Глава 10
Нужно было что-то ответить, но правильных слов в голове не находилось. Я молча пялилась на экран, не зная, что сказать.
Зефирка: "Ты встретил девушку?"
Написала и тут же покраснела. Спустя мгновение колебаний, решила все удалить. Какое я имею право лезть в чужую личную жизнь? Но сообщение поменяла цвет с белого на ярко-голубой и это могло значить только одно — мой собеседник его прочитал.
MAXIMUS: "Думаю, да. А ты? Почему пропала?"
Облегченно выдохнув, я устроилась поудобнее в постели и начала печатать:
Зефирка: "Не знаю. Я думала, что да. Сейчас неуверенна."
MAXIMUS: "Почему так?"
Задумавшись, я снова окунулась в воспоминания. Перед глазами возникла Альбина, держащая в руках справку о беременности… Или как это вообще называется? Не важно. Факт в том, что отцом она называла Максима Викторовича Круглова.
Глаза вновь стали влажными, сердце защемило, а дрожащие пальцы принялись печатать:
Зефирка: "Мужчины часто претворяться теми, кем не есть на самом деле. И когда тайное становится явным очень больно."
MAXIMUS: "Ясно"
Мужчина ответил почти сразу и его слова почему-то огорчили. Наверное, я ждала какого-то решения, подсказки, направления в нужную сторону. Какие глупости… Но стоило мне потянуться к кнопке блокировки, как экран снова замигал.
MAXIMUS: "Я не знаю, что у тебя произошло, Зефирка, но хочу дать тебе взрослый совет: в отношениях есть лишь двое. И слушать надо либо себя, либо его. Нет третьих лиц."
На губах моих возникла улыбка, словно тепло от мужчины, которого я совершенно не знаю, магическом образом передалось через толщу телефона. Капля слезы незаметно для меня скатилась по щеке и упала на монитор. Я попыталась стереть ее, а вместо этого открыла функцию фотоаппарата и сделала снимок того, что было перед глазами. Фото моментально отправилось собеседнику.
Мое сердце едва не вырвалось из груди в тот момент! Только потом до меня дошло, что ничего страшного не произошло. В кадре оказалось лишь окно и вид на столицу. А еще моя одежда, в которой я пришла к Ане. Но вряд ли MAXIMUSу это было хоть немного интересно.
Зефирка: "Прости, я случайно."
MAXIMUS: "Красивый вид, где ты сейчас? Знакомый район, я его знаю…"
Странный вопрос поверг меня в некое замешательство и отрезвил. Какого черта я тут сижу и раскрываю душу перед не пойми кем. Может это маньяк или насильник, который умело втирается в доверие?
Не прощаясь, я выключила приложение и наконец-то легла спать. Но уже через секунду в комнату вторглась Аня с возгласами: "Мы все проспали". Пока подруга судорожно пыталась сделать легкий макияж, я давно собралась и ждала ее на входе. Из головы не выходил разговор с MAXIMUSом. Что значит "знакомый район"? Неужели он, мужчина из моих фантазий реально существует. К тому же, живет в столице?!
— Можешь спускаться, — крикнула мне девушка из ванной комнаты. — Только захвати мусор, пожалуйста. Он на входе стоит.
Не желая смущать подругу, я тут же вышла прочь. Баки находились рядом с домом, идти далеко не пришлось. Но даже когда я вернулась обратно к подъезду, Ани еще не было. Сев на лавочку, я включила телефон с ужасом обнаружив, что первую пару мы благополучно проспали.
— Этот вуз какой-то проклятый, — закатила глаза я и покачала головой. За последнее время по прогулам я здорово "реабилитировалась" и нагнала их за всю жизнь.
Внезапно дерево позади зашуршало. Я обернулась, но не успела ничего увидеть, как массивная ладонь заткнула мне рот. Другая же рука буквально подняла с места, утаскивая к черной припаркованной машине рядом с домом.
На удивление, ни одного проходящего человека рядом не было и мои жалкие барахтанья и сдавленные визги слышал только похититель.
