45.
Может быть я вернусь когда-нибудь, этим городом захлебнусь, не продохнуть. Он напомнит мне о нас..
______________________________
Два месяца я провела словно в кошмаре. Сейчас конечно, самые сложные дни позади, но я вздрагиваю от воспоминаний о том, как отец каждый день боролся за жизнь. Как я приходила домой и просто пала без сил. Хватала телефон и пыталась дозвониться до Киры. Успокаивала себя тем, что она сейчас возьмет трубку, мы поговорим и все снова встанет на свои места. Надеялась, что все снова будет хорошо. Но этого не происходило. Она не возвращалась. И сейчас, меня радовала лишь то, что папа дома, что мама пошла на поправку и её психика, с каждым днем все лучше и лучше. Я снова вижу счастливых родителей. Мы снова ужинаем вместе. Вместе завтракаем и смотрим вечерами фильмы. Правда компанией пока, продолжаю руководить я. Папе сейчас противопоказаны нагрузки. Он хоть и поправился, но перелом ребер и колена, бесследно не проходит. На данный момент, нет ничего важнее его здоровья.
И лишь счастливые лица родных, их разговоры утром, помогают мне держать себя в руках и не сдаваться, не под каким предлогом. И, знали бы люди вокруг меня, как сильно я хочу рухнуть и просто расплакаться. От несправедливости. От того, на сколько сильно я люблю и скучаю. Но я не имею права. Я пережила слишком много, чтобы вот так просто сдаться. У меня даже появились мысли, уехать ненадолго. Туда, куда глаза глядят. Просто сесть на поезд и уехать. А может это будет самолет или же, моя машина. Неважно. Главное просто уехать на какое-то время. План в голове выстроился, осталось подготовить к этому родителей и Варю с Ринатом.
На часах восемь утра. Я вышла с душа, достала свой белый костюм двойку, с расклешенными штанами и короткой кофточкой, собрала волосы в хвост, обула кроссовки и пошла вниз. Родители уже завтракали, а я с улыбкой подошла к ним.
—Доброе утро, родители. – весело проговорила я, целуя каждого из домочадцев в щеку.
—Ты чего такая счастливая? – спросил папа, заправляя хлопья йогуртом. – Случилось что-то?
—Пап, перестань быть таким бдительным. – щурюсь я, наливая себе кофе. – Просто хорошее настроение.
—Милая, я за версту чувствую подвох. – смеется мама. – Давай выкладывай уже.
—Ничего от вас не скроешь, – закатив глаза, язвлю я. – Ладно. Вообщем, я хотела бы уехать на какое-то время. Опередив ваши вопросы отвечаю: куда поеду, пока не знаю. Просто хочу отвлечься.
—Это из-за Киры?, – грустнеет мама.
—По большей части, да, из-за неё. – честно отвечаю я. – Но, здесь было слишком много всего. Я просто хочу отдохнуть.
—Родная, я долго думал, говорить тебе или нет. – как-то напряжено начал папа.
—Черт, папа, у меня нервы не железные. – фыркаю я. – Говори уже, прошу тебя!
—Два дня назад, я разговаривал с Кирой. – произносит папа, а у меня опять земля из под ног уходит. – Александр мертв. Кира сейчас в пути домой. Может, тебе стоит её дождаться и поговорить? Ты ведь наверняка знаешь, всю правду.
—Знаю, – киваю я, поднимая взгляд на папу. – Только от этого не легче. Она бросила меня. Хотя мы всегда чувствовали друг друга душой. Были на одной волне. Мне казалось, что мы любили. Прости, что приходиться говорить об этом. Знаю, вы с мамой не в восторге, от моего выбора, но, пап, это жизнь. Это я.
—Доченька, мы давно это приняли. – успокаивает меня мама, кладя свою ладонь, поверх моей. – Неважно, какая ты. Ты наша дочь и на этом точка.
—Поэтому, я прошу вас сейчас, поддержать меня в решении уехать. – улыбаюсь я. – К тому же, сумка уже собрана. Я взяла только самое необходимое. В случае чего, докуплю остальное по приезду.
—Я всегда за тебя, милая. – кивает папа. – Возьми с собой карту, на ней деньги. Они тебе понадобятся.
Я ничего не отвечаю. Молча встаю и обнимаю каждого. Крепко. Нежно. По родному. Как только мы закончили завтрак, я поднялась в комнату, забрала сумку, взяла куртку и ключи от машины. Пока покидала родной дом, позвонила Варе и Ринату, которые тут же примчались ко мне. Мы сели в мою машины и поехали на вокзал. По прибытию, я купила билеты в первый попавшийся на глаза город. Отправка через два часа. Самое то. Не хочу передумать. Не хочу, чтобы что-то меня держало здесь. Ну, а насчет компании и родителей я спокойна. Ринат, Варя и их семья, будут всегда рядом.
—Маленькая, может все же передумаешь? – закинув руку мне на плечо и прижав к себе, говорит Ринат.
—Так, а ну прекрати. – возмущено произносит Варвара. – Если она решила, то пусть едет. Это только её дело.
—Не лезь, шмакодявка! – бурчит Ринат, на сестру. – Я переживаю. Я ваш старший брат! Имею права на переживания. Я итак, чуть не упустил ее.
—Так, давайте вы свои семейные разборки, отложите на пару часов. – смеюсь я, сильнее прижимаясь щекой, к груди Рината.
—Дайя, мы просто будем очень сильно скучать. – выдохнув говорит Варя. – Последнее время, у нас с тобой не ладилось. Я боялась, что нашей дружбе придет конец. Ты прости меня за все. Если обидела. Если подвела. Просто прости.
