Мой Бессмертный Господин

Глава 40

«Тайное, что хранится под гнётом веков.

Сумасшествие или ясность?»

Часть 3

― Выходит, предположения о том, что всё это напрямую связано лишь с мужской линией, развалились, ― Джо тяжело вздохнул, потерев глаза. ― Хотя, в твоем случае, этого можно было ожидать.

― Что? Это еще почему? ― Вэйхуа удивился, выбрасывая в ближайшую урну пустой стаканчик, в котором ранее был ароматный чай.

― Если собрать в кучу всё то, что удалось найти, то внушительный процент информации завязан на цвете глаз Ли Вэймина. Именно на том, что они ― дьявольские. И хоть этому нет никакого подтверждения, но не зря же о них говорили и писали в легендах. Конечно, наши домыслы расплывчаты, но у нас ничего больше не остается, кроме как искать крючки, за которые можно зацепиться, ― он помолчал мгновение. ― И в то же время, всё-таки в твоих словах есть доля истины. Страдают именно мужчины, ведь после дедушки, по очереди должна была идти твоя мать, госпожа Ли, но её это обошло.

― Верно, но как тогда объяснить, что раны появились и у неё? ― подметил Ли Вэйхуа, ― а потом они за считанное мгновение исчезли, словно их и не было. Честно говоря, в глазах матери это действительно выглядело так, словно какой-то вирус выборочно преследует членов её семьи. Она так испугалась, когда я впервые заговорил про отметины, будто бы вскрылась страшная государственная тайна, и за мной уже выехала черная машина без номеров! ― он посмеялся. ― И жалко то, что никак нельзя узнать, было ли нечто подобное у прадеда, поскольку отец мамы умер совсем молодым и у нас ничего от него не осталось.

― Ну, у вас может, и нет, но было бы неплохо поговорить лично с бабушкой. Есть вариант к ней съездить?

― Вариант-то есть и путь не долгий, но на выходных мы отправляемся в Цзиншань. Хотелось бы выяснить как можно больше и рассказать всё госпоже Цзинь при встрече. Может, она прольет свет на это дело? Мы же только поверхностно рассказали ей всё, что знаем. По этой причине, было бы здорово, если бы вышло съездить посреди рабочей недели. Но я уже пропускал один раз и ты меня отпрашивал. Вряд ли снова получится провернуть такое...

― Ну, отпроситься точно не выйдет, но если скрыть... ― Вэй Джо Ли усмехнулся. ― То, может быть, и получится.

― Скрыть? О чём ты? Он же всегда на месте и вечно следит за нами, не упуская возможности выкинуть какую-нибудь гаденькую шуточку!

― Этого у него не отнять, - Джо задумался на мгновение. ― Надо свериться с его графиком, потому что, вроде как, в четверг он будет отсутствовать. Помимо этого музея, у него есть свой бизнес. Скажем так, наследство дедушки свалилось на него внезапно, вот он и разрывается. И, конечно же, заниматься основным делом тоже необходимо. Для остальных скажем, что вы снова пошли в подсобные помещения. Оба.

― Оба? ― Вэйхуа удивился. ― Джеми тоже можно?

― Ну, у других появятся вопросы, если они увидят, что Джеминг работает один. Вы же постоянно вместе, насколько я знаю? ― Джо слегка улыбнулся. ― И тут резко порознь. Вызывает подозрения. Подумают, что вы поссорились и начнут донимать разговорами, а после пойдут искать тебя, чтобы узнать твою точку зрения и в итоге окажется, что ты ― отсутствуешь.

― Звучит логично... ― Вэйхуа задумался. ― Поедет ли он...

― Думаю, что да... ― Вэй Джо Ли удивился его сомнениям. ― Если даже не захочет, то пусть дома отоспится. Но я уверен, что он тебя не бросит, и вы поедете вместе. Всё же, мало ли выяснится нечто шокирующее или пугающее? Джеминг будет рядом, чтобы тебя поддержать.

― Да, так и есть... ― молодой человек широко улыбнулся. ― Кстати, Джо, я же хотел показать фото!

― Фото? А, ты про фотографию деда? Я уже и забыл.