Мужчина затянул меня в авто и сам сел рядом на заднее сидение. Двери оказались заблокированы и перед глазами все потемнело.
— Главное, не кричи, — раздался совершенно знакомый голос. И с перепугу я не сразу поняла, где и когда его слышала. — Я просто хочу объяснить тебе то, что ты не хочешь слышать.
Досчитав до десяти, я с трудом выровняла дыхание и только тогда смогла полноценно посмотреть на мужчину, сидящего рядом. В голове крутилось лишь одно:
— Вы сошли с ума?
Недоумение — вот, что я чувствовала. Круглов же выглядел вполне нормально в черной одежде, будто собирался идти грабить банк. Но под глазами мужчины пролегли зеленые синяки, а лицо казалось не естественно белым.
— Ты не хочешь меня слушать, что я, по-твоему, должен был делать? — раздраженно скинув кепку, ректор потер засаленную и не расчесанную шевелюру пальцами, после снова повернулся ко мне. Он хотел взять меня за руку, но я одернула руку и отвернулась. — Прежде чем делать какие-то выводы, надо было выслушать мою версию событий. А не сбегать.
И тут в голове вспыли слова моего собеседника из чата. А может он все-таки прав? В любом случае, всегда надо узнать точку зрения всех людей, чтобы составить единую правду.
— Я вас внимательно слушаю, — неожиданно для самой себя выпалила я и Круглов тоже удивился. Мужчина явно не рассчитывал на такую мою сговорчивость. Достав сотовый, он протянул мне его и включил какое-то видео. На нем была Альбина и… какой-то молодой парень.
— Что это? — когда картина на экране перестала быть пристойной, я поморщилась и отвернулась. Альбина буквально висла на своем кавалере, в публичном месте засовывая тому руки в ширинку обстановку. Бедняга даже если бы смог, не убежал от нее.
— Это, — Круглов ткнул пальцем в парня. — Отец ребенка Альбины.
Растерянно переведя взгляд на Максима Викторовича, я пыталась собрать мозги в кучу и сказать нечто вразумительно. Но сердце в груди стучало так бешено, а пульс отбивал биты в ушах, что это было практически невозможно.
— Откуда вы знаете? — наконец-то возник логичный вопрос в моей голове. — На его лбу не написано.
— Сперва я решил, что Альбина выдумала беременность и сразу связался с лечащим врачом. Он отказался отцом моей студентки и буквально на коленях клялся, что эта идиотка вправду беременна. Правда… срок немного другой. Больше месяца. — мужчина саркастично изогнул одну бровь, дескать: слушать надо старших, а не сбегать. Но выводы было делать рано, так что многозначительно кашлянув, я призвала его продолжить:
— Так вот… В тот период времени у меня была затяжная командировка. А мои доверенные люди нашли эту запись. Единственный контакт Альбины за то время. Еще и без защиты.
— Откуда такие подробность? — охнула я, покачав головой. — У тебя что, есть личные карманные шпионы? Это вообще законно?!
Мужчина коварно улыбнулся кончиками губ, обнажая идеальные белые зубы. Морщинки расползлись по его худощавым щекам и под глазами, в моем животе что-то странно защекотало. Очень похоже на бабочки.
— Это ведь снято в клубе, — качнувшись вперед, Круглов внезапно оказался так близко. Я слышала остатки его безумно сексуального парфюма, а еще приятный естественный запах. Все вместе просто сводило с ума. — Моя фирма, как ты выразилась, шпионов, работает на грани закона, а не за ней.
Возникла мучительная пауза, электричество между нами стало буквально осязаемым. Губы мужчины были так близко, а я так сильно по нему скучала. Сейчас, осознавая, что натворила, я чувствовала себя идиоткой. Но и снова окунаться с головой в жизнь без предрассудков не хотелось.
— И?.. — с трудом выдохнула я, только бы не молчать. — Что теперь делать? Альбина ведь явно настроена решительно.
— Меня это не волнует, — хрипло прошептал он, не отрывая взгляда от моих губ. — Главное, чтобы это тебя не волновало. Я сделаю все возможное, чтобы Альбины больше рядом с тобой не было.
