III: Глава 4
Глава 4
На следующий день уроки всё ещё казались новинкой. Это особенно отчётливо чувствувалось, когда первым уроком стояла Травология. Теплица всегда выглядела как обитель, не свойственная волшебникам, скорее больше подходящая для фей. И сама мадам Чесноук была главной из них.
Её бескрайний энтузиазм легко мог посоревноваться с энтузиазмом профессора Уизли, с таким воодушевлением она рассказывала про каждый выращенный ею или её подопечными черенок. Кто бы мог подумать, что спустя столько лет преподавания, можно сохранить это неподдельное восхищение своим предметом и, конечно, успехами своих учеников.
Гвен начала утрачивать интерес к растениям ещё на прошлом курсе, но не могла закрыть глаза на их практическую пользу – ведь зелья являются мощным магическим инструментом наравне с заклинаниями, Шарп заставил её хорошо запомнить это. И учитывая бесконечные тревоги, которые её окружают, она была настроена впитывать любые знания как губка.
Но даже счастливый вид мадам Чесноук не мог заставить Гвен полностью забыть произошедшее вечером в гостиной. Перешёптывания за спиной, косые взгляды когтевранцев, Гвен скормила бы руку Китайской жующей капусте, если бы смогла прекратить всё это. А потому улыбка, то и дело появляющаяся на её лице, казалась странной, будто сама она всё время была где-то далеко. Леандер Пруэтт, что сидел с ней за одной партой, испытывал странную неловкость, как будто не знал, как подступиться к соседке, завязать разговор. Он и раньше всегда чувствовал себя как-то неуместно с ней, ведь его подначивания и броски в сторону Себастьяна не работали, но сегодня с ней было что-то не так, и это заставляло его большую часть урока просто молчать.
По пути на Древние Руны и Нумерологию Оминис и Гвен слушали сокрушения Себастьяна по поводу Гигантской Тентакулы, которую он пытался вырастить в теплицах на каникулах. По его словам, мадам Чесноук должна была хоть как-то зачесть ему это за труды и не снижать оценку за урок.
- Ну, Тентакула всё-таки совсем не тоже самое, что Волчий корень, согласись. – улыбнулась ему Гвен.
- А как же поощрение старания? Я мог бы тогда лучше заниматься чем-то более интересным.
- Это чем же? – смерила его взглядом она.
- Хотя бы руны изучать. – пожал плечами он.
Она пространно улыбнулась.
- Что? – спросил он, покосившись на подругу.
Её веки мягко сомкнулись и разомкнулись, прежде чем она ответила.
- Я и подумать не могла, что мне может не хватать дома твоих стенаний из-за учёбы.
- Вот видишь. Всё-таки не только по моему лицу ты скучала. – усмехнулся он, - И не мудрено, у меня ведь с ним всё в порядке.
- Мне кажется, - шепнула Гвен Оминису, - ему нужно меньше сидеть с Имельдой в Большом зале. Её аура дурно на него влияет.
Оминис прыснул, а Себастьян сделал вид, что не услышал, хоть это его и совсем не задело. Они шли дальше по коридору, их мантии развивались при ходьбе. И школьная форма казалась такой странной на этих почти уже взрослых фигурах.
- Ты сегодня будто бы тише. – негромко заметил Оминис в сторону Гвен, - Всё в порядке?
- Да, в полном. – тут же ответила она.
- Я слышал, как Саманта говорила...
- Не стоит. Всё нормально. – резче прервала его она, - Пускай.
- Ладно. – пожал плечами он, - Хорошо позаниматься, увидимся за обедом.
Оминис свернул на лестницу в сторону кабинета Нумерологии, и Гвен с Себастьяном остались вдвоём. К седьмому курсу количество желающих послушать лекции по рунам стало ещё меньше, а потому вокруг них шныряли по большей части школьники младших курсов.
Себастьян внимательно посмотрел на Гвен. Её лицо не выражало особого беспокойства, и она просто шла рядом, глядя куда-то вперёд и стараясь не споткнуться о местных кошек, судорожно шныряющих под ногами во время каждой перемены. Они почему-то особенно любили путаться под ногами именно в этом коридоре.
