Мой Бессмертный Господин

Глава 65

«Стук в Жёлтые источники: Божество вновь нисходит»

Часть 4

― Да, Хуо, ситуация идентична. Я занимаюсь расследованием с того самого дня, ― Вэй Джо Ли внезапно уцепился за эту ниточку, чтобы придать разговору серьезности. Не мог же он рассказать ему всю правду, особенно после неоднозначных действий Джеминга. ― Ребята мне помогают, потому что мы были вместе на развалинах. С госпожой Цзинь пересеклись случайно, узнав, что она столкнулась со схожими обстоятельствами. Только в её случае были ещё и жертвы.

― «Выходит, она и есть тот аноним с форума?» ― Хуоджин задумчиво сделал паузу, что-то переосмысливая. ― «Ладно, продолжай выяснять. Мне тоже интересно, чтобы это могло быть. Стоит ли говорить, что мы потеряли много денег из-за исчезновения развалин? Те, которые вложили в исследование, и те, которые могли бы получить, если бы всё выгорело»

― Опять деньги, ― буркнул Джеминг и закатил глаза. ― Господин Ян, Вы подумали над моей просьбой?

― Ты опять за свое, Джеми? ― Вэйхуа нервно хохотнул, толкнув друга в плечо. ― Успокойся уже!

― Подожди, Вэйхуа! ― шикнул парень и вновь обратил свой взгляд к телефону Вэй Джо Ли. ― Господин Ян?..

― «Малой, вот скажи мне», ― Хуоджин тяжко вздохнул, постукивая пальцем по задней панели смартфона. ― «Ты на кой хрен ко мне пристал? Что за идиотские просьбы? Ты уж определись со своими замашками...»

― Замашками? О чем Вы? ― Джеминг удивленно вскинул бровями, словно собеседник мог это увидеть.

― «Вначале шарахаешься от меня так, будто я тебя съем. От одного моего присутствия до потолка подпрыгиваешь. А потом, заявляешься ко мне с просьбой придушить тебя и наорать» ― спокойно сказал Хуоджин и хохотнул. ― «Адрес мой запишешь? Для такого действа нужна интимная обстановка!»

― Хуоджин! ― шикнул Джо и закатил глаза, смотря на то, как госпожа Цзинь подавилась сигаретным дымом. ― Хоть сейчас веди себя нормально!

― «Я веду себя, как обычно, ― прекрасно!» ― мужчина посмеялся. ― «Ладно, у меня ещё остались дела. Всё, что допустимо, я скину тебе на почту. Увидимся позже...» - после этого раздались короткие гудки.

― Я, конечно, не могу лезть в вашу личную жизнь и давать советы, но Джеми, ― Цзинь Цзюнь повернулась к молодому человеку. ― Я не думала, что у тебя такой специфический вкус...

― Г-госпожа Цзинь! ― Джеминг залился краской и начал размахивать руками, пряча лицо. ― Вы не так всё поняли! Я просто хотел выяснить, действительно ли Хуоджин имеет прямую связь с Энлеем! И для этого мне нужно было провести следственный эксперимент. Мы не придумали, как лучше это сделать, поэтому я прямо в лоб попросил меня придушить и повысить голос. Так бы я точно понял...

― Я до сих пор в шоке, ― тихо сказал Джо Ли и усмехнулся. ― Тебе дать адрес и номер Хуоджина?..

― В-Вэй Джо Ли! ― воскликнул парень.

― Шутка.

***

― И так, с чего начнем? ― спросила госпожа Цзинь, открывая дверь в одну из пустующих комнат своего дома. Там не было мебели, но зато толстым слоем лежала пыль. ― Предлагаю провести ритуал здесь. Тут нечего портить и много места. В этой комнате когда-то жила моя бабушка, но после её смерти, родители раздали все вещи соседям. Такова была её просьба. Я же, в свою очередь, просто закрыла комнату на ключ, чтобы лишний раз не расстраиваться.

― Если она навевает Вам негативные воспоминания, то, может, подыщем другое место? ― поинтересовался Ли Вэйхуа, оглядывая унылое помещение, где ещё несколько лет назад теплилась жизнь.