― Вот, смотри, ― он протянул ему фотографию: изображение красивого, улыбчивого парня, чье лицо излучало тепло и доброту. Фото было ярким, запечатлевшим момент искренней улыбки, которая будто бы могла растопить любое сердце. Когда Джо взглянул на фото, его взгляд сразу же остановился на высокой фигуре, и он внимательно рассматривал лицо на снимке. Затем взгляд медленно поднялся к Ли Вэйхуа и его глаза расширились от неожиданности и удивления. Внутри него возникло ощущение, будто он смотрит на одного и того же человека, ведь сходство между ними было поразительным. Черты лица, выражение глаз, улыбка ― всё казалось настолько похожим, что трудно было поверить в случайность и генетику. ― Удивительно...

― Да, я тоже был в шоке, когда увидел. Не думал, что такое возможно. Хоть на уроках в школе и говорили, что дети достаточно часто похожи именно на бабушек и дедушек, но тут...нечто странное. Или, может, сейчас всё то, что меня хоть как-то удивляется, по инерции кажется мне подозрительным.

― Нельзя это отрицать, ― Джо посмеялся и вернул ему фото. ― Торжественно сообщаю, что я в тупике.

― Полностью поддерживаю, ― хмыкнув, подтвердил Ли Вэйхуа. ― И остался ещё один вопрос: почему это коснулось твоего прадеда? Ведь на тебе это никак не отразилось, тебя не мучают видения, да и ладони целые. С твоим отцом и дедушками тоже всё в порядке. Так почему?..

― Знал бы ты, сколько я всего передумал, пока возвращался в город. И ни одна мысль не может превратиться в четкое умозаключение. Каждый раз, когда появляется связь, она тут же теряется. Ведь начиналось всё с малого, а теперь, как оказалось, здесь замешаны наши с тобой родственники, странная деревня из рассказов госпожи Цзинь, внезапно начавшиеся видения у Джеминга, отметины на руках, проклятия, демоны...

― Звучит, как сюжет для дешевенького детектива или сериала... даже тошно, ― молодой человек закатил глаза и скрестил руки на груди. ― А ведь ты говорил, что нам стоит отдохнуть. Похоже, отдых ― это для нас сейчас роскошь?

― Похоже на то, ― Джо вздохнул и поднялся, потянувшись. ― Как бы мне не хотелось передохнуть, я сам понимаю, что от мыслей и внутреннего волнения не избавлюсь. Думаю, у тебя ещё хлеще.

― Это тот редкий случай, когда я с тобой соглашусь, ― Вэйхуа усмехнулся и тоже встал с лавки. ― К слову, моя мама узнала, что ты меня до дома подвозил.

― Во-первых, ты чаще всего со мной соглашаешься, ― Вэй Джо Ли загнул один палец, ― а во-вторых... откуда она узнала?

― Наша бдительная соседка напротив видела пару раз твою машину. Не тебя лично, но этого хватило, чтобы провести мозговой шторм, выстроить теорию заговора и рассказать всё моей матери.

― И как она отреагировала? ― Джо не спеша пошел вперед, и молодой человек присоединился к нему.

― Стала задавать неудобные вопросы, как и ожидалось. Не знал, как сбежать от её давления...

― Вот оно как, ― Джо улыбнулся. ― Матери все такие. Моя тоже задала множество вопросов, когда услышала наш с тобой разговор по телефону. Я получил базовое: ― «Джо, тебе скоро тридцать! Пора бы уже задуматься о чем-то серьезном!». Даже в таком возрасте она продолжает волноваться и опекать меня.

― Это даже мило... ― тихо сказал Вэйхуа, смотря перед собой.

― Может быть и так, не знаю, ― Вэй Джо Ли пожал плечами. ― Когда сегодня смотрел старые фотографии, задумался о том, как же хорошо иметь живых членов семьи. Есть, к кому вернуться, с кем поговорить и излить душу. Наверное, мать хочет этого больше всего, чтобы приходя домой, меня встречал кто-то близкий, а не пустые холодные стены.

― У тебя квартира современная, включи подогрев пола и стен. И проблема решена! ― Вэйхуа ухмыльнулся и на всякий случай сделал пару шагов назад, сдерживая смех. Всё же, молодого человека забавляла реакция Джо на его глупые шутки. Но зато в тему! Не всё же ему одному портить трогательные моменты...

