Мой Бессмертный Господин

Глава 54

«Это ли конец?»

Часть 4

― То есть, как не выпустит? ― Джеминг поднялся на ноги, помогая встать госпоже Цзинь и Вэйхуа. ― Давайте просто выйдем через задние ворота?

― Я предполагаю, что если мы снова попробуем туда вернуться, нас будет ждать то же самое, через что нам уже довелось пройти, ― предположил Вэй Джо Ли. ― А может и того, хуже. Не стоит так рисковать, учитывая, что выход буквально перед нами, ― он глянул на женщину. ― С чего ты взяла, что он не выпустит нас?

― Потому что когда мы были здесь в прошлый раз, тоже приходилось плутать очень долго, видеть и слышать всякую чертовщину. Не такую яркую, как мы с вами, но все же, ― она приложила палец к подбородку. ― Единственное, когда наша группа добралась до деревни, храм тут уже стоял. Может, поэтому и не вышло выбраться? ― она задумалась. ― Ни черта не сходится. Может, я все утрирую, не знаю. Но что-то мне подсказывает, что мы просто так не сможем выйти. Внутреннее чутье, что ли...

― «Когда мы увидели крышу, она не задумываясь сказала, что быть беде. Это в ней говорит пережитое прошлое или снова тот голос, про который она говорила?» ― Джо настороженно следил за госпожой Цзинь, а после, заметил маленький оранжевый пузырек, торчащий из её кармана. ― Цзинь, что там у тебя такое? Это, может, не мое дело, но ты потеряла целый рюкзак, и взяла с собой лишь меленькую бутылочку. Нам стоит волноваться?

― А, это... ― она вздрогнула и, достав таблетки из кармана брюк, выдохнула. ― «Я думала, что они рассыпались. Значит, это галлюцинации...» ― женщина протянула бутылочку Джо. ― Это успокоительные таблетки, что-то вроде антидепрессантов. После случившегося восемь лет назад, у меня начал развиваться посттравматический синдром. Иногда он уходит в ремиссию, но бывают дни, когда эта болезнь начинает прогрессировать. Я так легко позволила надеть на себя удавку только потому, что у меня случился приступ панической атаки, а в том месте, где мне довелось оказаться, лекарств не было. Это для вас проблема?

― Что Вы, конечно нет! ― сразу вклинился Вэйхуа. ― Наоборот хорошо, что Вы делаете все возможное для того, чтобы не сходить с ума и поддерживать здравый рассудок. Просто в ситуации с храмом, Вы не думая сказали о том, что он нас отсюда не выпустит. Это очень настораживает...

― «Научился мысли читать?» ― Джо незаметно улыбнулся, глянув на молодого человека. ― Я тоже об этом подумал. Откуда у тебя такие мысли? Ты услышала голос? ― он перевел взгляд на женщину.

― Нет же, ― госпожа Цзинь задумалась и сама же удивилась. ― И правда... это как то самое чувство, когда ты подсознательно уверен в чём-то настолько, что даже не осознаёшь этого. Мне показалось, что я точно знаю правду и причины появления храма. Как само собой разумеющееся. Вот и озвучила свои мысли.

― В таком случае, если у тебя посттравматический синдром, может ли быть такое, что в твоей голове произошла подмена событий, или же, что-то пропало из памяти? Может, действительно есть разрыв в цепочке воспоминаний? Твое сознание подаёт сигналы, и ты транслируешь их нам, но не можешь понять в чём суть, ― совершенно резонно предположил Вэй Джо Ли. ― Постарайся выдохнуть, ещё раз взглядом пробегись по округе и хорошо подумай, было ли ещё что-нибудь? Ведь в таком месте вероятность вспомнить правду значительно повышается, поскольку здесь все напоминает о произошедшем в прошлом.

― Может ли быть так, что это из-за того, что самые ужасные события у госпожи Цзинь связаны именно с храмом? И именно по этой причине, ей кажется, что он всегда тут был, и всё началось с него? ― добавил Джеминг, разведя руками. ― Ведь с Ваших слов, восемь лет назад, прогулка по деревне прошла без серьёзных происшествий, в отличие от этого раза. И самое страшное началось ровно тогда, когда Ваша команда отворила двери в святилище. Там же все и пропали. Я думаю, что это имеет место быть.