― Нет. Я давно пережила эту проблему. И мне как-то не хочется портить полы во всем доме. Поэтому, давайте тут, ― хозяйка дома вошла в комнату и открыла в ней окно. ― Я пока приберусь, а вы доставайте всё, что привезли с собой. Талисманы я купила, как и просил Джо Ли. Они лежат в гостиной, в первом ящике комода. Свечи там же.

― Как скажете, ― Ли Вэйхуа согласно кивнул и отправился к остальным.

Время за подготовкой к ритуалу прошло достаточно быстро. Каждый занимался своим делом. Джо Ли возобновил в памяти текст ритуала, повторяя его про себя. Госпожа Цзинь подготовила место: расстелила полотно и расставила свечи. Вэйхуа и Джеминг принесли магические атрибуты, строго следуя инструкции. Постепенно всё необходимое оказалось на своих местах. В комнате воцарилась полная тишина. Все были готовы начать.

― Что ж, все готовы? ― тихо спросил Джо, осмотрев остальных. ― Давайте условимся: лишнего не спрашивать, не давить и не перебивать. Если всё выйдет из под контроля, ― не паниковать и не прерывать ритуал. Не меняйте позы и старайтесь не выдергивать руки. Если почувствуете, что больше не можете участвовать, ― кивните несколько раз.

― Поняли, ― синхронно кивнули остальные участники ритуала.

Тишина после произнесенных слов была абсолютной. Они сидели на полу, держась за руки, и слушали. В комнате не было слышно ни единого звука: ни скрипа дома, ни шума с улицы. Свет от свечей был желтым и обычным, а рисунок на полотне лежал неподвижно. Прошла, возможно, минута. Ничего не изменилось.

Затем Ли Вэйхуа почувствовал запах. Он сразу заполнил собой все пространство комнаты. Это был неестественно сладкий аромат, как от огромного букета слив и орхидей, смешанный с резкой, лекарственной горечью полыни. От этого сочетания слегка закружилась голова, и захотелось кашлять.

― «Знакомый запах... прямо как у Джо в квартире...» ― Вэйхуа переглянулся с присутствующими. ― «Надеюсь, они все настоящие, а не жалкая подмена...»

Потом стало холодно. Температура упала резко, словно кто-то открыл дверцу морозильной камеры. Холод шел снизу, от пола. Паркет быстро остыл, и озноб проник через одежду. Дыхание у всех стало видимым, а в воздухе повисли белые клубы.

Сразу после этого изменился огонь свечей. Без всякого сквозняка, ровные желтые языки пламени резко вытянулись вверх, став в три раза выше. Их цвет мгновенно поменялся с теплого оранжево-желтого на морозный, почти белесый голубой. Пламя горело высоко и ярко, но не коптило и не плавило воск быстрее обычного. Оно просто было другим, ― холодным и неправильным.

В этот момент они услышали звук из коридора. Четкий, тяжелый шаг. Шаг, а затем через секунду ― второй. К каждому звуку прибавлялся глухой металлический лязг и скрежет, будто по деревянному полу волокли тяжелую железную цепь. Звуки приближались. Они доносились из-за двери, что вела в гостиную.

Все замерли, не разжимая рук. Шаги подошли вплотную к входу в комнату, и остановились. Синий свет от свечей отбрасывал на дверное полотно резкие, прыгающие тени. Затем медленно, с отчетливым сухим скрипом, начала поворачиваться поржавевшая дверная ручка, а после, послышался грохот.

Благо, они догадались запереться изнутри на крепкий засов. Дверь содрогалась под тяжелыми ударами, и ходила ходуном от натиска невидимой силы с другой стороны. Но железная задвижка и массивный замок пока держались, издавая резкий металлический звон при каждом толчке. Пламя свечей, всё ещё холодное и голубое, колыхалось в разные стороны. Нарисованные на полотне символы, выполненные тушью, начали странным образом отсвечивать, будто чернила впитали в себя этот неестественный свет и теперь испускали его обратно, слабым серебристым мерцанием. Лежащие в центре ритуальные предметы тихо подрагивали, постукивая по полу.

Все взгляды, полные животного ужаса, были прикованы к трепещущей двери. Никто не заметил, что хватка Ли Вэйхуа, сидевшего между Джемингом и Джо Ли, медленно ослабла. Его пальцы, сначала сжимавшие их ладони до белых костяшек, теперь просто лежали в чужих руках, холодные и безвольные. Он не издавал ни звука.

