Desiderium Intimum

And this is how it feels

When I ignore the words you spoke to me

And this is where I lose myself

When I keep running away from you*

— Ну что за гад! Я знал, что он этого так тебе не спустит, но это уже перебор! — горячился Рон, когда Гарри рассказал ему и Гермионе, что Снейп велел ему в наказание выпить какую-то мерзость, от которой у него пропал голос. Так он объяснил им, почему ему трудно говорить.

— Гарри, я считаю, что ты должен... — начала Гермиона.

— Я знаю, пойти к кому-то из преподавателей и всё рассказать, — устало перебил он её. Щёки подруги вспыхнули. — Нет, Гермиона, я не доставлю ему такой радости. Он не сломает меня. Я сам с ним разберусь. Я не беспомощен. — Следовало признать, что с каждым разом притворство удавалось ему всё лучше.

— Гарри прав, — поддержал приятеля Рон. — Снейп просто большой мерзавец. Если мы начнём бегать с жалобами, он решит, что выиграл. А я скорее подавлюсь пудингом, чем позволю ему это!

— Вы оба сумасшедшие! — фыркнула Гермиона и вскочила с места. — Пойду, позанимаюсь, — заявила она и ушла.

Рон посмотрел на Гарри и покачал головой.

— Сегодня же пятница. Неужели она не может обойтись без учёбы хотя бы в пятницу?

Гарри пожал плечами и обвёл взглядом гостиную. Уже некоторое время он пытался высмотреть Джинни, но её, как назло, нигде не было. Вот-вот начнётся ужин. А она нужна ему, чтобы обеспечить хоть какое-то алиби на то время, которое он проведёт у Снейпа.

Северус захотел, чтобы Гарри пришёл к нему. В последнее время они виделись только на отработках, но теперь Северус сам пригласил его к себе. Гарри ощутил, как от этой мысли внутри него разлилось тепло.

Есть!

Гарри сорвался с дивана, когда увидел спускающуюся по лестнице Джинни. Не обращая внимания на изумлённый взгляд Рона, он подошёл к ней и, слегка волнуясь, отозвал её на минутку в сторону. Окружавшие её подруги обменялись многозначительными взглядами и прошли вперёд.

— О чём ты хотел поговорить, Гарри? — спросила девушка, когда они оказались в укромном месте.

Гарри ощущал затылком подозрительный взгляд Рона, но другого выбора не было.

— Я хотел бы попросить тебя об услуге, — прошептал он.

— Что с твоим голосом? — изумилась она.

— Э-э-э... — он запнулся, — это долгая история. — Гарри пренебрежительно махнул рукой. Он быстро объяснил ей суть дела, и Джинни охотно согласилась помочь.

Рон весь вечер подозрительно поглядывал на Гарри, но, к счастью, вопросов не задавал. По крайней мере, пока.

За ужином Гарри почти ничего не ел. Горло ужасно болело: казалось, внутри застрял острый нож. Добравшись вместе с друзьями до гостиной, он немедленно отправился в спальню. Порывшись в чемодане, он вынул те самые черные брюки, которые надевал на день рождения Снейпа, и тёплый белоснежный гольф, который купил в Хогсмиде во время последней вылазки. В конце концов, Снейп пригласил его к себе. Не может же он явиться к нему, как оборванец.

Он быстро переоделся, сунул в карман мантию-невидимку и слетел вниз по лестнице к уже поджидавшей его Джинни.

— Гарри, ты выглядишь... — начала она.

— ... так необычно, — закончила Гермиона, подходя к ней. — Я никогда не видела тебя таким...

— ... ослепительным, — закончила Джинни, восхищённо улыбаясь.

— Э-э-э... — пробормотал он, чувствуя, что краснеет.

— Идёте куда-то вместе? — За их спинами внезапно появился Рон, глаза его подозрительно прищурились.

— А какое тебе до этого дело? — фыркнула Джинни и, схватив Гарри за руку, потащила его к выходу. Рыжий открыл рот, чтобы что-то сказать, но Гермиона взяла его за плечо и потянула в другую сторону.

Оказавшись в коридоре, Гарри и Джинни улыбнулись с облегчением.

— Ну, вот и всё. Теперь можешь отправляться на свидание со своей таинственной избранницей. — Она подмигнула. Гарри осклабился.

— Спасибо. Встретимся здесь около десяти.

— И тебе спасибо. Ты тоже помог мне выбраться. Рон не станет так на меня набрасываться, если будет думать, что я с тобой. Так что, пока. — Она помахала ему и исчезла в коридоре, ведущем к западной башне, где обосновался факультет Рэйвенкло.

