Империя руин

Спустя пару дней после отъезда Лорелей и Луны, Люпин еще долго не мог найти себе места в опустевшем доме. Он продолжил усердно тренироваться, попутно разбавляя унылость серых будней игрой в баскетбол с уличными ребятами, среди которых частенько появлялись и братья близнецы. Выйдя на пробежку раньше обычного, когда лучи только-только пронзили своим светом облака, парень завернул за угол косого переулка, где располагался дом Тэнва. Роса еще держалась на листьях деревьев, которые окружали огромный особняк. Каждый день Люпину приходилось менять путь, зная, насколько быстро надоедает видеть одну и туже локацию. А косой переулок был самым внушаемым и красочным во всем Эльфхейме, не считая дворец. На стенах не покрытых плющом домов, и даже на заборах, красовались рисунки разных волшебных существ, попеременно сменяя их простыми черными силуэтами. По вечерам, когда это место погружалось во тьму, расцветали фонари, чем предавали переулку еще больше таинственного блеска. А сразу за ним располагалась улица светлячков, с их излюбленным каменным мостиком и плачущей ивой в центре небольшого островка, окруженного водой. Когда Люпину становилось не по себе, он приходил туда, погруженный в собственный мысли. Он спускался по небольшой тропинке вниз под мост и усевшись на траву, мог долгие часы обдумывать насущные проблемы. Время там словно останавливалось, а с наступлением ночи туда приходили маленькие спрайты и устраивали пикники под светом светлячков. И сейчас, пробегая по этому мосту, можно было увидеть их маленькие тельца быстро собиравшие свое барахло с приходом утра.

-Люпин, наконец-то я тебя догнала. – Запыхавшись, быстро произнося каждое слово, Рианнон положила свою ладонь на плечо испуганного парня. - Кошмар... какой же ты все-таки быстрый. – улыбнулась девушка, вытирая капли пота со лба. – Как видишь, я тоже начала бегать. Как увидела тебя в окне, сразу поняла – это судьба. – грудь ее вздымалась, скрываемая под хлопковой серой толстовкой. Она расстегнула верхние пуговицы, и облокотилась руками на колени. – Я так устала, а ведь утро только началось.

-И тебе привет, Нона. Не знал, что ты полюбила бег. – Заметя березовый лист, запутавшийся в волосах девушки, Люпин протянул руку, но коснулся щеки, когда та подняла голову.

-Ты...чего...- отскочила эльфийка, наиграно закрывая руками тело. – Я к такому еще не готова.

-Дурочка, у тебя в волосах застрял лист. – ухмыльнулся Люпин и вытащив природное сокровище, дал щелбан по лбу подруги. – Ты что бегаешь головой вниз?

-Ай... больно, - протирая красное пятно на лбу, Рианнон обошла своего друга и дав ему поджопник рванула куда глаза глядят. – Не догонишь. – смеялась она, перебегая мост.

Догнав свою спутницу на пути к стенам дворца, Люпин спросил:

-Слышала, Ника устраивает вечеринку сегодня вечером, пойдешь?

-Если ты пойдешь, то и я пойду. – замедляя ход отозвалась Рианнон. Люпин развернулся и побежал спиной, рассматривая раскрасневшееся лицо подруги.

-Туда и Флокс придет тоже.

-Во-первых не смотри на меня так. Отвернись! – угрожающи прохрипела девушка, закрывая ладонью глаза Люпина, от чего тот запнулся и схватив за руку Рианнон полетел спиной навзничь, выбив из легких воздух.

-А во-вторых? – выдохнул парень, чувствуя, как его грудь спирает нечто тяжелое. – Прошу слезь.

-А во-вторых, - Тэнва облокотилась руками на грудь парня и заглянула ему в глаза. – мне нет дела до того - будет Флокс или нет. Он прекрасно знает, что я не его судьба. К тому же, я не люблю парней, которые так яростно стараются выделиться за счет других.

-Слезь.

Рианнон послушно встала и протянув руку своему спутнику, вытащила его следом. Окруженные восходящими лучами Антареса, ребята смотрели друг на друга, но в какой-то момент, глаза некогда улыбающейся девушки, заискрили невиданным счастьем, и она выпалила:

-Люпин, я люблю тебя. – эти слова он был готов услышать еще со времен средней школы, когда Рианнон всячески оказывала ему свои знаки внимания. Но даже за столько лет, чувства его к ней так и не изменились, поэтому придумать подходящие для отказа слова у него не получалось. «Ну ты попал, дружок» - твердил в голове голос Саввы, который неоднократно предупреждал его, что такое рано или поздно произойдет. – Я понимаю, что мои чувства не взаимны сейчас, но прошу, дай мне шанс.