Затем парень спокойно, почти небрежно, выдернул свои руки из их цепкой хватки, разорвав магический круг. Резкое движение заставило остальных вздрогнуть и наконец, оторвать взгляд от двери. Они уставились на него в полном непонимании. Его лицо было странно бесстрастным. Ли Вэйхуа не посмотрел на них, не произнес ни слова с объяснениями происходящего. Его взгляд был расфокусированным, обращенным куда-то внутрь себя или сквозь них.

Медленно, с неестественной, почти театральной плавностью, он откинулся назад, оперевшись на прямые руки, и его губы растянулись в легкую, задумчивую улыбку, которой у него никогда не было. Он поднял перед лицом свою правую руку и стал разглядывать её с искренним, детским любопытством. Парень повертел кисть, согнул и разогнул пальцы, а после, уставился на ногти, будто удивляясь, что они не покрыты лаком какого-нибудь яркого цвета. Потом взгляд молодого человека перешел на тыльную сторону ладони, на линии запястья, и в его глазах вспыхнуло настоящее, глубокое изумление. Он изучал свою собственную руку так, словно видел её впервые в жизни: чужую, незнакомую конечность, приделанную к его телу.

И в этот самый момент, как будто в ответ на разрыв круга, мощные удары в дверь внезапно прекратились. Воцарилась абсолютная, оглушительная тишина. Давление снаружи исчезло. Только легкий, приторный запах цветов и полыни всё ещё висел в ледяном воздухе, да голубые свечи продолжали гореть ровно и беззвучно.

Все замерли, затаив дыхание, снова переведя взгляд с замершей двери на Ли Вэйхуа, который всё так же сидел в центре, улыбаясь своему открытию, и полностью поглощенный изучением себя.

― В-Вэйхуа? ― тихо спросил Джеминг, с опаской отсев от своего друга. ― Что с тобой?..

Но Ли Вэйхуа не отвечал. Он словно не слышал их. Их голоса, полные паники, казалось, разбивались о невидимый барьер вокруг него. Его внимание было полностью поглощено исследованием.

Легкая, отстраненная улыбка не сходила с его лица, когда он медленно поднял обе руки и приложил ладони к боковым сторонам своей шеи. Его пальцы осторожно ощупали кожу, гортань, ключицы. Потом, с тем же любопытствующим выражением, он плавно, но твердо повернул голову влево, затем вправо. Раздался тихий, но отчетливый хруст позвонков. Обычный звук, который теперь прозвучал леденяще и неестественно. Вэйхуа не поморщился от боли или напряжения, а лишь слегка приподнял бровь, будто проверяя механизм на исправность.

Затем пальцы поднялись выше, и вонзились в его собственные, коротко остриженные, темные волосы. Он провел рукой от виска к затылку, и на бледном лице отразилось неподдельное, глубокое изумление. Молодой человек снова провел рукой, сжал прядь, потянул ее вниз, будто ожидая, что она вытянется на три чи. Его взгляд стал недоумевающим, почти оскорбленным. Он покачал головой, явно не понимая, почему волосы так коротки. В его движении читалась привычка поправлять длинную, тяжелую гриву, которой просто не существовало.

Наконец, его изучение опустилось ниже. Парень отвел взгляд от своего тела и посмотрел прямо перед собой, на собственную одежду. Холодные пальцы ухватились за толстый хлопок простой черной футболки с принтом какой-то забытой рок-группы. Ли Вэйхуа оттянул ткань от груди, рассматривая её с явным отвращением и разочарованием. Он поморщился, будто прикоснулся к чему-то грубому и убогому. Его губы искривились в гримасе брезгливости. Это был взгляд аристократа, случайно облачившегося в одежду простолюдина, ― взгляд, полный вопросов: «И это всё? Где парча? Где шелк? Где украшения?»

Молодой человек выпустил ткань, и она мягко вернулась в исходное положение. Он сидел среди них, в центре нарисованных символов, под холодным светом свечей, и был абсолютно... чужим. Его действия были медленными, вдумчивыми, лишенными той нервной энергии, что сковала остальных. Вэйхуа не боялся двери и того, что находилось за ней. Он был здесь, но его сознание, воспоминания, и ожидания явно принадлежали кому-то другому. И пока он с легким презрением разглядывал манжеты своих джинсов, тишина в доме оставалась зловещей, словно незваный гость с той стороны теперь ждал, наблюдая за происходящим внутри через щель в реальности.

