Глава Четвертая ( Выхожу из Себя)
Я знал, что она проблемная. Проклятая проблема в человеческом обличье. Стоило мне только увидеть её в том коридоре — вся такая дерзкая, с этой своей манерой смотреть со злобой, будто заранее знала, что взорвусь.
И всё равно я пошёл за ней. Пошёл, как последний идиот, ведомый сраным азартом, как будто жизнь — это чертова рулетка.
Ебанашка.
Я ведь должен был просто высадить её и уехать. Без пафоса, без драмы. Плавно выйти из игры, как и планировал. Но нет. Меня опять втянуло, как в болото. Я же всегда выбираю грёбаные болота.
Теперь я тут, в полутёмной комнате, на грани того, чтобы угодить в тюрьму за двойное убийство этих двух непонятных мальцов, которые бесят до дрожи в челюсти. Особенно второй — этот с кольцами, который стоит, сверлит меня взглядом и орёт что-то про скорую.
— Нужно вызвать скорую!
Он пищит, как девчонка. Я вдыхаю, медленно, чтобы не расплескать ярость, и выдыхаю с угрозой:
— Я, блядь, сказал тебе — заткни свой ёбаный рот. Повторишь ещё раз — слов не будет, просто вырублю тебя. А еще лучше просто последуй примеру первого ссыкуна и вали.
Он напрягается, губы сжимаются в тонкую линию, но язык прикусывает. Умный ход. Следит за каждым моим движением, пока я достаю из аптечки спирт, обрабатываю порез, и леплю пластырь, будто всё под контролем.
Хотя бы этот идиот — тот, что привез её на вечеринку. С глазами, как у перепуганного кролика — сгонял за аптечкой. Небольшое чудо. А потом просто свалил оставив её тут.
Мия лежит на полу без сознания. Она выглядит чертовски хрупко сейчас, и это бесит ещё больше. Я достаю нашатырь, подношу к носу — и через секунду она дергается, глаза распахиваются. Эти её огромные голубые глазищи смотрят сначала на меня, потом — туда, за моё плечо.
— Ты как? — лепечет этот мелкий ублюдок и гладит её по голове, как котёнка.
Я отшвыриваю его руку, как соринку, и подхватываю её на руки.
— С тебя хватит на сегодня, — рычу, поднимаясь.
— Ты что, следил за нами?
Усмехаюсь. Губы кривятся сами, но в этой улыбке нет ни грамма тепла.
— А ты думала, одна такая умная?
Она сжимает губы, пытаясь скрыть раздражение. Бесполезно. Я вижу каждую эмоцию на ней — как на ладони.
— Мия, что происходит? Кто это ? — снова вякает её «друг».
Она отстраняется от меня, как будто это что-то изменит. Ещё сильнее прикусывает губу. Тишина давит. Я терплю, хотя внутри всё кипит.
— Я. Сказал. Хватит. — Говорю, и слова падают, как приговор.
Потащил её к выходу. Просто действую.
— Я могу поехать сама, — говорит она, но я даже не удосуживаюсь ответить.
— Ты глухой?! — Мия извивается, пытаясь вырваться. — Я могу ходить, отпусти!
Плевать.
— Пусти меня, неандерталец ты хренов! Пусти!
И тут её парень — или кто он ей там — хватает меня за запястье. Ошибка. Я поворачиваюсь, и он встречает мой взгляд — тёмный, ледяной, обещающий мучительную смерть. Медленную. С хрустом костей и запахом крови.
— Я не отпущу её с тобой, — шепчет он, но в голосе дрожь. Он держится, но страх уже давит на его глотку.
Не промах. Хоть и юнец, но остался, не сбежал. Хотя было бы умнее — ноги в руки и в закат.
— Я вам не нянька, — бросаю. — Хочешь ехать с нами — садись в машину. Или проваливай.
Разворачиваюсь, выхожу из комнаты. Люди, как тараканы, разбегаются из коридора. Мия сидит спокойно. Молчит. Смотрит в сторону, будто это не она вляпалась в историю. Именно блять в тот день когда я обещал присмотреть за ней.
