III: Глава 3
Глава 3
Гвендолин Торнфилд открыла глаза. Косой утренний свет пробивался через мелкую готическую расстекловку окон в башне Когтеврана, а неровные стёкла отбрасывали солнечных зайчиков на стены и сводчатый потолок спальни для девочек.
Сердце девушки странно приятно поёжилось от окружившего её ощущения тепла. Она здесь. Она снова здесь, в Хогвартсе. Неужели это снова произошло с ней? И её впереди ждёт целый год... Целый учебный год!
Но... последний.
Эта мысль больно уколола её, заставив остатки сна полностью испариться с её сонного лица.
Она нежно любила свой маленький домик, спрятанный в тени родительского особняка. Но никакое тёплое чувство, испытанное ей дома, не могло сравниться с тем, что она чувствовала здесь. И чем сильнее она это осознавала, тем страшнее было понимать, что эти стены принимают её в последний раз.
Утренняя суматоха, сборы учебников, завтрак, беготня по коридором. Такие рутинные вещи, которые превращают спокойное утро в катастрофу почти каждый раз. Но сегодня они были как глоток свежего воздуха, как возвращение к жизни. По крайней мере, для Гвен.
Зельевариения. Предмет, который мог напугать кого угодно, если он стоял самым первым после длительных каникул. Но к седьмому курсу большинство учеников привыкло к тяжёлому и испытующему взгляду профессора Шарпа.
Минуты утра быстро утекали, а класс неизбежно наполнялся учениками. Все эти знакомые лица, которых Гвен была так рада видеть, независимо от связывающей их воспоминаний. Она улыбнулась даже Имельде, которая с оторопью проводила её взглядом вплоть до стола.
Себастьян был уже там и раскладывал свои ингредиенты для зелий по мешочкам, когда Гвен подошла к своему котлу, прямо рядом с ним.
- Привет. – сказала она.
- Привет. – сказал он и криво улыбнулся, - Как спалось?
- Лучше, чем дома. – с улыбкой ответила Гвен.
- Могу понять. – ответил он, - Ну, теперь тебя ждёт целый учебный год отсутствия балов и платьев, каменных стен, сырых подвалов и самых холодных на свете ночей.
- М-м, звучит, как воплощение мечт. – усмехнулась она.
- О, ещё бы. – протянул он.
Их улыбающиеся глаза встретились. Это было таким странным – вернуться за эту самую парту после всего, что они пережили в прошлом году. После этих предательски коротких летних дней. Словно они не были здесь не несколько месяцев, а годы. В этих озорных юных взглядах играло что-то тонкое, что-то странно приятное, прозрачное. И это что-то заставило Гвен, всё так же улыбаясь, отвести взгляд.
Но Себастьян не отвёл своих карих внимательных глаз. Они скользили по её веснушестой щеке, по длинным и пышным рыжим волосам, рассыпающимся по плечам и убранным у лица, по её такому до боли знакомому профилю. И он даже не услышал, как со стуком распахнулась дверь и по классу разнёсся звук безошибочно узнаваемых из-за хромоты шагов.
- Добрый день, класс! – произнёс Эзоп Шарп, проходя мимо уже почти взрослых лиц.
Он подошёл к своему столу и выдержал паузу, оглядывая обращённые к нему лица. Аделаида, Шарлотта, Амит, Имельда, Кристофер, Натсай, Эверетт, Оминис, Анна, и даже Гаррет Уизли пристально смотрел на него, ожидая начала урока. Но его пытливый взгляд зацепился за щёку Себастьяна Сэллоу, которую он наблюдал вместо его устремлённых к преподавателю глаз.
- Мистер Сэллоу. – отчеканил Шарп.
Мягкая улыбка моментально испарилась с лица слизеринца, и он устремил взгляд на профессора. Гвен невольно покосилась на соседа по парте.
- Я понимаю, что за прошедшее лето вы ещё больше убедились в собственных знаниях всего и обо всём. – продолжил Шарп, - Но хочу вам напомнить, что в этом году вам сдавать ЖАБА, от чего будет зависеть ваша дальнейшая судьба. Я помню ваши высокие оценки за СОВ, но не думайте, что в этот раз сможете отделаться так просто.