«Даже зная это, ты все равно просишь...И что мне делать, когда ты так на меня смотришь?» - подумал парень, рассматривая ее золотисто-карие глаза, из-под черных ресниц.

-Рианнон, - начал эльф, и по одной лишь это интонации, она могла понять, что все бес толку. Полным именем Люпин мог назвать ее только тогда, когда был по-настоящему серьезен или тогда, когда его огорчали поступки подруги. – ты мне дорога, и я не хочу терять тебя, но... - запнулся он, и сглотнув внезапно подступивший комок в горле, продолжил:

-я не испытываю к тебе тех же чувств... тех чувств, которые ты заслуживаешь. Прости.

-Вот как... - глаза ее наполнились отчаянием и болью, но, как и присуще ее собственной стойкости, Рианнон собрав все мужество в кулак, вновь взглянула на парня. – я знала на что шла, поэтому... жаль я не обладаю магией способной стирать память. И сейчас, Люпин Миремельван, мне очень сильно хочется тебя придушить. – Она сжала кулаки, и каждая мышца ее хрупкого тела была готова разорваться от напряжения.

-Нонна...

-Молчи, - отозвалась девушка. – ничего не говори, просто дай мне тебя ударить, а после забудь все, что я тебе наговорила. – ее холодный кулак коснулся груди парня, за тем второй и так она била до тех пор, пока из глаз не хлынули слезы.

Вернувшись домой, Люпин принял душ. Они слишком долго простояли на залитой светом травяной дороге, не в силах сказать и слова. Рианнон ушла, почти сразу, как слезы на ее щеках высохли. Ушла с улыбкой, сказав: «До встречи у Ника». «И как только в таком хрупком теле умещается такая сила?» - думал парень, смотря в свое собственное отражение в зеркале. По мокрым волосам стекали капли, и взъерошив их полотенцем, он тяжело вздохнул.

-Как раньше, теперь уже точно никогда не будет.

Вскоре после знакомства с Саввой и Флоксом, Люпин встретил девочку, сидящую в парке у ручья и что-то рассматривающую с любопытством. «Она уже тогда казалась мне хрупкой, как фарфоровая кукла». Сколько Люпин помнил себя, она никогда не плакала, не знала слова нет, и ничего не боялась. Если что-то взбрело ей в голову она всегда была преисполненная энтузиазма идти до конца, даже если это было запрещено. Будучи маленьким, Люпин часто встречал ее за стеклянными заборами на территории дворца, прогуливаясь вместе с Саввой по улицам Эльфхейма. Она могла сидеть под деревом и читать книгу или рисовать, а во время фестивалей, вместе со своим отцом, поедать сладости и смеяться, прогуливаясь по улочкам города. В отличие от Сифа, Дина была строгой и редко позволяла девочке развлекаться. А когда ее возраст достиг того числа, который позволяет ей поступить в академию, Рианнон и вовсе забыла про игрушки и свободу. Все, что она делала, «делала во благо семьи. Как говорит моя мама – никто не знает, как повернется судьба. И я не могу позорить свою семью, когда в моих венах течет королевская кровь». И все же такому упорству и смелости можно было только позавидовать. Только тогда, когда они Саввой приходили и караулили ее под дверями особняка Тэнва, Дина смягчалась и позволяла ненадолго Рианнон уйти погулять.

Стук в дверь вытеснил все мысли из головы парня, и он спустился вниз. На пороге его дома стоял Савва, жадно поедая мороженное.

-Ты долго. – начал оборотень, расплываясь в коварной улыбке. – Ну как оно?

-Не понимаю, о чем ты. – отозвался эльф, закрывая центральную дверь, а после плюхнулся в кресло, стоящее на траве среди цветов и закрыл глаза. – Зачем пожаловал в такую рань?

-Хотел узнать, привезешь ли ты мне сувенирчик с плавающих островов.

-К твоему сожалению, с этой просьбой ты запоздал. Луна и Лори уехали пару дней назад. А я, в отличии от них, как ты знаешь, не люблю таскать на себе груду ненужного и непонятного барахла.