Себастьян Сэллоу ведь тоже слышал перешёптывания за спиной подруги. И разговор Саманты с Констанцией. И прекрасно видел, как Леандер мялся возле неё весь урок, словно она могла его уколоть, как кактус. Зачем же она снова всё держит в себе? Глупое желание оградить их от её личных проблем? Как будто она не знает, что для них... для него...
Мысленно он не мог отрицать, что она справится сама. Но даже если она хотела бы – он не хотел. Он сделал полшага к ней и коснулся её руки, будто случайно, само собой. Гвен вздрогнула и посмотрела на него, и стоило ей поймать секундное замешательство, как он крепко сжал её кисть в своей, упорно глядя куда-то в сторону.
Себастьян надеялся, что она скажет что-нибудь, но она молчала, не отнимая руки. И когда, подталкиваемый гулкими ударами в груди, он уже собирался что-то сказать, сам ещё не зная, что, её пальцы сжали его кисть в ответ. Не сильно, но крепко.
Он посмотрел на неё. Гвен не ответила ему тем же, но опустила взгляд, мягко улыбнувшись себе под нос.
После Древних Рун друзья снова встретились за обедом. Вокруг было много обсуждений предстоящего выбора чемпионов Турнира. До ушей Гвен долетали как сомнения, так и бахвальства тех, кто планирует участвовать. Весь этот шум казался будто невыносимым.
Девушка знала, что встретиться с друзьями в крипте, когда собралась уже уходить, но столкнулась со своими закадычными слизеринцами.
- О, а вы тоже так быстро пообедали? – удивилась она.
- Себастьяну зачем-то приспичило в библиотеку. – хмуро произнёс Оминис.
- Не зачем-то, я хочу взять книгу по Турниру, пока её не взял кто-то другой.
- Уже наверняка давно забрали и растащили по страничке. – сухо заметил Мракс.
- Иногда мне кажется, что тебе уже за восемьдесят, просто у тебя какой-то волшебный крем для лица. – бросил Сэллоу.
- Да, и учусь я настолько плохо, что до сих пор только до седьмого курса добрался, олух.
- Кто олух? Ты? Да.
- Иди уже. – Оминис толкнул друга в плечо. Тот усмехнулся.
- Увидимся позже.
Они встретили по пути Анну, которая после окна между уроками спешила на Прорицание, и довольно быстро. Несмотря на то, что она в общей сложности хорошо сдала СОВ, профессор Онай не очень-то была довольна её оценкой по своему предмету, и Анна уже предчувствовала особенное давление от этого преподавателя.
Оминис и Гвен проводили её до лестницы и отправились в свою обитель, делать уроки и дожидаться возвращения брата и сестры.
После окончания урока Анны, половина домашнего задания, заданного трио, уже была выполнена. Несмотря на то, что Себастьян не достал желанную книгу, настроение у него было приподнятое, и он помог Гвен с практикой по Трансфигурации, которая давалась ей ненамного легче Заклинаний.
И, влекомые любопытством, ближе к вечеру все четверо направились в небольшой зал, недалеко от бывшего кабинета профессора Фига, где расположился самый будоражащий воображение артефакт, на данный момент расположенный в замке.
Зал был небольшой, его часто использовали для внеклассных практических занятий, но сейчас здесь было убрано. Скамьи располагались по периметру зала вдоль стен и окон, давая больше пространства для воззрения на каменного дракона, чья пасть была разинута и готова проглотить всё, что попадёт на его каменный язык.
Здесь была настоящая толпа. Не только семикурсники, но и многие курсы младше пришли посмотреть на тех отважных смельчаков, которые вложат своё имя в пасть дракона, в надежде стать представителем своего факультета. Кто-то разглядывал статую, кто-то настраивался подойти, кто-то сидел на скамье поодаль и делал вид, что читает.
- Кто бы мог подумать, что здесь будет столько людей... – разочарованно проговорила Гвен.
