Когда слышишь драконов

Альвоя. Последняя Земля

Вечером мертвецки бледное существо, подружка хромого, пришла ко мне с двумя охранниками и поставила передо мной колбу с жидкостью цвета ореховой пасты и ещё кое-чего менее приятного, и жестом приказала выпить содержимое.

Я покачала головой.

- Что это? – спросила я, хотя она и не могла меня понять.

Эльфийка покосилась на охрану.

- Я хочу знать, что это, - повторила я.

Чиинана отдала команду воину, он вышел и быстро вернулся с Эзом. Эльфийка возмущённо на высоких нотах объяснила ему, что ей от меня нужно, и я подумала, что большую часть её речи, где, вероятнее всего, меня оскорбляли, Эз не стал мне переводить. Он рассказал, что напиток приготовлен на основе сонных ягод, и что с помощью моего сна колдунья пытается установить связь с Драконьей Тенью. Эз пояснил, что подобные вещи практикуются магами в основном для связи с духами, а Тень, по сути, тот же дух.

Подмывало отказаться, но я предположила, что мне просто вольют это силой, и нет смысла сопротивляться, однако, мог быть и положительный момент. Увидев дракона во сне, я заранее буду знать, к чему готовиться. Хоть это и не впервой, Доогелдарк, а тем более его тень, может быть совсем иным, нежели дракон, приходящий ко мне во снах.

Я взяла колбу и разом её опустошила, почувствовав знакомый аромат. Похоже на корицу. Запах маминого рождественского печенья ворвался в мозг, разбудив воспоминания, я улыбнулась. Как бы мне сейчас хотелось знать, что у неё всё хорошо. Эльфийка, удовлетворившись моим исполнением приказа, удалилась. Я легла на лавку, меня клонило в сон.

Жёлтые глаза. Тёплая кожа. Я похлопала старого знакомого по крылу и взобралась к нему на спину. Он взлетел, унося меня прямо из-под носа Уузона и его бледнолицей женщины. Выше и выше. Сиреневые облака рисовались на розовом небе в свете заходящего Птухайла. Плавный полёт и ощущение свободы. Мне хотелось бы летать вечно. Внизу под нами океан вставал на дыбы свирепыми волнами. Вот, показалась уходящая за облака скала. Где-то там Дариен и мой брат. Я смогу их освободить. Сейчас, как всегда, мы взмоем над облаками и опишем петлю вокруг острого пика. Но какая-то неведомая сила не пускает дракона за облака, тянет его в океан. Дракон не может сопротивляться, и мы падаем в чёрную воду.

Я думала, что захлебнусь, но даже не почувствовала, что под водой. Мы опустились на дно, я слезла с дракона. Жёлтые глаза посмотрели на меня, он взмахнул крыльями и исчез над волнами. Я осталась среди подводных скал и причудливых рифов. Заметив вход в пещеру, направилась к нему по морскому дну, ноги проваливались в песок. Когда я вошла, за спиной сомкнулись камни. Внутри было холодно и темно. Лишь пятнышко света маячило впереди. Оказалось, свет исходил из-за поворота. Когда я завернула за угол, мне открылась просторная пещера с высокими потолками, освещаемая десятками факелов. Стоило мне приблизиться к центру, как со всех сторон послышались шорохи и шипение. Из стен пещеры выходили морщинистые существа с красными горящими глазами – воины Тени. Мы уже встречались и не раз. Я попятилась, но они окружили меня.

И тут из-под песчаного морского дна, из щелей между камнями, из высокого скалистого потолка повалил густой дым, он наполнял собой пещеру. Собираясь в огромную фигуру. Фигуру дракона. Меня схватили за руки и толкнули к нему навстречу. Я замерла, глядя в чёрные дымчатые глаза. Дрожь пробежала по телу, и меня охватил холод, несмотря на отдаваемый факелами жар. Запахло гнилью, стало трудно дышать, тошнота распирала желудок. Что-то дёрнулось на полу, привлекая мой взгляд. Драконий хвост, кончик которого походил на блестящего угря, в отличие от всего остального сотканного из чёрного дыма тела. Острая боль пронзила голову.