― Вэйхуа... ― шепотом спросила госпожа Цзинь, отпуская руку Джеминга и Вэй Джо Ли. ― Скажи что-нибудь!

― Господин Ли?.. ― внезапно вымолвил Вэй Джо Ли. Его голос был тихим из-за пересохшего от волнения горла.

Как только к нему обратились подобным образом, он отвлёкся от изучения своей одежды. Его пронзительный, слишком ясный взгляд медленно скользнул по лицам и остановился на Джо, который был ближе всех. В персиковых глазах, казалось, не осталось ничего знакомого, только холодное любопытство. Отблески ледяного пламени от свечей прыгали в его зрачках, освещая изнутри бледное, словно фарфоровое, лицо. «Ли Вэйхуа» чуть шире улыбнулся тем же безжизненным, вежливым выражением и наклонил голову набок, как птица, рассматривающая незнакомый предмет, решая: клевать его или нет.

― Хм, ― раздался тихий, тягучий голос. ― Как же давно я не слышал такого вежливого к себе обращения...

Джеминг и госпожа Цзинь переглянулись, наконец-то осознав, что произошло. Любой скептицизм, который когда-либо присутствовал в их жизнях, ― испарился, словно его и не было. Они не решались заговорить с «господином», поскольку не знали, как он может на них отреагировать. Лучшим решением было сохранять молчание и немного понаблюдать за происходящим.

― Господин Ли, Вы осознаете, что происходит?.. ― осторожно интересовался Джо, будто бы боясь его спугнуть. ― Вы... чего-нибудь желаете?..

Вопрос Джо Ли повис в воздухе и растаял, не встретив никакой реакции. Объект их общего ужаса и недоумения лишь медленно отвел глаза в сторону, как будто только что заметил надоедливую муху. Вопросительные взгляды присутствующих он снова проигнорировал с царственным спокойствием.

Вместо ответа молодой человек, не торопясь, поставил ладони на паркет и поднялся. Его движения были удивительно плавными, но при этом производили впечатление, будто он заново учится управлять конечностями. Поднявшись во весь рост, «Вэйхуа» вытянул руки в потолок, выгнув спину дугой. Раздался целый каскад отчетливых, сочных хрустов: шея, позвоночник, плечи. С его губ сорвался негромкий, почти довольный стон облегчения, будто после долгого сидения в неудобной позе.

Затем он направился к выходу. Его походка была странной: не шатающейся, а слишком уж уверенной, будто он шел по парадной лестнице в собственном дворце. Парень подошел к крепкой двери, все еще запертой на засов изнутри. Не глядя на сложный механизм замка, «Ли Вэйхуа» без раздумий приложил ладонь, и, казалось, потянул дверь... вправо. Она, естественно, не поддалась, поскольку открывалась на себя, как и положено в современных европейских домах.

Господин Ли замер, и на его лице промелькнула ясная эмоция: чистейшее непонимание. Он смотрел на дверь так, будто та совершила вопиющую глупость, нарушив все законы физики и здравого смысла. Казалось, Ли Вэймин внутренне воскликнул: «Как это так? Она же всегда сдвигалась вбок!». Эта пауза, полная комичной растерянности, длилась несколько секунд.

Потом он слегка пожал плечами, как бы решив, что с упрямой дверью надо говорить на языке силы. «Вэйхуа» снова приложил руку, на этот раз к краю полотна, и слегка, почти нежно, надавил на него.

Раздался звук, от которого вздрогнули все: оглушительный, сухой треск древесины. Ни железный засов, ни замок, ни сами петли, вмурованные в дверную коробку, не выдержали. С грохотом, дверь рухнула в коридор, подняв облако пыли. Молодой господин стоял на пороге, слегка склонив голову и изучая произошедшее с тем же легким удивлением, с каким раньше разглядывал свои ногти. Казалось, он думал: «О, а она и правда не такая прочная, как выглядит». Затем, не оборачиваясь на остолбеневших товарищей, он просто переступил через груду дерева и железа, и вышел в темную гостиную, растворившись в тенях.