Гарри огляделся по сторонам, а потом набросил на себя мантию и отправился в подземелья. Он быстро пересёк кабинет и постучал в дверь, ведущую в личные комнаты, а потом снял мантию и пригладил волосы. Однако добился лишь того, что они стали лохматиться ещё сильнее.

Когда он вошёл в гостиную, Северус сидел в кресле и смотрел на огонь. Он ни над чем не работал, не читал. Просто ждал.

«Ждал меня», — сказал себе Гарри, ощущая внутри приятное тепло.

— Добрый вечер, Северус, — хрипло прошептал он и подошёл к чёрному креслу. Прежде чем он успел сесть, Снейп повернулся к нему. Взгляд остановился на Гарри, и... его глаза распахнулись. Затем взгляд Снейпа скользнул вдоль гарриного тела, дошёл до бёдер и вновь вернулся к лицу. В чёрных глазах вспыхнул хищный блеск.

Гарри стало жарко. Ему казалось, что Северус раздевает его, наслаждаясь процессом и жадно впитывая каждую подробность. Похоже зрелище... очень нравилось Снейпу. Гарри заёрзал, не в силах выдержать этот хищный настойчивый взгляд, и откашлялся.

Только сейчас он обратил внимание на стоящий на столе небольшой флакон.

— Что это? — спросил он, беря его в руку. Внутри переливалась густая белая жидкость.

— Это для твоего горла, — ответил Северус. Он даже не взглянул на флакон, словно одетый в белоснежный гольф Гарри полностью завладел его вниманием и он просто не в состоянии отвести от него глаз.

— Приятно, что ты подумал об этом, Северус, — сказал он с улыбкой и поспешно выпил содержимое флакона. Раньше он бы заколебался, но сейчас всё изменилось. Сейчас... Гарри ему полностью доверял.

Приятная прохлада распространилась по горлу, смывая боль. Гарри прикрыл глаза, наслаждаясь приятным ощущением. Когда он их открыл, то снова встретил взгляд Северуса — глаза его странно блестели. Гарри обеспокоенно прокашлялся.

— Сейчас значительно лучше. Спасибо. — Гарри поставил флакон на столик, и на какое-то время в комнате воцарилась неловкая тишина. — Я бы чего-нибудь выпил, — выпалил он наконец, не выдержав повисшего в воздухе напряжения.

Снейп моргнул, словно выходя из транса, а потом посмотрел в сторону бара. Он взмахнул палочкой, и Гарри увидел, как одна из бутылок откупорилась, а затем в высокий украшенный резьбой бокал полилась прозрачная серебристая жидкость. Бокал подплыл к Гарри и опустился на столик.

— Только один бокал, Поттер. Я не вынесу твоих пьяных выходок ещё раз.

— Насколько я помню, в прошлый раз ты с удовольствием ими воспользовался, — огрызнулся Гарри.

— Но я не танцевал на столе голым, — парировал Снейп с ядовитой усмешкой.

Гарри заморгал.

Что? Такого он не помнил... Не мог же он быть настолько пьян... Подобного он бы не забыл.

— Ты лжёшь, — буркнул Гарри, делая несколько глотков сладкого хмельного напитка. Снейп поднял брови и потянулся к бокалу с виски, который опустился перед ним. — Я ненавижу танцы. И даже пьяным не стал бы танцевать.

Тот вечер Гарри помнил. Помнил, что много выпил, помнил, как всё вокруг качалось и пол уплывал из-под ног, помнил туман в голове и море секса, но никаких танцев на столе не было. Его так просто не проведёшь!

— Ваши умозаключения достойны похвалы, мистер Поттер, — сообщил Снейп и сделал большой глоток виски. Потом ещё один. А затем ещё и ещё. Гарри с беспокойством смотрел на опустошённый почти на три четверти бокал, который Снейп поставил на столик. Северус никогда не пил с такой скоростью. Казалось, он к чему-то готовился, к тому, чего не в состоянии был сделать на трезвую голову.

Всё это немного... пугало.

Через некоторое время Северус откашлялся и, глядя на огонь, сказал:

— Тебе не кажется, что под конец матча между Гарпиями и Пушками Хигдон Сэвелой должен был передать квоффл боковому игроку, тогда бы он избежал атаки нападающего и последующей травмы, а у его команды появился бы шанс на победу?

Повисла мёртвая тишина.

И только когда до сознания Гарри дошло, что именно услышали его уши, он попробовал ответить:

— Э-э...