— Вряд ли от нее можно сбежать, — с сожалением прошептала я.
— Я знаю одно прекрасное место, — пальцы мужчины коснулись моей щеки, и по телу прошло электричество. Я нервно вобрала воздух, когда свободная рука мужчины оказалась в моей шевелюре. — Например, на Мальдивах. Как тебе? Одно твое слово, и мы улетим прямо сейчас. Там меня не найдет даже твой отец и сотни проверок.
— Заманчивое предложение.
Перед глазами все плыло, время вокруг растворялось. Наши губы соприкоснулись и было это так естественно, будто мое продолжение. Будто глоток воздуха или свежий ветер. Хотелось больше!
Не осознавая себя, я села на руки к Круглову, крепко обнимая того за шею. Юбка моя задралась слишком высоко, а руки мужчины так сильно сжали ягодицы, что хотелось кричать. Но не от боли. Я была так, где хотела. И с тем, кого безумно хотела.
— Что бы со мной делаешь, — прорычал мужчина мне в губы, пробираясь своими пальцами сквозь тонкую ткань трусиков. — Я так сильно тебя хочу…
И тут меня словно молнией ударило! Я замерла и ощетинилась, просунув руки между нами. Тяжело дыша, быстро соображала, как сказать мужчине, что больше не хочу с ним спать. По крайней мере, пока. Скандал с Альбиной сделал свое дело и мне по-прежнему требовалось время, чтобы понять, тот ли Он мужчина или нет.
— Нельзя ехать на Мальдивы, — уткнувшись лбом в лоб Круглова, прошептала тому я.
— Тогда на Бали… Или Сейшельские острова. — молниеносно предложил тот, — Куда хочешь.
— Нельзя никуда уезжать. Моя учеба медленно катиться на дно успеваемости, про работу и вовсе молчу. — ловко подцепив руки мужчины своей ладонью, чтобы не лез под юбку, я сжала его пальцы, нежно оцарапав скромными ноготками. — А вам, как я поняла, предстоит много проверок.
— Тебе. — прорычал мужчина сквозь зубы.
— Что, простите? — не поняла я, заглядывая ему в глаза.
— "Тебе предстоит много проверок", Кристина. — доступно объяснил ректор, давая понять, что пора бы мне называть его на "ты". Но подобное в голове не укладывалось. Я тут же покраснела и отвела взгляд.
— Как-то не прилично, — ляпнула, не подумав и репетитор тут же уцепился за фразу.
— Когда я делаю так, тебе неудобно? — его руки снова настойчиво сжали мои ягодицы, накручивая на палец трусики и оттягивая их так, чтобы мягкая ткань терлась между складочек. — Так тоже неприлично? — хмыкнул тот, сжимая свободной рукой мою грудь. Соски тут же стали колом и Круглом не мог этого не почувствовать через тонкую ткань. — Так что выбрось это из головы и будь хорошей девочкой.
— Вряд ли это еще возможно, — пожала плечами я, в одно движение оказавшись на месте рядом. Ректор этого явно не ожидал и не одобрял. Складка между бровей стала более глубокой, а взгляд злым. — Мне пора. Может быть случится чудо, и моя подруга таки выйдет на улицу.
— Я бы мог тебя подвести, — предложил мужчина, но я не ответила. Ведь подругу бросать не хотела. — Тогда жду тебя после учебы у себя. Как ни как, теперь работаем вместе. А еще сегодня занятие…
Мужчина сжал меня за шеи и притянул к себе, даря страстный поцелуй, от которого обычно подгибаться коленки. Когда наши губы разъединились, я увидела в глазах Круглова немое предупреждение. Он будто силой мысли заставлял меня думать о нем весь день.
— Посмотрим, — нарочито небрежно бросила я, выскальзывая прочь из салона автомобиля. Аня по-прежнему не спустилась на улицу и сейчас я была этому несказанно рада.