-Как грубо. – Савва облизнул липкие пальцы, а потом лег на траву и растянулся в позе звёздочки. – Недавно Флокс сказал, что Лиам умер, в таких же муках, как и предыдущий король. Представить не могу, насколько сейчас Рианнон тяжело.

-Что? – подпрыгнул Люпин, - почему ты раньше не сказал?

-Да-к я сам узнал только вчера, как бы я тебе сказал? – рявкнул Савва, облокачиваясь на локти. – Флокс видел, как Агата Дюбуа выходила из поместья Тэнва. Дина провожала ее и тогда он подслушал их разговор.

-Почему она не сказала?

-С ума сошел? Что не знаешь нашу Нонночку, она бы в жизни не сказала то, что у нее на душе. А уж тем более о смерти деда...

-Какой же я идиот. – прошипел Люпин, хватаясь руками за голову. –Как я мог?

-Ты чего? Ты не виноват в смерти Лиама.

-Она призналась мне сегодня, а я отказал. – глаза волка округлились, и спустя минуту он все-таки смог найти подходящие слова:

-Ну тогда ты кретин, друг мой. Вонзил нож в без того кровоточащее сердце. – Савва вздохнул, и вновь лег обратно на траву. – Здесь нет твоей вины, поэтому прекрати себя накручивать. Думаю, Рианнон просто была на эмоциях, поэтому решила, признаться. Я-то верил, что она струсит... выходит проиграл.

-Что мне делать, Савва?

-Ничего. Пойми, ничего уже тут не попишешь, что произошло, того не изменить. Возможно, так будет даже к лучшему. Она сильная, думаю, она справится. – парень сорвал пучок сорняков и смял их, кидая в сторону опешившего эльфа. – Что важнее, шеф так и не оправился после падения с трибун, кажется наши тренировки возобновятся не скоро. – Савва посмотрел на своего друга, готового вырвать волосы на своей голове и поник. – Следовательно, межсезонный кубок нам не светит. Выходит, ты зря не поехал с матерью и сестрой.

-Очевидно ты пришел меня добить. – начал Люпин, переводя сумасшедший взгляд на оборотня.

-И в мыслях не было. Ты просто слишком сильно воспринимаешь все близко к сердцу.

-Савва, уходи. – отрезал эльф, вставая с кресла. – Дай мне побыть одному.

-По-моему в подобных ситуациях лучше не оставаться одному, чтобы тараканы в голове не расплодились. – шутливо подметил парень, но заметив колючий взгляд эльфа, тихо возмутившись встал с газона и отряхнув одежду безропотно направился к выходу. – Но зная тебя, слушать меня ты не намерен. – волк повернул железную ручку и остановившись в проходе повернулся к другу. – Знаешь, тебе стоит все-таки прийти на вечеринку. Может получится сгладить углы и без того накалившейся ситуации. – не выдержав речей волка, Люпин выдворил его за забор, захлопывая дверь. – Да ты хоть подумай. – крикнул Савва, после чего тяжело вздохнул и ушел.

Люпин, как никто другой, мог понять чувства Рианнон. Ни один разговор не сможет успокоить и залатать раненое сердце. Может он и дурак, но не настолько чтобы пытаться изменить то, что не поддается изменениям.

Когда он потерял абсолютно все, это было неизбежно. И, к большому сожалению, как бы Луна не старалась, его слезы высохли только спустя пару лет.

«Меньше всего она бы хотела слышать слова поддержки от того, кто еще пару часов назад растоптал ее чувства» - думал эльф, стекая по входной двери вниз.

Долгое время он хранил единственное, что уцелело от его прошлого. Хранил, как зеницу ока подальше от чужих глаз и редко доставал на свет. Это была пошарпанная временем шкатулка – бесценная ниточка, ведущая к прошлому. И сейчас блеклые узоры, сломанный замок и несколько маленьких трещин на крышке, всплывали в его глазах, заставляя сердце сжиматься.

Спустя пару месяцев после случившегося, Люпин попросил Луну вернуться вместе с ним в разрушенный Йоссахейм, где среди обломков некогда существовавшего дома смог отыскать испачканные в песке, разбитые рамки с фотографиями.

Одно фото был запечатлено около водопада, в тот день, Люпин с сестрой решили порыбачь с отцом, на пару часов покинув город. Только вот фото оказалось порванным - разделенным на две части и та часть, которую он хранил в шкатулке принадлежала его сестре – радостной девочке, которая одной рукой сжимала подол своего платья, а другой опиралась на удочку. Под ее весом тоненькая деревяшка изгибалась и казалось, что еще чуть-чуть и она сломается.

