Дело 27: Поезд в Сисакет
Семь статуэток Маэ Суэ лежали на столе в лаборатории судмедэкспертизы, выстроенные в аккуратный ряд. На первый взгляд - безобидные ритуальные фигурки, но теперь они обрели зловещий смысл, став ключом к серии жестоких убийств. В комнате повисла гнетущая тишина, пока Сингха, Тхап, Сэй и Дарин изучали экспонаты, словно ожидая, что куклы заговорят и раскроют свою страшную тайну.
Чай, войдя в помещение, презрительно ткнул пальцем в одну из фигурок:
— Что за нелепые игрушки?
— Маэ Суэ, — ответил Сингха, указывая на статуэтку с головой быка. — Они символизируют выбор жертв убийцей по определенному принципу.
Сэй нахмурился:
— Вы утверждаете, что преступник выбирает жертв по дате рождения?
— Если сопоставить текущие дела с случаями пятилетней, десятилетней и даже пятнадцатилетней давности... — Сингха устало потер переносицу. — Все кусочки мозаики складываются в одну картину. Это не просто преступления. Это тщательно спланированный ритуал.
Дарин тяжело вздохнула:
— Значит, нам остается только ждать?
— Ждать — не значит бездействовать. Я еду к истокам — расследовать первое дело. Возможно, мы что-то упустили.
— Куда именно?
— В Сисакет. На три дня.
— Ты уверен в этом решении? — нервно спросил Сэй, стуча пальцами по столу.
— Абсолютно. Сэй, пока меня не будет, присмотри за Дарин и за состоянием Джампа. Его вряд ли скоро выпишут.
— А что с двумя другими?
— Мы разместили их в свободных кабинетах, — вмешался Чай. — Скоро стемнеет, вам пора, инспектор.
По дороге домой собирать вещи Тхап не выдержал:
— Пи... Мы действительно едем?
— Ты сомневаешься? — Сингха остановился и пристально посмотрел на него.
— А если все окажется серьезнее, чем мы думаем?
— Что может быть серьезнее, чем позволить погибнуть еще людям? — резко парировал Сингха.
Тхап сжал губы и молча продолжил собирать рюкзак. Сингха между тем разложил на столе документы:
— Нам нужен эксперт по черной магии. И нужно перепроверить дом того полицейского.
— Уже есть зацепки?
— Вот, посмотри. — Сингха швырнул папку с документами. — Кхун Кхуан. Знакомое имя?
— Из полиции Сисакета?! Но он уволился двадцать лет назад...
— Именно. И это еще одна ниточка, — Сингха резко застегнул сумку. — Пойдем, сначала заедем в одно место.
— Куда?
— В центр Дхармы. Там могут помочь разобраться в этом «колдовстве».
֍~~~~֍
Черный автомобиль медленно въехал через деревянные ворота медитационного центра, остановившись под раскидистым баньяном. В воздухе царила тишина, нарушаемая лишь шелестом листвы — здесь не было ни громоздких построек, ни суеты, только природа и умиротворение.
— Здесь? — тихо спросил Тхап, следуя за Сингхой по вытоптанной тропинке, пока закатное солнце окрашивало небо в багровые тона. Для человека с его особенностями это время суток было не самым комфортным.
Они миновали несколько скромных домиков, пока не остановились у одного из них. Тхап огляделся — вокруг располагались площадки для медитации, явно используемые десятилетиями. Сингха мягко постучал в дверь.
— Сингха, как ты добрался? — дверь открыла пожилая женщина с бритыми волосами в белоснежных одеждах. Ее морщинистое лицо озарила теплая улыбка.
— Решил навестить тебя, мам. Как твое самочувствие? — в голосе Сингхи звучала непривычная нежность. Тхап округлил глаза, наблюдая эту сцену.
— Пойдем прогуляемся, — женщина ласково кивнула, затем перевела взгляд на Тхапа, будто сразу прочитала его мысли.
Легкий ветерок играл листвой, разнося аромат цветов плюмерии. Тхап видел, как обычно собранный Сингха здесь полностью расслабился, его плечи распрямились, а движения стали плавными.
— Ты вовремя питаешься, сынок?
— Стараюсь. Но сейчас расследую сложное дело. Как твое здоровье?
— Это всего лишь бренное тело, — она улыбнулась, затем посерьезнела. — Ты ведь пришел не просто так. Что случилось?
Сингха потупил взгляд:
— Годовщина... В этот раз я, возможно, не смогу приехать.
— Главное — твои намерения. Но будь осторожен в ближайшие дни, дитя мое.
— Что ты имеешь в виду?
