Глава 9
Круглов
Кристина сидела на полу ванны, глядя на меня пьяным, расфокусированным взглядом. Ее светлые мокрые волосы были измазаны пеной и гелем для душа, но, кажется, девушке это не мешало. А мне тем более.
Она была безумно красива. Сильнее, чем я мог себе представить. Нежно-кремовое тело с темно красными мягкими сосками. Тонкая талия с ровной линией, разделяющей живот вертикально. Мой палец все еще оставался между ее складочек, чувствуя, как клитор вздрагивает снова и снова.
Пальцы ее продолжали сжимать мою шею, кожа уже саднила, но мне это даже нравилось. Брюки в зоне паха напряглись до предела, грозя порвать ткань. Желание продолжить начатое граничило с навязчивой идеей! Но я не спешил…
Кристина выглядела так правильно здесь, рядом со мной… Полу-расслабленная от оргазма, доставленного мною. И смотрела девушка так, что дух захватывало, сердце вырвалось из груди будто у какого-то подростка.
— Сколько у тебя было парней? — вырвалось у меня то, что было в голове. От одной мысли, что к ней прикасался кто-то другой становилось невыносимо тяжело, злость внутри доходила до предела. Но ведь подобное естественно, в каком веке мы живем? Хотелось лишь знать количество.
Девушка будто ожила, глаза его испуганно заморгали. После она и вовсе отвернулась, что меня очень расстроило. Особенно когда та убрала свою ладошку с моей шеи. Теперь там словно стало пусто.
— Кристина? — как можно ласковей позвал я, подцепив подборок пальцами и медленно повернул к себе. Я хотел видеть ее глаза снова и снова. Хотел прижать к себе и не выпускать. Такую хрупкую, чувственную, мою…
— Это не важно, — отмахнулась та, прикусив губу. Член в штанах дал такой сильный и болезненный импульс, что я не сдержал хрип.
— Для меня — важно, — зачем-то настаивал, будто как-то сумасшедший. Но для меня это и вправду было важно. Я должны был знать.
— На самом деле, — она замялась, будто не решаясь сказать что-то важное, а после резко выдохнула и выпалила:
— Нисколько. У меня не было других парней. Совершенно.
Подобное не укладывалось в голове, будто кто-то авторитетный внезапно заявил мне, что дважды два равно тридцать. Я не мог поверить в услышанное, такое совершенно невозможно! Кристина была безумно красива, все в ней вызывало восхищение. Как такое могло произойти?
Пялясь на девушку целую минуту в недоумении, я непроизвольно вгонял ее в панику. Поэтому разбавил тишину глупым вопросом:
— Но ведь ты встречалась с кем-то?
— Не совсем, — качнула головой Баева, виновато улыбнувшись. — У меня не было парней. Ни одного.
Если бы кто-то сказал мне, что среди столичных студенток я встречу девственницу — никогда не поверил бы. Но Кристина ведь даже не целовалась!
Чем больше я думал об этом, тем больше все происходящее становилось на свои места. Ее сознание было чистым, не пошлым. Она не видела намеков там, где они были очевидным другим, ведущим половую жизнь барышням. К тому же, сам тот факт, что кончила Кристина за пару минут, говорил о многом.
— Я вас расстроила, — хмыкнула она, а глаза стали стеклянными. Чертыхнувшись, я выругался сам на себя. Ведь пока внутри меня велись баталии, она просто сидела напротив и ждала реакции. А ее не было.
— Ты серьезно? — хмыкнул я, притягивая девушку к себе осторожно целуя ее влажные, мягкие и такие сладкие губы. Издав стон полной капитуляции, Кристина послушно открыла рот, позволяя мне проникнуть языком внутрь. Сладкая, будто ванильная карамелька… — Это лучшее, что ты могла мне сказать.
Я целовал ее долго, не в силах оторваться. Хотелось оставить Баевой долгую память об этом дне, чтобы она никогда его не забыла… Хотелось изучить каждый миллиметр тела, узнать его вкус, найти все эрогенные точки. Хотя иногда мне казалось, что Баева дрожала от каждого прикосновения.
— Нужно смыть твою голову и остатки геля, — напомнил я Баевой, силой заставляя себя отстранится. — Не стоит тут задержится.
Я хотел иметь ее долго, во всех позах. И плевать уже было на работу и дела, из-за которых мы сюда приехали. Я уже не злился, а радоваться, что девушка устроила погром и тот ужасный ремонт. Но пора было сменить обстановку.
Медленно поднявшись, Кристина оперлась о прозрачное стекло, стоя ко мне спиной. Я поднял упавший с пола душ, включая сильный напор направил его на голову.