Когда они проходили мимо, вперёд вышел Леандер Пруэтт. Позади него с кривыми усмешками стояли Гаррет Уизли и Крессида Блюм, они целых полчаса пытались убедить Леандера попробовать. Но как только он заметил вошедшего в зал Сэллоу, сомнения словно испарились. Он гордо вышел из толпы и подошёл к морде зверя, устремив карие глаза на его зубы. От волнения он скомкал бумажку со своим именем и вложил в пасть нечто, напоминающее брошенную обёртку от конфеты.
И замер. Как и всё. В ожидании.
Дракон встрепенулся, заставив Леандера вздрогнуть и отступить. И, щёлкнув зубами, проглотил бумажку.
Раздались аплодисменты, в основном со стороны гриффиндорцев. Хотя по лицу Нелли Оггспайр легко можно было догадаться, что она не очень-то хотела бы видеть именно Пруэтта чемпионом своего факультета.
Леандер бросил взгляд на Себастьяна. То пугливый, то заносчивый, сейчас он был серьёзным. Словно он всем своим видом пытался обозначить, что готов сразиться. В куда более жестоких условиях, чем дуэль в кабинете Защиты от Тёмных Искусств. И Себастьян с вызовом посмотрел на него в ответ.
Когда гриффиндорец отошёл, Себастьян, усмехнувшись, посмотрел на друзей.
- Интересно, на что он вообще рассчитывает?
- Леандер? – удивилась Анна.
- Как будто у него есть хоть какой-то шанс стать участником Турнира. – говорил он с усмешкой.
- Кажется, он бросил тебе вызов. – подхватила Гвен.
- Я думаю, Себастьян не настолько глуп, чтобы ввязаться в это всё из-за Леандера. – проговорила Анна, - Тем более, что у него действительно не самая лучшая репутация, даже среди Гриффиндора.
- Я думаю, у Гаррета куда больше шансов быть избранным, чем у Леандера. – подхватил Оминис.
- Не думала, что тебе нравится кого-то травить. – покосилась на парня Сэллоу.
- Это не травля, это правда. И Леандер тоже это знает. Как например, Данкан Хобхаус знает, что все считают его трусом, но делает вид, что не догадывается.
- Как жестоко. – нахмурилась Гвен.
- Зато честно. – пожал плечами Себастьян.
Ученики уже понемногу начали расходиться, насмотревшиеся на драматические выходы старших к дракону, когда от Пуффендуя вперёд вышла Ленора Эверли и предельно осторожно вложила аккуратно сложенный листок на язык статуи. Дракон не заставил себя ждать и проглотил поднесённое ему угощение. И в этот самый момент дубовые двери зала резко отворились, и в помещение вошла Имельда Рейес. Похоже она рассчитывала на особый эффект от своего появления. За ней с нескрываемым любопытством следовали Нерида Робертс, некогда бывшая её хорошей подругой, и Грейс Пинч-Смедли.
Имельда не на секунду не отводила целеустремлённых глаз от морды дракона, пока шла к нему через весь зал, собирая удивлённые такому появлению взгляды одноклассников. Она выхватила из кармана заранее приготовленный клочок пергамента и опустила статуе на язык, подобно своим предшественникам.
- Да, драматизма ей не занимать. – фыркнула Анна.
- И не говори. – тихо усмехнулась Гвен.
Дракон зашевелился и принял подношение. Имельда окинула взглядом всех, кто смотрел на неё, словно говорила, что все здесь проиграют, если, то есть, когда дракон выберет её. Но её самодовольный взгляд всё-таки задержался на ухмыляющейся Гвен.
- Что, Когтевран, готова встретиться со мной на Турнире? – бросила Рейес.
- Я предполагала, что ты Гриффиндор, Торнфилд, но никак не Когтевран. – разнёсся уже знакомый низкий женский голос по залу.
И все затихли.
Прямо за Рейес, среди толпы учеников стояла, заложив руки за спину, Теодора Руквуд. На ней был длинный тёмно-бордовый плащ, по крою напоминающий мужской, высокие сапоги и брюки. И теперь, в тёплом оранжевом свете канделябров можно было хорошо разглядеть её лицо.
