38
Теперь настала моя очередь расплачиваться за ошибки прошлого. Забившись в укромный угол под одним из столов, я затаилась как мышь, боясь быть сцапанной диким котом.
Ведь после грандиозного представления гости похмелились ещё больше и потребовали у Господина главный приз.
При слове «приз» меня будто ошпарило кипятком, когда охранники принялись рыскать по периметру комнаты в поисках самой лакомой и самой дорогостоящей игрушки. Слёзы уже наворачивались на глаза, в то время как промежность, буквально разрывалась от желания, благодаря убойной дозе возбудителя. В конце концов, мышка была найдена.
Один из псов Господина грубо схватил меня за ошейник и бросил к ногам Даниила, когда тот уже приготовился овладеть первой жертвой, небрежно сбросив на пол дорогостоящие штаны из чистого золота. Глядя на меня свойственным ему холодным и безумным взглядом, крепко сжимая волосы пленницы, коленями раздвигая её сжатые ноги, одним резким толчком он грубо овладел девушкой прямо в нескольких метрах от меня, властно насадив невольницу на своё могучее орудие пыток.
Мы не виделись почти две недели. Казалось бы, Даня забыл о моём существовании, не считая побоев со стороны его верных псов, ставших для меня напоминанием о том, что глупость моя не забыта.
Я снова почувствовала этот невыносимый, до дрожи пугающий взгляд. Во время полового варварства он смотрел ТОЛЬКО на меня. Не моргая. Не отвлекаясь. Не прерываясь. Наслаждаясь криками очередной новоиспечённой шлюхи и моим страхом, застывшим в широко распахнутых глазах. Кажется, словно это он не её, а меня так лихо трахал – светловолосую девчушку, внешностью напоминающую миниатюрную куклу, которая умоляюще кричала, пытаясь вырваться или хотя бы ноги сомкнуть.
Но её неразумные действия только гневали Хозяина, который, наоборот, чтобы ослабить пытку, с ещё большей настойчивостью разрывал тесные глубины лона, выбивая из пленницы всё новые и новые вопли боли. Терпения смотреть на творящийся здесь хаос хватило ровно на полминуты. Сначала охранники просто распяли меня за руки, поставив на колени перед главарём, а когда я отвернулась, то услышала, как Даниил лениво клацнул пальцами, отчеканив новый приказ. Верные шавки понимали Правителя без каких-либо слов.
Через мгновение я ощутила грубый толчок… Ещё секунда, и жёсткий ворс ковра впивается в нежную кожу лица, а чьи-то холодные руки задирают платье до поясницы и нагло шарят по бёдрам, направляясь к промежности. Сначала моё тело окатило лавиной холода, а затем – вулканическим жаром. А когда я поняла, что рук было вовсе не две, а четыре, или даже шесть, подобные ощущения повторялись снова и снова.
– Она действительно сокровище… – неожиданно, я ощутила резкий шлепок по бедру, а затем нечто твердое, напоминающее раскаленный камень, упёрлось в мою изнывающую от вынужденного желания девочку. Этот басистый голос, прозвучавший над ухом, принадлежал вовсе не Даниилу. А неизвестному мужчине. Причём, не одному. Ведь мою маленькую киску лапали ещё две пары грязных рук, а над ухом звучал целый оркестр надменных смешков. И тогда я поняла, о чем трепались в подвале охранники. Даниил действительно меня продал. Точнее, сдал в аренду. Как какую-то вещь бездушную. Как пустоголовую куклу, не имеющую ни души, ни чувств, не сердца.
За что?
За то, что хотела помочь.
Проду?