— Не горячо? — хрипло прошептал я, скользя ладонью по ровной спине и ягодицам, напоминающим две клубнички.
Кристина задумалась, после чего двойственно бросила:
— Вода? Нет. Совершенно.
Было приятно касаться ее кожи, волос. Смывать гель, касаясь мягкой груди, набухших сосков, напряженного живота, упругих ягодиц… Баева уткнулась голой о кабинку, тихо вздыхая и постанывая. Мыла не осталось, и я с сожалением понялся к выключателю, но Кристина резко накрыла мою руку своей.
— Нет, продолжай, — прошептала я, после чего открыла гель и капнула немного еще розовой жидкости, пахнущей розами.
— Как скажешь, — Я выхватил гель из трясущихся рук Кристины, слабо толкнул ее обратно к стеклу. Та покорно замерла, ожидая продолжения. Переключив ручной душ в режим, когда вода безостановочно капает из потолка, коснулся баночкой геля спины Баевой, выдавив новую, щедрую порцию. Она быстро потекла вниз, попадая между ягодиц, стекая по ноге вниз.
Внезапно девушка завела одну руку назад, проведя пальцами вниз по животу и останавливаясь на ремне брюк. Недолго думая, я медленно щелкнул пряжку, она с грохотом повалилась на пол. Суетливо расстегнув штаны, будто боясь упустить момент, позволил девушке коснуться члена через мягкие боксеры.
— Черт, — пробормотала она себе под нос, очертив ноготком контуры. — Он такой… большой…
Нагнувшись к самому уху, я прикусил мочку, в нетерпение прорычав:
— Тебе понравится, — и тогда стянул боксеры, позволяя налитому органу шлепнуть ее по ягодицам, после чего устроится прямо между ними. Ощущая, что плоть стала еще ближе, терпеть стало еще более невыносимо. Сжав зубы, я снова и снова напоминал себе, что надо думать головой.
— Я и не сомневаюсь, — шепнула она, сжав пальцами ствол, напрочь лишая меня рассудка. Зашипев сквозь зубы, я повалился на девушку, тяжело дыша. Это будет тяжелее, чем можно представить!
Моя рука сама нашла ее складочки, принявшись снова массировать набухший клитор. Девушка так сладко стонала от каждого касания, все быстрее и быстрее елозя рукой вверх-вниз. Я слегка толкался вперед, позволяя себе ощущать опасную близость. Одно неловкое движение и можно было оказаться внутри.
— Быстрее, — прохрипела на, выпячивая ягодицы назад. Я немного отодвинулся, чтобы не произошло неисправимого, но Кристина тут же качнула головой. — Нет, сделай так еще раз. Мне… нравится…
Мой палец яростно елозил по клитору, желая доставить удовольствие моей девочке. Вырвать из ее губ все стоны, до последнего. Заставить запомнить этот день навсегда. Выжечь в памяти на вечно! Мой член продолжал толкаться вперед, раздвигая ягодицы и касаясь входа. Как только головка проникала внутрь Кристина стонала сильнее, но я боялся двигаться быстрее, доставить ей боль.
Тело Баевой напряглось, и когда до оргазма оставалось пара секунд, она резко толкнулась назад от резкого спазма, и головка почти полностью вошла внутрь. Кристина закричала еще слаще, чем первый раз, сжав мой член своими пальцами.
Самоконтроль добрался пиковой точки и, не выдержав напряжения, я кончил так, как никогда не кончал. Будто сто лет не занимался сексом! Спермы было чертовски много. Она стекала по пальцам девушки, по ягодицам, ногам… Только от одного вида хотелось еще, больше, сильнее, глубже…
— Так, — заключила Баева, поворачиваясь и томно улыбаясь. Ее стеснительные глазки все еще старательно не смотрели вниз и меня это чертовски умиляло. — Нам все же стоит выбраться из этой комнаты. Что скажешь? Я выйду первая. А вы…
— …ты… — поправил ее я, не желая больше слышать этих формальностей.
— … В общем, нужно привести себя в порядок, снять этот насквозь мокрый костюм и… — она приподнялась на носочках, слегка поморщившись от боли в ноге, а после запечатлела легкий поцелуй на щеке. — И возвращаться ко мне.
Когда я открыл дверь, Баева уже стояла за стеклянной дверцей кабинки и это было самое безопасное место. Окажись она рядом, снова бы задержались в этом чертовом душе.
— Твоя чистая одежда лежит на кровати. Доставили из бутика. — на автомате буркнул я, но тут же сам себя перебил. — Но не уверен, что она тебе понадобиться.
