сестру. – Не боишься, даже при том, что мы без разрешения покинули город и пришли сюда?

-Мама говорит, что нам нельзя использовать магию вне стен дома. – игнорируя слова брата, Ликорис скрестила руки на груди.

-А если научу? – лукаво улыбнувшись, Люпин демонстративно протянул вперед правую руку и призвал пучок огня. Глаза Ликорис заблестели в оранжевом свете и она, затаив дыхание, медленно попятилась назад. – Осторожно! – прокричал Люпин, заметя как сестра приблизилась к обрыву. Ликорис вздрогнула и обернувшись назад, замерла. Коленки ее задрожали, а в горле пересохло. – Тебе глаза для чего даны? – разозлился Люпин, хватая за руку сестру и оттаскивая ее подальше от края.

-П-прости... - робко произнесла девочка. – я всего лишь....

-Ты хоть знаешь, что могла сейчас упасть туда и погибнуть? – глаза мальчика искрились ужасом, ладони вспотели и сам он раскраснелся от гнева. – Больше никаких каштанов!

-Почему? – возмущенно воскликнула Ликорис и со всей силы одернула руку.

-Потому что ты вечно не слушаешься меня. Может быть тебе жизнь не мила, но я не готов видеть родителей оплакивающих дурацкую смерть своего ребенка.

-Я тебя ненавижу! – взревела Ликорис и слезы хлынули из ее глаз быстро превращаясь в ледяные капельки.

-Не реви. – в приказном тоне отозвался эльф. - О то у тебя опять будут ожоги от слез. – Люпины начал стирать подолом своей футболки замершие капли на раскрасневшихся щеках сестры. – Как потом я это объясню отцу?

-Прекрати. – со всей силы оттолкнув брата, девочка побежала в сторону дома.

Запинаясь и падая Ликорис летела по каменистой тропе вниз, не в силах перестать плакать. От слез на щеках стали образовываться тонкие замершие и похрустывающие линии, обжигающие нежную детскую кожу. А вскоре покрывшиеся инеем ресницы слиплись, заставляя Ликорис упасть на коленки и нервно растирать лицо рукавом.

-Что ты делаешь? – рявкнул мальчик, подбежав к сидящей на земле сестре. Но заметя боль, отразившуюя на лице Ликорис, сердце Люпина сжалось, и он невольно присел рядом. – Я же просил тебя не плакать...- вздохнул мальчик, аккуратно отодвигая от щек грязные ладони Ликорис. - Тебе нужно научится контролироваться свои эмоции.

-Отвали. – процедила девочка, вертя головой в разные стороны всякий раз, как Люпин, касаясь пальцами кожи, пытался ее согреть.

-Хочешь, чтобы я ушел?

-Да.

-Хорошо. – отозвался мальчик, - Тогда разлепляй свои замершие ресницы сама. А я пойду домой. – отряхнув ладони, Люпин искоса взглянул на молчаливую Ликорис, а потом демонстративно громко начал топтаться на месте. - Я ушел.

-Постой. – сжав кулаки, Ликорис заметно съежилась и опустила голову. – Неужели ты оставишь меня тут совсем одну? – однако вместо ответа, девочку окутала внезапная тишина, лишь ветер посвистывал в небе, колыхая листья. Ничего так сильно не пугало ее, как стук собственного сердца в ушах. – Люпин? – хрипло произнесла она. – Ты здесь? – поворачивая голову в одну сторону, затем в другую, Ликорис прислушивалась к звукам. – Ты не ушел. Ты шутишь. – прохрипела девочка, стараясь сдержать вновь подступившие слезы. – Так братья не поступают. Это как-то не по-братски.

-А по-сестрински это когда не слушаются? – внезапно произнес Люпин, все это время, тихо наблюдавший за действиями сестры. – Я ведь мог бы тебя тут оставить и действительно уйти домой. Ты ведь сама хотела, разве нет?

-Я... сначала помоги мне, а потом делай, что хочешь.

