44.
И снова, мне трудно дышать. Рядом нет тебя, опять. Мой кислород, тобой живу, но без тебя я не могу спокойно дышать.
_____________________________
«Девочка моя, я не имею права рассказывать тебе обо всем. Только вот, я уже знаю, как тебе будет больно, когда я сообщу тебе о том, что твой отец не должен был выжить. Сообщу о том, что не люблю тебя и, все это время, лишь врала тебе. И, знаешь, возможно я и правда соврала тебе. Соврала о том, что не люблю тебя. Поверь, мне сейчас так же сложно. Знаю, моим словам, больше нет веры. А ты возьми и поверь последний раз.
И вообще, сейчас не об этом. Дайона, ты сейчас читай все это, очень внимательно, хорошо? Вытри слезы, они будут лишь мешать. Давай, милая, соберись и попытайся понять меня и, наверно, простить.
Когда мы с тобой познакомились, я понятие не имела, кто ты такая. В тот миг, я в тебя влюбилась. Влюбилась безнадежно. Безвозвратно. Потеряла от тебя голову. Я с большим удовольствием гуляла с тобой. Всегда хотела тебя видеть, но, как ты помнишь, это продолжилось не так долго. Когда я узнала, что ты дочь Далтона Демида, я долго отрицала это. Когда уехала с деревни, встретилась с дядей и рассказала ему все. В тот вечер, я сразу попала в больницу. Он избил меня. Парадокс, но мне было больнее не от его ударов, а от того, что девушка в которую я влюбилась, оказалась дочерью врага. Выйдя с больницы, я поняла, что между нами появилась связь. Я уехала в Италию, ты осталась дома. Я всегда тебя чувствовала, точно так же, как и ты меня. Но сейчас не об этом.
Я узнавала все больше про тебя, твоего отца и в принципе, про всю вашу семью. Дядя посветил меня в то, что твой отец был его врагом. Я не буду пересказывать все, думаю, твой отец тебе итак все рассказал.
В тот момент, когда Демид отправил вас в ссылку, я знала об этом задолго до его решения. Все мой дядя. Я знала все, на десять шагов вперед. Мой дядя был со мной на связи, думая, что я на его стороне, но это было не так. И вот, когда он узнал об этом, стал угрожать и шантажировать. Ты стала его козырем. Я не могла потерять тебя. И тогда я подчинилась. Я была рядом с вами. Знала все и обо всем. Та авария, была спланирована моим дядей. Он надеялась, что ты не станешь искать Демида. Он решил, что ты просто похоронишь его и на этом все. Он не учел, что ты не поверишь в такую глупую смерть своего отца. Ты всегда знала его, лучше всех. Я не знала, Дайона, где находится твой отец. Знала лишь то, что он живой, поэтому втайне от всех, помогала тебе его искать и, не давала возможности сдаться. Ты знаешь, какой мой дядя человек. Его угрозы никогда не были пустым звуком. И вот сейчас, когда ты нашла своего отца, он будет рыть носом землю, но снова попытается избавится от всех. Мне пришлось соврать тебе обо всем. Я хочу, чтобы ты была в безопасности. И, ты спросишь, в чем же был замысел? Наверно, ты считаешь это письмо бредом. Но это не бред. Это жизнь. Моя жизнь и его жизнь. Я знаю, что ты поймешь. Ведь знаешь сама, какое прошлое было у твоего отца. И эти его враги, тянуться уже много лет. Идут по его следам. Бегут в попытках убить его и всю его семью. Своим уходом, я хочу защитить тебя. Я ему уже позвонила и сказала, кто помог тебе найти Демида. Он зол. Очень зол. Я срывалась на тебе лишь поэтому. Страх. Я боялась потерять тебя. Я привязалась к тебе, слишком сильно. Поэтому сейчас, в очередной раз, я пытаюсь тебя спасти. Знаю, все это очень глупо, но так все и есть. Мы с тобой встретились совершенно случайно, но эта случайность, привела к своим последствиям. Я надеюсь, что ты не будешь держать зла на меня. Все это время, я лишь пыталась тебя спасти от своей же семьи. Не справедливо, да. Знаю, как тебе сейчас больно. Чувствую всю твою боль. Но поступить по другому не могу. Не получается. Это так больно, но это честно, милая. По крайней мере, во всех этих словах, я была честна перед тобой. Я надеюсь, что твой отец поправиться. Милая моя, опять по твоей щеке слеза. Я просто возьму тебя за руку. Знай, я рядом всегда. Ты должна быть в безопасности без меня. Ты должна жить и быть счастлива. Продолжай жить так же, как жила до меня. Будь такой же светлой и счастливой. Я буду надеятся на то, что все в твоей жизни наладиться. Отключись от меня. Иначе эти чувства, сведут тебя с ума. Сейчас я чувствую твою боль и надеюсь, что когда-то у меня в груди разольется тепло и я буду знать, что ты счастлива.
Я буду скучать, Дайона Далтон. Буду всегда помнить тебя, моя звезда.
И, пожалуйста, не давай мне поводов возвращаться. Не мучай себя и меня. Со временем станет легче, боль пройдет. Правда сейчас, мы с ней заодно.
Во всем виноваты наши близкие и их грязные дела, которые у них были много лет назад. Страдаем мы, хотя мы тут не причем...»