Второе фото было общим. Отец держал на руках еще малютку Ликорис, Камелия стояла рядом, обнимая мужа, а Люпин вальяжно лег на траву и высунул язык. В тот день, они были счастливы. В тот единственный день, когда Исиэль разрешил им ненадолго покинуть пределы Йоссахейма и отправиться на плавающие острова. Именно тогда Арий начал страдать от бессонницы, опасаясь чего-то настолько сильно, что постепенно это превратилось в паранойю. А чем старше становился Люпин, тем отчетливее он замечал эти изменения. Камелия рассказывала ему, что задолго до их рождения Арий часто болел, а ребята его возраста насмехались над ним из-за того, что он сильно отличался. А ведь и вправду, Люпин сам ощущал этот запах – запах человека, не принадлежащего к жителям Йоссахейма. Однако, приютить человеческое дитя было нормой. Их старейшина не упускал возможность помочь всем и каждому. В истории самого города писалось о дружбе с королем Альтаира и его регентом, которые выросли на глазах самого Исиэля. Но даже этот факт, по словам Камелии не давал покоя Арию. Он днями и ночами вынашивал мысли о том, как стать одним из них. Как обрести магию и бессмертие, как быть полезным, как быть уважаемым, что от собственных мыслей возненавидел весь белый свет. Только когда у него родились дети, он оставил эти мучающие его мечты, и растворился в воспитании. То ли страх в его глазах, то ли то была ненависть, но до самой смерти он следил за тем, чтобы его дети больше никогда не покидали пределы горного хребта.

-Кто-нибудь дома? – раздался голос с другой стороны забора. Люпин вздрогнул, приходя в себя, несколько раз поморгал, пытаясь осознать происходящее. Было тихо и только щебетание птиц, где-то на верхушках деревьев, раздавалось в ушах эльфа. Он не поверил. Думал ему послышалось. Люпин потер глаза и поднялся, наполняя легкие кислородом. –Эй, кто-нибудь есть? – вновь послышался голос. –Лори, детка, это ты?

Голос был знакомым, хриплым и уставшим. Люпин повернул ручку двери и встретился глазами с изможденным, худым мужчиной.

-Люпин... слава Альтаиру, это ты. – выдохнул эльф, почесывая впалую щеку. – Здравствуй. – протянул Ян. – Ты так возмужал с последней нашей встречи. Так похорошел. От девчонок поди отбоя нет?

Люпин стиснул зубы, пропуская мимо ушей вопрос.

-Луны дома нет. – отрезал эльф. – Так что...

-А Лори? Лори дома?

-Нет.

-Но ты же дома.

-Я не в настроении.

-Люпин, я знаю, что в последнее время между нами не все было гладко, но прошу помоги мне встретится с ней хоть раз.

-Не мне это решать, Ян. Уходи. – парень медленно начал закрывать дверь, но мужчина резко оперся ладонью на деревянные дощечки и шагнул вперед.

-Люпин, пожалуйста. – дребезжащим голосом умолял эльф. – Всего один раз, о большем не попрошу. У Лори скоро день рождение...

Люпин закрыл глаза, тяжело дыша. Он знал, что Луна разозлиться на весь мир, если узнает о том, как ее сын помог своему отчему встретиться с дочерью. И все же, мысль о счастливой улыбке Лорелей заставила его сердце оттаять.

-Заходи.

В гостиной было душно, а может так ему только казалось. К Яну он относился нейтрально, также как к внезапному осеннему ливню, забитой водой раковине или к парадным вещам, которые не успели высохнуть после стирки к выходу в свет. В отличии от Луны, Люпин не испытывал дикую неприязнь к отчиму и более того порой ощущал нехватку внимания с его стороны. Когда ему стукнуло двенадцать, он начал замечать круглый живот Луны, но не придавал этому значения. А когда ему стукнуло тринадцать и на свет появилась Лорелей, он стал задаваться вопросами. Самый частый вопрос мелькающий в его голове в то время был прост: «А кто отец?», ведь Луна со всей своей влюбленной натурой не имела огромный спрос среди противоположного пола, либо тщательно скрывала. Вскоре все вопросы испарились после знакомства с Яном. Эльф был высокий, недокормленный, с синяками под глазами и медленный, как черепаха. На его фоне Луна, напротив, казалась перекормленной раз в пять, не смотря на свое подтянутое телосложение. Но в этом была доля очарования. По началу Люпин совершенно не понимал, за что Луна смогла полюбить такого «красавца», но со временем и сам не заметил, как полюбил. Ян был очень заботливым и ласковым, чтобы Люпин не просил исполнял сразу, порой даже в двойном размере. Он никогда не отказывал даже в самых глупых и несуразных просьбах. А когда у Люпина начался переходный возраст, всегда мог найти подходящие слова, приободрить, если требовалось. Он никогда не говорил напрямую, что Люпин делал что-то не так, никогда не указывал, а только мягко направлял и намекал, чтобы парень мог сам принять для себя важное решение или сделать правильный вывод. «Ты думающий мальчик, тебе не требуются разъяснения. Любой решение, любой вывод – это путь, который каждый должен пройти в одиночку. Истина у каждого своя» - так он всегда говорил юному эльфу и Люпин, возможно, благодаря этому стал таким решительным.