С возрастом Гвен не ошиблась, ей было около пятидесяти. Тёмно-карие, почти чёрные глаза жёстким прямым взглядом смотрели прямо на неё. И в этих отмеченных морщинами чертах читалось семейное сходство. Особенно, когда её прямые тёмные брови так сильно опускались на глаза.
Имельда потеряла спесь и тут же отступила в сторону. А Теодора шагнула вперёд.
- Я давно ждала встречи с тобой. – холодно проговорила женщина, медленно, не доставая рук из-за спины, шагая к ней, - С той девицей, что убила моего брата.
У Гвен перехватило дыхание.
Сестра.
Она сестра Виктора Руквуда.
И она мерно приближалась к ней, оставляя после каждого своего шага разносящееся от стен эхо. Дрожь практически сковала тело Гвен, она не раз смотрела в лицо опасности. И даже в лицо Виктору Руквуду, но... Почему-то сейчас было всё иначе.
- Ваш брат напал на меня. – совладав с собой, произнесла девушка, подняв синие глаза.
- Неужели? – с наигранным удивлением произнесла Теодора, - И поэтому ты безжалостно и холоднокровно убила его, так?
- Это он хотел убить меня. – не повышая тона, ответила Гвен, так твёрдо, как могла.
- Тебе повезло, что его молодая вдова успела родить ему сына. – как будто не слыша, продолжала Теодора, - Иначе, род Руквудов прервался бы из-за какой-то грязнокровки.
Нутро Гвен будто обдало холодом. Внутренняя готовность к бою, отразить любой удар, будто бы разбилась, со звоном ударившись о пол. И губы её разомкнулись, в надежде вдохнуть ставший колючим воздух.
Она была уже в паре метров, когда Себастьян сделал шаг вперёд и заслонил собой.
- Не подходите к ней. – бросил он, сжав кулаки, в любой момент готовый выхватить палочку.
Руквуд остановилась. Её каменное лицо изобразило подобие улыбки.
- Надо же, рыцарь. – с ехидством проговорила она, но даже не удостоила его вниманием, - А ты? – она снова обратилась к Гвен, что продолжала взирать на неё из-за фигуры Себастьяна, - Посмотри на себя. Прямо львица среди гиен. – она оценивающе оглядела зал со школьниками, - А хватит духу подойти ближе и посмотреть мне в глаза? Или в глаза моему племяннику после того, что ты сделала?
Она уловила взгляд девушки. И он больше не был таким стойким, от чего её тонкие губы тронула едва заметная улыбка.
- Ваш брат был пособником Ранрока. – жёстко сказал Оминис, тоже выступивший вперёд.
Она хотела было проигнорировать, но холодность в словах этого странного, несколько зловещего слепого школьника, всё же заставила её ответить.
- С кем не бывает, младшие братья всегда попадают под дурное влияние. – спокойно ответила Теодора.
- Виктор Руквуд проклял мою сестру. – отчеканил Себастьян, глядя на женщину из-под густых бровей.
- Себастьян, не надо. – попыталась остановить его Гвен.
- Он пытался убить мою подругу. Всё, что с ним случилось после – результат его собственных решений. Он полностью заслуживал смерти.
Теодора замерла, как бы пробуя послевкусие столь неожиданно острых слов.
- Какие громкие речи. Как тебя зовут, мальчик?
Сердце Себастьяна бешено колотилось.
- Меня зовут Себастьян Сэллоу. И я очень жалею, что его убил не я.
Она сделала шаг к нему на встречу.
- Мы с братом не были особенно похожи, но кое в чём я с ним солидарна. – медленно, словно её нужно было, чтобы он понял каждое слово, протянула она, - Детей должно быть видно, но не слышно.
Страх волной окатил Гвен. Она видела, как резко он поднял подбородок, как схватился он за рукоять волшебной палочки. Такой неконтролируемый, всепоглощающий гнев разлился по его груди, что ещё мгновение, и запретные слова могут вновь сорвутся с его губ.
- Себастьян. – прошептала она, осторожно положив руку на его напряжённое плечо, - Прошу, не надо.
Звук её голоса. Будто кто-то произнёс «Люмос» в кромешной темноте. Он повернул голову и бросил пылающий взгляд через плечо, желая хоть краем глаза увидеть её образ. И невольно его напряжённые плечи стали медленно опускаться.
