39
На глазах брызнули горькие слёзы. Наверно, я ещё никогда так сильно не плакала. Даже тогда, когда Даня впервые наказал меня за попытку побега. И даже тогда, когда искромсал ремнём, оставив на ночь под ледяным дождём, будто собаку.
Один из насильников больно схватил меня за волосы, задрав голову к потолку, заставляя смотреть только на Господина. Господин же, продолжая насаживать на себя кричащую девственницу, взглядом голодного ястреба расчленял меня на куски, словно мышу, угодившую на незваный ужин к когтистому хищнику. Скорей всего, таким жестоким образом Даня вершил наказание именно надо мной. Ему было хорошо известно, что к его боли я адаптировалась. Обезумевший нелюдь решил подключить своих собратьев, устроив мне действительно сумасшедшую пытку. Во время оргии деспот желал, чтобы я смотрела только на него… А он, в свою очередь, только на меня.
Когда я почувствовала, как несколько пар мужских рук разом обрушились на мою удивительно мокрую киску, то мысленно вскрикнула. Потому что их грубые прикосновения вызывали всё новые и новые волны возбуждения.
Три пары рук, синхронно ласкающие самые чувствительные женские зоны… Да я в любую секунду готова была взорваться как атомная бомба. Разумеется, не по своему желанию! А по принуждению! Мне не хотелось концентрироваться на ощущениях. Но разумом овладела розовая пелена похоти и разврата. Отчего гамма всевозможных чувств в тысячу раз усилилась. Поэтому я отчётливо ощутила то, как одна рука – надавливает на мой, до предела набухший бугорок, другая – ласкает тугое колечко сфинктера, а третья – пробирается в полыхающее огнём лоно.
– Вот так новость! Да эта скромная зверушка течёт, как чистокровная потаскушка! – громкий прохладный бас на долю секунды выдернул в адскую реальность. После злорадной фразы помещение наполнилось хриплым хохотом.
Я старалась игнорировать их мерзкий смех, как и старалась не смотреть на свой самый ненавистный, но в тоже время, самый желанный кошмар, который прямо на моих глазах жёстко имел другую женщину. Но меня заставляли это делать чьи-то грубые руки, удерживая в желаемом положении. У Даниила, от творящегося здесь зрелища, похоже, голову сорвало капитально.
Когда я ощутила в себе член одного из незнакомцев, Даниил, возбудившись, задвигался ещё резче, моментально достигнув пика разрядки.
Наверно, крики несчастной девственницы слышало всё поместье. Закончив с первой, он грубо оттолкнул рыдающую пленницу и, как свирепый тигр, набросился на следующую жертву, жадно подмяв девушку под себя, своим тяжёлым телом навалившись на рабыню сверху, прямо на шкуре белого медведя.
Испугавшись, новенькая вскрикнула, пытаясь сомкнуть колени, на что получила шлепок по бедру и тут же подчинилась. Как было с первой девственницей, так и случилось со второй. Правда, мулатке повезло. Исполнив резкий толчок, Господин овладел маленькой щёлочкой в классической позе, как истинный доминант, возвышаясь сверху.
При этом он по-прежнему смотрел только на меня. В его безумных глазах я видела то, как он насилует не мулатку, а меня.
Перед тем, как глаза закатились от оргазма, я заметила, как в руках Господина появился небольшой пакетик с белой пыльцой, который он высыпал на ладонь и одним глубоким вдохом вобрал в себя, зарычав подобно льву, со всей силы смяв ладонью груди постанывающей рабыни, и содрогаясь в сладком экстазе, мгновенно кончил в очередную поверженную киску, излившись вглубь рыдающей девушки до самой последней капли.
Я тоже кончила… Одновременно с тираном. И готова была на части разорваться от столь невероятных эмоций, которые подарили мне те мужчины, чьих лиц я даже не успела рассмотреть.
Всё, что ощущала – это толстый член незнакомца, яро пульсирующий в недрах мокрого лона, одновременно с шаловливым пальцем уже второго незнакомца, ласкающим узенькое колечко сфинктера и одновременно с настойчивыми ласками третьего извращенца, что кончиком ноготка стимулировал чувствительные точки пульсирующего клитора. Впервые в жизни я получила тройной оргазм. От которого на миг забыла собственное имя, провалившись в иную реальность.
Где было так тепло, так беззаботно. Как в раю, наверно. Однако, блаженные ощущения продлились лишь несколько секунд. Когда сознание вернулось в реальность, мир окутался вечным мраком.
И мне… захотелось просто удариться головой об стену, лишь бы забыть о том, что я только что позволила себе испытать. Причём, с удовольствием позволила.
– Ну что, сучка, понравилось? – теперь я увидела лицо одного из незнакомцев. Прямо напротив меня, уперев руки в бока, возвышался кареглазый брутал с грудой каменных мышц. Практически копия Даниила. Ростом, правда, ниже и без маски.
– Желаешь ещё?
Подонок ехидно облизнулся, наслаждаясь моей ничтожностью и подавленностью.
– Н-нет, – я затряслась, будто испытала приступ, наблюдая за тем, как трое взрослых мужчин одновременно стягивают с себя штаны, выпуская на волю свои большие, пульсирующие жаждой агрегаты, и со всех сторон заключают меня, распластанную на полу в небрежной позе, в плотное кольцо.
Неожиданно я осознала, что мощный оргазм забрал с собой и мнимое возбуждение, подаренное сильной дозой возбудителя, поэтому и ощутила сумасшедший прилив страха. Отдернув платье вниз, запаниковав, признав поражение, я бросилась к Даниилу, чтобы вымолить помилование.