Я открываю переднюю дверь машины и сажаю её внутрь. Она пытается сопротивляться, руки дрожат, но я прижимаю её к сиденью, не дав ни единого шанса ускользнуть.
— Сиди. И не рыпайся.
Пристёгиваю ремень — резко, быстро, с щелчком. В глаза не смотрю. Не сейчас. Не когда всё внутри гудит, как на грани срыва. Закрываю дверь, обхожу капот, сажусь за руль.
Мотор рычит, как зверь, и я давлю на газ.
В последний момент её дружок — этот хлюпик, — прыгает на заднее сиденье. Почти заваливается внутрь, хлопает дверью.
— Спасибо, что успел, — бурчу сквозь зубы. — Хотя я бы не расстроился.
Он ничего не отвечает. И правильно.
Машина рвётся вперёд. Я веду быстро. Резко. Злость сочится сквозь пальцы на руле. Глаза следят за дорогой, но мысли всё ещё там — в той комнате. Плюс рука этого эмо мальчика, то и дело падает Мии на голови и он гладит её и говорит ей что всё хорошо.
Мия морщится, лицо искажается. Сжимает голову рукой, будто череп трещит.
Чёрт.
Я сбрасываю скорость. Сцепление, тормоз, меньше газа. Даже не заметил как гоню от нервов. Машина замедляется, движется плавнее. Сердце колотится — от злости, сам не пойму. Ненавижу, когда мне не ясно.
— Что, блядь, случилось? — спрашиваю резко. — С кем ты там была? Что за цирк?
Она молчит. Пялилась в окно и молчит. Меня это бесит ещё больше.
— Ну?! Я не просто так туда ворвался, из-за твоего детского сада я весь день проебал— сдавливаю руль.
Молчание.
— Хоть ты и заноза в заднице, но советую найти парня получше. Или парней...
— Он не мой парень, — бросает она, тихо, но отчётливо. И снова морщится, опирается головой на стекло.
— Ну да. А хер ли он тебя лапал на стоянке?...Короче мне пофиг, но будет лучше если советом воспользуешься.
— Он... он просто испугался, — сквозь зубы.
— Обычное ссыкло, — выдыхаю. — А ты, значит, в компании таких предпочитаешь тусить? Удачный выбор, блядь. Это тебе не дерзить в коридорах, правда?
— Он не такой... — отвечает Мия, напряжённо. — Ты не знаешь его. И хватит читать мне нотации, тебя вообще никто туда не звал.
— Да и знать не хочу.
И тут сзади влезает голос её дружка. Нервный, но чёткий.
— Он просто... отчаянно влюблён в неё, окей? Он дерьмово среагировал, хватит на неё наезжать.
Я фыркаю. Не могу сдержаться.
— Отчаянно влюблённые хотя бы остаются рядом, когда всё летит к чёрту. А он — в кусты. Молча. Как крыса.
Люк замолкает. Видимо, аргументы закончились.
Вот и славно.
Я веду дальше, уже чуть медленнее. Слежу за её дыханием, боковым зрением — вижу, как она тихо держится за голову. И всё равно молчит.
Что-то с этой девчонкой не так.
Больная на голову. Хотя я видел много больных, но она определенно в топе.
Дорога пустая. Асфальт блестит в свете фар, машина рычит, будто ей тоже всё осточертело.
Хочу домой.
Мия молчит долго. Потом вдруг поворачивается к своему дружку на заднем сидении.
— Не переживай. Всё нормально, — говорит тихо. — Это просто...он знакомый.
Я приподнимаю бровь. Знакомый? Серьёзно?
Усмехаюсь сам себе, но молча. Холодно.
— Он чуть ненормальный... грубоват. Но он не тронет нас, — добавляет она.
Я давлю тормоз чуть резче, чем нужно. Машина дёргается. Не трону? Какой ты, блядь, добрый у нас теперь адвокат, да?
— Вместо этого лучше расскажи какого хрена ты делала в спальне с двумя парнями.
Мия не реагирует. Продолжает разговаривать с этим Люком, как будто меня в салоне вообще нет.