― Вэйхуа... ― Джо Ли остановился и сделав небольшую паузу, медленно повернулся к нему. Он испытывал странные эмоции. С одной стороны, его немного раздражали такие глупые шутки в неподходящий момент, и он не мог скрыть легкое недовольство. Но с другой ― он понимал, что это может быть действительно смешно, и иногда даже улыбался про себя. Чтобы не показывать свои чувства, он состроил недовольное лицо и закатил глаза, стараясь выглядеть равнодушным и невозмутимым. Внутри же боролся с противоречивыми ощущениями, пытаясь сохранить спокойствие и не дать понять мелкому провокатору, что его это действительно трогает или веселит.

Он принял серьезное и сосредоточенное выражение лица, словно собираясь на что-то важное. Развернувшись, Джо Ли медленно и уверенно сделал несколько устрашающих шагов в сторону Вэйхуа, при этом стараясь сдерживать смех, чтобы не выдать своих чувств. Его движения были намеренными и немного грозными, создавая впечатление, будто бы Джо собирается что-то сказать или сделать, хотя внутри он все еще боролся с желанием рассмеяться.

― Эй, Джо, ты чего это?! ― Вэйхуа сделал пару шагов назад и, развернувшись, хотел уже дать дёру, но не успел. Когда он попытался убежать, Вэй Джо Ли быстро схватил его за капюшон толстовки и притянул к себе, чтобы остановить. Его рука была сильной, но в то же время в движениях чувствовалась легкая шутливая нотка. Затем, улыбаясь и сохраняя умиротворённое настроение, он взял его за руку, слегка скрутив её за спиной, и стал мягко трепать по угольной макушке. При этом, он не ослаблял хватку: рука Ли Вэйхуа оставалась надежно зафиксированной. Движения Вэй Джо Ли были аккуратными и немного насмешливыми, словно он хотел немного подразнить молодого человека, показать свою доминанту в этой игре.

― Нет, Джо! Только не волосы! Не волосы! Прошу тебя! ― вскрикнул Вэйхуа, пытаясь вырваться из «капкана» и спасти остатки прически. Он извивался как уж, стараясь хоть как-то выскользнуть, но всё было тщетно.

Вдоволь удовлетворившись, Джо мягко отпустил его руку, но при этом остался в близкой позе, слегка наклонившись вперед. Он улыбнулся на его удивленный или немного смущенный взгляд и тихо сказал: ― Ну что, давай без побегов, а то я еще сильнее тебя напугаю, ― затем он подмигнул и, чтобы немного разрядить атмосферу, легким движением похлопал парня по плечу.

После этого Джо Ли шагнул назад, делая вид, что отступает, но при этом, продолжая улыбаться и смотреть на Ли Вэйхуа с невинной искрой в глазах. Он не удержался и добавил: ― Ну что, пошли дальше? Или ты хочешь еще немного поиграть?

― Тц, что ты наделал?! ― Вэйхуа в два прыжка отскочил от него и, достав телефон, попытался через свое отражение в черном экране оценить масштабы трагедии. ― Ты вообще знаешь, сколько времени уходит на то, чтобы они выглядели хоть немного хорошо?!

― А ты знаешь, сколько старания у меня уходит на то, чтобы держать себя в руках, даже когда я раздражён? По-моему, уложить волосы проще? ― он усмехнулся и, разведя руками, повернулся в сторону выхода из сквера.

― А кто тебя просит держать себя в руках? Эмоции иногда тоже важны. Даже не так... они чаще всего важны! Как без них понять твою искренность и истинные чувства? ― Ли Вэйхуа склонил голову в бок. ― Мне мама сегодня рассказала, что с отцом ей пришлось очень тяжко. Он тоже был очень замкнутым и закрытым человеком, когда они познакомились. Постоянно молчал, не проявлял эмоций и сдерживал чувства. Понадобились годы на то, чтобы я сейчас видел папу таким искренним и живым. Поэтому, не трать свою жизнь на то, чтобы сдерживаться!

― Звучит очень лирично, не находишь? ― Джо снова улыбнулся ему. ― Суть не в том, что я хочу закрыться ото всех. Мне всегда было спокойнее, когда разум и мысли в порядке, без чрезмерного проявления эмоций. Так я жил до знакомства с Хуоджином. С ним моя жизнь разделилась на «до» и «после». И мне стало ясно, что эмоции и чувства ― это не так уж и плохо. Сейчас я совсем другой, нежели десять лет назад.

― К чему ты ведешь?..