-Вот как мы заговорили. – мальчик начал наматывать круги вокруг Ликорис, обдумывая ее слова. Но на раздумья оставалось не так много времени, потому что они слишком долго были на скале не заметя, как на небе уже начали появляться первые лучи Альтаира. – Ладно, будь, по-твоему. – Люпин коснулся ладонью замерших глаз Ликорис и слегка обдал их теплом. Как только девочка открыла глаза, вместо благодарности она вновь рванула по узкой тропе, оставляя брата далеко позади. –Да что же это такое...

Лето в Йоссахейме было прохладным, поэтому его жители почти всегда носили теплые вещи, оголяя кожу только в знойные дни, когда Антарес был в зените. На улицах маленького города, коим его считали только взрослые - днем кипела жизнь, а по ночам все покрывалось разноцветными огоньками. У каждого жителя была своя грядка. Возделывая земли и сажая семена, они выращивали овощи и фрукты. Живущим не требовались деньги, ведь у них было все, что нужно. Женщины ткали из хлопка одежду, мужчины мастерили дома, мебель и прочие предметы обихода. В Йоссахейме не существовали воры, ведь абсолютно каждый радушно делился с соседями всеми благами, которыми сам обладал.

Вернувшись с пустыми руками, Ликорис жадно глотая воздух, спустилась по каменной тропинке, украшенной живыми арками. Единственное ее желание было вернуться по скорее домой и закрыться в своей комнате, укутавшись в одеяло.

-Стой! – окликнул Люпин, выскочив из туннеля как поджарый. Но заметя надвигающийся гнев родного брата, Ликорис лишь ускорила шаг. Пробегая мимо лабиринтовой улицы, в которой даже местные моги затеряться, из-за близко и хаотично построенных домиков по форме похожих на ракушки, она обернулась.

-Отстань от меня! – отозвалась девочка, но в то же мгновение запнулась о камень и упала на землю.

-Ликорис? – не поднимая глаз маленькая эльфийка заметила знакомые босоножки, сплетённые ею из липового лыка и подаренные на день рождение отцу. – Ты почему здесь?

-Папа...- отозвался Люпин, как вкопанный, остановившись в центре последней арки, ведущей в сторону туннеля. – Т-ты...

-И как это понимать? – грозно спросил Арий, поднимая свою дочь и отряхивая ее порванное платье. – Вы опять уходили отсюда?

-Я могу все объяснить, - начал Люпин, чувствуя, как ноги перестают его слушаться. – дело в том...

-Хватит! – отрезал Арий. - Ты прекрасно знаешь, почему вам запрещено покидать пределы Йоссахейма и все равно продолжаешь потакать желаниям сестры.

-Отец, мы всего лишь собирали каштаны... мы не собирались идти в лес...

-Ничего не желаю слышать! – взяв за руку растерянную дочь, мужчина пошел в сторону дома.

Никто из детей не ожидал встретить родного отца, ведь по привычному расписанию в это время он всегда находился в кузнице Морохира, где вместе с мастером создавал «холодное оружие», как называла это Камелия. Кузница располагалась по другую сторону озера и занимала минимум двадцать минут ходьбы от дома. Арий всегда уходил засветло и возвращался поздней ночью. И только счастливая случайность могла заставить его покинуть кузницу так рано.

Заверну в узкий переулок, Люпин столкнулся с сердитым взглядом отца и словно повинуясь беззвучному голосу он тут же нагнал его.

-Что вам задали сегодня? – внезапно спросил мужчина, замедляя темп ходьбы.

-Ничего особенного, - робко начала Люпин. – по фехтованию проанализировать три вида техник: западную, восточную и поднебесную, а также отточить удары. По истории прочесть третью главу истории Калафеса, а также изучить биографию Аро, по медицине собрать ядовитые растения и принести.

-Папа, - тихо перебила Ликорис, все это время молча идущая рядом. – я хотела собрать каштаны, чтобы мама приготовила отвар. – в душе маленькой девочки еще теплилась надежда, что отец не станет наказывать ни ее ни брата.

-Детка, - отвлекшись на дочь, мужчина мгновенно изменился в лице. В глазах его больше не было прежней отчуждённости и строгости, теперь они излучали тепло и ласку, с которой он всякий раз беря дочь на руки и усаживая к себе на колени читал сказки на ночь. – когда кто-то разговаривает, их нельзя перебивать. А теперь скажи мне, что я тебе всегда говорю?