-Чай? Кофе?

-Потанцуем? – парировал Ян, робко садясь на стул. Весь его вид, говорил о том, как ему неуютно в присутствие пасынка, после трех лет разлуки.

-Ха-ха. – подыгрывая эльфу, Люпин насыпал в чайник листья мяты, после налил воды и призвав пучок огня вскипятил. Парню не терпелось расспросить Яна о том, где он пропадал все это время, но он сдержался. Эльф лишь аккуратно расставил чашки и разлил чай. - Так, ты хочешь, чтобы я помог вам встретится, когда? – перейдя сразу к делу, Люпин сел напротив отчима и поближе придвинул стеклянную креманку с конфетами.

-Было бы славно в день рождения, но ты и я, прекрасно понимаем насколько это невозможно. Поэтому, я хотел прийти ночью, ровно в полночь.

-И первым поздравить, какой ты эгоист. – улыбнулся эльф, чувствуя, как напряжение в воздухе постепенно тает. – Буду честным, это ужасный план. Давай лучше я, под предлогом сюрприза, приведу ее утром в парк развлечений, пока Луна будет накрывать на стол.

-О таком я не думал. – рассеяно произнес Ян, расплываясь в улыбке. – Спасибо...

-Тебе спасибо, что продолжаешь стремится к Лори несмотря ни на что. Многие просто сдаются и уходят. – внезапно грустно отозвался парень, рассматривая круговые узоры на скатерти.

-Люпин, не говори так. Я ведь и к тебе прихожу. Может моей любви недостаточно, а порой даже ее не видно, но ты мне дорог не меньше Лори. И я очень хочу, чтобы вы оба были счастливы. Я кстати принес тебе кое-что. – Ян встал и медленно шагая, скрылся за стеной, а когда вернулся, достал из черного пакета коробку и поставил на стол. – Я хотел оставить его у порога, застланного ветвями, но потом передумал. Испугался, вдруг украдут. – с губ эльфа соскользнул нервный смешок. - Знаешь до встречи с Луной, у меня ведь никого не было. А с ней в моей жизни появилась семья. Тогда я этого не понимал. И хуже того не ценил. Но сейчас, как бы не оправдывался и не ухищрялся в желание все вернуть, я могу только надеться, что мои несуразные шаги навстречу к изменениям принесут свои плоды. Сожаления – ужасающая сила. Все, что мне остается не дать им возможности растоптать меня и забрать то, что я так упорно хочу сохранить. Я хочу подарить вам то, чего не было у меня – полную семью, где каждый друг о друге заботится, где дом – крепость, в которую хочется возвращаться. И пускай вы мне не родные, для меня вы как свои. Да и Луна, как бы не противилась, все еще не развелась со мной. Поэтому Люпин, не грусти, да, это эгоистичная просьба, но мое сердце обливается кровью, видя твою боль.

-Что ты сказал?

-Не грусти, и не говори, что я прихожу только к Лори.

-Нет, ты сказал, что «мы» не родные. Я понятно, а Лори? Разве она не твоя дочь?

-Конечно моя, и ты мой сын. Разве может быть иначе? – замешкался Ян, поправляя свой клетчатый пиджак.

-Ты же понимаешь, о чем я спрашиваю. Не увиливай.

Эльф на секунду оторопел, застыв в ожидание, но потом сел на стул и сложив руки в замок оперся на них лбом.

-Я думал, ты знал. Прости...

-Тогда, кто ее отец?