― К тому, что если я начну слишком часто проявлять себя и свои эмоции, ты можешь меня не узнать. А если вернусь к себе прошлому ― ты можешь больше не захотеть меня знать. Поэтому сейчас я держу четкий баланс между спокойствием и чувствами. И, к моему сожалению или счастью, с твоим появлением, чаша весов в сторону эмоций ― перевешивает.

― Звучит откровенно... ― Ли Вэйхуа немного смутился, подходя ближе.

― Это звучит честно. Не в моём стиле жизни что-то утаивать или пытаться быть тем, кем не являюсь. Я не бука, как твой дед по отцовской линии и у меня нет шила в одном месте, как у Хуо. Идеальный баланс, ― мужчина развел руками и, дождавшись, когда они поравняются, направился к выходу из сквера.

― У тебя всегда чересчур развёрнутые ответы. Можно же сказать всё куда проще!

― Да? И как же? ― Джо мельком глянул на него.

Ли Вэйхуа сделал пару быстрых шагов вперед и встал перед Вэй Джо Ли, уставившись ему прямо в глаза. Его взгляд был твердым и проницательным, словно он хотел подчеркнуть свою решимость или передать какую-то важную мысль без слов. Вся его поза излучала уверенность, а глаза ― настойчивость и внимание, словно он пытался установить контакт или донести свою точку зрения: ― «Я хочу, чтобы меня принимали таким, какой я есть!»

Он замер, глядя на Вэйхуа. В голове мелькали разные мысли, но Джо не сводил взгляда с персиковых глаз. Вокруг поднималась прохлада, и ветер развивал его волосы, придавая сцене особую атмосферу напряжения. Взгляд мужчины стал томным, и было совершенно неясно, какие эмоции он сейчас испытывает: может быть, задумчивость, ирония или что-то более глубокое. Он стоял молча, словно оценивая собеседника сверху вниз, а его лицо оставалось неподвижным, пока, наконец, на губах не появилась легкая улыбка ― тонкое выражение, в котором можно было уловить и насмешку, и доброжелательность, и что-то ещё...

― Джо?..

***

― «Джо, у меня не получилось застать тебя днём, чтобы спросить. Вот только сейчас вспомнил. Завтра всё в силе?»

― «Да. Хуоджина не будет пару дней. Он сегодня улетел в другой город, так что я за главного. Можете спокойно ехать»

― «Отлично. Мама сказала, что я могу взять машину отца!»

― «Взять машину? У тебя есть права? Я удивлен...»

― «А чему ты удивляешься? Думал, я совсем безрукий?»

― «Ничего я не думал. Просто удивился и не более...» ― следом пришло второе сообщение. ― «Или может уже привык к тому, что ты ездишь со мной на переднем пассажирском»

― «Ну, это не так уж и часто происходит! В основном я хожу либо пешком, либо катаюсь в забитом душном автобусе!»

― «Хотелось бы чаще со мной ездить?»

― «Ну... можно и так сказать. Я, честно говоря, тоже уже привык к тому, как у тебя идеально, под мой рост, расположено кресло в машине и что в бардачке всегда есть что-то сладкое! Словно, для меня стараешься!»

― «Конечно. Надо быть на чеку, потому что твоё настроение можно поднять, только дав тебе взятку в виде шоколадки!»

― «Я тебе что, продажное существо?!» ― следом второе сообщение. ― «Ах, и да, к занудному водителю я тоже уже привык! Вечно едет и нудит, или смотрит в одну точку!»

― «Да, странно, когда водитель, не отрывая взгляда, смотрит на дорогу, чтобы куда-нибудь не врубиться...»

― «Не утрируй!»

― «Я констатирую»

― «Ой, всё! Короче, мы договорились с Джеми встретиться возле музея. Ему туда ближе от общежития, да и мне по пути на выезд из города. Так что, если ты в семь утра уже будешь на месте, то пересечемся. А теперь я пойду... отец сказал, что нужно обновить навыки вождения...»

― «Звучит, как что-то не весёлое, да?»

― «Именно так...»

― «Как-нибудь я тоже тебя кое-чему научу»

― «Чему?»

― «Джо?..» ― но ответа на оба сообщения не последовало.

***

― «Джеми сказал, что задержится. Немного проспал. Я уже около музея. Ты дома ещё?»

