Мой Бессмертный Господин

Глава 41

«Тайное, что хранится под гнётом веков.

Сумасшествие или ясность?»

Часть 4

― Б-бабуль, ну ты чего? ― слегка заикаясь и не отрывая взгляда от осколков разбившейся кружки, спросил Ли Вэйхуа. ― Всё хорошо, руки целы, мне ничего не угрожает!

― Я немножко растерялась, дорогой. Столько лет эта зараза не давала о себе знать и вот сейчас ты мне говоришь, что сам её подцепил! ― бабушка Гао охала, наблюдая, как внук голыми руками собирает крупные осколки в плотное полотенце. ― У Мэй они тоже были, когда ей исполнилось четырнадцать. Я думала, каким же Богам молиться, чтобы они уберегли мою девочку! И, слава небесам, мои слова были услышаны. За тебя тоже буду молиться!

― Если ты считаешь, что так будет лучше, то хорошо... ― молодой человек улыбнулся и, избавившись от осколков, снова сел за стол, вручив женщине новую кружку. ― Во время разговора, мама упоминала этот этап своего детства. Но все хорошо, видишь? А ведь мы с ней похожи на дедушку!

― Да, Мэй похожа, но не так сильно, как ты. Этого я и боюсь. Всегда было страшно, что помимо внешнего сходства, тебе передадутся и душевные недуги моего супруга. Ты тоже выглядишь неважно...

― Не важно? ― удивился Джеминг, вмешиваясь в разговор. ― Бабушка Гао, по-моему, он выглядит таким же, как и всегда: шило в одном месте, а эмоции все на лице!

― Да, дорогой! ― хозяйка посмеялась, но через мгновение её лицо помрачнело. ― Но, всё же, от меня ничего не скрыть: уставший вид, явные синяки и мешки под глазами. Даже футболка и брюки не идеально гладкие! На Вэйхуа с его педантичностью в одежде ― это не похоже совсем!

Ли Вэйхуа действительно любил аккуратность во внешнем виде. И если он мог пропустить мимо внимания, какие-нибудь незначительные моменты, но чтобы выйти из дома в помятой одежде ― никогда. Каким бы уставшим он не был ― он всегда, пусть и через силу, но гладил свои вещи. А сейчас они были небрежно скомканы и топорщились на нём. Это говорило окружающим о том, что с ним явно что-то происходит, раз уж молодой человек решил «забить» на свои принципы.

Впрочем, «забить» было не совсем верным определением. Скорее, ему стало все равно. Разница тонкая, но ощутимая. Забить ― это осознанное игнорирование, бунт против правил. А равнодушие ― это пустота, отсутствие желания даже бунтовать.

Утро выдалось скомканным. Звонок будильника прозвучал как похоронный колокол, вырывая из липкого полусна. Он кое-как доплелся до ванной, взглянул на свое отражение в зеркале и отшатнулся. Незнакомец с опухшим лицом и красными глазами смотрел на него в ответ. Неужели это он?

Вэйхуа машинально натянул первую попавшуюся футболку и брюки. Раньше молодой человек не допустил бы такого. Он бы потратил лишние пятнадцать минут, чтобы подобрать подходящий образ, чтобы удостовериться, что обувь начищена до идеала. Но сегодня... сегодня все это казалось бессмысленным.

Выйдя на улицу, он почувствовал холодный ветер, пронизывающий насквозь. Обычно, Ли Вэйхуа бы точно остановился, чтобы поправить воротник куртки, застегнуть пуговицы. Но сегодня он просто вышел из дома и отправился навстречу новому дню, который, судя по всему, не сулил ничего хорошего. Ему было все равно. И это пугало его больше всего.

― Тебе показалось, бабушка! Я всего лишь переучился и всё. Мы же практику проходим. Это не просто учеба, а работа. Мы помогаем в реставрации музейного помещения. Трудимся полный день. Конечно же, времени на сон меньше! ― Вэйхуа пытался выкрутиться, но опытный взгляд пожилой женщины было сложно проигнорировать.

― Я вижу, что ты стал дерганым. Руки трясутся, и улыбаешься с натяжкой. Обычно, какой бы не была причина твоего приезда ― ты постоянно на эмоциях что-то рассказываешь и жестикулируешь. А сейчас сидишь тихо и скромно, прямо как мышонок. И Джеми такой же: как воды в рот набрал. Вы же что-то не договариваете, да? ― она тяжело вздохнула, достав блистер с таблетки из кармана вязаного кардигана. ― Есть что-то ещё?