Я вскрикнула, и будто вынырнув из-под воды, где пробыла невыносимо долго, хватала ртом воздух. Волосы прилипли к мокрому от пота телу. Спину жгло, точно я обгорела на солнце. Я с трудом доковыляла до бочки с водой и умылась. Больше так и не сомкнула глаз. Сидела на постели и вспоминала эту странную встречу с Доогелдарком. Если бы Мудрейший оказался рядом, наверняка он помог бы мне растолковать увиденное. Хотя, главное, чтобы бледнолицая колдунья не узнала лишнего.

Она пришла с первыми розовыми лучами эльфийской звезды вместе с Эзом и воинами. Посмотрела в глаза и что-то протараторила. Эз сказал, что моя связь с драконом установлена, и он сможет прийти на мой зов.

- А если я не стану его звать? – спросила я.

Чиинана подняла ладонь, электрические разряды пробежали от запястья до кончиков пальцев. Усовершенствованный электрошокер?

- Будь осторожна, Мира, она может сделать тебе больно, - предупреждающе тихо произнёс Эз, - даже Уузон боится её. Прошу, береги себя.

Спина вспыхнула. Не знаю, откуда, но пришла мысль, что здесь и сейчас последний шанс, правда, для чего непонятно. Дрожь пробежала по телу, сердце забилось в предвкушении выброса адреналина.

- Эз, сделай одну вещь. Найди Танго, — сказала я, пока Чиинана отвернулась и что-то диктовала охранникам. Эз понял мой план, насторожился, чуть согнул колени.

- Я не стану вызывать дракона! – с этими словами я толкнула эльфийку на воинов и ринулась к двери.

Конечно, они сориентировались мгновенно и через две секунды меня уже схватили. Наверное, эльфы ожидали от человека другого рода сопротивление, но я умела только кусаться, визжать и топать, поэтому справились воины быстро. Высокий и худой эльф с лицом статуи, вывернул мне руки и, собрав волосы в жгут, так натянул их, что у меня выступили слёзы. Что же, это того стоило, моя выходка помогла Эзу скрыться, и я верила, он справится.

Бледнолицая поднесла ладонь к моему лицу и, обнажив острые ровные зубы, прошипела на своём языке нечто угрожающее. Молнии забегали по белой коже. Только сейчас она заметила, что никто не переводит на человеческий язык её шипение. На высокой ноте она отдала приказ второму охраннику, и он бесшумно исчез из комнаты.

Я надеялась, что Эзу хватит времени, которое я смогла для него выиграть, попыталась вырвать руки из бульдожьей хватки эльфа, но лишь нарвалась на грубость, он сильнее потянул за волосы, вынуждая меня выше задрать подбородок.

Голубая от разрядов ладонь приготовилась ударить по щеке, но Чиинана занервничала из-за бегства переводчика, и её электропроводка начала давать сбои. Она опустила левую руку, молнии пропали. Однако требовалось отвести душу, поэтому моей многострадальной стороне лица досталась звонкая пощёчина. В сравнении с ударом хромого это ощутилось поглаживанием, я даже не зажмурилась.

Что-то рявкнув охраннику, белая женщина выбежала из комнаты в растрёпанных чувствах. Я подумала, что во мне реально просыпался дракон. Такой взбешённой я сама себя раньше не видела. Эльф швырнул меня на пол, вышел и запер дверь на ключ.

Я потёрла обескровленные запястья, подтянула к груди колени, обняла их. Больше обнимать было некого. Ни брата, ни Дариена. От мысли о них наворачивались слёзы. Но мужчины должны были быть в порядке, они сильные, они правители эльфийских земель, им не могут причинить зло. Мне хотелось в это верить, и я верила.

Конечно, мысль, что скоро нам всем настанет конец, просачивалась в моё сознание, но я гнала её. Мысли материальны. Оставалось дождаться ночи.

Время тянулось медленно, как стекающий с ложки клюквенный кисель. По-прежнему жгло спину. Я ощущала внутренний зуд и ходила из угла в угол, но, когда день пошёл на убыль, в меня начало вселяться спокойствие. То ли просто выдохлась от поедающего волнения, то ли на меня оказывало воздействие нечто внешнее или внутреннее, но неродное.

