Приручая Твоих Демонов

Трудно это признать, но я вляпалась. Да. Именно так — Аяна была права. Я. Вляпалась. По уши.
Даже не знаю, что хуже: то, что мне чуть не снесли тупую голову, или то, что этот кощей — с его вечной тенью и вечным молчанием — притащил меня в свою берлогу.

И ладно бы просто укрытие... Нет, у этого гавнюка вполне себе стиль. Вкус, конечно, у него не худший. Минимализм, тёмные стены, дорогой диван и приглушённый свет — всё как по канону "темного загадочного мужчины". Но на этом плюсы заканчиваются.

Я падаю на диван, обнимаю подушку и пытаюсь понять: что дальше?

Во-первых, позвонить Люку. Он наверняка рвёт на себе волосы — не в переносном, а в самом буквальном смысле. Я даже не успела с ним поговорить тогда...

Он берёт трубку почти сразу, голос напряжённый:

— Мия? Всё нормально?

— Да, просто супер. Лучше не бывает. Я так зла на тебя, ты даже представить себе не можешь.

— Не начинай. Главное, что всё обошлось. Голова не болит?

— Я же говорю — я бешено зла. Почему ты вообще полез в эту драку?

— Он начал первый. Пустяки.

— Люк! — резко срываюсь на полу крик. Никогда не называю его полным именем. Значит, я на грани.

Он тяжело вздыхает и замолкает.
Знает, что накосячил. Знает, что я права. Но молчит.

— Ты же знаешь, как я за тебя переживаю. Пожалуйста, больше не делай так.
Не из-за меня.
Не с твоим сердцем.

Я ненавижу говорить об этом, а он — слушать. Он считает себя неполноценным, злится, когда я напоминаю. Но если это может стоить ему здоровья — мне плевать на его гордость.

— Ладно, понял. Пойду спать. Если что — звони.

И бросил трубку.

Превосходно. Просто лучше некуда.
Всё, как обычно. Сильный, независимый, но при этом ведёт себя как обиженный кот.

Я снова перекатываюсь на спину и утыкаюсь взглядом в потолок. Меня реально мутит. Или от удара, или от того, что я позволила втянуть себя во всё это. Этот олух выбил мне мозги так, что я даже не заметила, как оказалась в этом логове.

Пить хочу.

Вскакиваю и иду к холодильнику, одновременно осматривая тёмный интерьер.

Неплохо. Прямо скажем — чертовски стильно.
Матовый чёрный, холодный металл, минимум вещей. Даже кухня выглядит как декорация из фильма.

Открываю холодильник.
Так-так, что у нас тут?

Вода. Еще вода.
Одна несчастная баночка кола зиро.

И... о, бекон.

Бекон.

— Идите сюда, мои хорошие, — бормочу себе под нос, уже вытаскивая пачку.

Параллельно — в поисках сковородки. Он явно тут не готовит, но, увы, одна всё-таки нашлась. У него есть сковородка. У этого вампира есть чёртова сковородка.

Плита включается с характерным щелчком.

Немного масла.
Бекон зашипел.
Добавляю щепотку соли. В комнате сразу становится уютно — пахнет по-домашнему, жирненько, обволакивающе.

Мама готовить не умеет от слова совсем. У нас есть правило: не подпускать её к плите. Папа чаще крутится на кухне. Ну или наш повар.

Я, можно сказать, удачный гибрид.
С голоду не умру, но и в шеф-повара не рвусь.

Пока бекон шипит, нахожу хлеб. Потом помидоры.
О, и сырочек! — победоносно вытаскиваю его из ящика.
Собираю сэндвичи с таким вдохновением, будто снимаю кулинарный блог.

С колой и тарелкой иду обратно на диван.
Сажусь. Нет, разваливаюсь. Скрещиваю ноги. Беру в руки этот шедевр ночной кулинарии.

Первый укус — и всё. Бальзам на душу.
Бекон с сыром тает во рту, хрустящая корочка хлеба скрипит на зубах.
После всего дерьма, что произошло — я заслужила этот сендвич.

Если я найду здесь десерт — я официально прощу Вселенную.

Коршун (он же кощей, он же молчаливый мудак) ушёл в спальню.
И слава богу. Я не то чтобы мечтала его видеть.

Диван, конечно, он купил под свои габариты. Я тут как ребёнок на батуте.
Пробую усесться — скатываюсь. Подкладываю подушки. В конце концов плюхаюсь на пол. Так даже удобнее.

Так-так. Пока еда не закончилась — ищем сериал.

Игра престолов? Нет.
Доктор Хаус? Надоели.
Менталист? Близко...

Опа.

«Этим летом я стала красивой».

Вот оно.
Идеально.

Ещё один укус — и всё вокруг будто замедляется.