― Не совсем, ― Вэйхуа почесал затылок, пытаясь собраться с мыслями. ― Скорее, есть желание узнать об этом всём как можно больше. Сама посуди: я внешне очень на него похож. И сейчас нахожусь в том же возрасте, что и он перед смертью. Отметины. И ты верно заметила изменения в моём поведении. Конечно же, это всё пугает. Поэтому, пожалуйста, попробуй ещё что-нибудь вспомнить.

― Даже не знаю, милый... ― тихо ответила бабушка и, задумавшись, засмотрелась на цветастый чайничек. Время, казалось, тянулось невозможно долго и сопровождалось различными звуками обыденной жизни, которые сейчас испепеляли слух как никогда сильно. Будь то тихое постукивание маленькой ложечкой по чашке, тиканье часов где-то с кухни, шум ветра за окном и легкий скрежет тюли, который сквозняк гонял по тонкой гардине. Казалось, если к этой какофонии добавится ещё хоть что-то, у молодого человека случится истерика...

― Ну, почти за год до смерти, мой супруг познакомился с одним человеком. Не знаю, кто он такой. Этот юноша тоже был молод, но слегка постарше. И твой дедушка часто проводил с ним время. Иногда даже казалось, что этот «друг» успокаивает его приступы безумия. Не знаю, как объяснить... ― женщина попыталась найти этому разумное объяснение, но ничего внятного не вышло, и она продолжила, ― у него не было особо друзей из-за службы, а с ним он пересекся случайно. Его, кажись, звали Цзюнь Цзе. Однажды, во время командировки по работе, они столкнулись на каком-то мероприятии. Дедушка не раз приглашал его к нам домой, но я почти не запомнила внешность господина Цзюня. Помню только, что от него всегда странно пахло, ― она задумалась. ― Полынью и цветками лотоса. Странное сочетание, не так ли?

― Ч-чем? ― Вэйхуа вздрогнул, а в носу, откуда ни возьмись, внезапно появился странный запах. Как если бы тонкие розоватые чашечки, совсем рядом, покачивались на ветру, а ветер раздувал осыпавшиеся лепесточки. Как если бы душистая полынь обвивала ноги, в то время как ты быстро бежишь по бескрайнему полю, с широкой улыбкой. Бежишь на встречу к лучше жизни...

***

Когда солнце медленно опускалось за горизонт, небо окрасилось в яркие, насыщенные оттенки заката: глубокий оранжевый, розовый и золотистый. В воздухе витал легкий аромат вечерней прохлады, смешанный с тонким запахом полыни, которая покрывала огромное поле, раскинувшееся до самого горизонта. Первые звезды начали появляться на небосводе, мерцая в ночной тьме и словно приглашая к себе тех, кто еще не спешил укрываться в домах.

Это было поле ― бескрайнее и живое, наполненное ароматом свежести и лета. Ветерок нежно колыхал траву и цветы, шелестя листьями и создавая тихий симфонический фон. Он бежал по этому полю, быстрым и свободным движением, стараясь успеть до наступления ночи. Его ноги путались в листве и траве. Иногда он спотыкался или утопал чуть по колено в мягкой земле, но это не мешало ему продолжать путь.

На лице у него играла легкая улыбка ― радость от свободы, от ощущения скорости и единения с природой. В сердце он чувствовал тепло и спокойствие, словно весь этот простор был его домом. Время казалось остановившимся: он бежал навстречу вечеру, наслаждаясь каждым мгновением.

Вдруг среди тишины появились первые светлячки ― маленькие мерцающие огоньки, которые начали порхать вокруг него. Их мягкое свечение освещало путь впереди, словно маленькие звезды на земле. Светлячки танцевали в воздухе, создавая волшебную атмосферу и подчеркивая особенность этого момента, когда природа сама наполняется магией и чудом.

Он продолжал бежать сквозь поле, ощущая тепло на лице и шелест трав под ногами. В этом мгновении все казалось идеальным: свобода, красота окружающего мира и ощущение того, что он ― часть этого бескрайнего полотна жизни.