- Да, сэр. – холодно ответил парень, с вызовом гладя на учителя.
- Я буду пристально следить за вашими успехами, вы не сомневайтесь. – сказал он, - Если вы такого высокого о себе мнения, что даже не изволили обратить на меня внимания, значит и ваша успеваемость должна быть такой невероятной, что я потеряю дар речи. Именно этого я жду от вас в этом семестре, мистер Сэллоу. – он не дал Себастьяну оставить последний штрих за собой и повернулся к классу, - Итак, юные волшебники и волшебницы. Я понимаю, что вы уже взрослые, но...
Гвен сделала шаг к Себастьяну и коснулась плечом его плеча.
- Профессор Шарп в своём репертуаре. – шепнула она и бросила примирительный взгляд на Себастьяна.
- Вот прицепился. – процедил Себастьян сквозь зубы.
- Брось, не бери в голову.
- А ты бы не взяла?
- Я бы? – удивлённо заморгала Гвен и игриво улыбнулась, - Хм. Я бы восприняла это как личный вызов.
Себастьян усмехнулся.
- Вот и я не вижу другого способа утереть этому мистеру «вы у меня на карандаше» нос. – он зло покосился на профессора. Ему самому не понравилось так отзываться об учителе, но профессор Шарп...
- Жажда знаний? М-м. Неплохо для Слизерина. – бросила она, отодвинувшись к своему котлу.
- Но недостаточно для Когтеврана?
- Не-а, недостаточно. – фыркнула она.
- Поглядим.
Переход от Зельеварения в кабинет по Защите От Тёмных Искусств занимал немного времени, но со вчерашнего вечера накопилось столько тем для разговоров, что коридоры буквально гудели, сводя немногочисленных семикурсников с ума.
- А квиддич всё-таки отменили в этом году. – сказал Оминис, стараясь делать вид, будто он не идёт, держась за руку с Анной.
- Откуда ты знаешь? – удивилась Гвен.
- Никто таких заявлений не делал. – с сомнением посмотрела на него Анна.
- Да, видимо Блэк решил, что не хочет слышать возмущённые возгласы в зале и закончил на хорошей ноте. – проговорил Мракс, - Но от на доске объявлений всё повесили ещё вчера, во время ужина.
- Имельда весь остаток вечера сокрушалась. – усмехнулся Себастьян, - Всю гостиную на уши поставила своей истерикой.
- Эх, жаль. – протянула Гвен, вздохнув.
- Ничего, после школы тоже можно вступить в команду и играть. – подбодрила её Анна.
- И не обязательно в профессиональную, есть много любительских, если ты не хочешь шума и соревнований. – подхватил брат.
- Я понимаю. Но всё же жаль, что у меня не будет больше шанса обыграть Имельду в матче. – проговорила рыжая, улыбнувшись.
Себастьян бросил на неё улыбающийся взгляд.
- Дух соперничества? М-м. Немного по-слизерински.
- Да ну? – ехидно улыбнулась ему она.
- Не знаю, по-моему, квиддич – не слишком приятная игра. – проговорила Анна, - Особенно, когда у тебя есть счёты с кем-то вроде Рейес. Она готова играть... слишком жёстко. И порой не слишком честно. Это просто опасно.
Гвен посмотрела на Анну. Она никогда не думала об игре в таком ключе. Только... о полёте, о технике, о скорости. Но не об опасности. Такое частое слово, которое казалось, ходит за ней хвостом, не давая остаться наедине. Но было к нём и что-то такое родное. Все эти увороты от бладжеров, трюки, петли, бешенная скорость, с которой нужно гнаться за снитчем. И сердце её забилось быстрее.
- Да, это опасно. – сказала она уже на пороге двери в класс, - Именно поэтому это так весело.
Торнфилд и Сэллоу встретились знакомыми искрами в глазах.