- Я здесь не для того, чтобы слушать юношеские истерики. – равнодушно заявила Теодора.
Себастьян почувствовал, как сознание вновь крепнет в его голове. И как бы сильно он ни хотел применить к этой старой карге Круциатус, он сделал глубокий вдох, и вновь посмотрел на неё.
- Зато стоите посреди школьного зала и угрожаете школьнице. – отрезал Себастьян, - Высоко берёте, мисс Руквуд.
Неожиданно в глазах женщины сверкнул холодный огонь, хотя лицо её как будто не шелохнулось. Но на мгновение она замерла, и долго вглядывалась в лицо Себастьяна, прежде чем заговорить вновь.
- Я запомнила тебя, Сэллоу. – сказала она, надевая на руки кожаные перчатки, - А ты, Торнфилд.
Она попыталась выловить взгляд Гвен, но Себастьян двинулся в сторону, заслонив её полностью. В голове у него пульсировало, рукоять палочки была разогрета до передал вспотевшей ладонью.
И ему уже было плевать, он был готов ко всему.
- Встретишься с опасностью на моём поле? Или кишка тонка? – она усмехнулась одними губами. И направилась прочь, совершенно не замечая, что помимо них в комнате был кто-то ещё.
- Неужели она так бесстрашно угрожала тебе при десятках учеников?! – в праведном гневе говорила Анна через несколько минут в крипте, - Она не боится, что её арестуют?
- С чего бы? – холодно заметил Оминис, - Она ничего не сделала, более того, у неё есть личные основания ненавидеть Гвен. Да и к тому же она работник Министерства, а профессор Блэк с ней в дружеских отношениях. Дальше сплетен эта история не пойдёт.
- Порой меня пугает, как ты хладнокровно рассуждаешь о таких вещах. – тише сказала гриффиндорка, - А если она нападёт на Гвен.
- Она не посмеет. – резко сказал Себастьян.
- Почему ты так уверен?
- Она не дура. – просто сказал он, - Она при всех заявила о себе не для того, чтобы потом легко попасться.
- Значит, ты всё же думаешь, что она может навредить ей?
- Не может. – вдруг сказала рыжая.
Все замолчали.
- Гвен? – произнёс Оминис.
- Она ждёт, что я буду участвовать в Турнире. – продолжила она, глядя куда-то вперёд, - Но я не буду. Вот и всё. – девушка пожала плечами, - Всё должно быть в порядке. – она попыталась улыбнуться.
И посмотрела на Себастьяна. Но его взгляд был такой... внимательный, прямой. Что она невольно отвела глаза. Словно боялась, что он увидит что-то там, в глубине.
- Ты меня этой улыбкой не обманешь, Гвен. – сложив руки на груди, сказал Себастьян.
- Да что вы заладили. – отмахнулась она, натягивая на лицо бодрость, но потом тяжело вздохнула, - Просто... Я так устала от всего этого. И Руквуд совсем не помогает своими угрозами.
- Ей тебя не достать.
- Да. – тихо сказала она, и замолчала на несколько мгновений, словно значение этих слов доходило до неё медленнее обычного, и чуть сильнее сжала пальцами край дивана, - Да, я знаю. Наверное. Хотелось бы, что никто и не пытался меня достать. – протянула Гвен.
- Мне бы твою уверенность. – подхватила Анна.
- Я не уверена, просто...
- Ну всё. – бросил Себастьян и поднялся с дивана, - Год только начался, а на тебе уже лица нет. Да и на вас двоих тоже. – сказал он, бросив быстрый взгляд на Анну и Оминиса, - Нам нужно отвлечься.
- Ты думаешь, это подходящее решение? – с сомнением посмотрела на него сестра.
- А почему нет? Теодора вполне могла хотеть именно этого – загнать нас в угол и тревогу. С чего мы должны ей это позволить? Тем более, что мы ничего не можем сейчас предпринять против неё. – сказал он с напускной лёгкостью, но выглядел вполне естественно.
- Что ты предлагаешь? – устало протянул Оминис.