Должно быть, он ослышался. Наверняка ослышался. Северус не мог сказать такого. Это просто невозможно.

Гарри с подозрением посмотрел на свой бокал. И всё же он столько не выпил, чтобы у него начались галлюцинации. Наконец, он решил, что нужно что-то сказать в ответ, а не сидеть с открытым ртом.

— М-м-м... Я тоже так думаю. Но для Пушек этот сезон и так выдался неудачным. Кроме того, Сэвелой любит показать себя и забывает, что квиддич — командная игра, — выпалил он на автомате, будучи уверен в том, что спит и видит очень странный сон.

Неужели Северус Снейп, мастер зелий, самый мрачный и самый ненавистный преподаватель, который держит в страхе всю школу, циничный до мозга костей ублюдок, на самом деле говорит с ним о квиддиче?!

Если бы ещё несколько месяцев назад кто-то сказал ему такое, Гарри приложил бы все усилия, чтобы отправить этого человека на принудительное лечение в Мунго.

— Однако следует признать, что он мастерски выполняет маневр Брэдли, — сообщил Северус чуть более уверенно, хотя и продолжал смотреть в камин.

«Манёвр Беркли», — мысленно поправил его Гарри, но произнести это вслух не решился. Ему казалось, он идёт по очень тонкому льду и всего лишь одного неосторожного шага будет достаточно, чтобы всё разрушить.

— Но Гарпии гораздо лучше сыграны. А без доверия и понимания нельзя и мечтать о победе, — ответил Гарри, чувствуя, что разговор постепенно начинает его увлекать. Обычно он обсуждал квиддич с Роном, но тот был слишком упрям и если болел за какую-то команду, то становился слепым и глухим, не замечая никаких недостатков, поэтому о конструктивной дискуссии даже речи не было.

— Иногда от одного человека может зависеть всё, — возразил Северус. — В игре Ос и Тайфунов за кубок Освальд Ридвинд выиграл матч практически в одиночку.

— Потому что снитч сам свалился ему в руки в самом начале игры, — не унимался Гарри.

Северус отвёл глаза от камина и наградил его долгим взглядом.

— Это неважно. Факт остаётся фактом — благодаря ему Осы победили. Иногда один человек может всё уничтожить. Или исправить. Тебе это должно быть хорошо известно.

Гарри открыл рот и тут же закрыл. Северус прав. Черт бы его побрал! Почему он всегда прав? Даже когда рассуждает о чёртовом квиддиче! Ведь это он, Гарри, должен в нём разбираться, а не Снейп, который до сих пор не проявлял интерес к этому виду спорту. Да и вообще к спорту. А сейчас...

Он моргнул. Внезапно мысль, вертевшаяся где-то на задворках сознания, громко заявила о себе.

Ведь Северус завёл этот разговор потому, что хотел поблагодарить. Ради него Гарри старался разобраться в зельях, впервые написал контрольную на «Превосходно», и Снейп... это оценил. От этой мысли внутри у него потеплело. Гарри казалось, что ему больше нечего желать. Что он может сидеть здесь, потягивать Мартини и говорить с Северусом о квиддиче до конца своих дней. Конечно, время от времени не помешала бы хорошая порция секса. И почаще. Лучше всего — ежедневно.

Гарри улыбнулся про себя.

— Иногда один человек способен довести другого до необычайно интересного состояния... — сказал он, задорно усмехаясь. — Нам нужно чаще устраивать такие проделки на уроках. Они очень... стимулируют, тебе не кажется?

Северус поднял бровь.

— И очень опасны. Я знаю, в твоём словаре нет такого слова, но ты разве не понимаешь, что мы не можем позволить себе подобное. Это было в последний раз. Никогда больше не смей делать такие вещи. На уроках тебе придётся сдерживать свои порывы.

Гарри надул губы.

