Империя руин

-Во много все зависит от нашего выбора. Все поступки и действия, которые мы совершаем не отрывной цепочкой ведут нас к концу. Но иногда, выбор не зависит от собственных желаний. Иногда он становится тем самым камнем преткновения на пути к цели и причина тому - обстоятельства. Именно поэтому, Юпитер, я хочу, чтобы ты достиг таких возможностей, где у тебя не появятся обстоятельств, толкающих к принятию определенных решений. Ты должен научится играть так, чтобы выбирал ты, а не обстоятельства за тебя. – размеренно произнес Сейверил, передвигая коня на шахматной доске.

-Я не совсем понимаю, о чем ты отец. – отозвался мальчик, рассматривая фигуры. Затем подавшись искушению, он передвинул своего слона на d4 и забрал коня.

-Ты еще юн, но у тебя все впереди. – улыбнулся мужчина. - Лучше скажи, как проходят ваши занятия с Рутой? – он поставил ферзя на d4 и забрал слона Юпитера, но мальчику было уже не до игры. - Она девочка смышлёная и очень бойкая. Ты не можешь постоянно проигрывать ей.

-Ты видел? – украдкой взглянул мальчик на своего отца, совершенно забыв про партию.

-Немного, но этого вполне хватило чтобы понять насколько ты слаб сейчас. Что намереваешься делать?

-Как что? Выигрывать конечно. – выпалил Юпитер, подпрыгнув из-за стола и задев край доски так, что все шахматные фигуры рассыпались.

-Одного энтузиазма мало. Нужен план. – Сейверил стал собирать фигуры, расставляя их обратно на положенное место. – Например, сместить ее фокус внимания в бою или заранее разжечь в ней эмоции, застилающие холодный рассудок.

-Это не честно, пап. – произнес мальчик, помогая отцу с точностью воссоздать картину на шахматной доске, словно ничего не произошло.

-В жизни нет вещей правильных сынок - все относительно. И какой решение ты примешь, то и станет твоей правдой и твоим «правильным». Я понимаю, что она нравится тебе, но пойми, любовь – это бремя. Быть с кем-то связанным всегда тяжело... Но если ты все же кого-то полюбишь, будь готов, что этот кто-то станет не только твоим самым уязвимым местом, но еще и самым злейшим врагом. Он будет знать о тебе все. Если он однажды решит тебя предать, то хуже злодея тебе не найти. Истина проста, - пока ты есть у себя, тебе больше никто не нужен. Никому не доверяй, ни на кого не полагайся. Только так ты сможешь достичь желаемого. Шах и мат. – последнее слово Свейверил произнес медленно, словно растягивая удовольствие от победы.

-Как так, игра только началась? – взорвался Юпитер.

-Сынок, необязательно играть до посинения в шахматы, можно и за два хода поставить мат. – улыбнулся мужчина, разглядывая своего огорченного сына.

-Но это нечестно.

-Почему же? Это простая хитрость вперемешку с хладнокровием.

-Это блеф, ты меня обманул!

-Ты уверен в этом? – Сейверил вернул фигуры на два хода назад.

- Мне пришлось отдать тебе сначала коня, а потом ферзя, но благодаря этим маленьким поражениям твоя бдительность ослабла, а значит ты уже проиграл. Тебе еще учиться и учится. Смотри, - он поставил коня на f6, - у твоего черного короля остался только один ход, оказавшись под шахом. Ты сделал свой ход, и я ответил тебе матом. – Сейверил поставил слона на h6. – Так и в жизни, не нужно быть гением, достаточно знать слабые стороны своего противника, чтобы победить его. 

Не успел Юпитер возразить, как дверь в гостиную распахнулась и внутрь вошел седовласый мужчина рука об руку со своей женой. Лицо Лариона было собранным и задумчивым, в отличие от его жены. На Ариане было легкое платье в горошек, забранные волосы скрывались под панамкой, а на плече весела сумка из страусиных перьев. Ее длинную белую шею обрамляло изумрудное ожерелье, а на щеках образовались ямочки от нескрываемой радости. Мальчик обомлел, не отводя глаз от новоприбывших гостей. До этого он видел их лишь на фотографиях, но даже они не могли передать все аристократическое очарование, с которой эти двое преподнесли себя в ту первую встречу. 

