27
- Мам, подойди, пожалуйста, нам надо поговорить, - сказала Пелагея, услышав, что звук воды резко утих, а это значит, что мама уже закончила мыть посуду и собирается идти спать, - Мам, нам надо поговорить, иди сюда! - Поля, вновь позвала Светлану Геннадьевну к себе. "Так, главное собраться и все сказать! Она же не убьет меня!" - убеждала сама себя Поля, теребя в руках одну из мягких игрушек Ники, которая уже давно спала в своей кровати. Эх, как же хорошо быть маленьким и наивным, когда все проблемы взрослого мира ещё не доступны твоему маленькому организму. Когда нет стрессов и переживаний, когда самой большой бедой становиться то, что тебе надо лечь пораньше спать. А слезы были лишь из-за того, что родители вновь укладывают тебя спать днем.
- Ты чего на весь дом раскричалась, сейчас Нику разбудишь, - сказала Светлана Геннадьевна, присаживаясь на кресло, которое стояло напротив Пелагеи, - Ну чего у тебя стряслось? Если ты по поводу репетиций, то не переживай, я сегодня полежала в постели и мне стало легче, завтра я сама поеду.
- Это хорошо, - пробубнила блондинка, вновь вспоминая сегодняшний день. Если бы не болезнь мамы, он бы ничего и никогда не узнал. Но, как говорится: "Ничего в нашем мире не случайно". Значит так, должно было быть.
- Так ты чего сказать хотела? Говори или я пойду, а то мне Нику завтра рано отвозить, - сказала женщина, приподнимаясь с кресла.
- Нет-нет, сиди! - сказала Пелагея, останавливая мать. "Все, была не была!" - сама себе сказала девушка и глубоко вдохнув, она посмотрела на маму, - В общем, он все знает и хочет, чтобы Ника через три дня узнала, кто он есть на самом деле, - выпалила Пелагея и закрыла лицо руками, предвкушая буру эмоций со стороны мамы.
- Кто он? Поля говори или яснее, или я пошла спать, - не выдержала женщина, которая после долгого дня мечтала оказаться в своей кровати, - Говорить-то будешь? - вновь спросила Светлана Геннадьевна, после минутного молчания.
- В общем, сегодня Дима, случайно, узнал о том, что Ника его дочь и теперь он требует, чтобы она знала кто он для неё, чтобы он мог спокойно с ней общаться и иногда забирать на прогулки, - сказала Пелагея, поднимая свой взгляд на мать, которая была явно в шоке от услышанного, - Если я не выполню его условия, то он подаст в суд. Тогда он сможет не просто гулять с ней, а забирать её на каникулы к себе и прочее.
- То есть как это "случайно"? - спросила женщина, выделяя слово "случайно", - И какие условия? Он поставил тебе условия?
- Просто я была на эмоциях и, кажется, случайно сказала ему об этом. Но, я просто не думала чего говорю, я не хотела, - сказала Пелагея, пропуская мимо ушей, другие вопросы матери, - Я правда не хотела, прости.
- То есть он тебе поставил условия? Да как он смеет? Сам бросил, а сейчас условия ставит, вот подлец! - воскликнула Светлана Геннадьевна, - Ты же сама говорила, что звонила ему, а он не жалел с тобой разговаривать и сбрасывал трубку.
- Ну, да, - ответила Пелагея, вновь опуская взгляд вниз.
- И чего ты собираешься делать? - спросила женщина, отходя от "радостной новости", - Тебе надо сказать ему о ребенке, ведь все ещё может наладиться, - уже тише произнесла Светлана Геннадьевна, присаживаясь к Пелагее, по щекам которой лились ручьи слез. Ну, конечно, она же только что узнала, что беременна от человека, который так наплевательски с ней обошелся.
- Нет мам, я не скажу ему об этом, - ответила шатенка, мотая головой, - Нет, он не узнает.
- Поля, тебе всего двадцать, ты не сможешь одна заменить ребенку и отца и мать, - ответила старшая Ханова, которая прекрасно знает, как это воспитывать ребенка одной, - скажи ему.
- Ладно, но это только ради тебя, - ответила Пелагея и, встав с дивана, она направилась к себе в комнату, чтобы вновь набрать знакомый до боли номер. Ну и пусть, что роуминг, ну и пусть, что с неё снимут кучу денег, она должна это сделать или нет? Тогда она впервые задумалась, а нужно ли ему этот ребенок? - Нет, он ему не нужен! - сказала сама себе девушка и бросила телефон на кровать. Она сможет, у неё получится воспитать хорошего ребенка, не смотря на то, что она будет одна.
- Ну чего? - спросила Светлана Геннадьевна, как только её дочь вышла из своей комнаты, - Позвонила? Что он сказал?
- Нет, он сказал, что ему не о чем со мной говорить. Сказал, что не хочет меня видеть и, что я зря позвонила ему, - сказала девушка, скрывая свой взгляд от женщины, ведь врать она, совсем не умеет, - Мам, говорю тебе он не тот, каким ты его себе представляешь. Это при тебе он был хорошеньким, а потом уходил в клуб и находил себе девочку на ночь, - из светлых глаз девушки вновь полились слезы.
- Ну не надо слез, все будет хорошо, слышишь? - спросила Светлана Геннадьевна, обнимая свою дочь. Поля лишь по сильней обняла маму и уткнулась своим личиком в её плечо. Будущее пугает её, но она справится, она сильная!
- Так, все, завтра я с ним поговорю! А то сам не ам и другим не дам! Пора бы было за семь лет определиться! - воскликнула женщина и встала с кресла, - а ты давай тоже ложись спать, завтра с ними едешь!
- Нет мам! Это лишнее! - воскликнула Пелагея, испугавшись, что мама все может узнать, - не надо. Он прав. Она должна знать кто её отец, она не должна повторять мою судьбу.
- Поля, но, - начала было говорить женщина, но блондинка тут же прервала её.
- Все что ни делятся, все к лучшему, мам, - сказала девушка, вспоминая, что именно эту цитату ей все время говорила мама, когда её руки совсем опускались, - Ника узнает кто её отец, и не будет ни каких тайн или запретных тем.
- Ты уверена? - спросила женщина, глядя на дочь. Она так быстро выросла, но по-прежнему совершает глупые ошибки. Поля стала большой, но она не может перестать контролировать её жизнь. Уж слишком быстро она повзрослела, - Ты у меня такая молодец, - сказала женщина и обняла дочь.
- Я люблю тебя, - сказала Пелагея и, улыбнувшись, она поцеловала мать в щеку, - Я уверена, я знаю, что все будет хорошо!