― У-успел! ― скатившись с небольшого пригорка и выходя к яркому водоему, воскликнул молодой человек. Перед ним раскинулось небольшое лазурное озеро, словно зеркало, отражающее небо и звезды, которые только начали появляться в ночной вышине. Его поверхность была спокойной и прозрачной, покрытой нежными цветами лотоса ― с белыми и розоватыми лепестками, мягко расправляющимися на кувшинках. Эти цветы создавали ощущение легкости и изящества, словно сама природа решила украсить водную гладь самыми утонченными украшениями. Лепестки лотоса плавно колыхались под легким ветерком, придавая воде живое движение и создавая ощущение, что озеро дышит и живет своей тихой, волшебной жизнью.

Вода была настолько чистой и зеркальной, что в ней без труда отражалось яркое голубое небо днем и мерцание звезд ночью. В этом спокойствии и гармонии чувствовалась особая магия: каждое мгновение казалось наполненным умиротворением и чудом.

Вокруг озера росла необычная трава ― длинные стебли с голубым оттенком, словно светящиеся в темноте. Их листья были тонкими и мягкими, а стебли ― изящными и грациозными. Эта трава излучала приятный аромат пряностей ― теплый, немного острый и одновременно успокаивающий. Он наполнял воздух вокруг водоема особым запахом, который будто переносил в другой мир ― мир сказочных снов и таинственных чудес.

Это место казалось волшебным: тихим уголком природы, где царила гармония красоты и спокойствия. Даже ночь с ее звездами казалась здесь особенной ― наполненной магией и загадкой. Ветерок продолжал играть с водой и травой, а светлячки начали появляться и вокруг озера, мерцая всё ярче и ярче.

― Осталось всего несколько часов, прежде чем полынь потеряет свои волшебные свойства. Ты сорвал её оттуда, откуда я просил? ― раздался приятный мужской голос. От этого тембра, казалось, что вода в озере колыхнулась, вторя каждому звуку.

― Д-да, господин Ли! ― строго и с каплей волнения сказал молодой человек, выровнявшись, словно отдаёт честь. Иногда он и сам не понимал своей реакции. ― А Вы собрали лепестки лотоса?..

― Конечно. Я для этого здесь и остался, ― мужчина улыбнулся и перевел голову в сторону, откуда доносился звук. Его черные длинные волосы свободно струились по плечам и спине, мягко опадая на пол и переплетаясь с ароматной травой, которая окружала всё пространство вокруг. Каждая прядь казалась живой, играя с легким ветерком, создавая ощущение, что она сливается с окружающей природой. Шелковая одежда, некогда аккуратно надетая, теперь беспорядочно лежала на земле. Ткань мягко скользила по траве и подчеркивала его естественную грацию и спокойствие. Он сидел на самом краю водоема, прямо у границы между землей и водой, с ровной осанкой, словно уверенный в себе и в своем месте в этом мире.

На его лице сияла легкая улыбка ― та, что говорит о внутренней гармонии и сдержанности. «Взгляд», вначале, был устремлен прямиком на юношу, в его душу, а после на поверхность озера, будто он находился в состоянии глубокого созерцания или тихого наслаждения моментом. Молодой господин излучал статность и достоинство, а окружающая природа казалась продолжением его внутреннего мира. ― К сожалению, я не могу увидеть, принёс ли ты нужные стебли, но поверю твоему чутью и собранности. Ты же не подведешь?

― Нет, я сделал всё так, как Вы сказали: на окраине поля, подальше от водоема, собрать свежую. Она имеет яркий, насыщенный зеленый цвет с легким серебристым или, я бы сказал, сероватым оттенком. От неё исходит яркий, насыщенный и приятный аромат, с легкими пряными нотками. Стебли и листья твердые, упругие и сочные на ощупь. Она выглядит живой: листья и стебли не имеют пятен, плесени или признаков гнили. И, конечно же, она слегка влажная, ― отчеканил юноша.

― Жолань, ты запомнил всё слово в слово? ― молодой Господин потер виски и тяжело вздохнул. Его иногда пугала настолько феноменальная память ученика. ― Тем не менее, если всё так, как ты говоришь, нам повезло. Близится конец жатвы проса, а значит, что свежая полынь скоро исчезнет. И придется ждать ещё целый год!