— Мои порывы? — спросил он, изображая крайнее изумление, и засмеялся, встретив убийственный взгляд, который устремил на него Снейп. — Это будет непросто... ты даже не представляешь, насколько трудно мне было сдерживаться сегодня. Правда, в какой-то миг я действительно хотел так сделать. Засунуть руку в брюки... — Гарри прищурился, — ...ласкать себя, глядя на тебя и зная, что ты в курсе происходящего, но ничего не можешь с этим поделать... — Мерлин, неужели он сказал это вслух? Во всём виноват алкоголь. Точно! Он смотрел, как взгляд Северуса скользнул к его промежности, будто он надеялся, что Гарри сделает сейчас то, о чём говорит. — Но пришлось отказаться от этого, — продолжал он, располагаясь в кресле поудобнее. Гарри перекинул ноги через один подлокотник, оперся спиной о другой и заложил руки за голову, переплетя пальцы на затылке. — Ведь кто-то мог бы заметить, и тогда бы понеслось... — Гарри ощущал, как разливается по венам алкоголь, и был предельно расслаблен. Переведя взгляд на потолок, он дал волю фантазии: — Я даже вижу заголовки в газетах: «Гарри Поттер — Мальчик-Который-Мастурбировал-На-Уроке», «Золотой мальчик уже не такой уж золотой». Ха-ха-ха! Могу себе представить комментарии: «Я всегда знала, что с этим мальчиком что-то не так, — признаётся Рита Скитер. — Я всех предупреждала, но меня никто не слушал! Вероятно, он уже давно это делает! Кто знает, сколько невинных умов он уже развратил?!». Возмущённые происшествием родители засыпают Хогвартс лавинами писем: «Мой сын учится в одной школе с извращенцем!»; «Прошу немедленно отправить его в Мунго! Он опасен для окружающих. Может быть, там его вылечат...»; «Кто знает, какие ещё пороки скрываются за внешностью нормального, здорового мальчика, героя волшебного мира?». К сожалению, Министр отказался комментировать случившееся. Мы спросили у директора Хогвартса, какого мнения он придерживается, но услышали лишь следующее: «Ах, это действительно важная проблема. Может, лимонную дольку?» — Гарри не мог больше сдерживаться и расхохотался. Он прекратил разглядывать потолок и посмотрел на Северуса.

Отвернувшись, Снейп прижимал ладонь к вздрагивающим губам, стремясь скрыть веселье, но это ему плохо удавалось. Плечи его дрожали, а в уголках глаз появились морщинки.

Гарри уставился на него, не веря собственным глазам. Ему действительно удалось рассмешить Северуса? Этого Северуса? Северуса, у которого смех других вызывал лишь ворчание и хмурый, лишённый даже намёка на юмор взгляд?

Похоже так. Но очарование этой минуты развеялось, когда Снейпу удалось наконец успокоиться и посмотреть на Гарри привычным взглядом, в котором, однако, ещё танцевали весёлые искорки.

— Это и правда была бы... любопытная статья.

Они проговорили почти весь вечер. Об уроках, о зельях, немного о квиддиче. И даже о том, что Дамблдор стареет. Гарри не представлял себе, как быстро может лететь время. У него болели шея и все мышцы. Он пошевелился, спустил ноги на пол, а когда попытался расправить плечи, протяжно застонал. Гарри попробовал размять мышцы шеи, наклоняя голову во все стороны. Зажмурившись, он издал тихий, похожий на мурлыканье звук, наслаждаясь приятным ощущением расслабленности и тем, как постепенно уходит напряжение из мышц. Открыв глаза и встретив взгляд Северуса, Гарри резко втянул в себя воздух. Снейп сверлил его острым, проницательным, чуть ли не раздевающим взглядом. Он смотрел на него, как на лакомый кусочек, который желал бы съесть.

Гарри залился румянцем и смущённо откашлялся. А потом услышал резкий, повелительный голос:

— Подойди ко мне!

Его охватила дрожь. Это было... неожиданно. Неужели Северус это сказал?.. Он что, хочет?.. Судя по горящим глазам Снейпа, ответ очевиден.

Тело Гарри откликнулось само собой. Он встал, обошёл столик и остановился перед мастером зелий. Затем, не дожидаясь приглашения (потому что взгляд, устремлённый на него, был достаточно красноречив), опустился боком к нему на колени. И тут же нетерпеливые руки Северуса проникли ему под свитер, принялись гладить плечи, двигаясь вверх и вниз, каждый раз вызывая в нём новые, проникающие в самые потаённые уголки тела волны дрожи.

Он чувствовал, как по телу разливается жар, он тлел в нём весь день, с того самого урока Зелий. Тогда ему удалось погасить его, потом он снова разгорелся, но сейчас... сейчас Гарри чувствовал, что будет действительно горячо.