― Может, ты и прав, я и сама не знаю, ― Цзюнь задумалась. ― Нормально мыслить я смогла спустя примерно месяц после произошедшего. И то, при помощи таблеток. Меня достаточно быстро отпускает и пить их не приходится, но ровно до того момента, пока я не начну слышать голос. Тогда случается очередной приступ паники, и успокоиться помогают только лекарства, ― она помолчала. ― Со мной тогда были не только мои друзья, но и... мой будущий супруг. Он сделал мне предложение сразу после университета, Но мы всё откладывали, так как хотели накопить побольше средств. И в эту экспедицию он не должен был идти с нами. Мой жених очень переживал за меня и решил присоединиться к исследованию. Это... ― женщина приложила руку ко лбу. ― Это и стало самой главной причиной моего состояния. Чувство вины и страх перед неизвестным сделали своё дело. По крайней мере, именно так мне сказал врач.

― Вот как... ― Вэйхуа печально опустил голову. Рассказ Цзинь Цзюнь сильно тронул его. Внутри него разгоралась злоба и непреодолимое желание поскорее с этим покончить. А чтобы это сделать ― нужно идти к храму. ― Я считаю, что не стоит заставлять госпожу Цзинь напрягаться и провоцировать новый приступ из-за воспоминаний. Нам будет тяжко, если её внезапно накроет, да и пока она вспомнит, может пройти очень много времени. Склоняюсь к тому, чтобы просто пойти в храм!

― Вэйхуа, тебе мало происходящего?! ― воскликнул Джеминг. ― А если мы там кони двинем? Не проще ли найти подмогу и вернуться подготовленными?

― У нас нет гарантии, что деревня не пропадёт как в прошлый раз! ― в ответ парировал Ли Вэйхуа. ― Мы это все пережили, чтобы просто взять и отступить?

― Обычно, я придерживаюсь разумных решений, но... ― Вэй Джо Ли вздохнул. ― Склоняюсь к версии Вэйхуа.

― Джо Ли, и ты туда же?! ― Джеми не унимался. ― Ты сильно головой ударился?

― Джеми! ― Ли Вэйхуа толкнул его в плечо. ― Давайте так: госпожа Цзинь, Вы готовы идти?

― Да, ― не раздумывая ответила женщина. ― Мне терять нечего, - она глянула на Джеминга. ― Ты с нами?..

― Вы сумасшедшие... ― он закатил глаза и задумался. Выбора у него действительно не было. Поэтому, ничего не оставалось кроме как сдаться. ― Ладно... куда же я денусь. Да и один тут оставаться не хочу. Только больше не разделяемся!

― Само собой... ― с улыбкой ответил его друг и, осмотрев всех, глянул на алую крышу. ― Боги, даруйте нам благословение...

***

Дорога до храма прошла быстро и в полном молчании. Каждый прислушивался к любому шороху, чтобы в случае опасности мгновенно среагировать и спастись. Дорога вела прямо к высокому силуэту, который необычно возвышался над окружающей местностью. Здание выглядело грандиозным . Сразу было ясно, что когда-то оно служило возвышенным местом поклонения, излучая благословение и величие Богов.

Теперь храм был в плачевном состоянии: его стены и башни сгнили, верхние двери и окна второго этажа оказались заколочены досками, словно кто-то пытался спрятать нечто страшное в его стенах. А вот из окон первого этажа зияла непроглядная тьма, манящая и зловещая, обещая неизвестность и опасность. Вокруг всё было разбросано, начиная от ритуальных атрибутов, и заканчивая поваленными деревьями, а запах гнили и разложения наполнял воздух. Возможно, местные животные и птицы, попадая на эту территорию, мгновенно погибали, отсюда и такой стойкий смрад. А может, и не только животные...

И всё же, несмотря на запустение и разложение, алая крыша храма сияла, словно издевалась над теми, кто решился приблизиться. Её кровавый цвет ярко выделялся на фоне мрака, вызывая внутренний дискомфорт. Ветер тихо шуршал в ветвях деревьев и развевал тяжелую ткань старых флагов, прикрепленных к разрушенным стойкам. Высокий шпиль, считавшийся некогда символом величия, теперь стоял одиноким и брошенным, а его обветшалый каркас готов был обвалиться в любой момент. Странно, что это до сих пор не произошло.

Стараясь не наступать на что-то хрустящее, дабы не издавать лишнего шума, группа приблизилась к главному входу. Фонари в руках дрожали, отбрасывая причудливые тени на потрескавшиеся стены. Казалось, что само место противится их вторжению. Воздух был настолько густым и влажным, что его можно было потрогать.

Главные двери, когда-то массивные и украшенные резьбой, теперь представляли собой лишь жалкие остатки былого великолепия. Петли проржавели и безвольно болтались, а гнилые доски перекрывали возможность их открыть.

