Любовное созвездие

Рома стоял в тени, спрятавшись в углу коридора, натянув капюшон так, чтобы никто не видел его лица. Он знал, что это глупо, знал, что не должен здесь находиться, но не мог уйти. Его взгляд был прикован к девушке, которая сейчас улыбалась не ему.

Она сидела на подоконнике, ее светлые волосы мягко спадали на плечи, а губы расплылись в теплой улыбке. Она кокетливо качала ногой, будто дразня его, а Антон что-то тихо шептал ей на ухо, от чего она рассмеялась. Ее смех... Он раньше жил этим звуком, а теперь он разрывал его изнутри.

Рома сглотнул, заставляя себя смотреть дальше. Он не знал, что хуже — уйти или остаться и наблюдать за тем, как Лена все больше отдается этому парню, которого он ненавидел.

Еще вчера он приходил к ней... И понял все без слов.

Она была закутана в одеяло, волосы спутаны, губы припухшие. Рома чувствовал себя идиотом, потому что раньше у него была надежда, а теперь ее не осталось.

— Смотри-ка, страдалец снова на посту, — раздался вдруг знакомый насмешливый голос.

Рома вздрогнул, но не повернулся. Он сразу узнал этот голос.

— Чего стоишь тут, а? Думаешь, она на тебя взглянет и прибежит? — Влад ухмыльнулся и прислонился к стене рядом. — Да она с Петровым что хочет делает. В полном праве, сам понимаешь.

Рома молчал, тяжело вздохнув.

— Давай, ударь меня, как вчера, — усмехнулся Влад. — Разве тебе не хочется? Я даже голову не стану уворачивать.

Рома глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Он знал, что Влад этого добивается. Ждал взрыва.

Рома не успел отвести взгляд. Увидел все.

Как их губы соприкоснулись, как Лена не отстранилась, а наоборот, чуть подалась вперед.

Все внутри него сжалось.

— Ой-ей, — Влад присвистнул. — Ну, теперь ты точно все понял.

Рома резко развернулся и ушел, не обращая внимания на Влада, который что-то крикнул ему вслед.

Да, его чувства не взаимны и от этого понимания становилось не лучше. Увидев ее вчера, он прекрасно понимал чем она занималась с Антоном и от этого, тошнило от них. Он сел на лестницу, уткнувшись лицом в колени и накрыл голову капюшоном, чтобы его меньше было видно. Он почувствовал как его кто-то обнял, и он сдался, подумав, что это Лена. Он обнял ее, но не почувствовал того запаха, который так пьянил его – запах винограда, его не было. Это был другой запах, не ее.

Рома резко отстранился и увидел Ксюшу.

Она положила ладони ему на щеки, но Рома грубо убрал ее руки от своего лица. Она начала расспрашивать его, но Рома ничего не говорил.

— Рома, ты мне можешь рассказать. Что случилось? — ее голос звучал с тревогой, но и с чем-то большим, как желание помочь. Но Рома оттолкнул ее руки.

Он не хотел об этом говорить, не хотел признавать, что влюблен в Радову, перед кем-то. Он просто не мог вынести того, что все, что он так сильно хотел, было недостижимо.

— Оставь меня в покое, — его голос был жестким, и даже в нем ощущалась подавленность. Он почувствовал, как его плечи напряглись.

— Ромочка, я просто хочу узнать, что случилось. Почему ты такой грустный?

— Ничего, просто настроение нету. — сухо ответил он и девушка несколько раз обдумала, прежде чем крепко обняла его за плечи, прижав к себе.

В этот момент из-за угла коридора появилась Лена. Она шла рядом с Антоном, улыбаясь, но, как только она увидела, как Рома обнимается с Ксюшей, внутри нее что-то неприятно сжалось. Это чувство было знакомо и беспокойно пронизывало ее. Что-то холодное, сковывающее, появилось в ее груди.