Шероховатые ладони Северуса, блуждающие по его телу, лишали способности дышать. Гарри засопел, когда руки Снейпа скользнули вперёд и потянули его свитер наверх, оголяя живот и соски; в черных глазах мелькнул голодный блеск. Когда Северус наклонился и прихватил зубами сосок, его самообладание вместе с окружающим миром разлетелось на осколки. Гарри всхлипнул, чувствуя, как тело пронзил разряд тока. Он откинул голову и стиснул зубы, чтобы не скулить, хотя ощущения были такими сильными, что сдерживаться было просто невозможно. Он застонал ещё громче, когда тёплый язык прошёлся по припухшему чувствительному бугорку, от которого по телу распространялся огонь, а Снейп так искусно раздувал его, что казалось, ещё мгновение, и пламя охватит тело Гарри.

Голова начала кружиться, в глазах потемнело. Гарри наклонил голову и заставил себя посмотреть вниз. Зрелище, представшее его глазам, было... О Мерлин! Прикрыв глаза, Северус ласкал его приоткрытыми губами и неимоверно горячим влажным языком, которым владел поистине виртуозно... Если он так реагирует, когда Снейп лижет сосок, что бы с ним было, если бы на этом месте было другая часть его трепещущего от желания тела? Одна лишь мысль об этом послала искры удовольствия в низ живота, где нетерпеливо пульсировал центр наслаждения.

Северус прервался, отстранившись на мгновение. Загадочно посмотрел на Гарри из-под полуприкрытых век и мрачно усмехнулся. Гарри почувствовал, как что-то в нём взорвалось. И только позже он понял, что это его самообладание.

Всё это... весь этот вечер... был похож на сон. Северус был совершенно другим... А сейчас... Сейчас он смотрел на него так, как будто чего-то ждал. По крайней мере, Гарри так показалось. И он хотел дать ему это, так сильно хотел. Ведь сейчас между ними всё так изменилось. Сейчас всё было совершенно по-другому. Сейчас...

Северус облизал губы.

Гарри застонал.

Он обхватил ладонями лицо Северуса и наклонился вперёд, чтобы запечатлеть на его губах такой долгожданный поцелуй. Поцелуй, что стал бы наградой, венчающей тот долгий путь, который он прошёл, чтобы оказаться здесь.

И в тот миг, когда их губы уже почти соприкоснулись, Северус отвернулся.

Гарри застыл.

Он ощутил, как башня, которую он построил, начала разрушаться и первые камни полетели в пропасть.

Лицо Северуса изменилось, стало непреклонным. Изумление быстро сменилось неприязнью и гневом.

Ладони исчезли, тепло улетучилось, ощущение близости развеялось, уступив место натянутому как струна напряжению. Всё пропало. Башня рухнула. И Гарри падал с неё. Падал всё быстрее и быстрее.

Он ошибся. Думал, что у него получилось. А оказалось, что он радовался победе напрасно. Что стена, которую он разрушил, была всего лишь внешним кругом обороны. Под ней же скрывалось нечто гораздо, гораздо более прочное.

Почему? Почему у него не получилось? Почему он не смог одолеть это препятствие? Что помешало? Казалось, что бы он ни делал, что-то таящееся в самом сердце этой стены так и будет его сдерживать. Словно там было нечто прочное и... страшное, и Гарри никогда не сумеет ни разморозить этот айсберг, ни уничтожить его. Никогда.

Его накрыло волной отчаяния и страха. Затаившийся там монстр пугал. Но на сей раз... Северус его не спасёт.

— М-мне... нужно идти, — прошептал Гарри и поспешно соскользнул с коленей Снейпа. Он отвернулся, не поднимая глаз, пробормотал «спокойной ночи» и вылетел из комнаты, путаясь в собственных ногах, которые внезапно стали слишком слабыми, чтобы носить его.

Он сам во всём виноват! Всё испортил! Как всегда! Чего он ждал? Почему ему всегда мало того, что он получает? Почему ему вечно мало?

Гарри застыл, когда до него донёсся хлопок двери, ведущей в кабинет Снейпа.

Он пошёл вперёд, держась за стену, так как его колени всё ещё подгибались. Через минуту Гарри пустился бежать.

Нужно убираться отсюда! Он не хочет видеть... говорить... Не сейчас! Его единственное желание оказаться далеко-далеко отсюда. Как можно дальше. Там, где не будет этой боли, которая не даёт ему дышать.

Повернув за угол, Гарри услышал, как захлопнулась дверь, ведущая в коридор.

Он побежал быстрее.

Согнувшись в три погибели, Гарри взлетел по лестнице, пронёсся мимо ещё нескольких поворотов и остановился, пытаясь восстановить дыхание. Его не волновала опасность встретить Филча, Пивза или ещё кого-нибудь. Нужно бежать, спасаться. Нужно не чувствовать.