-Нельзя выходить за пределы Йоссахейма, потому что жуткие монстры леса Хея могут нас утащить в чащу и съесть. – гордо отчеканила Ликорис.

-Умница, - улыбнулся Арий, погладив дочь по голове. – тогда почему ты и твой брат, зная этот факт, все равно покинули город? – несмотря на любовь к малышке Ликорис и теплоту улыбки, Люпин чувствовал нескрываемую фальшь в отцовском голосе.

-Отец, но ничего не произошло... - промямлил Люпин, стараясь сгладить нарастающие углы.

-Молчать. – оскалил зубы мужчина. - Я не с тобой сейчас говорю. С тобой мы поговорим позже.

-Папа, ты зол? - Девочка сжала ткань накидки отца и жалобно взглянула. 

-Нет, моя малышка, я встревожен...

***

Сердце Ликорис кольнуло и открыв глаза она жадно стала глотать воздух. «Где я?». Попытавшись встать, девушка ощутила жгучую боль в ногах и руках и вновь упала на спину.

-Не советую, миледи, вы еще слишком слабы. – низкий мужской голос раздался за ее спиной, от чего у Ликорис кровь вскипела в жилах и все тело покрылось мурашками. Был ли это адреналин или чувство самосохранения, но эльфийка тотчас подпрыгнула на разломанной кровати, забыв о ноющей боли в теле. Прогнившая деревянная ножка с треском разломилась и Ликорис спиной повалилась на пол, утянув за собой дырявое покрывало.

– Не уж то мой внешний вид настолько устрашающий, что вы захотели провалиться под землю, миледи? – мужчина наклонился, рассматривая покрытую пылью незнакомку, валяющуюся среди груды камней и обломков здания, а после расплылся в кровожадной улыбке.

-Вы кто? – прохрипела полукровка, натягивая на себя покрывало.

-У меня нет имени, поэтому считай, что я просто Безликий странник, стремящийся отыскать желаемое. – незнакомец протянул руку из-под черного плаща, на пальцах сверкали золотые перстни, покрытые драгоценными камнями. Его длинные черные ногти были идеально точеные. И хотя Ликорис не в первый раз встречает существо с такими ногтями, к ее горлу все равно подступил комок.   Эркин неосознанно, будто под гипнозом, взяла его за руку. Ладонь была холодной, словно лед. – А вас как величают? – спросил мужчина, целуя тыльную сторону ладони эльфийки.

-Ликорис. – отчеканила девушка, не отрывая взгляд от странника. Глаза его были прикрыты растрепанной челкой, на голове расположилась золотая с кровавыми подтеками корона, съехавшая на бок. Из-под пышных шелковых волос торчали острые уши.

-Приятно познакомится, миледи. – с этими словами мужчина развернулся и пошел в сторону выхода.

В здании пахло затхлостью, по всюду валялись порванные игрушки и обломки мебели, на остатках бывших стен были заметны еле видимые детские рисунки. Незнакомец прошел сквозь одинокий дверной проем и спустился вниз. Недолго думая Ликорис последовала за ним. Ей не хотелось оставаться одной в забытом богом месте.

-Вы знаете, где мы? – внезапно спросила девушка, аккуратно спускаясь по бывшей каменной лестнице, где местами не хватало ступенек и все поросло дикой травой.

-Великолепный вопрос, Ликорис, я думал, вы знали, когда шли сюда. 

«Что? Когда это я шла сюда?» - стараясь не оступиться, Эркин прощупывала ногой каждую ступеньку. Место, в котором они оказались больше напоминало развалины забытого города, скрытого среди гор. Постройки на деревьях покрывал плющ. На небольшой высоте были видны каменные плиты с развилками, ведущими к заброшенным домам. По всюду росли сорняки, вперемешку с геранями.

 - Мне нравится ваше имя, оно прекрасно. – Странник развернулся лицом к своей спутнице и промозглый ветер окутал его с головы до ног. - Смеркается, миледи, вам не пора домой?

Звезды на небе стали появляться, а ветер лишь усиливал прохладу. Место, в котором они стояли было окружено тишиной, такой безмятежной и умиротворенной. Но что-то внутри не давало Ликорис покое. Она робко шагнула в сторону незнакомца, а когда расстояние между ними составляло каких-то пару сантиметров, спросила:

-Это вы меня сюда принесли?