В комнате воцарилась мертвая тишина, нарушаемая лишь шипением голубых свечей. Все сидели, застыв с приоткрытыми ртами, не в силах пошевелиться. Их мозг отказывался обрабатывать увиденное. Магия, призраки, холодный огонь ― это всё ещё укладывалось в рамки «ритуала». Но вот это... это было что-то другое.

Последней очнулась Цзинь Цзюнь. Её взгляд медленно, с ужасающей ясностью, перешел от пустого дверного проема к двери, которая минуту назад была частью её ремонта. На её лице застыла не столько жуть, сколько вполне земная, финансово-обусловленная паника. Её губы беззвучно прошептали: ― «Мой... кошелёк...»

― И что нам делать?.. ― тихо спросил Джеминг, поднимаясь на онемевшие ноги. ― В описании ритуала не говорилось ни о чём подобном. И про то, как с этим справляться ― тоже не было ни слова. Вы видели его силищу? ― он на цыпочках подкрался к дверному проёму и оглядел шатающиеся петли. ― Одним прикосновением дверь выломал. Если он и нам шеи свернет?..

― Джеминг, ― серьезно сказал Вэй Джо Ли. ― Я понимаю твой страх, но помни, что он всё ещё твой друг.

― Д-да, ты прав... ― немного пристыженно, молодой человек опустил глаза. ― Госпожа Цзмнь, не переживайте, мы поставим дверь на место.

― Да плевать на дверь! ― возразила женщина. ― Пошлите быстрее за ним. Мало ли что он ещё натворит. Меня напрягает эта тишина! К тому же, Джо Ли верно сказал ― это всё ещё Ли Вэйхуа. Не думаю, что его тело настолько крепкое, как... хватка господина Ли.

Они выбрались медленно, неслышно, прилипая спинами к стене, и через мгновение уже застыли в дверном проеме зала, вытянув шеи из-за угла.

Их «друг» находился посреди гостиной, залитой лишь тусклым светом уличного фонаря из окна. Он был повернут к большому настенному зеркалу в раме из темного дерева. «Ли Вэйхуа» стоял совершенно неподвижно, в позе глубокого... разочарования?.. Его голова была слегка наклонена, брови приподняты. Он медленно водил ладонью по контуру своего лица в воздухе, повторяя его, будто пытаясь понять форму. Потом пальцы молодого человека коснулись стекла, затем ― собственной щеки, сравнивая отражение с реальностью.

Это не было восхищением или ужасом. Это было чистым, неподдельным непониманием. Как если бы он посмотрел в зеркало, ожидая увидеть там величественного дракона, а увидел... ну, Ли Вэйхуа. Его губы беззвучно шевелились, глаза бегали от своих глаз в отражении к своему носу, ко рту. Он даже наклонился чуть ближе, скосив глаза, будто подозревая зеркало в каком-то надувательстве. Казалось, господин Ли мысленно перебирал варианты: «Это шутка? Или я и вправду... это?»

Ли Вэймин отступил на шаг, взгляд его упал на свои руки, потом снова на отражение. На его лице мелькнула тень раздражения, как у человека, который получил не тот заказ на постоялом дворе. Он попробовал улыбнуться. Отражение послушно улыбнулось в ответ той же странной, вежливой улыбкой. Он нахмурился. Отражение нахмурилось. Он махнул рукой. Отражение махнуло.

Этот немой диалог с самим собой в зеркале был одновременно жутким и нелепо комичным. Создавалось впечатление, что внутри тела Ли Вэйхуа находился кто-то, кто впервые в жизни столкнулся с концепцией зеркала и был крайне разочарован тем, что там показывают.

― Я не могу... ― еле сдерживая смех, выдавил Джеминг. ― Я впервые вижу картину, в которой Вэйхуа сам себя осуждает за внешность. Он явно разочарован!

― Тише, ― сказал Джо и вздохнув, подошел к Ли Вэйхуа. Он встал рядом с ним, смотря на их совместное отражение. ― Господин Ли, что Вас беспокоит?

― О, ― он словно очнулся и глянул в глаза Вэй Джо Ли через отражение. ― Вэй Жолань, почему... я такой хилый? ― вопрос повис в воздухе.