Она замерла на мгновение, ее взгляд не мог оторваться от сцены, которая разворачивалась перед ней. Она почувствовала, как ее грудь сжала обида, и хотя она не осмелилась назвать это ревностью, это чувство все равно терзало ее. Все внутри казалось неправильным, чужим.

«Почему они...» — подумала она, глядя на то, как Рома и Ксюша обнимают друг друга, как будто это было что-то естественное. Но разве он не имел права это делать? Ведь Лена не была его девушкой, у нее был Антон.

— Рома... — тихо произнесла его имя Лена, но в ее голосе не было того тепла, которое она обычно ему дарила. Ее слова звучали сухо, в горле пересохло.

Рома будто почувствовал ее присутствие и медленно повернул голову в сторону, его взгляд встретился с ее глазами. В его глазах мелькнуло что-то вроде вины, но он не знал, как все это объяснить. Он был слишком поглощен своими чувствами. Он был уверен, что не может объяснить, что происходило в его душе.

Он только зарылся лицом в плечо Ксюши.

— Как мило, — сказал Антон и потянул ее за руку. — А теперь пойдем.

Он потянул ее за собой назад. Лена еще несколько раз оборачивалась назад, пытаясь уловить Рому с Ксюшей в мимолетном взгляде, но все выходило слишком не сфокусировано.

Как только они зашли за угол, Рома быстро отстранился от Сафроновой и поднялся на ноги.

— Забудь, это была минута слабости. Извини.

***

— Катя! Кто-то в дверь стучит, пойти открыть? — спросила блондинка и отложила нож на стол.

— Да! — послышалось от Смирновой из ванны. Лена вытерла руки полотенцем и направилась к входной двери. Открыв дверь, она удивилась. На пороге стоял Рома. Девушка совсем не ожидала его увидеть, ведь Катя говорила, что его не будет, так как, он не хочет приходить сегодня. Под глазом легкий едва видневшийся синяк, разбитая губа, запачканная в крови куртка. Он даже не взглянул на нее. Просто переступил порог, словно не видел ее вовсе, прошел внутрь уверенным, но тяжелым шагом, оставляя за собой слабый запах металла и сигарет.

— Смирнова, где аптечка? — хрипло выдал он в сторону Кати, но в комнате ее не оказалось.

На диване сидели Бяша с Антоном. Они смотрели на него с любопытством, пытаясь спором выяснить, с кем на этот раз он подрался. Но Рома молчал. Он лишь слегка поморщился, когда в комнате появилась Катя с аптечкой в руках.

Лена села за стол, наблюдая за тем, как ее подруга бережно обрабатывает ему раны. Она осторожно касалась его лица, дула на царапины, чтобы не щипало. И от этого внутри Лены закипало раздражение. Злило не только то, что Рома позволял Кате о нем заботиться, но и то, что он продолжал упорно не смотреть в ее сторону.

— Лена, дай бинт, в тумбочке! — крикнула Катя.

Блондинка без слов встала, достала бинт из тумбочки и зашла в ванную, протянув его подруге. Катя быстро перемотала Роме руку, затем смочила ватку антисептиком и поднесла к его губе. Но парень отвернул голову, всем видом отказываясь.

Лена все это время стояла рядом. Близко. Ждала хоть какой-то реакции. Хоть одного взгляда. Но он будто нарочно не замечал ее, игнорировал, делая вид, что ее просто нет.

Это злило.

Катя, закончив с обработкой ран, собрала аптечку и вышла из ванны. Лена, не задумываясь, прикрыла за ней дверь. Она медленно опустилась перед Ромой, заглядывая ему в лицо.

— Губу тоже нужно обработать, Ром, — тихо сказала она.

Он лишь фыркнул, словно говоря: «Какое тебе дело?»

Пятифан встал и направился к выходу, но Лена резко схватила его за руку.

— Ты что, теперь меня игноришь? — в ее глазах и голосе читалось упрямство. Она не собиралась просто так отпускать его, но он только молчал, смотря на дверь.