― Я тоже на это надеюсь... ― он подошел и присел рядом, положив нарванный «букет» возле колен господина Ли. ― Но почему она так важна...

― Полынь имеет очень много полезных свойств. Каждое растение, которое используется в колдовстве, имеет свою историю, ― он прочистил горло. ― В древние времена, в далеких землях, существовала легенда о растении, которое обладало магическими свойствами, и было известно как полынь «Цзиньхуань». Говорили, что оно росло только в самых отдаленных и священных уголках горных вершин, где облака касались земли, а ветер шептал древние тайны.

Согласно преданию, полынь была даром Небесных Богов для людей. Ее ярко-зеленые листья сияли словно изумруды, а аромат наполнял воздух волшебной силой. Говорили, что в древности мудрецы использовали полынь для исцеления болезней и укрепления духа. Ее настои лечили недуги тела и очищали душу от злых чар.

Но самое удивительное ― это магические способности полыни. Говорили, что она могла раскрывать скрытые истины и защищать от злых духов. Воины и мудрецы носили с собой веточки этого растения, чтобы обрести силу и ясность ума в битвах и на пути к просветлению. В полнолуние, когда Луна освещала землю серебристым светом, полынь сияла по-особенному, словно пробуждая древнюю энергию земли и неба.

Легенда гласит, что однажды прославленный заклинатель из небольшой деревушки Тайшаньли отправился в путешествие за границы известных земель. Он услышал о чудесных свойствах полыни и решил найти ее. После долгих поисков он достиг священной горы Тайшань, где росло единственное дерево с ветками из чистого золота, и именно под ним росла эта священная трава. Юноша собрал несколько веточек и принес их в деревню.

С тех пор полынь стала символом мудрости и защиты. Ее магические свойства передавались из поколения в поколение, помогая людям сохранять здоровье, очищать сердце и защищаться от темных сил. А те, кто обладал истинной верой и чистым сердцем, могли раскрыть тайные знания растения и обрести силу гармонии с природой.

Так легенда о полыни «Цзиньхуань» живет до сих пор, как напоминание о том, что природа хранит в себе магию и исцеление для тех, кто умеет не сдаваться и верить.

― Поразительно, ― молодой человек просиял, мысленно переваривая услышанную историю. ― Господин Ли, в таком случае, почему нужно было ждать месяц цветения сливы, чтобы сорвать свежую полынь? Мы же могли отправиться на ту гору, разве нет?

― Всё верно, могли бы. Но, к сожалению, уже множество столетий, это место не является святым, ― мужчина сделал паузу, подбирая нужные слова. ― Оно осквернено нежитью, омыто кровью, а воздух наполнен лязгом благородного металла.

― Что Вы имеете в виду?

― Как я уже сказал, несколько веков назад, на гору «Цзиньхуань» пришла беда. Великое бедствие, разрыв в привычной материи жизни. Нечисть, пробудившись из вековых захоронений, поднялась из глубин мрака и заполонила вершины, словно тьма, поглощающая свет. Их зловещие тени окутали священные храмы и святилища, превращая благородные сооружения в кровавый пир для демонических сил.

Говорили, что небо в гневе разверзлось раскатами грома и огненных молний, прорезая облака. Вздыбились ветра, и пролился дождь из пепла и крови, словно сама природа оплакивала разрушение. Люди в страхе молили богов о милости, а мудрецы взывали к небесам, чтобы остановить зло и вернуть гармонию миру.

Люди исчезали в тени, их крики затихали под грохотом разрушения. Священные храмы рухнули, и гора превратилась в пустыню мрака. Небеса навсегда остались растерзанными, а зло ― владыкой этого мира. Так завершилась эпоха борьбы ― без победы и спасения, оставив лишь память о великом бедствии и горьком поражении. Я подозреваю, что священные покровители, которые были убиты нынешними главами восьми кланов, подверглись проклятию, поскольку земли пропитались скверной. Каким бы чистым не было добро, ― оно не всегда побеждает. Каждый бессмертный, будь то человек, Бог, животное или иное существо, ― все рано или поздно подвергнуться проклятию. А это происшествие лишь усилило неизбежный процесс.

― Но как это возможно?.. ― тихо спросил юный адепт. ― Не все же они могли находиться возле проклятой горы!