После общения с потрясающей, по мнению Гвен, профессором Диной Гекат, ученики отправились в класс Трансфигурации.
Как же было приятно видеть профессора Уизли! Гвен мельком видела её в Большом зале, но это никогда не могло сравниться с её искреннем восхищением собственными уроками и трансфигурацией – как видом колдовства.
К всеобщему удивлению, Матильда Уизли, в отличие от профессоров Шарпа и Гекат, не стала требовать от учеников повторения знаний шестого курса, а сразу приступила к новой теме. Непонятно, толи ей самой так сильно хотелось рассказать что-то новое, толи она действительно верила в крепкую память своих подопечных.
И когда последний урок этого первого суматошного дня закончился, ученики странным образом не почувствовали себя уставшими. Почти. Много информации, учебники, учителя, ежечасное упоминание надвигающегося экзамена ЖАБА – как будто это всё должно было сработать на учеников как призыв к панике. Но новизна учёбы после лета ещё не прошла, и школьники будто непроизвольно романтизировали всё происходящее.
Четырём семикурсникам не нужно было долго думать, чем заняться после такого насыщенного впечатлениям дня. Они только обменялись многозначительными взглядами, выходя в ещё тёплый Двор Трансфигурации, и направились туда, где двое из них не были целое лето – в их тихий уголок, в крипту.
Тайный проход встретил их знакомым едва уловимым запахом сырости и темнотой каменной лестницы. И когда они вышли из мрачного тоннеля, крипта словно заключила их в свои вековые объятья.
Каменные стены, колонны, сводчатый потолок и весящие под ним канделябры – всё было неизменно и так по-семейному знакомо. Но самым тёплым местом этого каменного помещения без единого окна был просиженный старый диван, импровизированный камин и ковёр, рисунки на нём всё ещё изображали рыцаря и дракона, которые всё также упрямо не двигались.
- Как же я скучала по этому месту. – выдохнула Гвен, подойдя к дивану и оглядывая каменные своды потолка.
- Неужели крипта тебе милее твоего домика? Там даже цветами пахнет почти всегда. – удивилась Анна.
- Не поверишь, но да. – улыбнулась ей девушка.
Себастьян по своему обыкновению плюхнулся на диван.
- Как же в Хогвартсе хорошо, когда нет столько людей. – протянул он.
- Могу себе представить. – фыркнул Оминис, - Можно пробраться в Запретную секцию библиотеки, когда вздумается.
- Если бы! – искренне возмутился Себастьян, - Мадам Пергамм наоборот лучше бдит за дверью, когда знает, что в школе не действует комендантский час и наполняют её только ученики по фамилии Сэллоу.
Гвен засмеялась.
- Могу себе представить! Бедная библиотекарь! Даже летом ей нет покоя.
- Да я не так уж и настаивал. – сказал Себастьян, закинув руки за голову, - Когда мы взялись за подработку в Хогсмиде, стало совсем не до библиотеки.
- Хогсмид! – опустилась на диван рядом с другом Гвен, широко улыбаясь, - Надо бы сходить туда на ближайших выходных. Я соскучилась по нему. Тем более хотела сходить к мистеру Уиксу, но, правда, его изобретения мне уже не пригодятся в этом году. – она тоже откинулась на спинку дивана, - И всё из-за Турнира.
- Вообще странно, что Блэку позволили провести свой турнир. – сказала Анна, скрестив руки, - Это как будто неправильно.
- Почему? – удивилась Гвен, посмотрев на гриффиндорку, - А что это вообще за Турнир такой?
- Мерлин, я и забыла, что ты не знаешь.
- Турнир Трёх Волшебников. – сказал Себастьян, - Его учредили в знак дружбы между крупнейшими школами магии – Дурмстрангом, Шармбатоном и Хогвартсом. Несколько веков он проходил раз в пять лет в одной из школ.
- Его участниками были ученики каждой из школ – по одному из каждой. – добавил Оминис, - Но в последние годы Министерство начало делать исключения, и иногда участниками становились и более мелкие школы.
- Тогда почему его всё-таки запретили? – всё недоумевая, спросила рыжая.
