Глава 12 - Тихое «прости» между строк
Кофейня была маленькой, но не случайной.
Снаружи — одна из сотен на центральной улице: стеклянная дверь, простая вывеска, запах кофе и дерева. Но внутри она была другой — как будто тёплая часть старого сна, в котором можно укрыться от шума, людей и даже от самого себя. Я нашёл её, когда просто бродил по городу. Это было после того, как бабушка переехала в деревню. После тех вечеров, когда дом стал слишком тихим, а улицы — слишком одинаковыми. Я увидел, как кто-то устанавливает полку. Стук, пыль, свет, проходящий сквозь жалюзи.
Я вошёл. Прозвенел колокольчик. Мужчина в рабочей рубашке, с пыльными руками, поднял на меня уставший взгляд:
— Что вы хотите?
— Вам не нужна помощь? — спросил я.
Он прищурился. Было видно — не ожидал. Некоторое время молчал. Потом сказал:
— Без оплаты?
— Да. Просто... помочь. Мне не нужно денег.
Он ещё немного подумал — и кивнул.
— Хорошо. А потом станешь моим помощником если завтра не сбежишь
Так я познакомился с Мистером Ли, хозяином этой кофейни.
Мы вместе расставляли столы, вытирали пыль, слушали пластинки, которые он ставил со старенького проигрывателя.
Я нашёл в его кладовке пачку кофе, молоко — сварил нам по чашке. Он сказал:
— Пахнет правильно.
Я вспомнил, как в детстве рисовал на листке бумаге свою мечту: кофейню с книжной полкой, старыми лампами, деревянным полом и окнами до самого потолка.
И тогда впервые подумал: может, я уже внутри того самого рисунка?
С того дня я стал частью этого места.
В то утро, когда всё изменилось, я пришёл раньше. Мистер Ли сидел за стойкой, что-то считал в блокноте. Увидев меня, он поднял глаза и, впервые за долгое время, улыбнулся:
— Дилан... Всё-таки не зря тебя взял. Ты варишь кофе так, как будто разговариваешь с ним.
Этот бариста, которого я нанял... подучи его. Сегодня ты за стойкой. Я понял, что дела не очень. Но не спрашивал. Просто взял фартук и стал работать. Люди приходили, как будто кто-то где-то дал сигнал. Кто-то брал кофе с собой, кто-то садился у окна. Музыка играла, машинка шипела — и всё происходило в ритме, в котором я хотел жить. В середине дня в кофейню вошли двое — парень и девушка.
Он — спортивный, самоуверенный. Она — спокойная, отстранённая.
Они выбрали мой любимый угол. Я сам собирал его: полка с книгами, кресло у окна, лампа с тёплым светом.
Место, где можно было просто быть.
Они заказали раф и капучино.
Я варил — и наблюдал.
Что-то в них было знакомое. Особенно в нём.
Но я не мог сразу вспомнить, где его видел. Когда они ушли, я взглянул на пустые чашки — и почувствовал лёгкую тревогу. Не ревность, не злость. А просто ощущение, что что-то начало двигаться, даже если ты не хотел этого. После закрытия я снял фартук, собрал сумку и пошёл в зал. Он был недалеко от дома. Наставник и товарищ уже заканчивали тренировку. Я принёс им кофе — американо и капучино. Это было уже как ритуал.
Я начал разминку. Железо — оно не врёт. Оно отвечает на то, как ты себя ведёшь с ним. В зеркале я заметил его — Джейкаб. Тот самый парень из кофейни. Он был здесь, в зале. Тренировался — громко, с вызовом, будто зал принадлежал ему.
Он подошёл:
— Подстрахуешь? 120. Или тебе не хватит сил?
Я кивнул. Не ответил. Подстраховал.
— А ты сколько жмёшь?
— 80, иногда 100, — спокойно сказал я.
Он усмехнулся. Но без злости. Скорее — как будто оценивал. Словно смотрел не на меня, а на возможного соперника.
— Как звать?
— Дилан.
— Джейкаб. Будем знакомы.
Я пошёл к снарядам. День спины. Тяги, гантели, гравитация.
Он подошёл ещё раз на выходе:
— Давай устроим мини-соревнование. Брусья, турник.
Кто больше — тот победил.
Я согласился. Не из гордости. А потому что почувствовал — он так ищет подтверждение себе. Он ушёл, оставив после себя не раздражение, а... ощущение чего-то недосказанного. Такие, как он, всегда проверяют не силу, а твоё спокойствие. Но в таких проверках я давно научился молчать. Я сделал растяжку. Спокойно. Медленно. Выходя из зала, почувствовал: что-то началось. Не конфликт — динамика. И всё-таки, несмотря на внутреннюю тяжесть —Я улыбнулся. Бывают дни, когда ты не выбираешь, с кем столкнёшься. Но выбираешь, как будешь стоять.