34
Юлия
Меня как будто кипятком ошпарили. Телефон падает на пол, а я так и продолжаю сидеть и смотреть в одну точку, стараясь осознать произошедшее. В горле образуется ком, глаза печет. Не могу сделать вдоха, как будто грудную клетку придавило плитой. Могильной. Бешеный пульс отдает в висках, хочется орать. Я открываю и закрываю рот, не выдавая ни звука. Не могу. Не получается. Меня как будто парализовало! Даня. С. Другой. Женщиной. Касается ее. Что-то шепчет на ухо. Улыбается. А потом...Нет! Не хочу думать! Даня не может так со мной поступить! Он же всегда был честным со мной! И сейчас я хочу отчаянно верить, что он будет верен своим принципам и не вернется в прошлое...
Не знаю, сколько времени я так сижу, но прихожу в себя и тянусь к телефону. Трясущимися пальцами набираю мужа и мысленно считаю гудки, чтобы не сорваться. Один гудок, второй, третий... Но ответа не дожидаюсь. Муж сбрасывает вызов и пишет короткое смс.
«Занят. Буду дома через час».
Не могу больше спокойно лежать. Вскакиваю с постели, руку простреливает болью, но она ничто по сравнению с той, что разрывает меня изнутри. Полосует мое сердце, нанося раны, которые потом ничем не залечить.
Спускаюсь на кухню. Мечусь по ней и сама не замечаю, как оказываюсь стоящей возле микроволновки и разогревающей еду. Я не ела весь день, и меня шатает и мутит. Наверно, поэтому мой мозг решил, что надо подкрепить меня, пока я нахожусь в шоковом состоянии. Но не успеваю прожевать даже первую ложку салата, как желудок скукоживается, и я со всех ног несусь в туалет. Там меня долго полощет, выворачивает на нервной почве. Прополаскиваю рот и плещу в лицо холодной водой. И только тогда я успокаиваюсь и начинаю мыслить рационально.
Я должна верить Дане. Он никогда мне не врал. Так почему сейчас должен изменить своим принципам?! Ведь ясно же, что это фото – чистой воды провокация! Я ведь даже не знаю, сделано оно сегодня или давно! Или это вообще фотошоп! В памяти всплывают кадры с моего дня рождения. Не может мужчина, который подарил мне самую волшебную ночь, так страстно любил и произносил слова, от которых до сих пор алеют щеки, быть за моей спиной с другой. Только не Даня! Хватит себя накручивать! Я должна его дождаться и поговорить обо всем начистоту. Тем более, муж обещал скоро быть. И я начинаю ждать.
Сначала маюсь на кухне, но так больше не могу проглотить ни кусочка, поэтому перемещаюсь в гостиную. Бесцельно смотрю в телевизор, не улавливая сути происходящего на экране. Потом приходит время приема лекарств, и я поднимаюсь к себе. Выпиваю таблетки, снова подташнивает, и я ложусь на кровать с телефоном в руках, чтобы не пропустить звонок от Дани. Да так и засыпаю.
Распахиваю глаза, когда за окном кромешная тьма. Часы показывают полседьмого утра. Даня, скорее всего, уже проснулся, поэтому я подскакиваю, несусь в ванную, наспех чищу зубы и спускаюсь вниз. Я должна застать мужа и начистоту поговорить с ним. И еще раз убедиться, что я – глупенькая дурочка, которая сама себя взвинтила до небес. Натыкаюсь на Даню в гостиной. Он стоит спиной ко мне у окна и с кем-то строго говорит по телефону. Наверно, чувствует мое присутствие, резко оборачивается и впивается в меня взглядом. Задерживается на перебинтованной руке и коротко бросает собеседнику:
– Я перезвоню.
– Доброе утро, – выдавливаю из себя улыбку, внимательно вглядываясь в лицо мужа. Что я там хочу найти? Следы измены? Глупенькая.
– Доброе, Юля. Как ты себя чувствуешь?
– Все хорошо. Дань, нам нужно поговорить...
– Да, нужно. Пойдем в кабинет. Киваю и следую за мужем. Он пропускает меня вперед, проходит к своему креслу, а я осторожно опускаюсь напротив. Открываю мессенджер на телефоне, вывожу фотографию и протягиваю Дане.
– Вчера мне прислали это. Прояснишь?
Муж бросает беглый взгляд на фото и криво усмехается.
– И ты подумала, что я прилюдно изменяю тебе? Несмело киваю, закусывая губу. А Даня смотрит на меня так, что я чувствую себя виноватой. Милохин качает головой – Я и правда не изменяю своим принципам, Юля. Вчера был важный приём. Я замотался, забыл тебя предупредить о нем заранее. А потом этот... несчастный случай. Пришлось идти одному. А не с Региной, как ты думаешь. Нас просто сфотографировали вместе. Так вышло. Я не изменяю в отношениях.
Улыбаюсь, как дурочка, сквозь слезы. Слезы счастья. Я знала! Верила, что Даня не тот человек, который способен на предательство. И теперь мне безумно стыдно, что подумала о нем такое. Но радость моя длится недолго.
– Поэтому мы с тобой разводимся, Юля.