- Из-за... опасности испытаний. – уклончиво ответил Сэллоу, - Несчастные случаи стали происходить так часто, что Министерству пришлось признать, что Турнир опасен.
- Странно, что они объявили о его запрете только перед началом следующего. Хотя в этом весь Спэвин. – фыркнул Оминис.
- Я считаю, что ключевой проблемой стало как раз то, что Министерство позволило участвовать в нём другим школам. Их ученики просто не имели должных знаний, чтобы участвовать. – бросил второй слизеринец.
- Ты говоришь об этом так, будто это сущий пустяк, Себастьян. – сказала Анна с ноткой раздражения и сверкнула карими глазами в сторону брата, а потом посмотрела на когтевранку, - Это не просто «игра», Гвен. Участники умирали на этом Турнире. Именно поэтому его запретили.
Гвен на несколько мгновений задумалась. Волшебники зачастую казались ей гуманнее маглов, несмотря на некоторые слои. Даже в случае с гоблинами – они всё-таки доверили обширную металлургическую область гоблинам, как и свои вложения – Гринготс самый крупный и надёжный банк в Великобритании. Но здесь... Сама идея будто не вязалась со всем, что она знает про волшебников.
- Может быть в этот раз всё будет по-другому? – предположила Гвен.
- С чего бы? – удивилась Анна.
- Это всё-таки наш локальный «праздник». – задумчиво продолжала девушка, пожав плечами, - К тому же, его учредил директор Блэк, вечно рдеющий за безопасность.
- За безопасность чистокровок. – поправил её Оминис.
- Это не важно, ведь он не может выбирать участников по крови. – продолжала она.
- Ну, тут я с тобой соглашусь. – взвесив аргументы, произнёс Оминис, - Министерство не просто так согласилось поддержать его, но и выделило своего не самого мелкого по должности сотрудника, чтобы провести всё это. И я уверен, что дракона они как следует задекларировали.
- Это ты про Теодору Руквуд? – сощурив глаза, спросил Себастьян.
- Да, про неё.
Руквуд.
Сердце Гвен гулко забилось в груди.
- Кто она? – пространно спросила девушка.
- Я слышал, что некоторые представители семьи Руквудов работают в Министерстве. У них достаточно развитое влияние, не меньше, чем у Малфоев и Блэков. – проговорил Оминис, наклонив голову в сторону подруги.
- Мать? – предположил Себастьян.
- Слишком молода. – оспорила его сестра, - Сколько было Виктору Руквуду? Сорок? Сорок пять? Это не может быть его мать.
Было.
Сколько ему было.
- Ладно, это не так важно.
Отмахнулась Гвен и посмотрела вперёд, в пустой каменный зал, самое тёплое место которого они сейчас обсадили со всех сторон. Тягучее вязкое беспокойство не угасло со вчерашнего вечера. Оно нарастало. Планомерно, медленно, но никогда не замолкало, даже если она старалась делать вид, что не ощущает его.
- Гвен? – спросил Себастьян, глядя на её отсутствующее задумчивое лицо.
- М? – она подняла свои синие глаза и столкнулась с его карими. Неясная дрожь отзвуком разлилась по её груди.
- Тебя что-то беспокоит.
- И ты знаешь что. – просто произнесла она, не отводя глаз, хотя ей почему-то этого хотелось.
- Я тоже не верю, что родственница Виктора Руквуда внутри замка – это просто совпадение.
- Я точно знаю, что нет. – вдруг неожиданно для самой себя заключила она.
- Почему? – поинтересовался сидящий радом Оминис.
- Во время своей речи про Турнир она... - воспоминания вчерашнего вечера урывками замелькали в её голове, - Я могу поклясться, что она несколько раз посмотрела прямо на меня.
- Тебе не могло показаться? – с тонкой надеждой свести тревогу на нет, спросила Анна.
- Нет. – сказала Гвен, чувствуя, как уверенность в этом растёт с каждой секундой, - Не могло.