-Вы спали беспробудным сном в чаще леса, разве я мог пройти мима? – оскалил клыки незнакомец. Ликорис пошатнулась и запнувшись ногой о лежащий на земле сломанный ствол, полетела вниз. – Вы совершенно невнимательная особа. Нужно быть аккуратнее. 

Подхваченная за талию и прижатая вплотную к груди Безликого, девушка неотрывно смотрела в черные, как смоль глаза, казалось еще чуть-чуть и радужка сольется с белком, придавая ему такой же оттенок мрачности. В глубине этих глаз она видела нечто таинственное, похожее на бездонную вселенную с ее звездами и галактиками, скрытую среди тьмы. Разум твердил ей бежать подальше, от столь обольстительного мужчины, чья красота раздавливала, устрашала и поглощала каждую клеточку. Но тело оставалось в чьей-то власти. И эта энергия настолько отличалась от всего, что было ей знакомо, что все о чем она могла думать - это поскорее утолить безумный интерес. Сердце настолько растворилось в желании, что она забыла, как дышать. 

– Вам родители в детстве не говорили, что в лесах бродят дикие существа? – отозвался мужчина, и пар от сказанных слов взмыл вверх. - У вас очень красивое имя. Такое... с привкусом крови на устах...

***

Оставшись на границе с лесом по среди ночи, Ликорис закрыла глаза, а когда открыла, увидела вывеску «Мрачная ночь». И так она моргала до тех пор, пока осознание от произошедшего не укоренилось в ее и без того богатом воображении. По телу проскользнул леденящий холод, а когда она обернулась, из глубины леса на нее смотрели два алых огонька, но вскоре и они рассеялись во тьме.

«Что это за мерзкое, склизкое и тягучее чувство?» - вздрогнула девушка. - «Словно чьи-то пальцы прикоснулись к моей душе, оставляя на белом мерцании пустые пятна... Надо срочно выпить чего-нибудь по крепче». 

Повернув ручку двери, первое, что она увидела, было отражением в огромных двухстворчатых зеркальных дверях мини-холла. «Жесть...» - промелькнуло в голове девушки, и она не раздумывая бросилась в сторону туалета. Внутри было душно и все провоняло сигаретами. Зеркала были изрисованы помадой красных оттенков, а на потолке в приглушенном свете витала пыльца некогда музыкального диска. Вонючий и зловонный запах неубранных туалетов с примесью соли и аммиака, заставлял эльфийку задерживать дыхание. 

Оттерев грязь от лица и рук, немного причесавшись, используя при этом пальцы, как расческу, сняв себя кофту и завязав ее на животе, чтобы скрыть дырку на джинсах, образовавшуюся после падения в развалинах города, Ликорис наконец-то смогла поверить, что все, что с ней произошло - не было ее сном.

-Так... соберись. – ударив себя ладонями по щекам, чтобы взбодриться и придать себе легкий румянец, она наиграно улыбнулась. – Так намного лучше.

Пройдя мимо пустого танцпола, Ликорис села за барную стойку и щелчком пальцев подозвала бармена.

-Чего желает мисс? – парень, некогда разбирающий коробки с поставленным алкоголем, уже во всю улыбался своему дорогому клиенту.

-Чего-нибудь фирменного - такого, чтоб улететь и по больше. – отрезала Ликорис, а потом облокотившись на стойку закрыла глаза в ожидании заказа. Спустя пару минут перед ее лицом уже красовалось два коктейля. Один был ядовито-жёлтого цвета с веселящей радужной трубочкой. Другой цвета спелой малины с пузырьками и спиральной соломинкой. – Как-то у вас сегодня пустовато... - протянула она, губами касаясь трубочки.

-Малоприбыльные клубы на отшибах городов всегда пустуют, разве ты не знала? – ухмыльнулся волк, ушки которого то и дело поворачивались в разные стороны, реагируя на звуки. Но Ликорис будто его не слышала. Благодаря Руте, она знала всех барменов клуба, с кем говорить интересно, а от кого лучше держаться подальше. И Севастьян был из последних. Со временем ей стало казаться, что именно он закрепил за оборотнями стереотип: «Ловелас-соблазнитель, Дон Жуан – укротитель. Держись подальше о то обольстит». 