— Подвезёшь его до дома? — спрашивает она, будто между прочим.
Я чуть не заглох.
— Что? — поворачиваюсь к ней, как будто она попросила остановиться и потанцевать с этим Люком. — Ты сейчас серьёзно?
— Он живёт недалеко, — спокойно говорит она. — Просто высадим его. Ок?
— Ты прикалываешься? — уставился на неё в полнейшем охренении. — После всего этого балагана ты ещё играешь в добрую фею?
Она не отводит взгляда. Смотрит прямо, твёрдо, как будто бросает мне вызов.
— Не нужно Мия, я доеду.
Снова влезает этот малец.
— Подвези его. Пожалуйста.
Я смотрю на неё. Несколько секунд. Всё во мне орёт: нахуй надо. Но я читаю в её взгляде — не просто просьба. Там — упрямство. Угроза. Принцип.
Закатываю глаза.
— Охуенно. Почему бы мне ещё не записаться в водители Uber сегодня.
Люк на заднем сиденье как-то неловко сглатывает. Молчит. Умный мальчик. Чувствует, на чём сидит.
Я довожу его до какого-то дома, даже не глушу мотор, просто скидываю скорость. Он выскакивает, как будто сбежал из клетки с тигром.
— Спасибо, — говорит он Мие. На меня даже не смотрит. И правильно.— Будь осторожна, ладно? Набери как доедешь.
Она ему кивает, и всё — дверь захлопывается.
Салон наполняется тишиной.
Пару минут едем молча. Час ночи. Город спит, но в воздухе что-то навязчивое.
— Меня нужно подбросить к подруге — заявляет она.
Я моргаю. Медленно поворачиваю к ней голову.
— Подруге?
— Да.
— В час ночи?
— Угу.
— После того, как тебя чуть не...
Я не стал продолжать. Даже не знаю что за хуйня там происходила. Даже знать не хочу. Подвезу её и это уже не моя проблема.
— Райан, просто подвези.
Я сжимаю руль. Прямо до побелевших костяшек.
Ну охуенно. А я кто? Тревожная мама-такси? Видимо да. Ронану конец. Если он выживет, я убью его.
Но вслух не говорю. В голове — шум. Часть меня уже видит, как она снова лезет в какую-то жопу, а я опять, как дебил, вытаскиваю.
— Не лучшая идея, Мия.
— Это не тебе решать, — чётко говорит она. — Я просто попросила.
Я смотрю на неё. На этот надлом в глазах, на сжатые губы, на упрямую линию подбородка. И понимаю: если я сейчас не поеду — она всё равно найдёт способ. Поедет пешком, чёрт возьми, в этой мини юбке и с разбитой головой. Потому что такая она. Проблемная. Ебанашка.
Разворачиваю машину.
— Ты мне надоела , — бурчу себе под нос. — Просто ебанулась.
Она слегка усмехается, но ничего не говорит. Только снова смотрит в окно. А я жму педаль и еду дальше. Прямо вглубь её личного ада.
Мы едем в тишине. Только мотор гудит и фонари мимо скользят. Мия будто ушла в себя — смотрит в окно, будто там найдёт ответы на все свои проблемы. Хотя какие у неё могут быть проблемы? Я вообще не лезу. Пусть варится.
Минут через десять я глушу мотор.
Она даже не двигается. Только через пару секунд оборачивается — и щурится.
— Подожди... — говорит она медленно. — А куда ты вообще привёз?
Я молча выхожу. Хлопаю дверью. Слышу, как с другой стороны она дёргает ручку и выходит тоже. Осматривается. И тут до неё доходит.
— Ты что, реально псих? — вскидывает брови. — Это не дом моей подруги!
— Браво, Шерлок. — Я захожу на крыльцо, достаю ключи. — Ты даже не удосужилась сказать адрес. А я решил сэкономить время и нервы. Себе. В первую очередь.
— Я НЕ собиралась ехать К ТЕБЕ! — она идёт за мной, руками машет, глаза сверкают. — Ты, просто самовлюблённый псих! Ты не имеешь права!