Гнев. Гнев — это хорошо. Достаточно сильный, чтобы заглушить все прочие ощущения. Гарри должен быть зол на себя. Нет, «должен» здесь неуместно. Он зол. Неимоверно зол. Просто в ярости.

Какого дьявола он это сделал? Зачем?

Гарри ударил кулаком по стене. Раз. Другой. И ещё. Было больно, но это хорошая боль, потому что она заглушала ту, другую. Он хотел, чтобы эта боль была сильнее. Гарри начал пинать каменные стены. Пинать и бить в них кулаками что было сил, давая выход переполнявшему его гневу.

И тут послышались шаги. Широкие и решительные. Такие знакомые...

Он... шел за ним.

Гарри побежал. И налетел на статую, ударившись о мрамор коленом с такой силой, что ноги онемели. Стиснув зубы, он снова заставил себя бежать.

Нужно добраться до башни Гриффиндора! Из затуманенного сознания выплыло воспоминание о том, что они с Джинни договорились встретиться у портрета Полной Дамы. С огромным трудом Гарри карабкался по лестнице, кусая губы, стеная и стискивая зубы — пострадавшее колено причиняло ему всё большие неудобства.

Наконец ему удалось подняться на самый верх. Он остановился на минутку, стараясь отдышаться и унять бушевавший в нём гнев, который ему так и не удалось выплеснуть до конца. Прихрамывая, Гарри пошёл к портрету. Джинни ещё не было. Надеясь, что она вот-вот появился, он огляделся.

И тут он снова услышал шаги. Они неотвратимо приближались. Гарри замер, скованный страхом. Он уже повернулся к портрету, чтобы назвать пароль, но тут раздался голос Джинни:

— Эй, Гарри! — она показалась из коридора напротив и помахала ему. — Прости, что опоздала. Меня... задержали, — сказала она, появляясь перед ним разрумянившаяся, поправляя платье.

Гарри нервно оглянулся, вглядываясь в коридор за спиной. Шаги стихли. Может быть, Снейп передумал?

— Ох, что это с тобой? — вскрикнула Джинни, указывая на его колено: сквозь прореху в ткани выглядывала содранная кожа. — У тебя кровь!

— Что? — Гарри непонимающе посмотрел на ногу. — А-а-а... Это... я упал.

— А что с твоими руками? — Джинни шагнула к нему и схватила за запястье. — У тебя на костяшках кожа содрана. Гарри! — она смотрела на него с испугом. — Ты с кем-то подрался?

— Нет, — поспешно возразил он. — Я просто... упал.

— Нужно тебя осмотреть. Я знаю только заклинания от синяков, но, может быть, Гермиона сумеет помочь. — Взгляд Джинни был сочувственным. — Вот беда... Я тобой займусь, не беспокойся.

Я тобой займусь...

Эхо этих слов, прозвучавших в сознании Гарри, сейчас причиняло ему только боль. Или то была ложь?

Гарри благодарно кивнул. По крайней мере, хоть кому-то на него не плевать...

— Спасибо, — пробормотал он.

— Не за что, — Джинни улыбнулась. — Ты же знаешь, что всегда можешь на меня рассчитывать.

— Знаю, — прошептал он.

И тут он почувствовал себя как-то странно. Вспышка тепла, а потом на него снизошёл блаженный покой. Гарри вдруг показалось, что нет ничего важнее, чем развернуться и пойти в уборную. И нужно сделать это как можно скорее. Немедленно.

— Гарри? — обратилась к нему Джинни.

— Мне нужно в туалет, — сообщил он. — Не жди меня. Иди одна.

— Но ведь... — начала она, но Гарри её не слушал. Он отвернулся и деревянной походкой, словно повинуясь чьей-то воле, направился туда, откуда пришёл. Минуя поворот, он заметил краем глаза притаившуюся во мраке тень, которая двинулась за ним. Гарри вошёл в туалет — тень скользнула следом, и дверь закрылась.

Снейп опустил палочку, и Гарри ощутил, как странная сила отпустила его. Он зашатался и едва не упал. И тут он понял, где очутился и что произошло.

Снейп. Империус.

Гарри страшился обернуться. Не хотел этого делать. Не хотел находиться здесь. Так сильно не хотел...

— Поттер! — несмотря на все попытки изобразить суровость, голос Снейпа звучал на удивление глухо.

Гарри зажмурился и очень медленно повернулся. Открыв глаза, он продолжал смотреть в пол. Его била дрожь, словно он оказался на улице в морозную декабрьскую ночь.