-Я не знаю, Люпин. Мы ведь познакомились с Луной, когда она уже была на шестом месяце. Тогда меня мало волновало, чья кровь течет в Лори, как и, впрочем, прошлое Луны. Да и сейчас до этого мне нет дела. Поэтому прошу, никогда не рассказывай об этом Лори.

-Само собой. Я не настолько глуп чтоб отнимать девство у ребенка. - возмутился Люпин, ощущая как червь сомнения разъедает его кости. 

После ухода Яна, Люпин поднялся в свою комнату и открыл коробку, подаренную отчимом. Внутри красовался мяч - чистенький, словно отполированный, черный в нежно-желтую полосочку с рисунком листа цикас с двух сторон. Именно такой мяч с листьями цикас все это время хотел Люпин. Каждый раз, когда он выходил на поле, то не не забывал упомянуть Савве насколько дорогие такие мячи. И вот, сейчас, он держал свою мечту в руках и не верил глазам. 

-Ну что за... - сквозь зубы произнес Люпин, жадно обнимая свое сокровище. - Дурак ты, папаша... Настоящий дурак...

Раньше Люпин боялся этого слова. Боялся, что если хотя бы раз назовет кого-то отцом или матерью, то те всенепременно исчезнут из его жизни. И хотя он понимал, что нечто сокровенное никогда не заменит родную кровь, он все же верил, что семья не ограничивается кровными узами, ведь если бы было иначе, он бы не дорожил настолько сильно каждым прожитым мгновением в обществе Яна и Луны. Будь иначе, он бы просто не позволил быть себе счастливым. 

***

Открыв глаза из-за сковавшей боли в шее, Люпин столкнулся взглядом с двумя пристально смотрящими глазами в которых было столько мудрости, что он мог только позавидовать. За стеклом на фоне звезд за ним неотрывно наблюдала сова. Ее перья мерцали в свете, а когда она заметила движение внутри комнаты, склонила в сторону голову. Люпин сидел за столом, по-прежнему обнимая руками мяч. Птица стукнула клювом по стеклу, а затем улетела, оставляя после себя сверток на карнизе. С трудом разомкнув все позвонки и размяв шею, Люпин открыл окно. Небольшой лист, шириной пару сантиметров был перемотан белыми нитками сложенными в несколько слоев. 

«Найди меня в бесконечном океане. Там, где заканчивается реальность и наступает невозможное. Остерегайся вечности. Там, где время и пространство слиты во едино. Кто в объятиях мрака, кто путеводная звезда? Кто лжец и обманщик, а кто надежный друг? Где кровь твоя? Где милый сердцу дом? Найди меня, дитя Локуса».

-Что за... Савва, у тебя совершенно тупые шутки. – рявкнул парень, рассматривая территорию дома, но кроме тихо шуршащих листьев на ветру и парочки теней ничего не нашел. – Хватит прикалываться! Это не смешно.

Но стоило ему произнести эти слова, как сверток в его руках заискрил пламенем и превратился в пыль. Часы пробили полночь, и глаз Люпина задергался в нервном тике.

Включив свет в комнате, его не покидало чувство, сосущее под ложечкой, такое гнетущее и тревожное, словно что-то давно забытое вновь обрело свои краски. Что это за послание? Чьих рук дело? Кому понадобилось отправлять сову ради бессмыслицы? Что значит дитя Локуса? Что вообще все это значит? Но не успел он подумать, как в окно залетел баскетбольный мяч и стукнувшись о пол, полетел в сторону шкафа. Полка надломилась от удара, и все, что так безмятежно покоилось на ней в мгновение ока валялось на полу. Гнев подступил к горлу, тело обдало жаром и не дожидаясь последствий, Люпин вылетел из окна навстречу зачинщику.

Стоило только оказаться в метре от нарушителя спокойствия, как он тут же отскочил в сторону. Пучки огня погасли, оставляя после себя легкий дым.

-Какого тролля, Ника? А если бы я тебя убил?

-У тебя совесть есть? – Во мраке лицо Ника выглядело устрашающе, чем на поле, когда он чувствовал угрозу от противников. - Какого черта ты прохлаждаешься здесь, когда вся команда ждет тебя?

-И ты сломал своим мечом мой шкаф чтобы сказать это? Придурок. Уходи. – отмахнулся парень, и не желая больше продолжать направился домой.

-Только с тобой. Хватит вести себя как тряпка. Ты мужик или кто? – настырно продолжал Ника, но видя, как друг почти скрылся за дверями, гомофонным голосом сказал:

-Рианнон не пришла. Поэтому прекращай и просто пошли.