— Не ори, — бросаю холодно. — Соседи у меня не дебилы, а ты и так уже однажды потеряла сознание за вечер. Хочешь повторить?
— Я уеду, — цедит сквозь зубы. — Сейчас же. Поймаю такси.
Ты реально больной. Говорят же держаться от психов подальше.
Она разворачивается, уже идёт прочь, но я даже не спешу. Просто спокойно говорю:
— Конечно. Только давай тогда я позвоню твоему отцу, и допустим опишу где тебя нашёл. И с кем ты зависала. Мы ведь, напомню, с ним работаем. Думаю и дружкам твоим влетит. Вряд ли Дэн будет разбираться кто и как тебе бошку проламывал в спальне.
Тишина.
Она замирает. Спина напряжена, как струна. Стоит секунду. Вторую. Потом медленно оборачивается.
Глаза её сверкают, но не гневом. Болью. Отчаянием. И этой внутренней злостью, которую она тащит за собой.
— Ты ублюдок, — шепчет.
Я только пожимаю плечами.
— Я честный ублюдок. И если ты хочешь, чтобы я держал рот на замке — перестань вести себя, как маленький глупый ребеночек. За которую приходится расхлёбывать мне.
Она сглатывает. С трудом. Как будто ком в горле.
Потом, медленно, не сказав больше ни слова, идёт обратно. Проходит мимо меня, плечо цепляет моё. Заходит внутрь.
В лифте тоже тишина. Мне очень нравиться когда она вообще не говорит.
Я захлопываю за ней дверь.
— Чувствуй себя как дома, — бросаю.
— Поверь не буду — огрызается она, скинув куртку на пол.
Я улыбаюсь
Она заходит в квартиру, не спеша. Шаги осторожные, взгляд бегает по сторонам, будто ждет, что из угла сейчас выскочит волк с топором. Снимает туфельки, кидает их где попало, и проходит чуть дальше вглубь.
— Хм, — фыркает, окинув комнату взглядом. — Не так я представляла твоё логово.
— А как представляла? В подвале, с решётками на окнах и камерой в углу? — я захлопываю дверь и скидываю куртку.
— Ну типа да, — лениво бросает она. — Больше крови. Меньше вкуса. И я тебя не боюсь, чтобы ты знал. Я умею драться.
Я усмехаюсь.
— Уверен лучше чем твои дружки.
Но тут она сжимает живот и морщится, чуть облокачивается на стену.
— Меня... немного подташнивает, — бормочет.
Я замираю. Внутри — будто кто-то резко зажал сердце. Только что был готов её выбросить в окно за тон, а теперь нет. Взгляд сам скользит по её лицу — бледная, губы сухие.
— Ты в порядке? — спрашиваю, но голос звучит грубее, чем хотел. Маска. Всегда маска.
— Да, наверное, — качает головой. — Можешь дать воды? И... зарядку для телефона?
Я выдыхаю и иду в сторону кухни, по пути беру из тумбочки зарядку, потом — из комода старую футболку и шорты. Всё небрежно, будто мне плевать, но руки сами складывают аккуратно.
Возвращаюсь и кидаю всё на диван рядом с ней.
— Вот. Зарядка, вода и одежда. Не жалуйся — это лучше, чем быть в крови и на полу ванной.
Она берёт воду, не глядя на меня.
— Спасибо, — бормочет.
Я направляюсь к ванной. Уже на пороге бросаю через плечо:
— Я не нянька. Так что обслуживай себя сама. Это не гостиница. И уж точно не пункт реабилитации для проблемных маленьких девчонок.
Закрываю дверь в ванную.
Оперся о раковину, смотрю в зеркало. Вижу своё лицо. Всё ещё злое, напряжённое. Но внутри — чёрт побери, всё пульсирует. Эта её бледность. Эти слова "тошнит". Во что я вляпаться? Что если ей станет хуже? Я привык латать Ронана, но она хрупкая. Возможно сотрясение.
Почему, блядь, мне не всё равно?
Открываю воду. Включаю душ. Надо остыть. Хоть немного.
Потом уже станет понятно что с этой проблемной делать буду.