—Варенок, ну ты чего...? – отлипнув от Рината, я заключаю в крепкие объятия Варю. – Ты мне гораздо больше, чем просто подруга. Я тебя никогда бы не бросила. Не забыла. Мы ведь связаны с тобой. Столько говна вместе пережили. И, будь уверена, что когда я вернусь из своего маленького путешествия, мы с тобой напьемся как в старые добрые времена.
—Опять вас пьяных домой вести, – бухтит Ринат, закатывая глаза.
Мы с Варей начинаем смеяться сквозь слезы. Все же, эти два придурка, мне ближе всех. Я буду искренне скучать по ним. По их спорам и, вечно язвительных комментариев Рината.
—Я отойду на минутку, – шмыгая носом, говорю я.
Отойдя как можно дальше от них, я достаю свой телефон и открываю чат с Кирой. Я даже не особо понимала, что сейчас делаю, я просто чувствовала, что мне это нужно. Сделав снимок поезда, я уже хочу отправить, но решаюсь подписать это фото.
«Не налюбившись, мы расстались,
Решила так судьба за нас.
Но мне осталось счастья малость:
Я помню цвет карих глаз.
Нас отныне разделяет расстояние -
Полдня, возможно, день пути.
От встречи и до раставаннья
Мы по галактике летим.
В просторах звездных бесконечных
Песчинка малая земля.
Объединенные навечно
Планетой общей - ты и я.»
Нажав «отправить», я достаю сим-карту и просто выкидываю ее. Телефон тут же отключается и убирается в сумку, болтающуюся на плече. Я делаю глубокий вдох и просто принимаю эту ситуацию. Пытаясь сдержать слезы, я возвращаюсь к Ринату и Варе. Они видят мое состояние и просто крепко обнимают. Мы еще около получаса стоим и обнимаемся. Варя плачет, у Рината красные глаза от того, что он сдерживает свои слезы. И вот, объявляют посадку. Ринат помогает мне занести вещи и выходит. Я не могу уйти. Они меня не отпускают. Держат. Нет, не физически. Они меня держат морально. Как же тяжело с ними прощаться. Именно с ними, сложнее всех.
—Все, – шепчу я, срывающимся шепотом. – Уходите, прошу вас. Не стойте здесь. Мне так очень тяжело. Уходите. Ну!
Они кивают. Последний раз обнимают и уходят, быстрым шагом. Я вижу, как Ринат хватает сестру за плечи и то, как она оборачивается, пытаясь вырваться и подбежать ко мне, но Ринат не позволяет. Они скрываются из поля моего зрения. И я точно знаю, что сейчас Ринат сядет за руль моей машины и даст волю эмоциям. Я знаю, что Варя будет сходить с ума до тех пор, пока я ей не позвоню. А я, заходя в поезд, обещаю сама себе, что сразу, как смогу позвоню ей. Пройдя в свой вагон, я первым делом достала из сумки свой ноутбук, думая о том, что сейчас немного позанимаюсь. Но желание быстро уходит, поэтому я прячу все свои вещи. Оставив себе лишь легкую футболку и шорты, чтобы в случае чего переодеться.
И вот, поезд уже был готов тронуться. Я сидела на своей нижней полке, смотрела в окно и не понимала, зачем я вообще уезжаю. Мысли стали заполнять мою голову. Куда я еду? А самое главное, зачем? Но, назад дороги уже не было. Я попрощалась с Варей, Ринатом, мамой, папой. Я попрощалась с домом, на этот короткий срок. Мне это нужно было. Просто нужно...
Когда я услышала привычный гудок и стук колес, на перроне я заметила знакомую фигуру. Пепельные волосы, серая кофта и черные джинсы. Мы столкнулись взглядами. И меня накрыли воспоминания. Внутри все сжалось и я вспомнила, как после того, как я нашла еле живого отца, она сказала мне, что не любит. Сказала, что мы расстаемся. Рассказала мне всю правду, через злосчастное письмо. Я этого не смогу забыть. Я помню, как она сказала, что я ей не нужна. Сказала, что никогда не вернется и я просто должна жить. Ну, а сейчас она здесь и мне больно. Поезд едет. Она прибавляет шаг и идет следом. Она что-то кричит, машет руками и плачет... я тоже не могу сдержать своих слез. Она достает свой телефон и пытается мне позвонить, но я выкинула сим-карту. Она психует и швыряет телефон. Поезд набирал скорость, она бежала следом. Она просто бежала на столько быстро, на сколько вообще могла. А у меня в голове звучало то, что назад дороги уже нет. Перрон заканчивается. А она бежит. Поезд все дальше. А она бежит. Но в конце концов, силы её покидают и она падает на колени. Я знаю, что она содрала их в кровь.
Меня же, накрывает истерика. Я зажимаю рот рукой и просто ложусь, накрываясь с головой одеялом...
«Я останусь снегом на щеке, любимая. Я останусь светом вдалеке. Я останусь...
В конце туннеля яркий свет и, я иду. Иду по выжженной траве, по тонкому льду. Не плачь, любимая, я боли не боюсь. Её там нет.
Я, может, больше не вернусь. А может, я с тобой останусь...»
Она написала эти строчки в блокноте, который ей когда-то подарила любимая, для заметок университета. Написала, закрыла и просто смотрела на бескрайнюю картину за окном вагона. Слезы скатываясь по щекам напоминали, как четыре часа назад ей было больно. И больно даже сейчас. Но она пообещала себе, взять себя в руки. Надеялась, что все наладится тогда, когда она вдохнет воздух других городов и стран...