Вокруг царила тишина, и только их прерывистое дыхание нарушало её. Воздух сгустился, и, казалось, прервать это молчание невозможно. Как будто никакие слова не в состоянии её разрушить.

— Поттер... — начал Снейп и тут же остановился. Ещё одна неудачная попытка побороть то, что нельзя было даже поколебать.

Гарри медленно поднял глаза и посмотрел на вглядывающегося в него мужчину. На его напряжённом лице он заметил нерешительность. Словно тот хотел что-то сказать, но не мог подобрать нужных слов. И это человек, который умел изысканной фразой ранить глубже и больнее, чем любой кинжал. Но тишина была слишком вязкой, а воздух был полон невысказанных слов. Они висели у них над головами — бесплотные, но оттого не менее реальные. А потом падали на каменный пол, слишком тяжёлые, чтобы можно было их выговорить.

Северус шевельнулся и достал из-под мантии смятую ткань.

— Твоя мантия, — голос его звучал уверенно, но что-то в нём скрежетало. Словно старалось вырваться из запертой клетки.

Гарри моргнул. Мантия-невидимка. Он умчался так быстро, что забыл её забрать.

Он сглотнул и шагнул к Снейпу. Боль в колене заставила его поморщиться, но он сделал ещё шаг. Хромая, Гарри приблизился к мастеру зелий и протянул руку, чтобы взять свою собственность. Но тут случилось неожиданное.

Холодные пальцы впились в запястье, а потом Гарри ощутил сильный рывок. Он оказался притянут к закутанному в черное телу, в кольце сильных рук, прижатый к шершавой ткани, которая слегка оцарапала ему лицо. Наверное, так даже лучше. По крайней мере, это хоть немного отвлекало от саднящего ощущения в горле.

Объятия Северуса оказались удивительно тёплыми и такими... тихими. Но это была совсем другая тишина. Она не была вызвана недостатком слов или тем, что их нельзя произнести. Эта тишина в них не нуждалась, она была полна понимания и говорила сама за себя. В этом месте, в эту минуту она была красноречивее тысячи слов.

Могло пройти как несколько минут, так и часов, а потом Гарри почувствовал, что Северус пошевелился. Он не хотел открывать глаза. Не хотел, чтобы это заканчивалось, чтобы окружающее его тепло исчезло. Каждая секунда здесь возвращала ему силы, как будто Северус и был его силой, его жизнью.

Объятья исчезли. Гарри протяжно застонал и медленно поднял веки, неохотно возвращаясь к действительности. Снейп положил руки ему на плечи и впился пальцами в тело. Казалось, он хочет отстранить его от себя, но не может заставить себя сделать это.

— Уже поздно, — сказал Снейп чуть хрипло. — Ты должен вернуться к себе.

— М-м-м... — Гарри кивнул и шевельнулся. Ощутил, что Северус отпустил его. Он отступил и, не поднимая глаз, потянулся за мантией. Но Снейп не позволил взять её. Он схватил его руку и перевернул её тыльной стороной вверх так, что стали видны раненые, с содранной почти до крови кожей костяшки. Гарри поднял голову и увидел, что Северус нахмурился. Он почувствовал себя глупо. Хотел было вырвать руку, но Снейп не позволил. Он держал его кисть в своих ладонях и внимательно её разглядывал. Не говоря ни слова.

— Я-я... — пробормотал Гарри. Собственный голос казался ему тихим и далёким. — Я упал.

Он знал, что Снейп ему не верит, но... что ещё он мог сказать?

Пожалуйста, не спрашивай ни о чём. Пожалуйста, пожалуйста...

Наконец Северус отпустил его. Просто отпустил. И хотя он ничего не сказал, Гарри не понравился его взгляд. В глазах Снейпа было что-то странное... как будто внутри него что-то надорвалось.

Гарри поспешно схватил мантию и прижал к себе, отворачиваясь. Его охватил стыд.

— Я пойду, — прошептал он. — Меня ждут... Джинни... — Гарри заколебался и быстро поправился: — Рон и Гермиона могут меня искать.

Краем глаза он уловил, что Снейп едва заметно кивнул.

Гарри отвернулся и пошёл к двери. Набрал в грудь побольше воздуха и нажал на ручку. Шагнул в коридор и тут же отшатнулся, когда увидел, что из-за поворота появился Филч в сопровождении миссис Норрис. Он захлопнул дверь и прислонился к ней.

— Черт побери, это Филч, — Гарри тихо выругался. — Его кошка чует меня даже под мантией-невидимкой.