«И кто только придумал такое странное описание? Кажется Рута рассказывала, что его так назвали в честь героев романов. Помниться даже мама вскользь упоминала, что это были волшебные книги, которые можно было купить только в блуждающей по миру лавке какого-то старикашки. Неужели у кого-то была настолько бурная фантазия, что он решил заняться укреплением позиций в сфере отношений? Бред... Эта личность наверняка имела очень много свободного времени, чтобы затачивать описание под этого недалекого оборотня» - усмехнувшись своим мыслям Ликорис перевела взгляд на Севастьяна. Он был высок, станет, хитер и бесспорно красив, но по каким-то странным соображениям именно к Ликорис он никогда не питал нежных чувств, и именно по этой причине, вопреки всем, ей было комфортно рядом с ним.

-И все же вряд ли только в этом дело. - тихо отозвалась девушка, рассматривая за спиной оборотня все представленные виды алкоголя.

- Что ж тогда я приоткрою тебе эту завесу тайны. – Бровь Севастьяна дернулась, улыбка расползлась до ушей и обойдя барную стойку, он сел рядом. – Как ты знаешь, на Айве музыка создается при помощи магии. По мимо музыкальной грамоты, музыкантом приходиться изучать воздушную звукозапись, впоследствии формируя, из созданных на инструментах звуках, воздушный диск.

-Как-то слишком заумно. – отчеканила Ликорис, чувствуя, как по всему телу проносится жар от напитка. Волк лишь почесал за ушком и вопреки холодному отношению собеседницы продолжил:

-Такие диски стоят весьма дорого, и не каждый владелец клуба может позволить себе разовое прослушивание. Диск приходиться ломать, он рассыпается, а из пыльцы, как ты знаешь, на свет рождается мелодия. Есть и такие диски, которые помимо музыки создают и световые рисунки в воздухе, но стоят они баснословных денег. Именно поэтому клуб «Мрачная ночь» не пользуется дикой популярностью. Но вот в других таких заведениях на танцполе среди множеств тел можно заметить фантомные, разноцветные, напоминающие радужные струны и водяные шарики, мелодии. В народе это называли «музыкальным сиянием».

-Познавательно. – за разговорами Эркин не заметила, как уже опустошила первый стакан. Ее щеки стали багровыми, а глаза забегали из одного угла в другой. - Ты так много об этом знаешь, и вроде как хотел быть музыкантом, так почему ты все еще здесь, а не, к примеру, на плавающих островах – родине развлечений?

-Интересный вопрос, но, пожалуй, отвечу на него позже. – Севастьян встал, изучая новоприбывшего гостя, а Ликорис проводя его взглядом вновь легла, рассматривая на дне стакана плавающие пузырьки. Ей хотелось подпрыгнуть он внезапно привалившего вдохновения. Ей хотелось танцевать, схватить Севастьяна за воротник и приказным тоном заставить его поставить музыку рок-группы «Спаркл», вопреки желаниям других клиентов. Все чего она желала в эти самые минуты – забыться и уйти в отрыв до самого утра. Но тело ее не слушалось, глаза слипались от усталости, руки и ноги отказывались шевелиться. Каждое движение давалось ей с трудом, а каждый глоток успокаивал гудящие мышцы.

-Абсент, три стопки. 

«Этот голос» - Ликорис судорожно дернулась и ее нога, некогда опирающаяся о барный стул, ударилась коленом о стойку.

-Зараза. – выплюнула она, когда ее взгляд с толкнулся с Юпитером.

-Что прости? Ты меня сейчас заразой назвала? – ошарашенно спросил парень, а завидев в полутьме лицо своего собеседника тут же сдулся как шарик, свел брови и с презрением произнёс:

– Ну да, чему еще удивляться? Ты ж у нас мастерица раздавать тумаки, погружать в сон и материться. Вот скажи, как ты дошла до такой жизни?

-С твоей помощью. – рявкнула Ликорис, не отводя взгляд. «Больше я тебя не испугаюсь» - она взяла свой стакан и выпила половину. Коленка ее гудела, а в жилах так и закипала кровь. – Вижу ты приятно провел время пока грезил после моего тумака, о то лицо у тебя уж больно довольное. Выспался?