― Странно, ― госпожа Цзинь задумалась. ― Мы ведь сняли эти доски, когда были здесь. Может... ― она подошла ближе и, чуть коснувшись старого дерева, с вскриком отшатнулась. Деревяшки с грохотом рухнули вниз, мгновенно превращаясь в черную сажу. Массивные двери скрипнули, и одна из них чуть отворилась, игриво приглашая войти.

Когда дверь приоткрылась, тьма повалила тонкой дымкой из узкого прохода. Оттуда повеяло затхлостью и сыростью, от чего захотелось сразу же закрыть рты и носы, а после и вовсе сбежать как можно дальше. Воздух сгустился, давя на грудь, и каждый вдох давался с трудом. ― Вот чёрт! ― выругалась Цзинь Цзюнь, отряхивая руки.

― Вот тебе и ответ. Двери открыты, но вот откуда здесь подобие досок, уже не понятно. Да и не нужно вникать. Если постараемся разобраться во всём, что здесь произошло, то точно с ума сойдем, ― Джо осмотрел всех, убеждаясь, что никто не пропал. ― Вопрос остается открытым: что нам делать?

― Чисто внешне, храм не изменился вообще. Снаружи мы изучили каждый сантиметр, когда были здесь в прошлый раз, ― она себя поправила. ― Вернее, все то, что нам удалось обнаружить. До верхних этажей, само собой, никто добраться не смог.

― И когда вы все осматривали, нашли что-нибудь подозрительное? ― поинтересовался Ли Вэйхуа, отойдя подальше от дверей и утягивая за собой Джеминга, чтобы тот ненароком не оступился в темноте. Из-за плохого зрения, фонарик не всегда его спасал, поэтому приходилось поддерживать своего товарища под руку.

― Не нашли. Здесь в основном валялись старые масляные лампы, ритуальные талисманы, поминальные дощечки и прочая храмовая атрибутика. У меня вообще чувство, словно я вернулась назад в прошлое, потому что визуально действительно ничего нового, ― она указала в сторону под ноги. ― Вот там лежит обрывок гобелена, с изображением волны. Чуть поодаль, лежит дощечка, на которой написано: ― «Восславит нас хранитель Водных врат и дарует свое покровительство на ближайший год». Если пройти метров десять, то мы найдем разбитую чащу, где смешивали масла для благовоний, а еще дальше...

― «Хранитель Водных врат? Я это уже где-то слышал...» ― вспомнилось Вэйхуа. ― «Вроде, тот дядюшка мне что-то такое говорил. Интересно, все ли с ним хорошо? Он смог сбежать к своей семье в столицу?..»

― В общем, дежавю, ― женщина вздохнула и присела на ближайший каменный обломок. ― У меня голова сейчас треснет. Давайте передохнём немного и подумаем. Хотя бы минут десять.

― Как скажешь, ― Джо кивнул и оглядевшись, решил осмотреть валявшиеся предметы, надеясь найти в них какую-нибудь подсказку. ― Я пока ещё раз осмотрюсь.

― Я с Вами посижу. Не каждый день... такое происходит, ― Джеминг сел рядом с Цзинь Цзюнь и потер виски, всё еще вздрагивая, мысленно возвращаясь к той страшной «мелодии», которую ему посвятил Энлей.

― Я тогда помогу Джо, ― тихо сказал Вэйхуа и отдав Джемингу флягу с водой, отправился к мужчине, желая поговорить с ним наедине.

***

― Что значит похож на Хуоджина?.. ― Джо растерянно присел на одно колено, глядя в испуганные глаза Джеминга. ― Ты уверен? Не мог от шока спутать?..

― Нет, не мог! ― воскликнул молодой человек, вцепившись в руку Ли Вэйхуа. ― Я же говорил, что его голос кажется мне знакомым! А как только я смог украдкой взглянуть на его лицо, то все сложилось!

― Джеми, с учётом того, в каком состоянии мы тебя нашли и при каких обстоятельствах ты его разглядел ― уместно думать, что это лишь галлюцинации угасающего сознания. С чего бы этому... Энлею, иметь внешность Хуоджина? Мы же вроде как выяснили, что у него всё нормально и ничто его не беспокоит, ― Вэйхуа задумался, смотря на друга.

― Откуда мы знаем? Думаешь, он бы нам рассказал? Да и... он же не забыл про легенду! А если наша теория правдива и все упоминания о бессмертных стираются из памяти, значит, он тоже должен был забыть! ― не унимался Джеминг, а потом его запал потихоньку погас. ― Хотя, если вспомнить комментарии на форуме барахолки, там были те, кто прекрасно обо всём помнит. Не сходится...

