Подделка, но искусная.
Кацуки
Она вошла, и воздух в классе стал другим.
Я почувствовал это раньше, чем увидел её. Как перемену давления перед взрывом. Как будто тишина на секунду споткнулась, сжалась, как пружина, готовая ударить. Я поднял взгляд — и она стояла у двери.
Бледная. Прямая. Волосы белые, как выстуженное стекло. Лицо — безупречное. Слишком. Улыбка выверенная. Чёрт, даже манера говорить была будто склеена из шаблонов. Слишком вежливо. Слишком гладко.
— Приятно познакомиться. Позаботьтесь обо мне.
Голос мягкий. Улыбка — как у актрисы на премьере.
И класс взорвался. Не так, как надо — не в моём стиле. Они ахнули, зашептались, потянулись глазами к ней, как мотыльки на свет. Типа "волшебная", "сияющая", "ангел". Я слышал это. Слышал — и злился. Не на неё. На них.
Серьёзно? Одна кукольная улыбка — и вы уже растеклись?
Слабые. Прозрачные. Наивные.
Я не смотрел долго. Один взгляд был достаточен. Я понял.
Она не из наших.
Не просто «новенькая». Не «просто». Вообще ни разу.
Я видел таких. Те, кто носят маску, не снимая. Те, кто говорят правильные слова, потому что за ними пустота, которую надо чем-то заполнять. И в её глазах... не было испуга. Ни одной чёртовой эмоции, которая бывает у нормальных новичков. Ни волнения, ни стеснения. Только расчёт. Как будто она изучала всех, пока делала поклон.
А потом — встреча взглядов. Она посмотрела прямо в меня. Не долго. Меньше секунды.
Но я почувствовал.
Она знала.
Не кто я. Нет. Хуже. Знала, что я не поведусь.
Я отвернулся первым. Не потому, что испугался. А потому что почувствовал в ней вызов. И мне стало интересно.
Я не подошёл к ней после урока. Пусть к ней лезут Мина, Каминари, Киришима. Пусть говорят, шепчут, восхищаются. Это их уровень.
Я наблюдал.
Слушал, как она отвечает — идеально. Как смеётся — чуть-чуть, как будто старается. Как делает паузы в нужных местах. Как смотрит — точно, будто уже знает, кто где слаб.
Подделка.
Но искусная.
Она не ошиблась ни разу. Ни в слове, ни в интонации.
А значит — репетировала.
А значит — что-то скрывает.
Я чувствовал это под кожей.
Она опасна. Не потому, что сильная — пока я этого не знаю. А потому, что врёт, и делает это так, как будто ей даже не нужно вспоминать, кто она на самом деле.
Значит, играет не в первый раз.
Значит, знает правила.
А значит — точно не та, за кого себя выдаёт.
Я видел, как она покосилась на меня, когда уходила с остальными. Как будто проверяла — смотрю ли я.
Я не двинулся.
Просто сжал челюсть.
И сказал себе:
Если ты здесь ради игры — ты выбрала не ту школу.
А если ради меня — тогда готовься.
Потому что я тебя выведу.
На чистую воду.
И на колени.