Замираю с этой глупой улыбкой. Хлопаю глазами, а губы медленно ползут вниз. Я жду, что вот-вот муж широко улыбнется, как делает это всегда, и скажет, что это всего лишь шутка. Глупая, неуместная и неудачная. Но время идет, а вид Алана красноречивее любых слов. Отрешенный, равнодушный. И это ранит меня больнее, сильнее той фотографии, что теперь кажется пустяком.
– Развестись? Почему?
– Потому что мы пересекались с Лианой в последнее время, и оба поняли, что наши чувства вспыхнули снова. Я старался сопротивляться, мыслить рационально, но настоящая любовь оказалась сильнее. Поэтому я хочу быть честным с тобой, Юля: мы разводимся, потому что я полюбил другую.
Снова. Слезы катятся из глаз, потому что у меня больше нет сил их сдерживать. Сердце нещадно болит. Невыносимо! Хочется вырвать его и швырнуть в Даню. Пусть оставит себе на память, мне оно больше не нужно. Я умираю, глядя в его равнодушное и безучастное лицо. Когда он стал таким?! Когда смог меня разлюбить?! А любил ли вообще?.. Ведь это я призналась в чувствах сама себе, придумала доброго и хорошего мужа Алана, а он...все это время любил другую.
– А как же контракт с Завьяловым? – предпринимаю последнюю попытку, пытаясь хоть что-то спасти.
– Подписан вчера, поэтому я отпускаю тебя с чистой совестью и спокойным сердцем. Финансово не обижу: я оставлю тебе квартиру, приличную сумму денег и, конечно же, кафе. Отступаю назад шаг за шагом. Мы отдаляемся с Даней. Та тонкая нить, которая связывала нас, с треском рвется.
Разворачиваюсь и убегаю в спальню. Достаю сумку и кидаю свои вещи, все еще надеясь, что муж зайдет, остановит, успокоит... Но у него же там любовь всей его жизни. Разве я достойна того, чтобы обо мне позаботились?! Я же его никогда не прощу. Неужели он не понимает этого?! Не понимает, как делает мне больно?! Не понимает, что я не хочу так жить...без него! Оказывается, Милохин проник в мое сердце гораздо глубже, чем я думала. Это и сыграло со мной злую шутку.
Спускаюсь вниз, Дани нигде нет. Как в тумане надеваю на себя верхнюю одежду и навсегда покидаю дом мужа. Даня стоит на крыльце и курит. Никогда не замечала за ним этой дрянной привычки.
– Юля... Останавливаюсь в надежде, что Даня оправдается, извинится, вернет... – Останься здесь, пока мы официально не разведемся. Тебе нужен уход, помощница по дому за тобой присмотрит. Я все равно завтра улетаю в командировку.
Резко разворачиваюсь. Хочу ударить Милохина а, выместить на муже хоть ту малую часть боли, что сжирает меня изнутри. Но у меня нет сил. Я выпотрошена и сломана. Даня высушил меня до дна.
– Ты издеваешься?! Быть здесь после всего...– мой голос дрожит и срывается. – Чтобы я в окно вышла? Или руки на себя наложила?! Тогда тебе и разводиться со мной не придется. Проблема в виде фиктивной жены устранится сама собой.
На короткий миг в глазах Даня мелькает что-то живое и настоящее. Эмоции. Страх. Но уже в следующую секунду его лицо становится отрешенным.
– Не говори глупости, Юля. Я старался быть предельно честным с тобой: и тогда, и сейчас. Да, я не планировал разводиться. Да, думал, что смогу притереться, жить вместе. И за этот короткий период мне было с тобой хорошо. Но чувства оказались сильнее. Я хочу дать Лиане второй шанс. Нам второй шанс. И не оставить ни единого для нас. Хотя...нас-то и не было. Случайная семья на бумаге для определенных целей и хороший секс. На этом счастья не построишь.
– Дашь ей второй шанс после того, как она убила вашего ребенка? Уверен, что и в этот раз ей нужен ты, а не твои деньги?
Я знаю, что делаю Дане больно. И бью намеренно. Я хочу мести, крови, но слишком слаба, чтобы сделать мужу больно физически. Милохин упрямо поджимает губы, вздергивает подбородок. Ему не нравятся мои слова. А мне плевать. Я не чувствую к нему жалости. Не чувствую ровным счетом ничего. Только что мне без наркоза ампутировали умение любить и сопереживать. Теперь я – эмоциональный инвалид.
– Каждый заслуживает второй шанс, Юля.
Разворачиваюсь и, больше не сказав ни слова, бреду за ворота. Прислоняюсь там спиной к ним и вызываю такси. Благо, машина приезжает быстро, и я навсегда покидаю дом, в котором испытала много разных эмоций. Прошу водителя отвезти меня в центр, в любой отель. Снимаю там номер, оплачиваю сразу на две недели вперед. Время идет, а я просто лежу в номере.
Смотрю в потолок, не отвечаю на звонки, изредка включаю телевизор, чтобы не начать разговаривать сама с собой. Единственное, ради чего я покидаю пределы этих четырех стен – перевязки и снятие швов. Через две недели со мной связывается адвокат мужа и просит приехать. Во мне тлеет надежда, что Даня передумал, наигрался в любовь...что угодно, любая причина. И сейчас он готов меня вернуть. Но и она разбивается вдребезги, а осколки впиваются мне в кожу, нанося глубокие порезы. Меня вызывали, чтобы просто подписать документы, и уже завтра я стану свободной женщиной. А Даня...
Он даже не явился на развод.