-Как у тебя все просто... - тихо произнес Люпин на секунду застыв. - Дай угадаю, Савва проболтался?

-Не угадал. Флокс.

-А он то...

-Откуда узнал? Чувак, мы живем в Эльфхейме. Здесь каждая ящерка в курсе о твоих делах.

-Так и знал, что они были там... - еле слышно процедил парень, из-за  чего Нику пришлось сделать пару шагов навстречу. - Кто еще кроме этих назойливых спрайт мог разболтать. 

-И снова мимо. Слушай, а мяч тебе случайно не в голову прилетел?

-Уходи, Ника. – повторил Люпин, разворачиваясь к другу. –Уходи.

-Если я сейчас уйду, то через пол часа в твоем доме будет вся команда. Если ты готов к такому повороту, то как скажешь. – Капитан был непреклонен и зная это, Люпин мог лишь уповать на лучший для него исход. Он вздохнул и облокотившись на дверь взглянул на небо. «Просто издевательство...».

-Это ты отправил ко мне сову? – легкое смятение в глазах парня, говорили за себя. - Дай мне пять минут. – с этими словами он исчез в темных коридорах. А когда вернулся, все, что в нем изменилось – черная толстовка в место футболки.

-Вот. Так намного лучше.

***

Загородный дом Ника был огромным. Пятиэтажное узкое здание, кишащее народом. Казалось еще чуть-чуть из-за нехватки мест обитатели польются из окон, как вода. В дымке на виснувшей вокруг дома кружился музыкальный вихрь, переливаясь в радужном сиянии. Накинув на голову капюшон, Люпин нехотя следовал за капитаном команды в самую глубь.

-Где твои близкие?

-Там же где и твои - на море, под палящим Антаресом медленно и верно превращаются в горячий шашлык. 

Черта Ника, была в его простоте и незамысловатости. Он везде был душой компании и никогда не оставлял без внимания не одну живое существо. А если таковой находился, то только потому, что парень покинул пределы его досягаемости, либо тот вообще не явился к нему в этот день. Петляя между танцующими, ребята проникли в дом и осели на диване прямо напротив панорамных окон с видом на пустующий лес, за которым вдали виднелись подсвеченный золотым сиянием башни дворца. По другую сторону дома гости не часто заглядывали – таково было желание хозяина. Всякий раз, когда кто-нибудь случайно забредал туда - если эта личность была у него впервые, то он спокойным голосом разъяснял ему, что в следующий раз разденет его до трусов и отправит так гулять по городу. Ну а если такое случалось с тем, кто правило знал, участь его была печальной. Правда на память Люпина такого не разу не происходило, зато легенд об этом правиле поросло немало.

-Что будешь? Виски, сок или, например, искра... ну так, чтобы расслабиться. – рассмеялся капитан, запрокидывая голову на спинку дивана.

-Ничего из предложенного. – отрезал Люпин, осматривая помещение, в котором был не раз. – Савва здесь?

-Вы прям не разлей вода, в туалет тоже вместе ходите, как девочки? – Ника оскалил зубы и словно желе, размазанное по тарелке, потек прямиком на пол.

-Ты когда успел так упороться? Я же все это время был рядом с тобой.

-Без пяти минут назад, примерно в то время, когда ты засмотрелся на большигрудых чирлидирш. - рассмеялся парень, приводя Люпина в изумление. 

-Оставь его. Не видишь ему хорошо? – плоский мужской голос раздался напротив эльфа, привлекая внимание. Парень в мокрой одежде, с еще не высохшими волосами, плюхнулся в кресло и закинув ногу на другую, уставился на Люпина. – Ну привет, человечишка, как поживаешь?

-Быть волчарой нынче не в моде. По умерь пыл, о то выглядишь нелепо.

-Ну я хотя бы быть, а не казаться, как некоторые. Не будем тыкать пальцем, верно Ника?

-Ага... - отозвался парень с закрытыми глазами и улыбкой до ушей. – Ты только не пакости мальчишь, о то я а-та-та...

-Видал? Это он тебе. – Флокс махнул головой в сторону счастливого капитана, но алкоголь попавший в его горло за секунду до этого застрял в путях, заставив поперхнуться.

-Савва здесь? – пропуская мимо ушей, сказанные слова, Люпин накрыл пледом Ника.

-А ты жадный. И Рианнон и Савву и Ника, тебе не жирно?

-Зависть гложет?