― Вот! ― Вэйхуа похлопал его по плечу. ― Возможно, он уже всё забыл. Когда мы выберемся, Джо попробует у него что-нибудь выяснить, верно? ― он глянул на мужчину и тот согласно кивнул.

― Но все же странно, на мой взгляд, что в такой ситуации Джеминг думал о Хуоджине. С чего бы ему ловить такие галлюцинации именно на него? Обычно, в критических ситуациях, думаешь о ком-то родном и близком, надеясь увидеть его ещё хотя бы раз, ― Джо снова поднялся, доставая из рюкзака флягу и протягивая Джемингу. ― Ты же не думал?..

― Н-нет! ― тут же ответил Джеми, приняв бутылку. ― Всё о чем я думал, это чтобы кошмар прекратился и всё затихло. Но всё равно, Вэй Джо Ли, ты точно уверен, что Хуоджин не в теме?

― Он от меня ничего не скрывает, так что да.

― А ты уверен, что если бы он был замешан, то, ― Вэйхуа прищурился. ― То ты бы нам рассказал об этом?

― Уверен. Это уже не похоже на игры в видения и страшилки перед сном. Не каждый день ощущаешь такое на своей шкуре. По этой же причине, мне сложно поверить до конца в то, что Энлей ― двойник Хуоджина, ― мужчина задумчиво огляделся. ― Сумерки сгущаются. Надо поспешить и найти Цзинь Цзюнь, чтобы не использовать фонарики и поберечь зарядку на телефонах. Фонарь ведь остался только у меня, да?

― Похоже на то, ― с досадой ответил Джеминг, вставая на ноги. ― Вэйхуа, ты свой тоже где-то оставил?

― Да, и я помню где. Нужно найти дом, на дверях которого нарисован белый крестик, чтобы можно было вернуться. Я примерно понимаю, в какой он стороне, так что, правда, поторопимся. Вдруг госпоже Цзинь нужна помощь...

***

Вэйхуа сделал пару шагов, но, не дойдя до Джо, остановился. Взгляд его снова скользнул по обветшалым стенам храма, словно в этих трещинах и утраченных деталях скрывалось что-то важное, что он не мог понять. Старая каменная кладка, покрытая слоем пыли и мха, казалась ему знакомой, как будто он уже когда-то был здесь, в этом затерянном уголке мира.

Он приложил руку к стене, и пальцы медленно провели по холодному камню, стряхивая паутину, как будто желая освободить не только поверхность, но и свои собственные воспоминания. Каждый его жест был полон осторожности, словно он боялся, что это место может разрушиться от любого прикосновения. Эти стены хранили в себе множество тайн, и складывалось такое ощущение, будто бы они хотят ему то-то сказать, прошептать, чтобы слышал только он.

― «Кажется, я что-то слышу...» ― думал Вэйхуа, ощущая вибрацию под ладонью. ― «Как будто бы у стен есть пульс...»

Ему от чего то стало казаться, что это место было частью его жизни. Оно тянуло к себе, приковывая его взгляд, как магнит, и он не мог отделаться от этого ощущения. В каждом сколе, в каждом осыпающемся углу он чувствовал отклик своего сердца, будто бы храм звал его, приглашая войти.

Он сделал еще шаг, но снова не к Джо, а к самому себе, к своим воспоминаниям, которые, как тени, выныривали из-за углов его сознания. Ему хотелось понять, почему эта обитель забвения вызывала у него такие сильные эмоции, почему в ней таилась такая сила. Вэйхуа закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на ощущениях, на том, что шепчет этот старый храм, и в этот момент ему показалось, что он услышал ответ, едва различимый, но такой знакомый.

― «Всё началось здесь... здесь и закончилось...» ― скользнуло по кончикам его ушей, заставляя молодого человека зажмуриться.

***

― «Для большинства Богов самым страшным наказанием является заточение. Не просто заточение, а пожизненное заключение в собственной обители, в том священном месте, которое было возведено одним из первых. Здесь, среди древних стен, люди проливали свои слезы, прося благословения, шептали молитвы и делились своими тайнами. Это было место, где надежда и вера переплетались, создавая невидимую нить, связывающую миры.

Но для Бога, который не утратил остатки совести, нет ничего более ужасного, чем вечное заточение в этом святилище, где каждое эхо его подданных звучит как обвинение. Он сидит в темноте, окруженный стенами, которые когда-то были свидетелями его величия, и теперь служат ему тюрьмой. Каждый шепот, каждое обращение к нему, наполненное отчаянием и недовольством, проникает в его душу, как острые стрелы. Он слышит, как верные последователи, когда-то полные надежды, теперь теряют веру, обвиняя его в беспомощности и равнодушии.