― Не все могли, верно. Но священные покровители напрямую связаны с природой и артериями земли. Они чувствуют любые внутренние изменения и, к сожалению, первыми принимают неизбежный удар. Даже если находятся на другом конце света ― он пожал плечами.

― А что за проклятие?

― Ванхуань Цзи. Его ещё называют забвение душ. Многие считают, что ему подвержены только люди, но это не так, поскольку они не вечны. Это древнее и зловещее заболевание, которое поражает живое существо постепенно и необратимо. Вначале симптомы проявляются как легкая забывчивость, потеря интереса к привычным делам, и рассеянность. Со временем память начинает исчезать полностью: исчезают имена близких, важные события, навыки и знания.

Постепенно человек теряет связь с реальностью, его разум начинает сходить с ума. Внутренний мир превращается в хаос: возникают галлюцинации, бредовые идеи и страхи. Некоторые описывают это состояние как «погружение в туман забвения», когда сознание будто бы растворяется в бездне забытых воспоминаний.

Лечение практически невозможно: считается, что это кара за грехи прошлого или вмешательство злых духов. В народе верили, что только особые магистры или мудрецы могут замедлить прогресс болезни или хотя бы облегчить страдания больных. Однако большинство случаев заканчивались полным исчезновением личности, превращением в тень забвения ― безмолвного свидетеля своей собственной деградации.

― И Вас тоже это ждет?.. ― испуганно спросил Вэй Жолань, упершись взглядом в учителя. ― Ведь так?..

― Всё верно, дорогой Жолань, ― он улыбнулся. ― Но сейчас, я не могу считаться бессмертным. Мои руки скованны, сердце запечатано, а глаза скрыты пеленой. Прежней силы я тоже не чувствую. Думаю, что могу умереть самым простым способом, не дожив до проклятия. Поэтому, не переживай. С ума сходить не собираюсь ― господин Ли тихо посмеялся.

― Не говорите так!

― Не буду! ― он развел руками, а после стал аккуратно, на ощупь, перебирать стебельки полыни.

― Но подождите! Почему это все оставили на самотёк? А как же бессмертные императоры? Почему вы не очистили это место?

― Потому что оно старше нас всех и появилось задолго до того, как первый бессмертный ступил на землю. Прийти туда ― подвергнуться риску усиления проклятия. Это верная смерть. Мы не могли так рисковать народом, который в нас верил, ведь погибнем мы ― вымрет и род людской. Нового поколения «бессмертных» не будет, начнутся войны, стихийные бедствия, дьявольские набеги. Мир расколется и здесь настанет непроглядный ад, ― мужчина снова сделал паузу. ― И как я сказал до этого ― добро не всегда побеждает. Даже мы не всесильны, а то зло, которое давно пустило там глубокие корни, берет своё начало ещё до того, как добро начало перевешивать чашу весов. Всё, что возможно ― это охранять территорию и людей, которые из любопытства и глупости пытаются попасть туда.

― Но для чего?― Вэй Жолань был совсем юн. И любая несправедливость и не состыковка казались ему чем-то из ряда вон выходящим. Его юношеский разум еще не успел окрепнуть и закалиться...

― В мире очень много озлобленных людей. Многим хочется поколдовать и не всегда во благо. Помимо полыни, на горе развелось множество опасных трав, которые хорошо подходят для ритуалов. Да и, не ровен час, за каждым деревом может таиться дьявол. Языки у них длинные, глаза хитрые. Заговорят, и ты не заметишь, как продал душу. Находились даже смельчаки, которые рискнули пройти в «Пустошь».

― Пустошь? Вы про Могхуань?! ― парень вскочил на ноги. ― Вы хотите сказать, что на горе находится вход в столицу Могхуань?

― Зачем ты повторяешься, если и так всё понял? Всё верно. Именно там, в разрыве Поднебесной, находится «лаз» в «демоническую Пустошь». Не все могут его найти, особенно смертные. В сердце Могхуань, демонической Пустоши, находится столица, что зовется Хуаньчжэнь ― «город Теней». Этот город, окруженный мрачными горами и безжизненными равнинами, словно вырос из ночных кошмаров, где тьма и пламя сливаются в единое целое. Ветры там носят шепот древних заклятий, а небо всегда затянуто тяжелыми облаками, скрывающими Луну и звезды.