Когда Джо Ли услышал такое обращение к себе, он на мгновение растерялся, но потом попытался собрать мысли в кучу. До него дошло, что этот... человек, не совсем понимает, что здесь происходит и кто перед ним стоит. Это, в какой-то степени, было даже удобно. ― Ну, господин Ли, с чего Вы это взяли?..

― Как же с чего? ― он был изумлен. ― Мои... кости очень тонкие и хрупкие, а рост... почему я уменьшился?..

― Вы не уменьшились, ― внезапно сказал Джеминг, становясь рядом, с другой стороны. ― Вы... такой и есть.

― О Лун, Джиан... ― он удивленно повернулся к другу и взял его за плечи. ― Что с тобой случилось? Кто с тобой это сделал?..

― Сделал... что?.. ― удивленно спросил Джеми, чувствуя волну напряжения. ― О чем Вы?..

― Почему ты ниже меня? Ты же всегда смотрел ввысь, а я еле поспевал за тобой. А еще, ― господин Ли приложил ладонь к его волосам. ― Где твоя роскошная коса, дорогой друг?..

Услышав про волосы, Джеминг вздрогнул, словно окунулся в холодную воду воспоминаний. Он сразу же вспомнил причину, по которой Джиан потерял свои величественные волосы. Ему хотелось все рассказать, но молодой человек не решился. ― Господин Ли, я не совсем... Ваш друг. Внешне мы идентичны, но на самом деле ― у меня совершенно другая жизнь. И имя тоже.

― Господин Ли, Вы помните, как здесь оказались? ― аккуратно поинтересовался Джо, чем сразу привлек внимание «гостя». ― Осознаете ли Вы то, что сейчас здесь происходит?..

― Осознаю ли я?.. ― он задумчиво приложил палец к губам и хотел ещё что-то сказать, но не успел. Госпожа Цзинь двумя резкими движениями грубо развернула его к себе и вцепилась длинными ногтями ему в плечи. «Вэйхуа» в недоумении вытаращился на неё, даже не догадываясь, что могло стать причиной такого всплеска эмоций. Судя по всему, женщина что-то для себя осознала и решила наплевать на все предупреждения.

― Ты... ― прошипела она, дёрнув его к себе. ― Что происходит с твоим чёртовым храмом? Где мои друзья?! Где... м-мой муж?! ― она назвала пропавшего возлюбленного именно так, понимая, что если бы не обстоятельства, ― они бы уже давно были в браке.

― Фэн-цзе? ― внезапно обратился молодой человек и удивленно положил ладони женщине на щеки, сжав их. ― К-какой муж?! Ты всё-таки совратила бедного юнца, данфу?.. ― в его глазах было неподдельное удивление. ― Докладываю всем департаментам Небесной Канцелярии: рассудок мой подал прошение об отставке. О, братья мои, бедный У-шэн...

― Ч-что?.. ― женщина в недоумении промычала несколько неразборчивых слов, сквозь сомкнутые щеки, а после, вырвалась из хватки. ― Как ты меня назвал?! Старой развратной женщиной? Как ты посмел?!

― Ланьфэн-цзе, ну не при людях же браниться и устраивать разборки! ― он внезапно вздрогнул и на удивление всем присутствующим, отошел в сторону, выставив перед собой руки. ― Так что случилось с У Хао? По какой причине ты спрашиваешь меня о его местонахождении? И о каких друзьях идет речь? Мы же... все на прежнем месте. Что происходит с тобой? Ты...снова страдаешь от последствий нефритовой россыпи?..

― Чего?.. ― госпожа Цзинь в непонимании уставилась на него. Он, похоже, вообще не понимает, что происходит...

― Очевидно, ― Джеми согласно кивнул и тяжело вздохнул. ― Господин Ли, послушайте...

Они собрались вокруг него в просторной гостиной, но не садились. Стояли на почтительном расстоянии, выстроившись в полукруг, как ученики перед строгим учителем. Воздух все еще пах цветами и полынью, смешанной теперь с пылью от разрушенной двери. Все говорили по очереди, тихо и уважительно, как будто обращались к важному господину. По сути, так оно и было. Они тщательно подбирали слова, избегая прямых терминов вроде «призрак», «проклятие» или «смерть». Вместо этого шли разговоры о необъяснимых событиях, поиске ответов и пропавших друзьях.