Словно в бесконечном круге, он вынужден переживать их страдания, их крики о помощи, и каждое слово отзывается в его сердце, как напоминание о том, что он был когда-то их защитником, их опорой. Но теперь, будучи заточенным в своем собственном храме, он чувствует себя изолированным, оторванным от мира, который так нуждается в нем.

С каждым днем его сила угасает, а сознание заполняется тенью воспоминаний о былых временах, когда он мог даровать надежду и исцеление. В этом замкнутом пространстве, где каждое мгновение тянется бесконечно, он начинает осознавать, что заточение ― это не просто физическая изоляция, но и душевная мука, которая истощает его до последней капли божественной энергии. В этом вечном молчании, окруженный стенами, полными голосов, он понимает, что его настоящая тюрьма ― это не место, а состояние его собственного сердца...»

― Но господин Хуа, он ведь не мог... ― голос говорящего дрогнул, как только собеседник замолчал. ― Правда же?..

― Не мог. Я тоже так думал, но... ― господин Хуа глубоко вдохнул и опустил веер, сложив его на коленях. Его светлые волосы скатились по плечам, сливаясь с ханьфу пурпурного цвета. ― Я давно перестал понимать, о чём он думает. Иногда виню себя за то, что не смог заметить его ужасное состояние и вовремя остановить.

― Что Вы нашли, как только прибыли туда?

― Что нашёл? ― он усмехнулся. ― Лишь горечь и невыносимое желание исчезнуть. Я не знаю, по какой причине он туда вернулся. Но именно в том месте он нашел свою погибель.

― Я... я не верю! ― возразил молодой человек, ударив кулаком по столу. ― Как же...

― Я тоже не верил. И тогда, решил воспользоваться своим запретным мастерством. Благодаря одному взмаху моей кисти, передо мной открылась истина...

― Что Вы увидели?..

― Я услышал... ― тихо сказал господин Хуа. ― «Вечная тишина ― вот, что я обещал сам себе, когда добровольно затворил врата своего храма. Тишина, что заглушит шепот молитв, превратившихся в проклятия. Я помню их лица: иссохшие от голода, измученные болезнями, полные отчаяния. Они молили, я молчал. Ибо что мог сделать бог, чья сила иссякла, словно река в засуху?

Храм, моя обитель, стал моей тюрьмой. Каждая колонна, каждая фреска, каждая трещина на полу –― все напоминало о былом величии, о вере, которую я... предал. Но тишины не было. Сквозь толстые стены просачивались голоса. Не громкие, едва различимые, но непрекращающиеся. Мольбы о дожде, об исцелении, о справедливости. Упреки. Обвинения. И хуже всего ― разочарование. ― «Где ты, Вэймин? Почему ты оставил нас?» Я пытался заглушить их. Забивался в самые дальние углы храма, прижимался к камням, молил о забвении. Но голоса становились только громче, словно насмехаясь над моим бессилием. Они проникали в мой разум, отравляли мои сны, терзали мою душу.

В один из дней, обезумев от боли, я закричал. Крик сорвался хриплым шепотом, потонул в каменных стенах. И тогда я понял, ― я не узник. Я ― эхо. Вечное эхо чужой боли. И наказание моё ― не заточение, а вечная память о том, что я не смог спасти...»

― Это... ― Вэй Жолань вздрогнул, сжав кулаки.

― Это его прощание. Последние слова, мысли, чувства. Он прекрасно знал, что мы отправимся на поиски. И он точно был уверен, что в память о нашей дружбе, я использую свою кисть, ― Хуа Ли опустил глаза. Светлые ресницы отбрасывали тени на нижние веки, придавая ему загадочности. ― Это послание было специально для меня. Ли Вэймин ушел тихо, никого не потревожив.

― Не может быть... ― юноша резко вскочил на ноги. ― Не может... не может! ― выкрикнул он, перевернув ногой маленький столик...

***

― «Не может!» ― раздалось в голове Вэйхуа, от чего тот вздрогнул и, одернув руку, отскочил от стен храма. Он не заметил, как Вэй Джо Ли подошёл к нему сзади, поэтому и уперся спиной в его грудь, охнув от неожиданности. ― Я...

― Вэйхуа, что произошло? ― Джо положил ладони ему на плечи и развернул к себе. ― Что-то снова увидел?