Дороги Хуаньчжэнь извиваются змеями между черными башнями и храмами, построенными из угольного камня и кровавого коралла. В центре города возвышается дворец демона «Ляньхуань» ― «Зал вечной тьмы». Его стены украшены рунами, светящимися кроваво-красным светом, а крыша увенчана острыми шпилями, словно когти хищника. Внутри дворца правит дьявольское отродье, чьего имени не знает никто. Он владыка этого мрачного царства.

Это существо с телом человека и крыльями из теней, его глаза горят как два раскаленных угля. Он держит в своих лапах власть над всеми демонами и тварями этого места. Его трон ― из черного обсидиана, окружен статуями древних демонов и заклятых духов. В его зале царит вечная тьма, лишь иногда прорываемая вспышками молний и огненных всполохов.

Местность вокруг Хуаньчжэнь пропитана злом: реки там текут кровью, а земля покрыта трещинами и пеплом. В глубине пустоши скрыты древние руины ― места древних ритуалов и запретных знаний. Говорят, что в этих руинах обитают духи погибших воинов и заточенные демоны, ждущие своей очереди на возмездие.

В этом городе царит страх и повиновение. Все живые существа знают: там правит демон, чья воля абсолютна. Его подданные ― тени, огненные духи и кровавые призраки, служат ему безропотно или исчезают в пучине забвения.

Такова столица Могхуань. Это место вечной тьмы и страха, где демоны правят балом среди руин прошлого и бездны будущего. Там даже свет кажется чуждым явлением, и лишь тень царит вечно.

― И в это жуткое место кто-то хочет попасть? ― молодой человек вздрогнул и снова присел. ― Откуда Вам известно столько подробностей?

― Настанет время и ты все сам узнаешь, ― мужчина решил оставить ответ при себе. ― Сейчас не то место и не та ситуация, когда стоит об этом думать. Главное, никогда не переступай границу добра и зла. Не вздумай идти на гору. Никогда не предавай свои идеалы и убеждения. Ты же помнишь девиз нашего клана?

― «Никогда не сдавайся и не отпускай надежды. Всегда смотри гордо, прямо в глаза, даже если перед тобой сам Бог» ― проговорил парень и улыбнулся. – Ведь так?

― Суть та, но ты его немного упростил, ― глава кашлянул в кулак. ― «Никогда не предавайся отчаянию и не отпускай надежду. Веди свой взгляд с гордостью и смелостью, прямо в глаза судьбы ― даже если перед тобой стоит сам Бог»

― Но смысл то один!

― Вот именно, Жолань, один. Помни об этом...

***

― Вэйхуа, что с тобой? ― милым голосом спросила бабушка, потрогав его лоб. ― Джеми стал рассказывать про вашу практику, а ты резко о чем-то задумался. Все хорошо?

― Д-да, бабуль! Я просто вспомнил, с чего началась вся эта каша, и чтобы было, если бы мы всё-таки не пошли в музей!

― Что бы было? Мы бы жили спокойной жизнью! ― подстегнул его Джеминг и тыкнул локтем в бок. ― Но зато не ходим на учебу!

― И то верно! От занятий и вечных уроков тоже надо отдыхать! ― женщина улыбнулась. ― Мальчики, вы узнали все, что хотели?

― Думаю, что да. Если только ты не вспомнила точное имя и внешность того человека, от которого пахло полынью, ― немного расстроенно подметил Вэйхуа, стараясь смахнуть с себя дымку очередного видения. Он уже не пугался их и не озвучивал вслух. Решил послушать разум и постараться вникнуть в то, что ему хотят показать.

― Нет, тут уже не вспомню ничего. Я же уже не молода, память не та... ― бабушка Гао развела руками. ― А чего мы все о плохом? Давайте о хорошем!

― Что ж, ― Вэйхуа тяжело вздохнул и, смирившись, улыбнулся. ― Хорошо, бабуль!

***

― Зачем ты это сделал?! ― его голос то срывался на крик, то задыхался от слёз, словно каждая попытка вырваться наружу была борьбой с невидимой стеной боли и отчаяния. Он повторял один и тот же вопрос снова и снова, будто бы зацикленный на нем, надеясь услышать разумный ответ, чтобы хоть немного утешить свою душу. В его взгляде читалась безнадежность и тревога, а каждое слово ― это крик сердца, разрываемого внутренней болью и страхом потерять всё навсегда.