«Странно, но разве она не мертва?»

-Отец... - голос Сейверила исказился, приобретая холодные низкие нотки, а затем картинка в глазах мальчика начала плыть, постепенно растворяясь в темноте.

***

Открыв глаза, первое, что он увидел - потолок своей комнаты. За дверями тихими звуками доносились голоса. Юпитер сразу узнал их. Отец и его дедушка, сидя в кабинете что-то бурно обсуждали. Но что именно он не мог расслышать. Приподнявшись с постели, Юпитер посмотрел на распахнутое окно, занавески колыхались, позволяя слабому свету звезды проникнуть внутрь. На полу лежали осколки разбитого стекла, и мальчик невольно взглянул на свой кулак. Костяшки были разодраны, на пододеяльнике и подушке оставались красные пятна. По телу Юпитера пробежала дрожь, и он нервно стал растирать кулак, в желание побыстрее избавиться от засохшей крови. Но ничего не помогало. Сколько бы он не старался кровь никуда не исчезала. Подпрыгнув с постели, мальчик наступил на осколок, лежащий на полу и боль пронзила его ногу. Стиснув зубы, он легким движением вынул острый, блестящий конец из ступни и накинув валяющуюся около двери кофту, выскочил из комнаты. Сердце его билось, когда он облокотился спиной о дверь. По ногам пробежал холод. Из-под щели между дверью и полом стало просачиваться что-то черное, словно тень прошлого вновь следовала за ним по пятам.

Рванув куда глаза глядят, Юпитер начал задыхаться. Боль, пронзающая ступню не давала передвигаться с легкостью. Пейзаж вновь сменился, и он уже находился не в коридоре освещенным светом, а на улице среди цветов, недавно посаженных Илоной. Вдали раздались звуки бьющихся друг об друга шпаг и Юпитер, последовал им на встречу.

На улице было душно, полуденный Антарес так и норовил прожечь его кожу. За углом дома под навесом сидел Эльфрик, а на небольшой песочной площадке стояла Рута, со шпагой в руках, вытирая пот со лба. Ее грудь вздымалась, лицо было красным, а завидев Юпитера, она развернулась всем телом и высунула язык, корча рожицу. Девочка застыла в этой позе и легкий летний бриз покинул это место. Подойдя ближе к Руте, Юпитер обошёл ее несколько раз прежде чем что-либо сказать. Но девочка не шелохнулась. Он забрал из ее рук шпагу и легким мановением руки приставил ее к горлу Руты. Затем вновь обошел ее и направился в сторону своего дяди, развалившегося в  кресле. Он сидел в своей обычной позе закинув ногу на колено и закрыв глаза, будто прислушиваясь к звукам вокруг. «Значит ты показывал ей очередной способ победить меня? И поэтому такой уставший сидишь, после изнурительных объяснений?» - подумал Юпитер, и вновь поднял острый конец шпаги направив его уже в сторону застывшего эльфа. Тень, мелькнувшая за спиной мальчика, громко пробежала в сторону сада. Юпитер обернулся и руки его покрылись мурашками.

Пройдя в сторону сада, ветер окутал его с ног до головы. Прячась за кустом пионов, сидела Рута. Она взволнованно смотрела в даль, и Юпитер последовав ее взгляду увидел Лариона и Сейверила, стоящих среди деревьев. Спрятавшись за статую, мальчик стал прислушиваться к голосам.

-Сейверил, одумайся. Нет ничего важнее семьи, тебе ли не знать. – жалобно произнес Ларион, доставая из потайного кармана пиджака расписанный нитками платок.

-Нет. Я был наивным, глупым ребенком, но сейчас все иначе. – ветер возникший всего на пару секунд, поднял вверх упавшие листья, застилая юному Юпитеру обзор. - Если бы не Кристоф, все было бы по-другому... Я никогда не прощу его.

- Кристоф мертв. Неужели ты желаешь того и Неону?