И как будто подтверждая его слова, из-за двери послышалось мяуканье, а за ним ворчливый голос завхоза:

— Что там такое, моя дорогая?

Гарри едва не подскочил, когда рядом внезапно появился Северус.

— Предоставь это мне, — сказал он тихо. Гриффиндорец кивнул и шагнул в сторону. Северус положил ладонь на ручку, но замер, как будто колебался. Он посмотрел на Гарри, и теперь, когда они были так близко, в его глазах появился... какой-то... блеск или... скорее... сияние... нет, что-то...

Гарри не успел разобраться, потому что Северус поднял руку и мягко коснулся его щеки, от чего все мысли у Гарри разбежались. Он перестал дышать, отдаваясь этой ласке. С минуту Снейп гладил большим пальцем его кожу, а Гарри казалось, что ещё мгновение, и он просто растает. Рука Северуса была... тёплой, а пальцы чуткими и удивительно... нежными.

Он закрыл глаза, потому что голова начала кружиться, ноги стали слишком ватными, чтобы держать тело. Гарри забыл как дышать, забыл где находится, забыл обо всём, что произошло до этого момента. Ни одно слово не смогло бы совершить того, что совершило одно это прикосновение.

Северус чуть сместил ладонь, и Гарри почувствовал, как большой палец ласкает его губы. А потом рука исчезла.

Гарри медленно поднял веки. Только сейчас, возвратившись к действительности, он услышал назойливое мяуканье, доносившееся из-за двери. Северус не смотрел на него. Он поднял руку и мягко, но решительно отодвинул его себе за спину, а потом открыл дверь и исчез в проёме.

— О-о... Это вы, профессор... — послышался изумлённый голос Филча. — Что вы здесь де...

— Проверял туалеты. На втором этаже ученики устроили состязание по метанию навозных бомб в цель, и теперь помещение выглядит так, словно там резвилось стадо взрывопотамов. Поэтому я решил посмотреть, не произошло ли здесь что-то подобное, поскольку вы в состоянии лишь бесцельно шататься по замку, вместо того чтобы поддерживать в нём порядок, — сурово сказал Снейп.

— Я-я... проверял их и все... — начал Филч запинаясь.

— Довольно! Если вы не займётесь делом и не начнёте как следует следить за этими засранцами, то я могу потерять терпение и шепнуть несколько слов директору о том, что вы не справляетесь со своими обязанностями.

— В этом нет необходимости, профессор, сэр, — испуганно возразил Филч. Прислонившись спиной к двери, Гарри тихо усмехался, но, услышав царапанье и громкие вопли миссис Норрис, нахмурился. — Я иду, уже иду... Пойдём, дорогая. — В коридоре послышались шаги завхоза, который удалялся, что-то тихо бормоча себе под нос. Но мяуканье не прекращалось. Похоже, миссис Норрис не собиралась так просто сдаваться.

А потом Гарри едва не подпрыгнул, услышав глухой удар и кошачий визг и фырканье.

Прислушиваясь, он подождал ещё немного, а когда убедился в том, что завхоз не собирается возвращаться, набросил на себя мантию-невидимку и осторожно открыл дверь. Снейп стоял посередине коридора и пристально смотрел туда, где должен был находиться Гарри. Как будто хотел убедиться, что тот без помех доберётся до своей спальни. Гарри не хотел рисковать, снимая мантию. Ведь Филч может вернуться в любую минуту.

Он подошёл к Снейпу и, желая поблагодарить, осторожно коснулся его руки. Поблагодарить за всё. Когда Гарри дотронулся до чуть шероховатых пальцев, Северус с шумом втянул в себя воздух, а на его губах появилась едва уловимая улыбка.

Гарри понимал, что чем дольше это длится, тем сложнее ему будет побороть себя и вернуться в гостиную. Поэтому он закрыл глаза и двинулся вперёд, обещая себе, что не станет оглядываться. А потом услышал размашистые удаляющиеся шаги.

Ещё недавно он от них бежал. А сейчас... Сейчас Гарри стоило немалых усилий не помчаться за ними.

Иногда один человек может всё уничтожить. Или исправить.

CDN

And this is how it feels

When I ignore the words you spoke to me

And this is how it looks

When I am standing on the edge

And this is how I break apart

When I finally hit the ground

And this is how it hurts

When I pretend I don't feel any pain

And this is where I lose myself

When I keep running away from you

Breathe your life into me

I can feel you

I'm falling, falling faster

Breathe your life into me

I still need you

I'm falling, falling

Breathe into me

Breathe into me*

* "Breathe into me" by Red