― Я не мог поступить иначе... ― его голос тихо срывался на дрожь, едва различимый в тишине, как шепот, ускользающий с губ. Каждое слово было наполнено слабостью и неуверенностью, словно он боялся даже произнести его вслух, опасаясь услышать порицание или столкнуться с реальностью. Он повторял тот же ответ снова и снова, медленно, с жалостью и отчаянием в голосе, цепляясь за надежду, которая уже давно угасла. В его взгляде отражалась безысходность: глаза были полны страха и сомнений, а губы дрожали от внутренней борьбы. Каждая попытка получить одобрение казалась состязанием с самим собой, словно он боялся услышать что-то ужасное или признать свою слабость. В этом тихом, дрожащем голосе звучала вся его уязвимость и безнадежность, словно он стоял на грани мира, цепляясь за последний клочок надежды в темной тени своей боли.

― Как не мог? У всех есть выбор! Чего ты добился?! ― грубые руки хватают за плечи и встряхивают, от чего в глазах засияли искры. ― Я спрашиваю: чего ты добился?!

― Я... ― голос резко обрывается.

― Вот именно, ничего. Я... ― внезапное секундное молчание. ― Я всё равно умер...

***

Резкое пробуждение ото сна пронзило его, словно удар молнии, попавшей в голову сильной вспышкой боли и заставившей сердце забиться учащенно и беспокойно. В темной комнате царила тишина, лишь было слышно его дыхание: прерывистое и сбивчивое, словно он только что выбрался из водоворота кошмара. За окном раскинулась морозная ночь, а Луна светила ярко и холодно, заливая комнату серебристым светом. Ее бледное сияние отражалось на стеклах, создавая ощущение безмолвной стражи ночи.

Внутри него все еще бушевали переживания: сердце бешено билось, словно пытаясь вырваться из груди, не давая ему спокойно дышать. Каждая секунда казалась вечностью. Воспоминания о кошмаре все еще живы в памяти: мрачные тени, зловещие фигуры и ощущение безысходности, охватившее его душу. Он чувствовал себя разбитым и уставшим, будто бы вновь пережил самую страшную сцену, которая оставила после себя следы тревоги и страха. Вся ночь казалась ему тяжелым грузом, ― холодная и безмолвная, словно сама тьма пыталась поглотить сознание. Его дыхание было прерывистым и затрудненным, а мысли ― запутанными и тревожными. Он понимал: этот кошмар оставил очередной след в глубине его души, не давая покоя даже в ясном пробуждении...

― «Если он не спит... то, всё расскажу...» ― подумал молодой человек и вымученно взял телефон в руки. Как же он устал от постоянного недосыпа и кошмаров. Устал просыпаться в холодном поту и с дрожью в теле. Устал успокаивать свое сердце и восстанавливать дыхание. Он просто устал...

― «Джо, ты спишь?!» ― это сообщение стало уже привычным. И всегда совпадало так, что оно приходило в начале второго ночи.

― «Спал. Теперь не сплю» ― пришел молниеносный ответ. Вэйхуа даже подскочил на месте от неожиданности, но потом снова лёг и расслабился.

― «Это как?»

― «Услышал сообщение и проснулся. Только ты мне пишешь в такое позднее время. И чаще всего по серьезным причинам. Перед сном положил телефон возле уха. Не прогадал»

Прочитав это сообщение, он едва заметно улыбнулся, ощущая, как страх и паника постепенно отступают. Внутри него зародилось тихое чувство облегчения, словно тень тревоги уходит прочь, уступая место спокойствию и чему-то теплому и мягкому. Его сердце замедлило свой бешеный ритм, а в душе зажглась искра надежды, словно свет в конце туннеля, который медленно наполнял его внутренний мир теплом и умиротворением. В этот момент он почувствовал, что все страхи наконец-то начинают рассеиваться.

― «Бывают дни, когда ты в это время еще не спишь из-за работы. Удивлён, что застал тебя врасплох»

― «Не пойму: это радость или издёвка? Если второе, то спокойной ночи!»

― «Нет, Джо! Я просто рад, что ты тут!»

― «Вот так бы сразу и сказал. Так зачем ты пишешь? Что-то случилось или...»