И вот, закончив свою осторожную, избавленную от самых страшных подробностей историю, они задали главные вопросы, облачая их в максимально мягкую, почти просительную форму.

― Мы искали того, кто способен дать ответы на все волнующие вопросы. Хотелось бы узнать... как нам исправить то, что, возможно, было потревожено? И... человек, чье тело вы сейчас используете, он... не пострадает? Он сможет вернуться, когда Вы уйдете?― они замолчали, их дыхание застыло в ледяном воздухе. Все внимание было приковано к неподвижному лицу «Ли Вэйхуа», ожидая, проникнет ли хоть что-то из их слов в то сознание, что светилось теперь в его глазах.

― Вон оно что... ― господин Ли приложил палец к подбородку и прикрыл глаза. ― Честно сказать, ― верится с трудом, но... все, что я вижу вокруг, подтверждает ваши слова. И тело этого мальчика... если отбросить нюансы, мы ведь действительно похожи, как две половинки нефритового слитка. И ваши лики полностью совпадают с образами моих близких и дорогих людей, ― молодой господин сделал паузу. ― Я не знаю, что станет с телом вашего приятеля. Мне неведомо, как вы, простые смертные, смогли призвать меня спустя несколько тысяч лет...

― Нам... помогли. Вообще всё, что мы смогли нарыть, выглядит, как чьи-то неумелые подсказки. Ли Вэйхуа, чье тело Вы сейчас занимаете, видел многое. У него было к Вам несколько важных вопросов, но задать их сможем только мы, ― спокойно сказал Джо и, подойдя ближе, сел напротив него в кресло. ― Он... видел Вас в не самом лучшем свете. И Вы неоднократно пытались причинить ему вред. Ответьте на вопрос: какой путь выбрало Ваше сердце?..

― Путь?.. ― господин Ли улыбнулся. ― Мои пути не поддаются осуждению или оправданию. Но, если с ваших слов, я связан с этим мальчишкой, то будьте уверенны, ― мне бы даже в голову не пришло портить жизнь самому себе в далеком будущем. Ведь... то, что он жив... это ли не доказательство того, что у меня все получилось в прошлом? Я не отвечу на ваши вопросы, касаемо... моего выбора. Эти воспоминания должны исчезнуть вместе со мной навсегда, ― он вздохнул, вновь глянув на свои руки. ― Вы проделали такой долгий путь и пережили многое. Вряд-ли у меня получится до конца понять, какие ответы вы хотите от меня получить. Я не буду нарушать свои клятвы, и рассказывать о том, что связано с моими близкими людьми. Но, если ваши вопросы будут... верными, я постараюсь дать ответ, ― он поднял глаза и с хитрецкой улыбнувшись, глянул на Вэй Джо Ли. ― Я знаю, о чём ты думаешь. После того, как все ваши вопросы будут озвучены, а ответы услышаны, ― мы с тобой поговорим.

― А... с-спасибо, ― Джо даже запнулся, удивленный такой проницательностью. ― Тогда, я начну? Накануне мы с Вэйхуа обсуждали вопросы, которые хотели бы задать в первую очередь. Никто не против? ― когда Джеминг и Цзюнь помотали головой, Вэй Джо Ли глянул на Ли Вэймина.

― Конечно, Вэй Жо... ― он кашлянул. ― Вэй Джо Ли, ты можешь задать мне свои вопросы. Только хорошо подумай. Я отвечу лишь на некоторые.

― Для начала... ― Джо взглядом попросил остальных сесть рядом с ним, чтобы снизить градус напряжения. ― Скажите, каким Вы помните Вэй Жоланя?..

― Г-господин Ли! ― внезапно их прервала женщина. ― Простите, что перебила. Но, может, Вы хотите... чаю? ― спросила хозяйка дома, вспоминая, есть ли у неё пиалы. ― Какой желаете?..

― Чай? ― «Вэйхуа» задумчиво поднял глаза к потолку. ― Можно зелёный, пожалуйста. Если есть, то с мятой.

― К-конечно! ― Цзюнь улыбнулась и, встав, быстро скрылась на кухне.