- А я уж понадеялась, что это будет спокойный год. – разочарованно вздохнула Анна, - Мало того, что Турнир объявили, так ещё и...
- Чем Турнир тебе не угодил? – перебил её Себастьян, - Мне кажется, это отличная возможность проявить себя.
- Или умереть. – мрачно заметила она.
- Директор Блэк... - попытался успокоить её Оминис.
- Директор Блэк – самодур и идиот. – вдруг заявила Анна, - Он думает только о себе и о своей репутации. Его не беспокоит благополучие школьников.
Даже Оминис удивлённо повернул к ней невидящее лицо.
- Ты чего?
- Я просто не могу понять, почему нам не могут дать спокойно доучиться? – с какой-то долей бессилия протянула девушка, - Сначала Ранрок, потом Гракорн, теперь Турнир... Хочется просто...
- Просто побыть школьниками. – завершила за неё Гвен.
В этот момент на её юном лице появилось тонкое, почти не заметное обычному взгляду прохожего выражение, какое не должно быть свойственно детям, а глаза... стали слишком старыми для её возраста.
- Я тебя понимаю. – проговорила когтевранка, - Мне бы тоже хотелось просто поучиться. Тем более, что это последний год.
Возникла пауза. Анна опустила взгляд, думая о том, что их ждёт. Оминис, замирая, протянул руку и сплёл из с Анной пальцы. От чего она подняла на него взгляд и слегка улыбнулась. Она села рядом с ним на диван и положила голову на плечо, Оминис обнял её за плечи и мягко прижал к себе.
Гвен смотрела вперёд. Ощущение странного и непонятного бессилия, основанного только на смутных догадках, сковало её опасениями, для которых пока не было никакой прочной почвы.
Себастьян посмотрел на сестру. Он хорошо понимал её усталость – она потеряла так много времени. И судьба сделала ей великий подарок, ещё полтора года обучения в месте, которое они оба так любили. Она не хотела прожить оставшееся время в страхе. И он знал это.
И его взгляд обратился к Гвен.
- Эй. – произнёс он, - Перестаньте вы все. Последний или нет, какая разница? Когда нас вообще останавливали опасности?
Гвен подняла на него синие глаза.
- Нам не привыкать, ведь так?
Он посмотрел на неё, улыбнувшись. Его карие смотрели прямо на неё, будто говорили, что чтобы не случилось, они готовы ко всему.
И от этого тёплого едва уловимого чувства становилось спокойнее.
- Может быть. – пожала плечами она, широко улыбнувшись.
После нескольких часов сидения в крипте за уроками, четверо школьников разошлись по гостиным. Себастьян и Гвен ушли первыми, в то время как Анна и Оминис предпочли задержаться, чем вызвали значительную долю неловкости, которая нечасто посещала родное пространство крипты.
Гвен и Себастьян шли молча, пока их пути не разошлись на движущихся лестницах Хогвартса. Он пошёл вниз, в подземелье Слизерина, выходившее окнами в водную толщ озера, а она – наверх, в самую высокую башню Когтеврана, из окон которой открывался вид на замок и даже его окрестности.
Они пожелали друг другу спокойной ночи и направились на разные ступени лестницы, пока та не сменила направление. Себастьян обернулся, чтобы посмотреть ей вслед, но она уже поднялась на несколько ступеней наверх и вот-вот должна была скрыться за соседним лестничным маршем. И он отвернулся, направившись вниз.
Гвен обернулась. Её синий взгляд выхватил его уходящую фигуру за мгновение до того, как он скрылся за поворотом. И почему-то мягкая улыбка тронула её губы, прежде чем она продолжила свой путь.
До отбоя оставалось совсем недолго, и все ученики Когтеврана уже собрались в гостиной. Было много смеха – все соскучились после долгого расставания на целое лето. Гвен не стремилась присоединяться к разговору, но прежде чем она успела подойти к лестнице к спальням, её окликнули.
- Эй, Гвен! – раздался знакомый голос с акцентом.
- Привет ещё раз Амит. – сдержанно улыбнулась она, сделав шаг в сторону собравшейся на синих витиеватых креслах компании.