― А, н-нет... ― он немного растерянно отвёл глаза. ― Просто задумался. У меня появилась мысль на счёт этого храма. Поделюсь, когда выберемся отсюда. Не думаю, что сейчас нам это что-то даст. Ты нашел что-нибудь?

― Нет, я только осмотрелся и всё. Далеко стараюсь не отходить, ― он поправил очки. ― Как и говорила Цзюнь, через окна действительно невозможно ничего рассмотреть. Даже вблизи. Ощущение, что если руку протянуть, она тут же в темноте утонет.

― Жуть, ― Вэйхуа встряхнул головой. ― Мне почему-то храм кажется знакомым, не знаю. С одной стороны, меня бросает в дрожь, а с другой ― здесь очень спокойно...

― Противоречиво, ― Джо Ли кинул взгляд на Джеминга и госпожу Цзинь, ― что думаешь по поводу рассказала Цзюнь и Джеминга?

― Честно сказать, ― он почесал затылок. ― В то, что Джеминг видел Хуоджина я верю не до конца. Когда мы впервые его увидели, Джеми почему-то очень испугался. Он всячески старался его избегать и не попадаться ему на глаза. Нас обоих удивляла такая реакция на господина Яна. И самое странное, что Джеминг сам не мог ничего объяснить, ― Ли Вэйхуа тоже глянул на друга. ― У него будто чуйка срабатывает на него. И если на секунду представить, что Энлей действительно двойник Хуоджина, может, поэтому подсознание Джеми заставляет его бояться? Оно чувствует опасность, страх и пытается уберечь его от боли и проблем.

― Я бы мог скептически отнестись, но... ― Вэй Джо Ли помедлил. ― Если в этом есть доля правды, то мне нечего добавить. Стоит действительно обговорить всё с Хуоджином. Я пытался много раз, и всегда получал взгляд, полный недоумения. Оно и не удивительно. Моя реакция была примерно такой же, когда ты впервые мне рассказал о своей проблеме.

― Джо, слушай... ― Вэйхуа чуть приблизился, чтобы говорить тише. ― Я переживаю за них двоих. И честно говоря, мне страшно тащить их за собой. Может, мы действительно сглупили, решившись несмотря ни на что пойти сюда? Им нужен отдых, да и врачам бы показаться... ― он был взволнован. ― Если госпожа Цзинь сидит на серьезных препаратах, у нее в любой момент может случиться приступ. А мы не врачи, и вряд ли окажем нужную помощь. А Джеми... я ему верю, безусловно, но сомнения есть. Он очень мнительный и остро все переживает, хоть и не показывает внешне. Думаю, он уже на пределе. Может, правда, уйдем?..

― Если ты считаешь, что так будет лучше, то хорошо, ― Джо еле заметно улыбнулся. Он действительно поддерживал мнение молодого человека, но где-то глубоко в душе совсем не хотел уходить без ответов. ― Давай тогда напоследок ещё раз осмотрим двери в храм и все то, что лежит около входа. А после, объявим о решении уйти.

― Как скажешь, ― Ли Вэйхуа немного приободрился и направился к обговоренному месту.

Подойдя к приоткрытым воротам в храм, они снова увидели черноту в узком проеме и услышали еле различимые звуки, словно кто-то ритмично постукивает пальцем по доске. Никто не решался их открыть. Страх, впитавшийся в стены этого проклятого места, сковал их, словно цепями.

― Ты уверен? ― тихо спросила госпожа Цзинь, наблюдая за действиями Вэй Джо Ли.

― Да. Я только удостоверюсь, что там ничего нет и мы сразу уйдем... ― тихо ответил он. Необходимость действовать всё же пересиливала накатывающий ужас. Вэй Джо Ли, собравшись с духом, медленно потянул на себя тяжелую, скрипучую дверь. За ней разверзлась бездна, окутанная густым, непроницаемым мраком. Оттуда донесся еле слышный шорох, похожий на вздох умирающего.

― В-вы слышали это? ― тихо проскулил Джеминг, стоя позади всех. ― Давайте закроем...

― Да, Джо, закрой лучше! ― Вэйхуа вцепился в его руку, но когда реакции не последовало, поднял на него глаза. Джо стоял и не двигался. Его руки лежали на массивных дверях. Он смотрел в одну точку, на свои ладони и молчал. Казалось, он уже давно не с ними, а где-то далеко...

Остальные переглянулись, чувствуя, как тревога нарастает в воздухе. Они не понимали, что происходит с Вэй Джо Ли, но его неподвижность пугала их больше, чем сама чернота храма.