Максим Викторович вышел вслед за мной, но только для того, чтобы пересесть на водительское место. Я проследила за тем, как он включил газ и, опустив боковое стекло, театрально фыркнул:
— Только попробуй не прийти. Уволю! Или выпорю… Что больше понравится.
— Ей уже, — крикнула я хохочущему ректору, поглядывая на дверь подъезда. Если бы Аня вышла сейчас, то все мои сказки про абстрактного парня рухнули в один момент.
Но подруга почтила меня своим вниманием только через десять минут. Как оказалось, та уже перед выходом заметила стрелку на колготах, а новых найти не смогла. Пришлось судорожно искать чистые джинсы по погоде, гладить их и зашивать какую-то там отвалившуюся деталь.
— Твой день явно начался не с той ноги, покачала я головой, приобняв горе подругу.
— А той, я смотрю, не так уж и плох, — подмигнула Аня, — Щеки красные, глаза блестят…
Я лишь пожала плечами, не желая пока говорить о том, о чем и сама понятия не имела. Что между нами с Максимом Викторовичем? Интрижка? Связь на неделю? Или что-то более серьезное и глубокое? Я не знала и знать не хотела.
Казалось, пары никогда не закончатся. Всеми силами я заставляла себя внимать то, что настойчиво внушает преподаватель, но выходило, откровенного говоря, плохо. Засматриваясь на доску, медленно грязла в воспоминаниях о ректоре….
— Баева! — окрикнула меня Валентина Семеновна, громко захлопнув учебник конституционного права. — О чем я только что говорила?
Широко распахнув глаза, я ощутила, как под ногами ускользает земля… Но Аня вовремя шепнула на ухо правильный ответ, спасая от громкого позора.
— Что же, — хмыкнула женщина средних лет, поправив высокую седовласую прическу. — Попрошу тогда к доске. Проверим ваши знания и, что важно, усидчивость.
На удивление, в голове моей остались те самые знания, что так активно грызла сидя дома. Тему, которую мы проходили в вузе сегодня, знала, как свои пять пальцев. Под конец моего пятнадцатиминутного ответа, Валентина Семеновна широко открыла рот, но тут же его и захлопнула.
— Садитесь! — гаркнула, глядя на меня презрительно. — Сносный ответ.
Аня ехидно улыбалась, и когда я присоединилась к ней, та подтянула меня ближе, шепнув:
— Знаешь, кто она?
— Нет, — качнула головой я, из-под ресниц засматриваясь на недовольную женщину.
— Бабушка Семена, нашего бывшего одногруппника. — девушка заговорчески подмигнула, подвигаясь еще ближе. — Тут все считают, что его отчислили из-за тебя.
Сперва я хотела соврать, что понятия не имею, о чем речь, как вдруг решила, что нет причины лгать. Посему неопределенно пожала плечами:
— Он это заслужил.
Подруга не стала задавать лишних вопросов, чего я искренне боялась. Мы молча проложили слушать урок, стараясь не замечать косые взгляд одногруппников. Они так и не смогли меня принять.
Рядом с Аней день протекал быстро, и все равно недостаточно сильно. Я знала, что где-то там, в своем новом отремонтированном кабинете сидел Максим Викторович и ждал меня. Репетиторство никто не отменял! Сейчас я была безумно рада, что отец таки настоял и заставил Круглова заниматься со мной приватно. Исключение из правил.
Последняя пара выдалась физическая культура. Чтобы пройти в спортивный зал нужно пройти через коридор, где располагался кабинет ректора.
Я неосознанно притормозила шаг, проходя мимо. И правильно сделала! Потому как дверь резко распахнулась и наружу вылетело три мужчины средних лет, замыкал их компанию именно Круглов.
— Добрый день! — громко воскликнула Аня, неестественно широко улыбаясь. Девушка наверняка хотела сгладить последствия нашего недоремонта. Я поддержала подругу, поймав на себе сосредоточенный и рассерженный взгляд мужчины.
— Добрый, — рявкнул он, — Круглова, мне нужно отъехать. До моего возвращения подготовь отчет за последний месяц. Прежний секретарь оставил всю необходимую информацию, осталось только оформить.