Рывок… И новая порция кошмарной боли пленила обреченное тело. Один из бандитов схватил меня за щиколотку и, грубо протащив по полу, заломив руки за спину, уселся на мои ягодицы, таким образом зафиксировав бёдра коленями.
– Куда собралась, безделушка?! Мы ещё не закончили! – перед глазами замелькал огромный член того самого кареглазого качка, который опустился перед моим ртом на колени, протягивая свои грязные ручища к заплаканному лицу. Я не выдержала…
– ДАНЯ!!! – крикнула так отчаянно и так громко, словно с меня кожу живьём сдирали. – ПРОШУ!
Наверно, это было последнее, что я увидела, прежде, чем огромный кусок пылающей плоти вонзился в мой рот по самую глотку, тем самым принуждая замолчать. Но мужчина никак не реагировал. Пошатываясь, он устало плюхнулся на трон, потянулся за бокалом вина и, не отрывая от меня озлобленного взгляда, осушил содержимое стакана до самого дна, продолжая наслаждаться представлением.
А я осознала значение слова «предательство». Друзей у меня не было, к родителям я не испытывала каких-либо тёплых чувств по вине постоянных избиений. Но к Дане, до нашей ссоры, я испытала совершенно новые эмоции… быть может, даже любовь. Но сейчас, во время того, как мою плоть драли его лучшие друзья, причём на его же глазах, я пожалела, о своих чувствах.
Разбита.
Искалечена.
Унижена.
Закусив собственный кулак до привкуса крови на языке, я старалась лишний раз не радовать Даниила своими слезами и криками, пока трое рослых мужчин по очереди владели моим телом. Мучения продлились ещё несколько минут.
Я думала, что эти пытки никогда не закончатся. Когда ублюдки, кончив, спустили пар, Даниил, наслаждаясь моим неконтролируемым всхлипом, схватил миньетчицу за волосы, оттянул на некоторое расстояние так, что девка от растерянности член из пасти выронила, и несколько раз гневно шлёпнул её членом по лицу, используя свой член в качестве биты.
Рабыня захныкала, прикладывая ладони к саднящим щекам, но это жалкое зрелище лишь разозлило Господина. Мужчина выдернул ремень из брюк и со всей мочи принялся избивать невольницу… прямо на моих глазах. Я знала, что эти удары предназначались мне. Он ненавидел меня, но всё ещё жаждал. Ведь я задела его чувства, заглянув туда, куда не следовало. То есть, вскрыла ящик Пандоры. Тот, в котором было спрятано его каменное сердце
Даниил вершил правосудие, пробуждая среди пленниц новый страх, наполненный беспрекословным подчинением, воспитывая рабынь, как скот на пастбище, пресекая дальнейшее неподчинение, вгоняя в омут страха, вплоть до остановки дыхания. Мне было искренне жаль каждую девушку, но у меня не было никаких прав помочь несчастным. Так как мое положение являлось куда более бедственным.
Литры горячей спермы до граней заполнили лоно, на душе стало ещё ужасней. Я чувствовала себя грязной шлюхой и понимала, что буду жить с этим унизительным статусом целую вечность. Пока не иссохну, и Даниил не вышвырнет меня обратно в трущобы волочить там жалкую старость. Ведь как говорила бедная Роза, после тридцати, сорока лет «поношенных» рабынь отправляют обратно в трущобы, в распоряжение дешевых борделей.
Такова жизнь. Такова бесчеловечная воля Верховного демона во плоти.
Нет! Подобный расклад на будущее меня не устраивает! Вспомнив падшую мать, я сразу подумала о том, что искренне, как человек, как личность, я не нужна Даниилу.
Мне этого чувства ещё с детства так сильно не хватало. Я отчаянно стремилась к совершенству… Но, в последний момент, неловко оступилась, сорвавшись в пропасть вечных мук.
Когда насильники брезгливо оттолкнули моё потрепанное тело, вдоволь опробовав все самые сочные ресурсы организма, довольные, они присоединились к обществу Барона. Первое время, я просто лежала на полу, спрятав лицо в волосах, а когда гости отвлеклись – быстро вскочила на ноги и бросилась квыходу.
Покидая пир без разрешения, я прекрасно понимала, что если меня схватят, то пытки начнутся сначала. К счастью, охранники не заметили мой смелый манёвр, когда я незаметно покинула покои предводителя, юркнув в соседний коридор.
Несколько секунд я просто стояла как столб, пытаясь унять бесконечные волны дрожи в истерзанной плоти, с которой капало как из бракованного крана.
Их грёбанная сперма была везде. На коже, на порванном платье, в ушах и даже в волосах, которые напоминали овечью шерсть с колтунами. Зажмурив глаза, я попыталась выдохнуть, но лёгкие будто превратились в сталь. Дыхание хриплое, прерывистое… Да, теперь я стала такой. Грязной, порченой шлюхой! Что пошла по рукам! Благодаря Даниилу.
– НЕНАВИЖУ!!! Я даже не заметила, как закричала. Не в уме, а в голос.
Причём, очень даже громко. В начале коридора послышался звучный топот, дополняемый хриплыми голосами. Я запаниковала, отчего сердце забилось в тысячу раз быстрее. Слёзы новой порцией ударили по глазам.
Если поймают, мне больше не выдержать страшных пыток.
Последний шанс! Всё-таки, я попробую сбежать. Ведь у меня нет другого выхода.