— Отвали. — рявкнул он и грубо вырвал свою руку.

— Ну хорошо, давай вести себя как дети, которые, не могут нормально поговорить! — слегка повысила голос Радова.

— Это ты ведешь себя как ребенок, который, до сих пор не определился кто ей нужен. — сухо ответил он и приоткрыл дверь.

— Ну конечно, кто бы говорил, это же не с Сафроновой обниматься. — тихо фыркнула она и как только Рома вышел из ванны, он хлопнул дверью перед ее носом, так что дева вздрогнула.

— Придурок. — обиженно пробурчала она.

В комнате царила та особая, непринужденная атмосфера, которая возникает, когда друзья собираются, заваливаются на диван, включают фильм и бесконечно жуют всякую ерунду. И время от времени слышатся лишь хруст чипсов или шуршание упаковок.

Катя полулежала в обнимку с Бяшей, он зарывшись носом в ее плечо, лениво проводил пальцами по ее руке. Он смотрела на экран с равнодушием, машинально ковыряя сухарик в руках. По другую сторону дивана Лена уютно устроилась в объятиях Антона — он обнял ее за талию, прижимая к себе, и время от времени касался губами ее волос. Между двумя парочками оказался Рома, который, кажется, был полностью погружен в свое занятие — с довольным видом ел печенье, густо облитое сгущенкой. Лена, устроившись рядом с ним, время от времени бросала в его сторону короткие взгляды, но Рома, кажется, вообще не обращал на нее внимания. Когда он доел очередное печенье, он не спеша протянул руку, отложил тарелку на столик и, откинувшись назад, скрестил руки на груди. В этот момент Лена совсем немного придвинулась и едва заметным движением положила голову ему на плечо — настолько осторожно, будто боялась, что это движение заметят.

Но Рома заметил. Почувствовав ее прикосновение, он резко поднялся, словно его что-то ударило, и, не говоря ни слова, ушел на кухню.

Лена проследила за ним взглядом, сжала губы, а потом, спустя пару секунд, тоже поднялась.

— Я хочу воды, — сказала она, будто бы оправдываясь перед остальными, и скрылась за дверью.

На кухне было темнее, чем в комнате, лишь слабый свет от лампы под потолком придавал пространству уютный полумрак. Рома стоял у холодильника, открыв дверцу, достал оттуда глазированный сырок. Когда он почувствовал чужое присутствие, он слегка обернулся и, увидев Лену, закатил глаза.

— Ты теперь как хвостик за мной бегаешь? — раздраженно спросил он, разрывая упаковку и небрежно выбрасывая ее в мусорное ведро.

Лена хмыкнула, склонив голову набок, и, сузив глаза, сложила руки на груди.

— Ого, а ты теперь меня не игнорируешь? Вау, ну ты прям красавчик, — с притворной улыбкой произнесла она и, проходя мимо, словно невзначай задела его плечом.

На секунду в кухне повисла тишина. Рома чуть прищурился, разглядывая Лену с выражением легкого раздражения, но больше — недоумения.

— Какая тебе разница? Это мое дело, — холодно выдал он, откусывая кусок сырка.

Радова фыркнула, будто он только что сказал какую-то чушь. Она сделала шаг вперед, подошла вплотную и, прежде чем он успел среагировать, быстро наклонилась и откусила кусочек прямо из его руки. Рома удивленно покосился на нее.

Лена с довольным видом пожевала, и с улыбкой посмотрела ему в глаза.

— У тебя нет дел, Пятифанов. — фыркнула она и откусила еще один кусочек.

Она повернулась и, как ни в чем не бывало, направилась к выходу.

Рома посмотрел ей вслед, вздернув брови, но ничего не сказал. Только сжал остаток сырка чуть крепче, наблюдая, как она, даже не оборачиваясь, выходит из кухни.

Звук ее шагов затих за дверью.

Рома раздраженно выдохнул, бросил взгляд на пустой дверной проем и, поморщившись, откусил оставшуюся часть сырка.