Здесь в кругу расположились Саманта Дейл, Эверетт Клоптон, Амит Таккар, Астория Стрёкотт и Констанция Дагворт. Гвен редко видела эту компанию в таком составе и это вызвало у неё странно неприятное чувство где-то под ложечкой.
- Что обсуждаете? – спросила Гвен, чувствуя, что знает ответ.
- Завтра поставят дракона. – сказала Констанция.
- А, Турнир. – не радостно улыбнулась она.
- Да. – подтвердила Астория, - Ты же будешь участвовать?
- Вообще-то не планировала. – с придыханием произнесла Гвен, изо всех сил стараясь не опустить глаза.
- Как это?... – ошарашенно спросил Клоптон, - Ты же наш талисман! Гроза Троллей!
- Ну, против троллей зовите, а это... Я не хочу. – покачала головой рыжая, - За два года учёбы здесь... Ранрок, Руквуд, Харлоу, и это только за первый год. Мне бы хотелось просто побыть тут, пока есть ещё время. – голос её звучал спокойно и вежливо, что было привычно для неё.
Возникла пауза, странно уплотнившая воздух вокруг.
- Подожди. – вдруг серьёзно посмотрела на неё Саманта, - Ты сейчас серьёзно?
- Ну да. – изображая искреннее не понимание вопроса, ответила Гвен. А нутро её уже сжалось под гнётом этих внимательных глаз.
- Но подожди... - растерялся Эверетт, - Мы ведь рассчитываем на тебя. С тобой мы точно будем непобедимы, Гвен!
- Я понимаю, Эверетт. Но я ведь...
- Посмотрите на неё. – неожиданно неприятно скрипучим голосом заметила Стрёкотт, - Значит, как сражаться с гоблинами и с Виктором Руквудом, с браконьерами, так всё в порядке. А как защитить честь своего факультета, так мы даже не тролли, чтобы на нас обращать внимание.
- Астория... - хотела было возразить рыжая, чувствуя, как пульсирует голова.
- Конечно, она же звезда. – подхватила Констанция.
Обе девушки скрестили руки на груди и смотрели на одноклассницу так, будто от неё пахло чем-то неприятным. Саманта растерянно бросила взгляд на них, но перечить им не стала. А Эверетт смотрел на Гвен прямо, сурово, серьёзно, будто требовал объяснений за какой-то гнусный поступок. И она никогда не видела на его лице такого выражения, тем более обращённого к ней.
И в груди девушки неожиданно резко и сильно поднялась волна. Такая, что омыла собой всё – от нутра до горла. Не только охлаждая, но и обжигая. Волна гнева.
- Я правильно поняла? – от вежливого тона Гвен не осталось и следа, - То есть Когтевран без меня вообще ничего не стоит, да? – она посмотрела в глаза каждому, сначала Эверетту, который стойко его выдержал, потом Саманте, которая так и не осмелилась поднять глаза, и потом Астории и Констанции. Что-то щёлкнуло у неё в голове, когда она посмотрела в их дерзкие лица. - А чтобы стать звездой... - голова её пульсировала, - сначала нужно сгореть.
Она развернулась и пошла прочь. Так быстро, как могла, чтобы никакое шальное слово больше не сорвалось с её губ. Она сжимала кулаки так сильно, что белели костяшки, и отпустила, только хлопнув дверью женской спальни.
Кристофер Вандербум сидел в кресле поодаль, но хорошо всё слышал. Книга на его коленях так и осталась лежать в раскрытом состоянии. Он посмотрел вслед Гвен, и потом перевёл взгляд на группу, которую она покинула.
Он знал Гвен не так хорошо, но, когда она вошла в Большой зал и улыбнулась ему, он сразу поймал себя на том, что улыбается в ответ. А теперь он видел, как эту улыбку так легко и бездумно погасили. И почему-то ему стало так горько, что на мгновение захотелось встать и сказать хоть что-то. Но он так и не двинулся с места. Хотя внутри осталось стойкое послевкусие.