Аня бросила на меня сочувственный взгляд.
— Я тебе помогу, — тихо проговорила та, но Круглов услышал и агрессивно мотнул головой:
— Нет! Это работа Баевой. Или вам зарплату на двоих поделить?
Аня опешила и, побелев, мотнула головой. Максим Викторович прошмыгнул мимо меня, будто мы не было знакомы. Будто и не было того важного для меня момента в машине.
По спине прошел холод, а ноги приросли к полу.
— Не переживай, — оживила меня Аня, продолжая тянуть в сторону спортзала. — Ректор у нас строгий, но хороший. Ты справишься, обещаю!
Настроение сразу пропало. Наверное, это причина того, что парочку раз во время игры волейбол парень из соседней группы зарядил мне по голове мячом. Переодевшись обратно в повседневную юбку и блузу отправилась в кабинет ректора. Заведующая по ключам была предупреждена о моем приходе, поэтому открыла дверь без труда.
Сев за компьютер, я потратила пол часа, чтобы найти старые записи секретаря. Сказать, что информативными они не были — ничего не сказать. Три часа ушло не поиск нужной информации для отчета, еще пол часа на оформление… И, вуаля, готово!
Я настолько устала, что буквально упала на рабочий стол без сил, готовая заснуть прямо здесь и сейчас. Как учить то, что задали на дом преподаватели — было сложно предположить!
Дверь внезапно открылась и в приемную вошел Круглов. Я с трудом подняла на него сонный взгляд, едва скрывая злость. Как можно было дать мне такую сложную задачу? Обычно отчет готовит тот, кто отвечает за него головой.
Ректор зашел внутрь и первым делом закрыл дверь приемной изнутри, оставляя ключ на месте, таким образом, чтобы открыть снаружи было невозможно. Только после этого мужчина взглянул на меня.
— Кристина? — вопросительно приподняв бровь, Круглов подошел к столу и посмотрел на законченный отчет. Его ошарашенный взгляд надо было видеть. — Зачем ты это делала?
Замерев, я трижды выдохнула, чтобы не закричать от злости. Но голос все равно походил на шипение:
— В смысле: "Зачем"? Ты мне сам сказал!
— Я просто хотел намекнуть тебе, что несмотря на мой отъезд — дождись меня в вузе. — виновато поморщился тот.
Но даже милые глазки не помогли бы ему в этот момент.
Ладошка нашла под рукой новую стопку бумаги А4, скомкивая в тугой ком. Он полетел прямо в голову ректору.
— Что ты делаешь?! — отскочив в сторону, мужчина явно направляясь к своему кабинету, желая там скрыться. Не тут-то было! Я понялась вслед на ним, прихватив гору бумаги. — Кто тебе виноват, что ты не поняла мой намек?!
— Намек?? Телефоны уже запретили, да? — закричала я, отправляя очередной лист в голову Круглову. Промахнула, попала в шею. Он мастерски закрывался! — Я проделала ОГРОМНУЮ работу! Четыре часа рылась в незаконченных делах другого человека! И почему?! Потому что ты… намекнул!
— Ты все сделала? Там же работы на неделю. — не поверил мужчина, пропуская удар и получая прямо попадание в лоб.
— Вам просто крупно повело, господин ректор! — фыркнула я, разворачиваясь прочь. Задерживаться рядом с мужчиной не хотелось. Потом, как злость поутихнет.
— Кристина, — выдохнул он, резко хватая за руку и потянув к себе. Я оказалась прижата спиной к деревянной двери, окутанная руками мужчины. Знакомое положение… Только сам кабинет теперь изменился до неузнаваемости: стал светлым и более открытым. — Я сглупил. Думал, ты догадаешься сама. Проверки чертовы совсем замучали… Мне очень жаль, что ты просидела тут четыре часа. И, между тем, я этому очень рад. Как я могу загладить свою вину?
Сперва я хотела отказаться, но затем поняла — это мой шанс возмездия. Момент власти!