Флокс оторопел, в его узких глазах заискрился огонек, такой же мрачный, как и его душа. Он залпом опрокинул то, что было в стакане и сжал его так сильно, что стекло лопнуло, пронзив ладонь осколками. Красные капельки полетели на пол и только музыка приглушала их стук.

-Знаешь, придурок, я ведь пытался быть добрым, хотя ты определенно этого не заслуживаешь.

-Ну если это доброта, то я святой. - Не выдержав волк со остервенением врезал кулаком по лицу эльфа. Боль разлилась по черепным костям, пронзая виски.

-Ну как оно? Больно? Или может быть страшно? – выплюнув скопившуюся кровь вперемешку со слюной, парень ледяными глазами взглянул на Флокса.

-Если ты думаешь, что какой-то плевок в мою сторону заставит меня испугаться, то ты ошибаешься. Я не дрогну.

Это тихое противоборство между ними началось уже очень давно. Флокс, как и его брат был невысок, но в отличии от Саввы ехиден, хитер, злопамятен и надменен. Сейчас его глаза были еще уже, чем при их первой встрече, а его нос после пары переломов из-за попадания мечом, превратился в клюв, на котором было удобно носить темные очки без желания их вечно поправлять. Но в отличии от Саввы он не был спокоен в своем гневе и не умел скрывать свои чувства. И стоило Люпину еще хоть раз закинуться одной неправильной фразой, как эта незаметная для других война перетекла бы в масштабную, оставлявшую после себя только слезы и руины.

-О, Люпин, так ты все же решил прийти? - Стоя в проходе между белой аркой, ведущей в сторону холла и диваном, появился Савва, держа в руках недопитый коктейль. «Он как всегда вовремя. Словно знает где и когда ему нужно оказаться, чтобы не пропустить самое интересное» - подумал Люпин закатывая глаза.

- Что с ним? – встревожился Савва и положив два пальца к шее капитана, проверил пульс. - Он же вроде недавно был на ногах. Что вы с ним сделали?

-Ничего. – отчеканил Флокс, сверяя своими крысиными глазками брата.

Савва давно уже перестал удивляться омерзительному поведению Флокса и быстро перевел взгляд на своего друга.

-Что тут происходит?

-Зарываем топор войны, не видишь? – тоненькие губы волка расплылись в надменной улыбке.

-Что-то не похоже. – с недоумение протянул парень.

Сейчас только им троим известна причина гнева Флокса и эта причина непоколебима. Из-за этой причины, Люпин чувствовал себя измазанным грязью, отвратительным и мерзким.

Коротко отрезав «все в порядке», он махнул головой в сторону выхода и сам же поспешил удалиться с невыносимого мероприятия. Выйдя на свежий воздух, мимо него проскочил пьяный орк во всю орущий в такт музыке. Он петлял между танцующими, а когда потерял равновесие уже находился рядом с бассейном и плюхнулся воду, облив приближенных к нему гостей. Сначала возникла тишина, только мелодия давала о себе знать, а потом народ разделился на смеющихся и тех, кто возмущался. Кто-то из толпы прыгнул вслед за тонущим и вытащил его на сушу, после чего начал делать искусственное дыхание. Орк от таких поцелуев подскочил, а его кулак отправил спасателя в страну Морфия.

-Ты вроде не хотел приходить? – раздался грустный голос Саввы. – Что тебе сказал мой брат? Хотя, не важно, не слушай его. Он всегда несет бред. Что важнее, когда обратно возвращается малышка с Луной?

-О чем ты? Они только недавно уехали. С чего бы им возвращаться?

-Отец сказал, что на плавающих островах сейчас открылась неизвестная червоточина, искажающая пространство. Жители обеспокоены тем, что она нависла над морем вблизи пляжа и постепенно стали покидать остров. Это произошло утром.

-Наверное желтая пресса решила поглумиться. – отмахнулся Люпин, по-прежнему наблюдая за картиной, разворачивающейся на глазах. В перепалке с эльфами орк рванул в сторону выхода, но сильфа перегородила ему дорогу возведя из земли стену, и его успели поймать. -Ты только посмотри до чего может довести плохой образ жизни. Они сейчас его изобьют.

-Люпин, я серьезно.

-Я тоже.

И пока Савва ждал от него хоть каких-то эмоций, слов, начало рассветать. «Ради всего святого и зачем я вообще вышел сегодня из дома? Дважды» - думал Люпин, поглаживая ноющую щеку, на которой уже сиял смачный синяк.