― «Нет, недавно приехал. Хочешь зайти?»

― «Не особо. Испачкаюсь в чем-нибудь. Может, выйдешь?..»

― «Через пару минут»

Отправив сообщение, Ли Вэйхуа убрал телефон в карман и, потерев уставшие глаза, лениво вышел из машины. На улице стояли осенние морозы, от чего хотелось всё бросить и как можно быстрее вернуться под теплое одеяло. Ветерок юрко проникал под куртку, заставляя тело съежиться и вздрогнуть, а нос покраснел, говоря о том, что совсем скоро, начнется сезон простуд и гололёда.

Через несколько минут, как и было обговорено, входная дверь музея хлопнула и к нему не спеша направился Джо. Он выглядел посвежевшим и отдохнувшим: синяки под глазами пропали, а его внешний вид, как и всегда, был с иголочки и отточен до идеала. Мужчина подошел к Вэйхуа и оценивающе осмотрел его заспанное лицо и транспорт, на котором тот приехал.

― Неплохая машина. У твоего отца хороший вкус, ― Джо скрестил руки на груди, всё так же, не сводя взгляда с автомобиля.

― Это да. Он обновил её, когда мне исполнилось восемнадцать, и я сдал на права. И в первую же поездку, мы врубились в дорожный знак, ― молодой человек посмеялся.

― В знак? Как это произошло? ― Джо немного посмеялся.

― Что тут смешного? ― Вэйхуа закатил глаза. ― Отец с мамой улетели в Шаосинь на недельку, а машина и дом остались на мне. Мы с Джеми подумали, что ночью машин будет меньше. Это был вечер субботы... ― Вэйхуа замялся. ― Короче, меня подрезали, я от неожиданности выкрутил руль в сторону, и мы снесли дорожный знак. Самое смешное, что он означал: «парковка запрещена». Какая ирония...

― Вот уж точно, ― Вэй Джо Ли усмехнулся и жестом позвал его за собой, в сторону зоны для курения.

― С самого утра сигарета, ― молодой человек недовольно скрестил руки на груди.

― Помогает проснуться, ― он пожал плечами. ― А как прошла твоя тренировка вождению в воскресенье?

― Не очень. Мы поругались, потому что он вечно сидел рядом и выедал мне мозг чайной ложечкой! То поворот не включил, то включил, но слишком рано, то вообще слишком поздно! Завершающие маневры на пешеходных переходах, типы движения... ― Вэйхуа загибал пальцы на руке. ― В общем, сделал мне мозги, а потом отстал и скрепя сердце, сегодня утром, отдал мне ключи. А ещё посоветовал купить Джемингу защитный шлем, ты представляешь?!

Джо какое-то время слушал Вэйхуа с легкой улыбкой, пока из его рта выходил сигаретный дым, а когда тот закончил, еле слышно посмеялся. Его очень забавляло, когда молодой человек на эмоциях что-то рассказывал. Это было по-доброму смешно и даже мило.

Смех его был тихим, почти незаметным, но в нем чувствовалась теплота и понимание. Он смеялся не над ним, а над самой ситуацией, над бурей эмоций, выплеснувшихся наружу. Сейчас здесь не было ни капли злорадства, только искреннее участие и понимание.

Когда поток эмоций стих, он затушил сигарету о крышку мусорного бака, внимательно посмотрел на Вэйхуа и спросил: ― Ты всё запомнил, чему тебя учили? ― в его голосе не было ни осуждения, ни насмешки, только искренняя заинтересованность. Он был готов дать совет, если потребуется.

― Ненавижу, когда меня пытаются переучить или что-то внушить в голову. Я уже взрослый и осознанный человек. И не думаю, что крики и давление смогут хоть кому-то помочь, ― Вэйхуа недовольно скрестил руки на груди.

― Слишком критично. Ведь можно просто переступить через себя и сделать. Кто знает, вдруг жить станет куда проще, ― мужчина усмехнулся. ― Может, так будет правильно?

И вот снова ему говорят, что нужно делать и что будет лучше. Как же надоело это бесконечное руководство, эти навязчивые советы, льющиеся нескончаемым потоком. Он частенько чувствовал себя марионеткой, дерганой за ниточки чужой волей, лишенной права на собственный выбор, на ошибку, в конце концов. Разве не через ошибки приходит понимание? Разве не обжигаясь, учишься осторожности? Родители, знакомые, учителя, все знают как лучше и считают своим долгом попытаться тебя исправить или что-то посоветовать, как будто при рождении им выдали руководство как правильно жить.