— Посмотрим. — подмигнула Баева и хлопнула дверью, оставляя меня совершенно одного.
Я приходил в себя целую вечность, пытаясь поверить в то, что произошло. Будто сон, который преследует меня с первого дня встречи с Кристиной Баевой стал реальностью.
Затем быстро скинул рубашку, остатки одежды и приняв контрастный душ, вышел вон, решив накинуть банный халат.
— Кристина? — первое, куда я зашел — спальня. Но ее там не было. На полу валялось полотенце, и новая одежда была распакована и надета новой владелицей. — Где ты?
— Я тут. — спокойно отозвалась она, но холод в голосе мне совершенно не понравился.
Я быстро направился в гостевую, от куда и доносился звук, и первое, что увидел Кристину сидящую на кресле в новой черной юбке в красную клетку и белой блузе. Выглядело чертовски сексуально…
Я так засмотрелся, что не сразу понял — она не одна. На против сидел кто-то еще. Девушка.
— О, — ехидно улыбнулась Альбина, помахав мне рукой, в которой был какой-то лист. — Простите, что помешала вашему уроку. Максим Викторович, а вы так всегда зачеты принимаете, а?
— Проваливай, — монотонно отчеканил я, прикрывая лицо рукой. Страшно представить, что могла рассказать эта идиотка Кристине за долгие пять минут. — Как тебя вообще пустили?
— Деньги многие решаю, мася, — пожала плечами та, взглянув на вжавшуюся в кресло побелевшую Баеву. — Но я все равно не уйду. Есть много интересных новостей.
Кристина
Я упала на кровать, не веря в происходящее. Кто та раскрепощенная девушка, которая едва ли не потеряла девственность в ванной? Отбросив все "праведные" мысли позволила себе расслабиться? Быть той, кем на самом деле хотела? И с тем, кем хотела?
Голова все еще кружилась от пьяной дымки, тело приятно саднило. И тем не менее, я поймала себя глупо улыбающейся просто так.
Внезапно кто-то постучал. Сперва осторожно, а после настойчиво. Я бросила взгляд на вещи, купленные Кругловым для меня и потратила целую вечность, чтобы натянуть их на влажное разопревшее тело.
— Сейчас, сейчас… — пробегая мимо ванной, я услышала, как бежит вода. Максим Викторович все еще приводил себя в порядок. — Добрый день. Вы что-то хотели?
Я была уверенна, что это некто из обслуживающего персонала отеля. Но перед глазами возникла высокая худощавая брюнетка с длинными кудрявыми волосами. На ней оказалось нежно-лиловое платье, подчеркивающее неестественно тонкую талию и выпуклую грудь. Девушка ехидно улыбнулась кончиками губ, стрельнув в меня победным взглядом.
— О, вы кажется та самая новенькая студенточка, да? — девушка демонстративно отодвинула меня в сторону своим громоздим черным клатчем, едва не выколов глаза длинными ногтями, будто у ведьмы в Хэллоуин. — Я Альбина. Невеста этого му… Мужчины!
Альбина прошла в номер, будто ее там кто-то ждал. А меня приковало к полу, сил двинуться с места не было. Девушка поискала взглядом Круглова, но когда того не заметила, вспомнила о моем присутствии.
— Я не понимаю… — вырвалось у меня с трясущихся губ. Маленький карточный замок, который только начал строиться, развалился еще на основании фундамента. Я узнала эту девушку. Именно ее я застала голышом на столе ректора. А значит — Альбина не врала.
— Что ты не понимаешь? — пожала плечами та, кивая в сторону стеклянного столика. — Идем, все расскажу, малыш. Давно пора поговорить. Я оттягивала-оттягивала, но больше времени нет.
Не помню, как захлопнула дверь и прошла за Альбиной, усаживаясь на первое попавшееся кресло. До столика просто не дошла. Альбина лишь пожала плечами, дескать, плевать ей, где правду вещать.
Смерив меня долгим и сочувствующим взглядом, она выплюнула жвачку в стоящую на столе вазу и нагнулась ко мне ближе.
— В общем, дело такое, — шмыгнув носом, она порылась в сумке и достала огромную медицинскую папку, на которой было написано "Будущая мамочка". Вытянув оттуда некую справку, она покрутила ею у меня перед глазами. — Пока я не узнала, что залетела — все это было очень даже весело. Максик спит, с кем хочет, а я терплю. Потому что люблю. Вот такая у нас жизнь. Но теперь на первом плане ребенок и я хочу лучшего для него. Особенно мужика, который не трахает первую попавшуюся девственницу.