- Просто отвлечёмся. – пожал плечами Сэллоу.
- И на что? – продолжал с раздражением Мракс.
- Ну-у, - Себастьян изобразил задумчивость, - например, я могу вам показать своё летнее открытие.
Оминис сложил руки на груди и усмехнулся.
- Ты не мог дождаться более подходящего момента, гений?
- Я и так его искал слишком долго!
- Ну давай уже. – сказала Анна и перегнулась через Оминиса, чтобы шепнуть Гвен, - Он скоро уже лопнет от нетерпения похвастаться.
- Я всё слышу.
- И поделом тебе. – нехотя, но всё же усмехнулась сестра, планировавшая сохранять серьёзность.
Хотя Анна была рада любой возможности просто почувствовать какую-то полудетскую непосредственность, даже если не хотела сейчас это признавать.
- Так показать? – он загадочно улыбнулся.
- Покажи. – усмехнулась Гвен, глядя на его широкую самодовольную улыбку, - Давай! Мы же ждём.
- Уговорили.
- Пижон. – пробормотал Оминис себе под нос.
Себастьян поднялся и демонстративно скинул с себя мантию, поправив полосатый серебристо-зелёный галстук. Он вытянул вперёд руки, словно хотел оттянуть рукава. И достал палочку.
- Годриково сердце. – закатила глаза Анна, - И этот идиот мой брат.
- Готовы? – сказал он с улыбкой.
- Да! – хором ответили друзья с дивана.
- Ну хорошо.
Он посмотрел на свою волшебную палочку. Мысли беспорядочным ворохом роились в его голове. Как бы сильно он не старался сделать вид, что Руквуд действительно не была им угрозой, он не мог этого знать наверняка. Эта её угроза Гвен... Неясное беспокойство цепко хватилось за его нутро, и он знал, что, если не отпустит это хотя бы сейчас, у него ничего не получится, и весь задел на представление пойдёт насмарку. Нужно было очистить разум. Убрать плохое. Он пытался сосредоточится. И опустил взгляд на Гвен.
Как она смотрела на него... В этом синем взгляде было всё: искренняя улыбка, тепло, тонкая, но ощущаемая кожей нежность, и самое главное – ожидание чуда.
И как же она была красива.
Анна не могла не заметить, направление его взгляда. И тихонько покосилась на Гвен.
Себастьян взмахнул волшебной палочкой в воздухе. И поднял её вновь.
- Экспекто, - взмахнул он палочкой над головой, - патронум.
И белый, слегка голубоватый свет вырвался его палочки. А вместе с ним и комок света. Он полетел по комнате, ведомый нитями из кончика волшебного инструмента, и с каждым движением обретал всё более различимые очертания.
- Это... это лисица? – спросила Гвен, на лице которой был практически детский восторг.
- Да. – довольно сказал Себастьян.
- Что это? – внимательно следя за магическим зверем, спросила рыжая.
- Это телесный Патронус. – сказал Оминис, слегка оторопев.
- Патронус? – обратилась она к другу, - Постой, ты же не видишь его, откуда ты...
- Я слышу. И это ни с чем невозможно перепутать. – проговорил он, - Это мощная позитивная энергия. И довольно сложная магия... Такому не учат в школе. Во всяком случае, пока не учили. – он повернул лицо к Себастьяну, - Знаешь, тут даже я впечатлён.
- Ну, о более высокой оценке я и мечтать не мог. – усмехнулся Сэллоу и взмахнул палочкой. Свет пропал.
- Почему лиса? – спросила Гвен, - Это такой его образ?
- Нет, он у каждого свой. – сказал Себастьян.
- Патронус изображает того зверя, который ближе к тебе по духу. – объяснил Оминис, - Но и со временем он может меняться.
- Выглядит... - она перевела улыбающийся взгляд на Себастьяна, - поразительно.
Губы Сэллоу растянулись в поистине широкой улыбке.
- Если хочешь, могу как-нибудь научить. – ответил он, глядя ей прямо в глаза.
- Да. – отрывисто кивнула она, - Было бы здорово.
Их глаза на мгновение дольше задержались друг на друге, прежде чем нехотя разойтись.