Я уткнулась лицом в подушку, собираясь дать волю слезам, но ничего не вышло в прямом и переносном смысле. Реальность становилась чётче сама собой, тело освобождалось от напряжения, разум наполнялся сосредоточенностью. Я услышала больше звуков снаружи, чем обычно. Тихие размеренные шаги стражи, то в одну сторону, то в другую. Голоса и звон посуды из кухни, лёгкие похлёстывания ветвей по оконным решёткам, и монотонный гул откуда-то снизу.

Шагов за дверью внезапно прибавилось. Я уже знала, кто к ней приближался. Тяжёлые, один более звонкий, чем другой. Ключ повернулся, и в комнату вошёл большерукий эльф. Он бросил мне белые тряпки, сказал три длинных слова и вышел.

Тряпки оказались платьем почти в пол. Я не стала упрямиться. Во-первых, бесполезно, а во-вторых, моя одежда уже давно потеряла свежесть. Поплескав на себя воды из бочки, я нацепила сияющий белизной наряд, правда, оставила штаны и сапоги под ним. Мало ли что, вряд ли меня ожидали бальные танцы. От наряда попахивало больше смертью, чем танцами. Впрочем, платье село неплохо, колдунья знала толк в шмотках. Широкий вырез обнажал ключицы, а рукава стягивались шнурками над локтями и на запястьях.

Я бросила взгляд на окно. Птухайл сегодня как-то особенно торопился скрыться. Может, он предвидел тёмные дела и не хотел становиться свидетелем. Лучше бы он задержался на своём посту и не оставлял меня на съедение предстоящей ночи. Той, которую я чувствовала своим телом, сердцем, пересохшим горлом и холодными пальцами. Возможно, последней ночи в моей жизни или, вообще, последней. Мне предстояла встреча с драконом, не во сне, а наяву. Я пыталась понять, о чём в такой же момент жизни думал мой отец. О чём он думал, когда взял в руки меч и повёл эльфов на битву с гигантским злобным огнедышащим монстром? Наверное, он не думал о смерти, а думал о жизни. О жизни эльфов и Альвои, о жизни людей. Многие тогда утратили надежду, может быть, вера в себя, в то, что только он сможет победить зло? Об этом ли он думал, когда потом шёл на войну с боевиками? О жизни. «Думай о жизни», — сказала я себе.

Мои размышления прервал скрип двери. Внутри всё сжалось. Я бросила взгляд на окно и увидела лишь тьму, окутавшую Последнюю Землю, тьму густую, фиолетовую, как тушь, тревожную, как мой последний сон. Самая страшная ночь.

В просторном зале без окон, куда меня отвела стража, освещённом десятками факелов собрались все. Хромой сидел на троне в самой выгодной позиции, поближе к выходу. По периметру стояли лучники и воины Тени. Их главарь – неестественно высокий и широкоплечий воин с морщинистым лицом землистого цвета, как у всех созданий недобитого дракона. Он стоял возле хромого и глазел на меня.

Бледнолицая сегодня оделась в чёрное с ног до головы. Она поднесла мне на подносе склянку с коричневой жидкостью, я выпила, и у меня глаза полезли на лоб, бросило в жар, я подумала, что меня отравили, и все мои внутренности через минуту сгорят. Я согнулась и с трудом вдыхала воздух маленькими порциями, потому что всё внутри скрутила боль, давящая, опаляющая огнём.

- Чиинана что-то сказала. Я подняла глаза, и сквозь выступившие слёзы увидела протянутую кружку с водой, по крайней мере, на вид. В тот момент я была готова на всё, лишь бы избавиться от боли, и выпила, сразу стало легче дышать. И боль постепенно растворилась, а я заставила себя собраться. Драконью Тень я уже встречала, вряд ли в реальности она могла быть страшнее, чем во сне.

Эльфийка подошла ко мне со шкатулкой, открыла её и надела мне на шею ожерелье из камней кровавого цвета, от прикосновения которых я ощутила на покрытой мурашками коже тепло.

Озноб усиливался с каждой минутой в этой атмосфере, где складывалось впечатление, что меня собираются принести дракону в жертву. Три эльфа в плащах и капюшонах приблизились к сооружённой из резных камней арке, держа в руках измятые свитки. Они встали по углам, четвёртый из которых заняла Чиинана. Мою спину жгло.