Глава 3 - Лето пахнет тобой
Я вышел из её подъезда и остановился на несколько секунд, вглядываясь в тусклый свет на лестничной площадке. Снизу слышалось, как захлопнулась дверь, и я понял, что Мари уже поднялась к себе. В груди было странное ощущение — словно кто-то тихо отодвинул занозу, сидевшую там последние годы.
Я сделал шаг в сторону улицы, вдохнул ночной воздух. Было прохладно, но приятно. Запах мокрого асфальта, смешанный с ароматом выжженной травы, отдавал чем-то знакомым и успокаивающим. Я накинул капюшон, словно пряча лицо от чужих взглядов, и пошёл домой.
Улица была полупустая — редкие машины катились медленно, как сонные звери. Ветер колыхал листья на клумбах возле подъездов. Я шагал без спешки. Внутри всё ещё стоял её голос — немного хрупкий, немного неуверенный, но почему-то цепляющий за самое сердце.
Я вспомнил, как мы с ней смеялись над какой-то ерундой в кофейне, и как она неловко поднимала глаза, будто стеснялась собственной искренности. Слишком редко я встречал таких людей, кто не играет роль, а просто живёт, дышит, не скрываясь.
Подойдя к дому, я достал ключи. Металл холодил ладонь, отрезвляя. Я задержался на крыльце, оглянулся. Вдалеке виднелись огни остановки, там кто-то стоял и ждал автобуса. Всё вокруг казалось обычным — но во мне что-то уже изменилось.
Я вошёл в квартиру. Тишина встретила меня привычно: только гул холодильника и щелчки старого реле в коридоре. Скинул куртку, поставил кеды под батарею, чтобы подсохли.
Мама прислала смс:
"Дилан, не забудь завтра позвонить бабушке. И поешь хоть что-нибудь. Целую."
Я усмехнулся — почерк её был чётким, немного угловатым, как всегда. Захотелось обнять её за эти простые слова, но мама уехала помогать своей сестре в деревню.
Я прошёл на кухню, налил воды из чайника. Лёгкий шум крана успокаивал.
Сел за стол, включил настольную лампу. В этом круге света всё выглядело как-то чище. Я достал телефон, чтобы написать Мари, но передумал. Пусть эта встреча останется просто тёплым воспоминанием на ночь.
Я лёг поздно. В комнате было душно, поэтому приоткрыл окно. Лёгкий ветер касался лица, и сон накатывал, как мягкая волна.
Мне приснился странный сон.
Будто я снова стоял на той старой площадке, где мы в последний раз виделись с Линой — моей бывшей. Она стояла напротив, в бежевой ветровке, волосы чуть прилипли к щекам от дождя. В её глазах — всё та же непонятная грусть, которую я так и не научился лечить.
— Почему ты молчал тогда? — спросила она во сне.
— Я не знал, что сказать.
— А теперь знаешь?
— Теперь знаю, что промолчал зря.
Лина смотрела внимательно, будто пыталась добраться до самых дальних моих мыслей. Я отвёл взгляд, потому что стыдно было за ту немощь, за все эти слова, которые не сказал вовремя.
— Я боялась за тебя, — сказала она. — Ты всегда замыкался в себе.
Я хотел объяснить, что просто не умел иначе. Что слишком много в себе держал. Что с детства привык все решать сам даже когда дома было все спокойно. Но во сне слова не подбирались.
Лина подошла ближе. Тонкий запах её духов ударил в память так остро, что я почти проснулся от этого.
— Прости меня, — вырвалось из меня.
— Прощаю, — ответила она, и улыбнулась с таким теплом, какого я не видел больше ни в ком.
Я проснулся с этой улыбкой перед глазами, как с ожогом на сердце.
Утро встретило меня громкими голосами со двора. Открыв глаза, я заметил, что солнце пробивается сквозь занавески. Было рано. Встал, включил чайник, умылся холодной водой. В зеркале под глазами залегли лёгкие тени — всё-таки не выспался.
Я сел с кружкой чая у окна. За окном дети гоняли мяч. В этих их криках было что-то беззаботное, что я всегда завидовал. Я сделал глоток. Горячий чай согрел горло, привёл в порядок мысли.
Я вспомнил про бабушку — надо будет навестить её в эти выходные. Она недавно перебралась жить в деревню, а я должен был проверить, как она обживается. Бабушка всегда поддерживала меня, даже когда остальные говорили, что я странный.
Телефон завибрировал.
"Привет, спасибо, что проводил. Было спокойно." — написала Мари.
Я улыбнулся.
"Спасибо тебе. Как выспалась?"
"Нормально. Будем видеться ещё?"
"Конечно."
Я поймал себя на том, что впервые за долгое время эти слова не пугали. Раньше любое «давай увидимся» звучало для меня как обязанность, как что-то, к чему надо готовиться. С Мари всё было иначе.
Я позавтракал и вышел на улицу. День был свежий, хоть и жаркий. Прохожие шли кто куда, пахло пылью и жареными пирожками от ларька на углу. Я сунул руки в карманы и направился в сторону набережной.
Иногда мне нужно было просто пройтись. Без цели.
По дороге я вспомнил, как когда-то мечтал открыть своё кафе. Когда мне было десять , я думал, что это лучший способ найти своё место — простое, честное, где люди могут просто быть собой.
Может, поэтому я так цеплялся за эту работу бариста — пусть чужое кафе, но всё равно немного моё.
Вечером я решил зайти в спортзал. Тренер кивнул мне при входе, узнал. Я часто задерживался там допоздна. Штанги, запах железа, скрип канатов — всё это помогало выбросить лишнее из головы.
Я переоделся, начал разминаться. На руках всё ещё чувствовался запах мыла из раздевалки, слегка резкий. Сцепил пальцы в замок, потянулся.
Внезапно мелькнула мысль: а что, если позвать Мари как-нибудь вместе потренироваться? Не как свидание, просто — чтобы она почувствовала себя сильнее. В её глазах всё ещё много уязвимости, которую я заметил с первого взгляда.
Я сделал подход на тягу, вдох, выдох. Чувствовал, как кровь разгоняется по венам.
После тренировки вышел на улицу, и ночь снова накатила своим холодком.
Свет фонарей был жёлтым и немного дрожал. Я достал телефон — там не было новых сообщений. Зато воздух вокруг был полон странной, почти праздничной тишины.
Возвращаясь домой, я прошёл мимо окна Мари. Там горел свет. Я задержался на секунду, посмотрел наверх.
«Заснула, наверное», — подумал я.
Дома, уже раздеваясь, я понял, что внутри стало проще. Не легче — проще. Будто я наконец позволил себе перестать притворяться.
Лёг на кровать, вытянулся, уставился в потолок.
Завтра будет новый день.
И пусть я не знаю, каким он будет, я точно знал — я не хочу возвращаться в ту же пустоту, в которой жил всё это время.
В голове крутились слова Лины из сна:
"Иногда, чтобы идти вперёд, надо отпустить прошлое." Я сжал кулаки. Да, пора. С этой мыслью я закрыл глаза, и впервые за долгое время не боялся того, что придёт во сне.