— Какой срок? — голова шла кругом, пространство вокруг стало двумерным. Закусив губу, я всеми силами старалась держаться, но знала, что еще одна новость точно меня добьет.
— Две-три недели, — махнула рукой та, протянув мне справку. Наверняка, хотела, чтобы я сама с ней ознакомилась. Но я отвернулась, не желая даже держать этот лист в руках. — Это не так важно, мы никогда не предохранялись. Еще вопросы будут?
Но вопросов у меня не было, лишь странный тяжелый ком в груди, засасывающий в себя все то прекрасное, что виделось ранее. Я монотонно пялилась в стенку перед собой, вспоминая момент, когда докатилась до роли любовницы.
— Слушай, — оживилась Альбина, тяжко вздохнув. — Ты красивая и молодая. Закончишь вуз и найдешь себе нормального парня. А с этим недоразумением позволь мне мучатся. Ну зачем тебе мужик с ребенком на стороне? Тот, который вечно врет и изменяет.
— А тебе зачем? — изогнув бровь, уставилась я прямо на Альбину. — Нравятся сложности?
— Люблю я его и надеюсь перевоспитать. — грустно побормотала она, откинувшись на спинку дивана.
Так мы и просидели долгие две минуты, пока дверь ванны наконец не открылась. Услышав звук шагов, Альбина закатила глаза и одними губами прошептала:
— Сейчас начнутся оправдания. Который раз уже…
А дальше кадры смешались. Круглов что-то кричал, Альбина ему не уступала, тыкая под нос справкой и анализами. Сперва я просто сидела, пытаясь найти силы подняться с места, а после быстро прошмыгнула за спиной мужчины, пока его внимание отвлекла Альбина, целящаяся в голову вазой.
Подхватив с собой те вещи, что были с собой, я бегом выбежала на улицу и только зайдя в соседний переход набрала номер Ани.
— Ты где? — хлипая носом, я старалась не рыдать перед всем честным народом, будто какая-то умалишенная. — Мне срочно нужна помощь. Точнее, поддержка.
— Вообще-то у нас пара физической культуры, — подметила та, дескать, что я все прогуляла. — Но давай встретимся в фастфуде, которое рядом с вузовским метро. Идет?
— Буду там через пять минут.
Мы объедались бургерами и запивали все тоннами газировки, проедая мои последние деньги. Устроившись в укромном столике, закрытом от сотни чужих глаз, я долго плакала, рассказывая какую-то невменяемую, полуправдивую историю о парне-мудаке и его психованной беременной девушке.
— Может он и вправду бросил ее до тебя? — предположила Аня, прижимая к себе и поглаживая мои волосы.
— А это имеет какое-то значение, если она беременна? — удивленно взглянула я на подругу.
Ведь не важно, когда они расстались. Факт в том, что еще один ребенок мог родиться без отца, а это недопустимо. Самая святая тема, которая только может быть.
Аня согласна кивнула, осторожно переведя тему на своего отца, который все же просил мачеху и назначил тот месяц проверки.
— Когда я завалила английский год назад, меня едва из дома не выгнали. — хмыкнула девушка, — А эта шлюха спала с другим мужчиной и… Ничего! Понимаешь? Как так вообще. Мой отец превратился в подкаблучника.
— Ты ведь все это так не оставишь, верно? — была почти уверенна я, зная характер одногруппницы.
— Естественно. — она хитро сощурила глаза, ехидно улыбнувшись. — Раз он так любит женщин, то пусть будет с другой. Есть у меня на примете одна очень хорошая и добрая. Но судить пока рано.
День сменил вечер, на улице давно стемнело. Мы наконец-то вышли из заведения, едва держась на ногах от переедания, и все же домой чертовски не хотелось. Круглов уже успел позвонить сто раз до того момента, как я вырубила телефон и теперь я была почти уверенна, что он поджидает меня дома.
— Поехали по ко мне ночевать, а? — предложила сама Аня, глядя на мой внешний вид. — Я сама живу, папочка с этой сучкой на Сейшелы укатил мириться. Сама не хочу быть, все бесит.
Аня жила не далеко от меня, но в элитной новостройке, которая охранялась лучше любой военной базы. На территории была приватная школа, детский сад, фитнес клуб и дорогой супермаркет.
— Ты не наелась? — хватаясь за живот, застонала я, когда подруга за руку потащила меня сквозь стеклянные двери прямиком к стенду с колбасой.
— Нет, — качнула головой та, схватив со стенда первую попавшуюся бутылку воды. — Смотри внимательно.