— Это сердце принадлежит тому мальчику, как и это тело. Поэтому... доверяй себе. Доверяй своим мыслям и поступкам, — ее слова прозвучали как предостережение и благословение одновременно.
Сингха с удивлением посмотрел на мать.
— Тот юноша, который пришел с тобой...
— Тхап? — Сингха обернулся, но парня уже не было рядом. Его темные брови нахмурились: каждый раз, когда они оказывались вдали друг от друга, что-то происходило.
— С ним все будет хорошо, — мягко улыбнулась женщина, устраиваясь на подушке под большим деревом. — Я не могу видеть тебя, но этот мальчик может. Ты не слышишь меня, но он слышит. Поэтому... попробуй прислушаться к нему.
— Я слушаю... слушаю, даже больше, чем слушал ее, — прошептал Сингха, его голос стал глухим, а глаза потемнели.
— Она не винит тебя. И я не осуждаю тебя. Мать не будет осуждать своего ребенка. Но, Сингха, единственный, кого ты должен простить — это ты сам. Все уже прошло. Все это — уже в прошлом.
В этот час Тхап расположился у порога жилища матери Сингхи, обхватив колени руками. Несмотря на сгущающиеся сумерки, он не чувствовал ни страха, ни беспокойства. Лишь легкий ветерок, словно пытаясь успокоить, шелестел в листве.
— Эй, Руп. Не съели еще тебя комары? — хриплый голос за спиной заставил его вздрогнуть.
Перед ним стоял древний монах с кожей, похожей на высохшую кору дерева. Тхап немедленно сложил руки в вай:
— Ой, простите, Луанг Пхо.
— Ох, как ты вырос! Но что ты здесь делаешь один, мальчик мой?
— Жду Пи'Сингху.
— Пока ты ждешь одних, другие ждут тебя. Прими мое благословение.
Когда монах начал читать мантру, Тхап почувствовал, как прохлада разливается по телу. Открыв глаза, он увидел лишь Сингху и его мать.
— Тхап, что ты делаешь?
— Получал благословение от монаха... — но вокруг никого не было.
— Какого монаха?
— Этого... — Тхап растерянно осмотрелся, но никого, кроме их троих не было.
— Если тебя благословили, это хороший знак, — сказала мать Сингхи. — Вам пора — ведь поезд не будет ждать.
Попрощавшись, они направились к машине. До отправления поезда оставалось полтора часа, и они спешили добраться до вокзала. Но как только машина подъехала к выезду с территории, Тхап вдруг заметил каменную табличку у дороги.
— Пи'Сингха, подожди минутку, — он подошел к выгравированному изображению и замер. — Здесь написано, что этот монах умер двадцать лет назад.
— Что-то не так? — Сингха нахмурился, видя его реакцию.
Тхап повернулся и рассмеялся, его лицо вновь стало беззаботным:
— Все в порядке. Просто получил благословение на безопасное путешествие.
֍~~~~֍
На вокзале стоял гул работающих двигателей, загулщая все на своем пути. Длинный состав, заполненный пассажирами, готовился к отправлению. Крики спешащих людей, прощания и возгласы торговцев — все это создавало атмосферу хаоса и жизни.
Сингха и Тхап поднялись в спальное купе поезда, следующего прямым рейсом из Бангкока в Сисакет. Пробираясь между купе, они наконец нашли свои места. Тхап с грустью посмотрел на старшего — их места были разделены пятью рядами.
— Ну что ж, я пойду спать, — сказал Сингха, привычно взъерошив волосы Тхапа.
— Хорошо, — неохотно кивнул Тхап, бросая рюкзак на полку, и в этот момент пронзительный гудок возвестил об отправлении.
Яркий свет уличных фонарей сменился мелькающими огнями вдоль путей. Легкое покачивание и мерный стук колес вызывали у Тхапа странное волнение — он не знал, что их ждет впереди. Но он ехал домой, после долгой разлуки, и от этой мысли в груди становилось тепло.
֍~~~~֍
— Пи?.. — раздался тихий голос.
— Мм? — Сингха оторвался от документов, подняв глаза на молодого человека, сидевшего напротив. Тот с улыбкой протягивал бутылку воды.
— Воды не хотите?
— Нет, спасибо. — Следователь демонстративно вернулся к бумагам, давая понять, что не настроен на разговор.
Его оппонент — крепко сложенный мужчина лет тридцати со светлой кожей и квадратными очками, которые странно контрастировали с хищными чертами лица — не сдавался.
— Вы домой едете или просто путешествуете?
— По служебным делам, — Сингха мельком взглянул на собеседника, отмечая его настойчивый интерес.
— Судя по вашей сосредоточенности, вы, наверное, полицейский? — мужчина слегка наклонился вперед.