― «Кошмар снова приснился. Очень сумбурный и я ничего не понял. Снова переполнили эмоции и я проснулся. И захотел тебе написать. Давай поговорим?..»

― «Сейчас? Ну, ладно» ― следом пришло второе сообщение. ― «Как прошла поездка? Удалось что-нибудь выяснить?»

― «Да, и даже много чего. Она во многом подтвердила слова мамы о сумасшествии дедушки. И ещё бабуля рассказала про друга...»

― «Друга? Какого?»

― «Про друга моего дедушки. Бабуля сказала, что примерно за год до смерти, он познакомился с одним молодым человеком. Он был старше его на несколько лет. И отсюда начинаются странности: рядом с этим незнакомцем, страхи дедушки исчезали и разум прояснялся. Они много времени проводили вместе и всё вроде бы налаживалось. Но потом, приступы возвращались, и все начиналось снова»

― «Она смогла его описать?»

― «К сожалению, нет. Но она сказала, что от него пахло лотосом и полынью...»

― «Что? Вот уж новости...» ― Джо опешил и приподнялся, облокотившись на спинку кровати.

― «Я о том же! Джо... мысль одна пришла! Слушай, а у твоего деда, случайно, не было странных друзей?»

― «Ты думаешь, что твой дедушка был знаком с моим? И именно он был тем самым другом?»

― «Есть такое предположение, да. Иначе я не знаю, как это объяснить. Твой прадед был пугающим и от него тоже странно пахло. Что, если это передалось и его сыну? Вдруг, твой дед чего-то не договаривает или намеренно скрывает? Я бы попросил его фото, чтобы показать бабушке...»

― «Ты ввёл меня в замешательство. Сейчас я найду семейный альбом, подожди немного...» ― после этого, значок «онлайн пропал».

Джо, в недоумении, медленно поднялся с кровати, ощущая легкое головокружение от внезапного пробуждения и тревожных мыслей, которые не давали ему покоя. Не раздумывая долго, он включил свет во всей квартире, озарив каждую комнату ярким и холодным сиянием. Его шаги были медленными и осторожными, словно он боялся случайно врезаться спросонья. Добравшись до гостиной, он подошел к высокому шкафу из чёрного дерева, и спокойно открыл его дверцы.

Внутри он заметил аккуратно сложенные коробки и папки с фотографиями, среди которых искал именно то, что могло бы пролить свет на догадки Вэйхуа. Его рука чуть заметно дрожала, когда он достал семейный альбом: толстую книгу с черной кожаной обложкой, покрытую лаком и легкими царапинами. Вэй Джо Ли сел на мягкий диван, раскрыл альбом на коленях и начал медленно листать страницы.

Каждая фотография ― это окно в прошлое: лица родственников, моменты радости и грусти, памятные события. Он искал ту одну особенную фотографию ― изображение дедушки или бабушки, чтобы убедиться в озвученных предположениях. Его глаза сосредоточенно скользили по снимкам, а сердце билось все быстрее от ожидания. В каждом взгляде он пытался найти подтверждение своим догадкам, надеясь, наконец, понять истину или развеять сомнения.

Примерно на середине, он нашел фотографию своего родственника. Джо был похож на него, но было сложно понять насколько сильно их сходство, ведь на фото мужчина был уже в возрасте. Он все равно сделал снимок и почти сразу же отправил его Ли Вэйхуа.

―«Вы, конечно, похожи, но увидеть бы его молодым. У твоей мамы не найдется?»

― «Должно быть. Завтра утром позвоню ей и попрошу найти»

― «Хорошо, как только найдешь, отправь мне. Я скину бабушке. Вдруг, это действительно он!»

― «Так и поступим...» ― Джо помедлил и написал второе сообщение. –― «Ты мне весь сон перебил. А ведь вставать через несколько часов...»

― «Да мне так-то тоже! Завтра же мы уезжаем... ты приготовился?»

― «Само собой. Взял всё необходимое. А вы вещи собрали?»

― «Да. Решили остаться у меня с ночевкой. Чтобы вместе пойти в музей. Немного волнуюсь...»

― «Я тоже. Не известно, что получится узнать. Но давай подумаем об этом завтра. А сейчас постараемся уснуть. Доброй ночи...»

― «Как обычно испортил всю романтику ночной переписки!»

― «Спи!»