Аня обвела взглядом все работающие кассы и когда увидела худощавую блондинку средних лет двинулась туда. Женщине оказалось не менее сорока лет, но выглядело она очень лучезарно и миролюбиво.
— Анечка! — воскликнула касирша, когда увидела одногруппницу, после перевела взгляд на меня. — Еще и с подругой! Так рада вас видеть, хорошего вечера.
— И вам, Наташа, — расплылась в ответной улыбке Аня. — Деткам привет.
— Обязательно! — кивнула та, крикнув вдогонку:
— Я там супа наварила, вечером принесу.
Когда мы вышли на улицу, Аня выжидающе уставилась на меня, хитро улыбаясь.
— Ну, как тебе?
— Кто? — не поняла я, оглядываюсь.
— Кто-кто?! Наташа. — закатила глаза она, заговорчески потерев ладони. — У Наташи муж пять лет назад в аварии погиб, оставил ей детей и квартиру. Денег нет, приходится работать кассиром. Самый милый человек из всех, кого я встречала. Иногда мне кажется, что она с другой розовой вселенной. — Аня изогнула бровь и хихикнула. — Точно, как ты!
— Хочешь свести их с отцом? — предположила я и подруга активно закивала.
— У меня даже есть план! Но мне нужна будет помощь, — я моментально согласилась, вызвав радостный блеск глаз. — Когда отец вернется, я навсегда выкурю эту неблагодарную курицу из нашего дома.
— Уверенна, что папе твой вариант понравится? — я вспомнила мачеху Ани: модельная внешность, хоть и без помощи хирурга не обошлось. Наташа была безумно красивой, но приземленной.
— Уверенна, — поджав губу, грустно кивнула та. — Она вылитая мама. Просто близнец.
На этом заговор был временно закончен, и мы наконец отправились домой. Там под строгим надзором Ани я выучила все задания до конца недели. Кто бы мог подумать, что меня придется заставлять учиться?
Было весело и легко. Но как только я осталась одна в комнате, снова тяжелый ком на сердце стал размером со вселенную. Чем больше я думала о случившемся, тем сильнее грустила. Включив сотовый, я тут же поставила "авиа режим", чтобы никто не смог позвонить, после чего зашла в сотовую сеть, желая отвлечься.
Но и там обнаружились сообщения от Круглова. Как он меня нашел? Уму не постижимо.
"Где ты?"
"Это уже не смешно, Кристина!"
"Вернись, и мы спокойно поговорим!"
"Я начинаю думать о плохом. Давай решим все по-взрослому"
Так и хотелось написать что-то вроде "Решайте все со своей Альбиной" или "Нам не о чем разговаривать". Все же эти фразы отдавали чем-то детским и не серьезным, поэтому четко поставила точку лишь одной фразой:
"Я искренне желаю вам счастья, обо мне волноваться не стоит"
После чего вышла из социальной сети, пытаясь угомонить безумно бьющееся сердце и перестать плакать. Увы, но мне уже в который раз после переезда не удавалось контролировать себя и свои эмоции.
Спать не хотелось, а уже светало. В голову шли дурные мысли и идеи. И тогда я вдруг вспоминала про тот странный секс-чат.
Быстро закачав нужное приложение, я авторизовалась и, на удивление, не ощутила того прежнего радостного предвкушения. Нарушать запреты родителей было очень весело, а сейчас я была никому не нужна.
Мой единственный собеседник MAXIMUS был не в сети, но я все равно зашла в нашу переписку, решив прочитать то, что не успела.
MAXIMUS: "Куда ты пропала, Зефирка?", "Уже прошла целая неделя, а от тебя нет и слова", "Я начинаю думать, что ты удались навсегда, не попрощавшись", "Я буду писать тебе раз в неделю, напоминая о себе".
И все же сообщения от MAXIMUSа прекратились две недели назад, он словно пропал из сети. Долго крутя телефон в руках, я решилась и написала в ответ пару строк.
Зефирка: "Я жива и здорова. Просто жизнь закрутилась, ты ведь знаешь, как это бывает… Встречая реальных людей, ты забываешь о виртуальных".
Мужчина не был в сети, поэтому я просто положила телефон под подушку и уставилась в окно, наблюдая за тем, как медленно встает солнце. Еще пару часов и Аня придет будить меня собираться на учебу….
Внезапно телефон под подушкой завибрировал, заставляя буквально подпрыгнуть на месте от неожиданности. Я достала сотовый, на весь экран светилось сообщение из секс-чата.
MAXIMUS: "Теперь-то очень хорошо знаю, Зефирка."