Хорошо, что я написала подруге, и она сказала маме, что я сплю и не стоит меня будить.
А то сейчас бы меня искали по всему Нью-Йорку.

Смотрю на себя. Мятая кофта, волосы в пучке, ноги на подушке.
Может, переодеться в его футболку?
Нюхаю ткань.
Вроде чистая.

Да и кому какое дело?
Главное чтобы мне было комфортно.

Прошло минут двадцать.
Я объелась.

Сэндвичи — шедевр, кола — божественный нектар, а сериал... сериал — ну норм.

После сегодняшнего — мне полагается компенсация моральным весельем и беконом.

Звук на телеке почти на максимум.
На экране героиня орёт на какого-то кудрявого красавчика, я почти вместе с ней. Бросаю подушку в воздух и подпрыгиваю, когда она его целует.

Устраиваю себе маленький пикник прямо на полу. Подушки — везде, ноги вытянуты, на коленях стоит тарелка, рядом пустая банка от колы. Я выгляжу как принцесса анархии.

Вдруг... атмосфера изменилась.
Я даже не успела нарадоваться, как этот неприятный тип вылез из своей пещеры.

Я чувствую этот взгляд. Холодный, испепеляющий, полный недоумения и отчётливого осознания, что у него в доме завёлся... кто-то живой.

Поворачиваю голову.
И что я вижу?

Райан.
Стоит в проеме, в полном офигении и без футболки.

Как будто он вышел попить воды, а обнаружил у себя в гостиной фестиваль независимого хаоса и одну (меня!) безумную девицу на ковре.

Я тоже молча смотрю на него.
У нас визуальный баттл.
Он — воплощение ледяной сдержанности.
Я — воплощение «прости Райан, но виноват только ты, кого попало домой не приводят»

— О тоже не спишь , — говорю я, делая глоток из второй банки колы( да, я нашла еще одну)— Хочешь сендвич? А, ой , прости уже нету, я забыла.

Он моргает. Один раз. Потом второй.
Как будто его процессор зависает от попытки обработать:

Какого черта?

— Ты...совсем охренела ? — спрашивает он, наконец. Голос слегка охрипший. Бедный, видимо только проснулся и сразу в реальность.

— Ой, а в чем дело? — отвечаю я, отползая с подушками чуть вбок. — У тебя шикарная кухня кстати. И бекон.

Он всё ещё стоит, не двигаясь.
Я почти слышу, как он мысленно пытается отмотать вечер назад: «в какой момент это существо попало в мой дом?»

— Знаешь, — добавляю я, глядя на него и улыбаясь, — ты так на меня смотришь, будто застукал своего кота, который открыл холодильник и устроил вечеринку.

— Это довольно точное сравнение, — бормочет он, устало потирая лицо.

Я поднимаю пульт и чуть прибавляю звук. Он вздрагивает.

— Мия, — говорит он с подчеркнутым терпением. — Закругляйся.

— Конечно! Только досмотрю.
Тут как раз про девушку у которой два парня. Она не может выбрать.

Он закатывает глаза.
Поворачивается, чтобы уйти.
Проходит два шага.
Останавливается.

— Мия...

— М-м?

— В следующий раз — не трогай вещи в чужом доме.

— Пф, — фыркаю я. — Ты сам виноват. Твои слова. «Чувствуй себя как дома». А дома я танцую и пою. Так что тебе лучше быть благодарным что я ограничилась этим.

Я говорю это пародируя его голос.

Он уже не отвечает. Просто уходит обратно в спальню, а я довольная вытягиваюсь на полу, укутываюсь пледом, доедаю последний сендвич и шепчу самой себе:

— Миссия «вывести Райана из душевного равновесия» — успешно выполнена.

Следующая цель:
Найти мороженое. Или ещё колу.

***

Сериал досмотрен.
Сендвичи уничтожены.
Кола выпита.
Подушки разлетаются в стороны, когда я потягиваюсь, как кот после обеда.

Ну всё, пора спать.

Где?
Ага. Кровать у меня, между прочим, есть. То есть... диван. Но какая разница? Хотя джентльмен уступил бы кровать.

После сегодняшнего он мне должен минимум хорошую подушку и доступ к горячей воде.

Встаю, и неспешно иду в сторону его спальни. Хожу я тут уже как у себя дома.

Даже не крадусь.
Абсолютно спокойно.
Что он сделает? Выгонит? Пф...

Толкаю дверь спальни. Она чуть скрипит, но мне плевать.

Внутри темно. Райан спит на спине, одна рука под головой, лицо спокойное — как будто он не кощей, а статуя из музея восковых фигур.

Красивый, гад.

Я мельком на него смотрю и сразу направляюсь в ванную. Потому что моя гордая независимая задница хочет чистить зубы и писать. Еще на мне макияж.

Включаю свет, но делаю его потише — ну, так, из уважения. Почти.