— А вы разве нет? — парировал Сингха, поднимая бровь.
— О, вовсе нет! — тот рассмеялся, откидываясь на сиденье. — Я врач. Хотя по внешности этого не скажешь, правда?
— Если быть откровенным — действительно не скажешь, — сухо ответил Сингха.
Эта реплика почему-то рассмешила врача еще больше. Он уже открыл рот для нового вопроса, когда между ними внезапно появилась бутылка минералки.
— Пи, я не могу ее открыть... — Тхап стоял в проходе, беспомощно держа пластиковую бутылку.
Не говоря ни слова, Сингха взял бутылку, одним движением открутил крышку и вернул ее. Тхап молча исчез так же внезапно, как и появился.
Казалось бы, инцидент исчерпан. Но через пять минут Тхап вернулся:
— Пи, я собрался чистить зубы, но забыл пасту. Дай свою.
— Пи, ты пойдешь умываться?
— Пи, распакуй мне это.
— Пи, а можешь...
— Пи...
Каждая попытка врача возобновить беседу прерывалась новым "Пи". Когда проводник начал раскладывать спальные места, незадачливый кавалер окончательно потерял нить разговора.
— Если передумаете — зовите, — занавеска верхней полки приоткрылась, обнажая заговорщицкую ухмылку.
— Вряд ли, — Сингха уже расстилал одеяло на нижней полке.
— Это отказ потому, что я вам не нравлюсь, или... по "иным" причинам? — врач игриво приподнял бровь.
Сингха медленно поднял голову. Его взгляд, обычно равнодушный, теперь излучал холодную угрозу:
— Мне не нравится все, что раздражает. Если не заткнешься и не ляжешь спать — отправлю ночевать в подсобку.
Врач замер с открытым ртом. Встретив взгляд, полный обещания реального насилия, он поспешно захлопнул занавеску, как улитка в раковину.
֍~~~~֍
Часы показывали одиннадцать, когда Сингха, убрав документы в сумку, приготовился ко сну. Внезапно он почувствовал чье-то присутствие у занавески и, откинув ее, увидел Тхапа, стоящего с подушкой в руках.
— Что на этот раз? — вздохнул инспектор, устало проводя рукой по лицу.
— Я слышал какой-то скрежет... — прошептал парень, беспокойно оглядываясь.
— Это поезд, здесь всегда шумно. Он скрипит.
— Ноги не вытянуть, верхняя полка узкая, — Тхап присел на корточки перед койкой Сингхи. — И страшно.
— Размеры полок одинаковые.
— Привидения тут ходят. Я боюсь призраков, — Тхап вдруг указал в темноту коридора. — Вон там кто-то идет. Старик с тростью, он все время наматывает круги за закрытой дверью, появляясь вновь и вновь.
Сингха ничего не увидел. Но по тому, как застыли зрачки мальчика, понял — там действительно кто-то есть.
— Если он просто ходит, бояться нечего, Тхап... болван. Если видишь так четко — значит, не так уж страшно.
— Да, но обычно я сплю с тобой, — прошептал парень, и в его голосе слышался немой упрек, голос становился тонким, как паутинка.
Сингха закатил глаза, но отодвинулся:
— Места мало. Ладно... залезай. Но если будешь пинаться — вышвырну на пол.
Лицо Тхапа озарилось улыбкой, от которой почти исчезли глаза. Пространства действительно хватало лишь впритык — два взрослых мужчины лежали спинами друг к другу, едва способные пошевелиться.
— Я сойду с ума, — пробормотал Сингха, повернувшись на бок лицом к проходу.
— Пи...
— Что еще?
— Тот врач сверху... он с тобой флиртовал? — спросил парень, прижимаясь к нему.
— Ага. Мы встречаемся.
— Что?!
БАМ!
Тхап так резко подпрыгнул, что ударился головой о верхнюю полку и рухнул обратно — прямо на живот Сингхи.
— Ты слишком много думаешь.
— Голова цела, не умер — значит все в порядке. Спи, — буркнул инспектор, закрывая глаза и игнорируя обиженный взгляд парня, потирающего шишку. — Треснул? Нет? Тогда спи.
Прошло два часа. Когда часы пробили полночь, Сингха приоткрыл глаза и повернулся к равномерно дышащему Тхапу. Его пальцы осторожно ощупали вздувшуюся шишку на голове парня.
— Сильный удар, — прошептал он. — Дурень, и что мне с тобой делать?..
— М-м-м, — пробормотал Тхап во сне и неожиданно обнял Сингху за талию, как делал это обычно.
И что удивительно — молодой инспектор уже не сопротивлялся этому.