-Ты еще спрашиваешь? – усмехнулся эльф. Сейверил легким движением руки успокоил потоки воздуха и повернулся лицом к взволнованному отцу. Его глаза, обрамленные пышными ресницами, излучали леденящий ужас. - Я не успокоюсь пока весь его род не будет страдать также как страдал я. Неужели ты забыл, как Кристоф поступил с Арианой? Может тебе и плевать, какую дырку он вырезал у меня в груди, но хотя бы не забывай о матери, которую когда-то любил.

-Ариана не хотела бы этого.

-Правда? Жаль мне не довелось узнать, чего она хотела. – вздохнул Сейверил и посмотрел на дерево, где уже во всю цвела сирень.

-Сейверил, прошу... перестань ворошить прошлое.

-А то что? Исчезнешь снова? – спросил эльф, не поворачивая головы. Его силуэт казался одиноким среди распустившихся цветков. - Испугаешься и сбежишь? Дерзай, мне не привыкать к тому, что все всегда оставляют меня. Ничего... У долгов нет срока годности, пора и Неону платить по счетам. 

 Двигаемый собственным любопытством, Юпитер упал на колени и прополз вдоль статуи, в желании отчетливо расслышать разговор.

-А что будет с Юпитером ты не подумал? Что будет, когда он узнает о твоих планах на его счет? - продолжал Ларион, выискивая ответы в непроницаемых глазах своего сына. 

-Плевать. Это для его же блага. В отличии от тебя и матери, я никогда его не брошу.

-Да ты вцепился в него как собака в кость. Хочешь мести, так используй другие методы.

- Забавно... - усмехнулся Сейверил. - Знаешь, когда я впервые испытал боль? Не тогда, когда Кристоф - тот, кто приносил мне сладости, учил читать, писать, рассказывал сказки, играл со мной в саду - тот, кто был для меня всем рассказал дедушке, что у него внук бастард от сына проститутки. И даже не тогда, когда служанки сплетничали о моей матери, которая зачахла и умерла на моих глазах, посмертно называя ее «принцесса-шлюха». И даже не тогда, когда незнакомый мне эльф, служитель дворцовой гвардии, с жалостью в глазах отпустил меня, зная, что не сносить ему головы за то, что не убил ребенка по приказу короля. По-настоящему мне было больно тогда, когда Морана подобрала меня, познакомила с Сифом и Лиамом, подарила ту любовь, которую я не знал, и попросила навсегда забыть о том, кто я есть. Мне было больно узнать, что все это время ты был рядом, но ни разу не помог. Вместо этого женился на Айрис, и она родила тебе сына. Прекрасная семейная идиллия, разрушилась с моим появлением... Да, тогда мне было поистине больно... но не сейчас. Поздно играть в семью, отец... Хватит с меня этой жалости, хватит с меня этих страданий. Я слишком долго и упорно стремился к одной лишь цели. Слишком много было потрачено усилий, чтобы стать тем, кто сокрушит, ударив оттуда, откуда они этого не ждут. 

«Что? Почему он никогда не рассказывал об этом?» - подумал Юпитер, стараясь сдерживать слезы, которые рвались прямиком из сердца. Чёрствый, холодный, не знающий слова "нет" отец, был поистине несчастным эльфом - таким, каким Юпитер его никогда прежде не видел. 

- Вайолет согласилась на мое предложение.  - продолжил Сейверил спустя пару минут молчания. Скорость, с которой он умел быстро переобуваться, скрывая под маской свое истинное лицо, всегда удивляла мальчика, заставляя гордиться. 

«Именно таким же сильным я хочу быть». 

-Как не крути ей и самой выгодно обручить Юпитера с Андромедой лишь бы пасынок короля не взошел на трон. Продажная человеческая душонка. А благодаря Эльфрику и его безмерной любви к человечишке, у меня появился шанс не просто отомстить, но и забрать свое по праву. - слова... фразы, сказанные в тот момент, породили в душе мальчика неимоверную боль, словно в его груди все поросло шипами диких роз. В одно мгновение Юпитер почувствовал свою никчемность и слабость, но в то же время, это что-то некогда твёрдое как алмаз, стало таким хрупки и раскололось, превратившись в пыль, а за ним образовалось пустота, изменившая каждую клеточку юного сознания.