И что я вижу?

Полки.
Аккуратно сложенные полотенца.
Ровный ряд дорогих духов.

Зубная щётка идеально стоит на своём месте.

Маньяк чистоты. Очевидно.

Открываю шкафчик. Нахожу новую щётку. Улыбаюсь.
Спасибо, Райан, за гостеприимство.

Чищу зубы, спокойно, не спеша.
Умываюсь, расчесываю волосы пальцами.

Выхожу из ванной, обтираю лицо чужим, но подозрительно приятным полотенцем, и снова зависаю на этом мерзком типе.

Спит. Спокойно. Ровно дышит, как будто в соседней комнате не происходил мини-апокалипсис с беконом, сериалами и криками.

Он что, в коме?

Стоит тишина, только приглушённый шум телевизора и моё дыхание.

А у меня в голове внезапно — шальная мысль.
А что, если я его... задушу во сне?
Медленно так, плавно. Без следов.

Сама же тут же прыскаю в голос.
— Господи, ты ненормальная, — шепчу себе, прижав ладонь ко рту, чтобы не разбудить его.

Я подхожу ближе. Ещё ближе.
Он лежит идеально. Просто картинка для глянца «Как спят опасные мужчины».
Одна рука под подушкой, вторая лежит на животе. Лицо спокойное, ресницы длинные, губы поджаты.
Так бы и ударила подушкой.

Стою над ним, изучаю.
И вот оно... непреодолимое желание. Нарисовать на лбу какую-нибудь бяку. Рожки, усики, слово «дурак»...
Жаль, нет маркера.
Жизнь несправедлива.

Я снова смеюсь. Тихо, но искренне. Мне, чёрт возьми, весело.

И тут...

— То, что ты больная на голову — это я понял с первой секунды. Но если ты не выметешься отсюда, пока я досчитаю до трёх, я не отвечаю за последствия.

Я ОРУ.
Не визжу. Именно ору.
Резко. Громко. По-настоящему.

Он садится, как подорванный, включает свет, и я буквально хватаюсь за сердце.

Пульс ушёл в пятки. Душа — туда же. На лице у него — смесь сонного бешенства и чего-то еще.

Ой-ой. Снова вляпалась.

— Блядь! — выпаливает. — Ты сейчас поедешь спать в машину! Ебанутая!

— Сам ты ебанутый! Кто вообще так пугает? Больной!

— Ты стоишь надо мной в четыре утра и тихо смеёшься! — отвечает он, хрипло, но уже с какой-то злорадной интонацией. — Тут большой вопрос, кто из нас ебанашка.

Потом я фыркаю.
Разворачиваюсь.
Иду обратно.

— Спи, мой свет, — шепчу я уже в гостиной, плюхаясь на свои подушки. — Завтра с тобой ещё повеселимся.

Он, наверное, до сих пор сидит на кровати в шоке.
А я?
А я уже зарываюсь в плед и самодовольно улыбаюсь.
Миссия хаос: выполнена.

Собираюсь наконец-то уснуть...
И тут:

Подушка.

Я вскидываю голову.
Блин. Я забыла подушку.

Всё моё королевское лежбище в гостиной, конечно, уютное, но без одной единственной — той самой подушки — это уже не то. Она должна быть мягкая, большая, идеальной формы. И, к моему огромному сожалению, осталась в спальне. Возле Райана.

Прямо рядом с этим ледяным существом. Я точно зафиксировала там подушки.

Я вздыхаю.
Ну а что делать?
Спокойно, будто иду не к спящему мужику, у которого только что чуть инфаркт не случился, а на кухню за печеньками — я поднимаюсь и возвращаюсь в его спальню.

Дверь скрипит снова.
Райан не спит.
Он просто делает вид.

Я тихонько подкрадываюсь — как ниндзя, но ленивый.
Плед волочится за мной. Подхожу к кровати. Он лежит на спине, глаза закрыты, но я знаю, что он всё слышит.

Я аккуратно, почти нежно, беру подушку.

Он не двигается.
Но я чувствую, как у него внутри бушует буря.

И вот, когда я уже поворачиваюсь и почти выхожу...

— ...ёб твою мать, — бормочет он себе под нос, не открывая глаз.

Я останавливаюсь в дверях, прижимаю подушку к груди и театрально шепчу:

— Я просто... забыла подушку.

Он ничего не отвечает. Только напряжённо выдыхает, как человек, который реально начинает сомневаться в своей психической устойчивости.

Я гордо выхожу, затащив с собой свою добычу.

Теперь — всё.
Полный комплект.
Плед. Подушки. Внутренний покой.
Райан на грани нервного срыва — тоже, кстати, в комплекте.

Снова укладываюсь. Обнимаю подушку.
И с чувством глубокого удовлетворения шепчу:

— Сам ты ебанашка, неадекват.