-Ликорис, я заметил ты страх окончательно потеряла. – натянуто улыбнувшись, Юпитер сжал кулак, впиваясь ногтями в кожу.

-Ваш заказ, чего еще изволите? - радушно отозвался Севастьян, расставляя перед лицом эльфа три стопки абсента.

-Чего изволю? Дайка подумать. – Юпитер залпом опрокинул зеленую пылающую огнем жидкость, продолжая неотрывно смотреть на Ликорис. – Поди в ниц и проси прощения. – парень пальцем указал на пол, но ни одна мышца на лице эльфийки не дрогнула, напротив, ее губы исказились в едва заметной усмешке.

-Севастьян, я хочу сделать заказ. Одну губа-закаточную машинку вот для этого, молодого эльфа. Оплатить сразу или попозже?

-Боюсь, я не располагаю такими предметами, малышка Ликорис. – отозвался оборотень, чувствуя, как быстро нарастает напряжение внутри клуба.

-Какая прелесть...малышка Ликорис, - язвительно протянул эльф, выпивая вторую стопку. – разве тебе не пора спать?

-Севастьян, по-моему, сегодня в психбольнице день открытых дверей. Иначе как объяснить тот факт, что через стул от меня сидит сумасшедший, не отличающий ребенка от взрослого?

-Я тебя прибью, Ликорис.

-Только в своих мечтах, Юпитер. - огрызнулась девушка, и с чувством полным гордости за саму себя, наконец-то отвела взгляд. Храбрость будто пропитало каждую ее клеточку. Она наклонилась над полу пустым напитком, прицениваясь к количеству, а потом щелкнув пальцами, привлекла к себе внимание бармена. – А знаешь, что, Севастьян. Я тоже хочу попробовать абсент. Сделаешь?

-Ты уверена? Ты же улетишь.

-Я за этим сюда и пришла.

Взволнованный таким заявлением своей подруги, Севастьян вздохнул и предупредив, что абсент закончился, отправился на склад. Ликорис молча продолжила пить свой коктейль попутно косясь на слегка раскрасневшегося Юпитера. «Обычно его лицо не выражает никаких эмоций кроме высокомерия, но почему сейчас ты кажешься мне таким несчастным? Мелкий засранец не знающий слова "нет" и действующие волей импульса» - подумала она, и вновь сделала глоток.

-Почему ты одна? Где потеряла свою подружку? – внезапно спросил эльф, вертя в руке пустую стопку.

-А ты? Почему ты здесь один? Где потерял принцессу цирка? – спародировала Ликорис и вновь сгорбилась, опираясь рукой о стойку.

-Алкоголь сделал тебя смелее, забавно. А знаешь... – но не успел Юпитер произнести и слова, как радостный бармен перебил его.

-Вот, малышка Ликорис, твой абсент. – из-за неожиданно появившегося волка перед лицом, девушка дернулась на стуле и разлила свой напиток прямо на майку. Севастьян достал полотенце и кинул его на еще бегущую желтую жидкость. Ликорис с трудом соображая, попыталась встать, но безутешно плюхнулась обратно на стул, нервно оттирая майку руками.

-Ликорис, тебе никогда не говорили, что ты неуклюжая? – подойдя ближе, Юпитер с легкостью отодвинул стул, а за тем, давая обзор на стекающий по джинсам и на кроссовки коктейль.

-А где твое коронное: «Ликорис, какого быть такой слабой, никчемной...бе...бе...бе...» - рявкнула девушка, одернув руку. - или нет, вот это: «мелкая, трусливая, тщедушная полукровка бе...бе...бе...».

-Ты пьяна. – Юпитер достал из кармана красный платок и пока Ликорис повторяла из раза в раз одно и тоже предложение, протер ее руки, затем майку.

-Да отпустит ты меня. – Ликорис стукнула ногой, а потом со всей силой оттолкнула Юпитера. Но руки ее были настолько слабыми, что от такого рвения, она лишь сама отшатнулась назад. - Достал. – с этими словами, она схватила принесённый Севастьяном абсент и выпила. Жар, образовавшийся в ее желудке, быстро просочился в кровь. В глазах все начало плыть. – я хочу еще одну.