-Ты сдурел? Ты родился не для того, чтобы ты якшаться с демоном. Не смей...

-Отец, ты стал куда более мягкотелым... неужели мои страдания из-за твоей жадности побудили в тебе это благородство? Куда же девалась это меркантильность, из-за которой на свет появился я? – Но стоило Сейверилу повернуть голову в сторону отца, как ему тут же прилетела пощечина. Глаза некогда сурового Лариона наполнились слезами.

***

Очнувшись на койке в кабинете врача, Юпитер с трудом приподнялся. Тело его было ватным, голова гудела, а в глазах по-прежнему стояли призраки прошлого. «Это был всего лишь сон...», но даже эта мысль не позволила ему расслабиться. «Что она сделала со мной, вот же гадина...». Сжав кулак, Юпитер заметил послание, оставленное на руке Орионом и тут же отбросив все сомнения подобно ветру исчез.

Сидя рядом с Орионом, эльф никак не мог избавиться от внезапно возродившейся внутри пустоты, которую столько лет он так тщательно старался заполнить.

-И... - растянул Орион, прокручивая на пальце кольцо. – Я жду.

-Что «И»?

-Я не понимаю, зачем Нефриту нападать на жителей горного хребта, заранее зная, что силы слишком не равны? Это смешно.

-Возможно однажды я бы счел это бредней очередного сплетника, а как ты знаешь фейри очень любят сплетни, но... Как я уже сказал я сын герцога, поэтому я много знаю о том, где правда, а где ложь.

-Издеваешься? Что за расплывчатый ответ? Где доказательства? – но Юпитер лишь задумчиво проигнорировал слова Ориона. В его голове все еще летали фразы, сказанные отцом в тот день.

-Погоди... - прошептал парень, в его глазах вновь появилась жизнь, и он будто возбужденный внезапно осенившей его голову мыслей, взглянул на принца. - Благодаря тебе в моей голове худо-бедно, но выстроилась цепочка.

-Чего? – удивленно разинул рот в зевке произнес Орион. Юпитер вскочил со скамейки и стал нарезать круги взад-вперед.

-Эрик был в поместье, но как он попал туда вопрос открытый. В поместье он нашел пять исторических книг благодаря которым выдвинул предположение о существовании предметов телепортации. Из разговора с тобой он в этом убедился. И со сто процентной вероятностью он захотел возыметь хотя бы один. Он мог бы украсть кольцо, но не сделал этого. Следовательно, либо он реально ищет наследника, где артефакт - приятный бонус, либо его кто-то дергает за ниточки, ведь иначе он бы выкрал кольцо и сбежал, будь это его конечной целью. Идем далее, когда Эрик заговорил об Агате, я уже знал, к чему он клонит, ведь в Новахейме нет ни одной собаки, кто не знал бы Агату Дюбуа и ее прошлое. Однако, он сам не рискнул приближаться к ней, почему? Либо он ее боится, либо он хотел, чтобы ты пошел к ней и поэтому оставил тебе подсказки в моем доме.

-И к чему это все?

-К тому что цель его была заставить тебя усомнится в собственной стране.

-Как ты вообще к этому пришёл?

- Ты только подумай, Эрик не умеет читать мысли, но знал о тебе то, что не знал никто, и все лишь бы воспользоваться тобой. Это ли не странно? С такой же легкостью он мог измываться над кем-то другим, но остановился на тебе, будучи неуверенным в том, что у тебя есть кольцо. Нам остается понять зачем Эрику это надо? И как этот факт может помочь отыскать ребенка. Предположим дитя спасли, и он остался жить среди эльфов. Тогда бы он числился в летописи, но там просто нет фамилии Эйферхарт – ни среди живущих, ни среди мертвых.

-Опять тупик... - отозвался принц, вздыхая. Он закрыл рукой глаза, скрывая от яркого света и облокотившись на спинку скамейки, растекся, выпрямляя ноги. 

- Не совсем. - оборвал Юпитер. - У меня есть одно предположение, но я бы не хотел сейчас его озвучивать без доказательств. Поэтому, мне нужно чтобы ты разузнал побольше о своей матери.