― «Как Вэйхуа... тоже зеленый с мятой...» ― про себя ответил Джо Ли и слегка улыбнулся. ― Вернемся к разговору?..

― Вэй Жолань... ― произнеся это имя, молодой господин улыбнулся, еле заметно. Ночь подходила к концу и на его волосы падали первые лучи утреннего солнца, отбрасывая причудливые тени. Казалось бы, перед ними сидит Ли Вэйхуа: его черты лица, глаза, улыбка. Но сейчас было чересчур заметно, что это совсем другой... человек. ― Я столкнулся с ним случайно, когда одним вечером направлялся к своему другу на Вэньхуэй. Мы должны были обменяться свежими новостями и обсудить предстоящие изменения в кланах. Близился год, когда наши обители должны были объявить сбор юных учеников, желающих изучить техники меча и сформировать золотое ядро заклинателя. Я решил прогуляться пешком. Вот тогда-то и познакомился с талантливым мальчиком, который назвал себя Вэй Жоланем. Мы действительно не могли понять, откуда он, кем могли быть его родители, и какие цели он преследует. Его врождённые невероятные навыки и невообразимо яркий цвет волос говорили лишь о том, что он имеет древние корни. Возможно, ещё до появления первого бессмертного на бренной земле. Записи об этом либо утеряны, либо хранятся под множеством печатей, покрытые многовековой тайной. Во время одного из наших ритуалов, он попросил меня не пытаться искать истину. Вэй Жолань сказал, что хочет добиться вершин собственными силами и получить ответы, ― господин Ли прикрыл глаза, а его улыбка стала шире. ― Поистине, благородный поступок.

― Ритуал?.. ― тихо спросил Джеминг. ― Какой, если не секрет?..

― Пробуждение дракона: три кипения и одно откровение, ― Вэймин хотел по привычке поправить волосы и прикрыть рот длинным рукавом ханьфу, но вспомнил, что находится в чужом теле, поэтому просто склонил голову в бок. ― Три кипения, ― это этапы приготовления чая по Лу Юю. Пробуждение дракона ― это пробуждение мудрости в учениках. Кульминация ― это одно откровение, ― он еле слышно хихикнул. – Чаепитие, если говорить простым языком.

― О, вот как... ― Джеми неловко опустил голову, чувствуя себя... глупо. Можно было догадаться, что в то время, любое привычное для них действие, имело своё значение.

― Я продолжу, ― Джо похлопал парня по плечу, чтобы тот расслабился. ― Вэй Жолань, он... смог достичь своей цели?..

― Мне не известно, ― неожиданно быстро и резко ответил глава клана. ― Судьба сложилась так, что... нам пришлось расстаться с ним. Мне известно, что мой, некогда лучший ученик, питает ко мне ненависть, ― Ли Вэймин тяжко вздохнул. ― Пожалуй, это всё, на что я могу ответить, касаемо Вэй Жоланя. Не стоит сыпать раскаленный пепел на не зажившие раны.

Когда Господин Ли заговорил о своём ученике, лицо его стало подобно старой, почерневшей от времени ритуальной маске: неподвижным и не читаемым. Ни один мускул не дрогнул, ни одна складка не выдала внутреннего разлада. Для всех в комнате это было лишь краткое упоминание, не подкрепленное эмоциями. Но Вэй Джо Ли увидел.

Он уловил то, что скрывалось за каменной гладью. В глубине тёмных зрачков Ли Вэймина колыхнулось нечто тяжёлое и жидкое, как расплавленный свинец: боль, острая и глухая; стыд, жгучий и тихий; разочарование, вязкое, как болотная грязь. Это была вина, отлитая в металл, ― вина, которая была настолько всепоглощающей, что, казалось, человеку с нею было страшно даже взглянуть на собственное отражение в отполированной поверхности сусального зеркала.

Об этом кричало всё остальное: взгляд, который упорно скользил мимо лиц слушателей, упираясь в резную оконную решётку; едва уловимое, но навязчивое подрагивание колена; судорожное перебирание пальцев левой руки, будто он мысленно перебирал нефритовые подвески из собственных промахов.

Джо увидел всё. Каждый намёк, каждый надлом. Он впитал это молчание, ставшее громче любого крика. И в ответ на безмолвную исповедь господина он тоже промолчал.