-Ликорис, может не стоит? - робко начал Севастьян.

-Я твой дорогой клиент, - она ударила кулаком о стойку, прожигая глазами бармена. - уж поверь, если владелец этого заведения узнает, что ты отговариваешь его клиентов тратить деньги - он выгонит тебя взашей.

-Да, Севастьян налей ей еще. - перебил Юпитер. - Ни разу не видел нажравшуюся вусмерть полукровку. – в предвкушении грядущих событий, он сел рядом и притянув к себе по ближе эльфийку, надменно произнес:

– Повесели меня, малышка Ликорис.

«Вот же гадина, да не в жизнь...» - вскочив в не себя от злости, она положила деньги на барную стойку и собрав вещи, направилась к выходу.

Оказавшись на свежем воздухе, на нее вновь нахлынули воспоминания, слегка приводя в чувства. Она смотрела в ночное небо, и что-то незримое обволакивало, и кружившись листьями на ветру уносило куда-то глубоко на несколько лет назад в то время, когда она была еще слишком юна, чтобы понять весь страх своего отца за их с братом жизни. Ликорис помнит его улыбку, такую же как на фотографиях в старом альбоме. Помнит глаза, дарующие тепло, голос, настолько бархатный, что каждый раз когда время приближалось ко сну, уволакивал в сказочные миры своими историями. По выходным отец уделял домашним все свое свободное время: Люпину преподавал фехтование на заднем дворе дома, с Ликорис читал книги, а с Камелией готовил на кухне разные блюда. Отцом он был строгим и требовательным, а за послушание вознаграждал подарками. «Арий считает, что мир коим он обладает слишком хрупок, поэтому готов пойти на все лишь бы его сохранить» - эти слова вскользь услышала девочка, проходя мимо гостиной. В тот день ее мать устроила посиделки со своими родителями. И именно эти слова витали в ее голове, пока всю дорогу шатаясь, она шла до дома.

Ликорис остановилась на пешеходном переходе и съежилась от холода. Будто весь груз жизни обрушился на нее в этот день. Вместо радости, она испытывала боль. Но эта была не та боль, которая приходит, когда жизнь так и норовит тебя уничтожить. Это было что-то другое, что-то, что оставалось заблокированным все это время и только сейчас начало появляться в ее жизни заполняя незримую пустоту внутри.

-Ничего не понимаю, почему... - прошептала девушка, шмыгая носом. – Почему, ты ушел? Почему отец...

-Потому что никто не в состоянии вынести такой несносный характер. – Юпитер, все это время следовавшего за ней попятам, легонько стукнул кулаком по голове Ликорис. «Какого...» - отмахнулась девушка, наконец-то оторвав пустой взгляд от неба. Все это время Юпитер был рядом, словно ее собственная тень, но она совершенно этого не заметила. – Шагай давай. Или ты собираешься заночевать здесь? – его слова настораживали и напрягали одновременно, Ликорис сощурила глаза и хриплым голосом, словно старуха, ворчащая по пустякам, сказала:

- Твой дом в другой стороне.

-Я в курсе. – отрезал Агард. - Шевелись давай. Или ждешь, когда придут голодные демоны и съедят тебя?

Он никогда не отличался сдержанностью, все его тело, будто сопротивляясь этому миру, было напряжено. Но сейчас спина, идущего впереди эльфа, казалась Ликорис такой же уязвимой, как и ее собственное сердце.

-А тебе то какая разница, буду я съедена кем-то или нет?

- Не хочу потом чувствовать вину до конца своих дней.

-Вину? – от изумления, девушка быстрым шагом нагнала уходящего эльфа и остановившись перед ним, раскинула руки, загромождая проход. - Мне казалось, что ты не способен на чувства.

-Что ты делаешь? – вздохнул парень.

-Однажды, ты уже нарушил мой покой своими дурацкими репликами. Не жди, что я позволю тебе управлять своими чувствами и впредь. - бровь эльфа дернулась, некогда привычная отрешенность и усталость в его глазах куда-то испарилась, а лукавая улыбка так и лезла, мешая сосредоточиться.

-Ликорис, ты что...- он наклонился по ближе. - втюрилась в меня?