― Эй, ты в порядке? ― осторожно спросила Цзюнь, делая шаг к мужчине. Но он не ответил. Его глаза, казалось, были сосредоточены на чем-то недоступном для остальных, словно он видел нечто за пределами этого мира.

***

Он бежал быстро, очень быстро. Каждое его движение было наполнено паникой, а сердце колотилось в груди, словно пытаясь вырваться на свободу. Дрожь сковывала тело, а легкие сжимались от нехватки воздуха, заставляя его чувствовать, что он вот-вот упадет. Ветки деревьев, будто живые, хлестали его по лицу, оставляя на коже болезненные следы, но он не останавливался, не обращая внимания на боль.

― «Успею... я должен... обязан!» ― крутилось в его голове.

Солнце уже село, и вокруг воцарились сумерки, окутывающие лес мрачным покровом. Вдалеке слышались мелодии цисяньциня и флейт, их звуки лились в воздух, завораживая и пугая одновременно. Это была музыка, которую он никогда не хотел слышать при таких обстоятельствах, но она звала его, манила, подтверждая самые глубокие внутренние страхи.

― «Они и правда проводят церемонию?! Быть не может!» ― он пытался ускориться, но ноги не слушались.

Дорога, ведущая к храму, была увешана погребальными фонариками, которые тускло светились в темноте, и белыми лентами, развевающимися на ветру, словно призраки, пришедшие проститься с миром. Он знал, что это не просто путь ― это граница между жизнью и смертью, между светом и тенью. Он отгонял эти мысли. Он должен успеть...

― «Почти на месте. Прошу, дождитесь меня...»

Каждый шаг приближал его к тому, чего он так боялся и одновременно жаждал. Он чувствовал, как его мысли путаются, как страх и любопытство начинают сражаться за контроль над разумом. Но он не мог остановиться. Не мог вернуться. Внутри него раздавался голос, который шептал, что только вперед ― только там он сможет найти ответы на все свои вопросы. И тогда, собрав все силы, он ринулся в темноту, готовый встретиться с тем, что ждало его в стенах злополучного храма.

― Вэй Жолань, не смей! ― раздался крик из-за спины и послышался звук приближающихся шагов. ― Я приказываю тебе остановиться!

― Нет! Ни за что! ― в ответ крикнул молодой человек. ― Я не верю вам, и никогда не поверю, пока сам не увижу!

― Не гневи Богов, мальчишка! ― раздавались другие голоса, совершенно ему не знакомые. ― Не смей нарушать правила, иначе отправишься вслед за ним!

― Мне безразлично! Если понадобится ― отправлюсь, куда прикажете. Но вы не можете запретить! Если хотите ― выпорите меня на всеобщем обозрении или подвесьте на главной площади. Но не смейте встав... ― он не успел договорить, когда что-то внезапно материализовалось под его ногами, и, споткнувшись, Вэй Жолань упал лицом на землю, больно оцарапав подбородок. Томно вздохнув от досады, он обернулся. К нему приближались священные огни, искрящиеся в свете луны, а из-за деревьев показывались высокие вытянутые фигуры. ― Какого черта...

― «Разве этому я тебя учил?» ― ветер принёс легки шепот, задевая уши молодого человека. Он вздрогнул и вскочив на ноги, стал оглядываться. ― Господин Ли, это Вы?..

***

― Может, он просто в шоке, ― предположил Джеминг, пытаясь скрыть собственный страх. ― Давайте его оттащим отсюда.

― Нет, подождите, ― вмешался Вэйхуа. ― Если он ушел в себя, то опасно его дергать. По себе знаю, что бывает во время видений. Нам нужно выяснить, что с ним...

Молодой человек встал чуть ближе и осторожно положил руку ему на плечо. В этот момент Джо вздрогнул, словно проснувшись от глубокого сна. Его взгляд стал более ясным, но в нем все еще читалось смятение. ― Что... что я сделал? ― наконец произнес он, слегка запинаясь. Его голос звучал тихо и слегка подрагивал. ― Я чувствовал... как будто кто-то звал меня.

― Звал? ― переспросил Вэйхуа, нахмурившись. ― Кто? Что ты видел?

Вэй Джо Ли медленно опустил взгляд, и в его глазах читалось что-то, что не оставляло сомнений ― это было нечто странное и необъяснимое. ― Я не знаю, — ответил он, его голос стал более уверенным. ― Но там... там была тьма и много огней... ― остальные замерли, не в силах произнести ни слова. Теперь они понимали, что тьма храма не просто угрожала им, она пыталась завладеть их разумом, манила к себе, показывая ужасные вещи. ― «Может, это и стало причиной пропажи друзей госпожи Цзюнь? Что, если они тоже увидели нечто странное, что заставило их шагнуть в неизвестное?..» ― промелькнула мысль в голове Джо Ли, но он промолчал.

― Нужно уходить, ― произнесла Цзюнь, ее голос звучал решительно. ― Это место не оставляет нам выбора. Оно, похоже, хочет, чтобы мы остались здесь навсегда.

Мужчина, все еще стоя у дверей, кивнул, и его глаза начали возвращаться к жизни. Он отступил назад, как будто только сейчас осознал, где находится. ― Да, ты права. Мы не можем рисковать. Давайте, уходим, пока не стало слишком поздно.

Они начали медленно отступать, но в этот момент раздался громкий треск, и массивные двери храма с глухим стуком распахнулись. Изнутри вырвался поток холодного воздуха, который принес с собой шепот, раздававшийся из глубины храма.

― «Не уходите...» ― послышалось из темноты, и все замерли в ужасе.

― Бежим! ― закричала Цзинь Цзюнь, и они хотели броситься прочь, оставляя за собой проклятую тьму, которая пыталась их остановить. Но было поздно: что-то уже вырвалось на свободу.

― Скорее! ― взревел Джеминг, срываясь с места и убедившись, что все в его поле зрения, побежал следом так быстро, как только мог. ― Не тормозите и следите друг за другом!

Вэйхуа тоже рванул одним из первых: его сердце колотилось от адреналина, а ноги работали на пределе возможностей. Но он не успел. Внезапно тьма вырвалась из стен храма, и холодные черные руки цепкой хваткой вцепились в его ногу. Он почувствовал, как что-то ужасное сковывает его, и в мгновение ока потерял равновесие, упав лицом в грязь.

Ли Вэйхуа не успел прийти в себя, как ощутил, что нечто сильное и ледяное держит его за щиколотку. Страх охватил его, заставив сердце замереть. Он быстро посмотрел вниз и с ужасом увидел черные оковы ― множество тёмных конечностей, извивающихся, словно злобные змеи, готовые поглотить его.

Не успев даже пискнуть от ужаса, он почувствовал, как тьма с силой потащила его назад. Она тянула его в темные недра храма, в место, куда свет никогда не доходил. Он боролся из последних сил, пытаясь вырваться из этого ледяного захвата, но руки были слишком крепкими, слишком многочисленными.

― «Твоё место здесь, не уходи!» ― в голове закружились мысли о том, что ждет его в этой бездне, и он закричал, но этот звук поглотила тьма, как будто она сама была живым существом, жаждущим его страха. ― «Ты вернулся туда, где и должен был быть с самого начала!» ― каждое мгновение казалось вечностью, когда он понимал, что его тянут в неизвестность. Темные руки сжимали его крепче, и он осознал, что этот храм ― это ловушка, созданная чтобы затащить их сюда, ― затащить его сюда.

Ли Вэйхуа уже почти опустил руки, чувствуя, как тьма захлестнуть его окончательно, когда у самого порога храма кто-то резко схватил молодого человека за шкирку и выдернул из лап мрака. Сильные руки встряхнули его, и помогли встать. Он повернулся и к своему счастью увидел Джо. Мужчина что-то говорил, но шум в голове мешал разобрать его слова. Вэйхуа пытался прийти в себя, но все было тщетно. Страх и ужас пульсировали в висках, перемешиваясь с голосами, которые, казалось, слышал только он.

Тьма не собиралась сдаваться так просто. Она зашевелилась ещё яростнее, будто бы обиженная, что ей помешали забрать невинную душу. В мгновение ока цепкие тиски сжались вокруг Джо, словно из теней выросли когти, а после, никто и заметить не успел, как он исчез в темноте храма. Просто исчез.

Тяжелые двери захлопнулись за ним, а ржавые петли с противным скрежетом звякнули, заставляя Ли Вэйхуа очнуться. Он с ужасом посмотрел на закрытый дверной проём и поймал себя на страшной мысли: Джо пожертвовал собой, чтобы спасти его...

Внутри храма воцарилась зловещая тишина. Молодой человек стоял оглушенный, не в силах поверить в произошедшее. Он попытался открыть двери, но они были заперты изнутри невидимой силой. ― Джо! ― отчаянно крикнул Вэйхуа, но в ответ услышал лишь эхо собственного голоса.

Его сердце разрывалось от боли и вины. Он знал, что должен что-то предпринять, должен спасти Джо, но как?..