Внутри зрел бунт. Не яростный и разрушительный, а тихий, но упорный. Бунт против навязанных правил, против предписанных путей, против удушающей опеки. Он хотел просто жить, дышать полной грудью, идти своей дорогой, пусть даже спотыкаясь и падая. Он хотел свободы. Свободы мысли, свободы действия, свободы быть собой.

И в один прекрасный день, Вэйхуа просто перестал слушать. Не грубо, не вызывающе, а просто перестал впитывать чужие указания. Он начал прислушиваться к себе, к своим ощущениям, к своим инстинктам. Сначала было страшно, неуверенность подтачивала изнутри. Но с каждым самостоятельно принятым решением, с каждым шагом, сделанным без оглядки на чужое мнение, он чувствовал, как крепнет его внутренняя сила, как расправляются крылья. И пусть этот путь будет трудным, пусть он будет полон неожиданностей и разочарований, это будет его путь. Его жизнь. И он сам будет нести за нее ответственность.

― Джо, скажи, а есть то, что тебе не нравится? ― внезапно спросил Вэйхуа.

― Не нравится? ― он задумался. ― Ну, есть, а чего вдруг?

Вэйхуа проигнорировал его вопрос: ― Я вот ненавижу курящих людей. Терпеть просто не могу. Вечный запах табака от рук, одежды. Желтые зубы, неприятное дыхание. Просто отвратительно, ― он сделал паузу. ― А ещё не выношу запах и вкус кофе. Сразу хочется два пальца в рот и на боковую!

Когда Джо услышал слова о том, что Вэйхуа не любит курящих людей и кофе, то опешил и замер, удивленно на него глядя. В голове промелькнуло сразу несколько мыслей, словно стая испуганных птиц. Во-первых, он сам был курильщиком и любил начинать день с крепкого американо. Во-вторых, он никак не ожидал подобного заявления от человека, при котором не раз курил и пил кофе. Да ещё и так внезапно, и в такой момент!

Атмосфера между ними мгновенно сгустилась. Неловкое молчание повисло, как плотная завеса. Он пытался найти выход из этой щекотливой ситуации, придумать остроумный ответ или хотя бы сгладить неловкость шуткой. Но слова застревали в горле, словно комок.

Наконец, собравшись с духом, он медленно произнес: ― Интересно. А я, наоборот, не представляю себе жизни без этих маленьких слабостей. И почему ты именно сейчас решил мне об этом сказать?

― Да так. А почему бы не бросить курить? Тяжело? Но ведь можно просто переступить через себя и сделать. Кто знает, может жить станет куда проще, ― Вэйхуа наигранно усмехнулся. ― Может, так будет правильно?

― Что?..

― О, вот и Джеми к машине подошел! ― Ли Вэйхуа сменил тему и натянул улыбку. ― Джо, я пошел! Как что-то выясню, ― сразу напишу. Увидимся! ― хлопнув его по плечу, молодой человек быстро направился к автомобилю.

― Вот же мелкий паршивец... ― Джо ухмыльнулся сам себе, признавая поражение в этом разговоре. Ему становилось всё интереснее. Это действительно было хорошо.

***

― Вэйхуа, как давно не виделись! ― пожилая женщина с широкой улыбкой обняла внука. ― Ты еще и с Джеми приехал! Я как раз приготовила всё то, что ты любишь! Как дорога прошла?

― Хорошо, бабуль! Долетели с ветерком! ― Вэйхуа улыбался пожилой хозяйке дома, доставая из сумки гостинцы от матери.

― Здравствуйте, бабушка Гао! ― Джеминг так же мило улыбнулся, получив поцелуй в щеку. ― Как Ваше здоровье?

― Хорошо, мальчик мой! Проходите, садитесь! Сейчас будем трапезничать! ― всё с той же улыбкой говорила женщина, ставя на большой круглый стол цветастый чайничек. ― Вы просто в гости или по делу?

― А где дедушка? ― спросил Вэйхуа. ― Не видел его машины во дворе.

― О, так он же на работе. Всё говорю ему, что пора бы на отдых, но ты же знаешь его активность! ― бабушка Гао присела за стол. ― Он в ночную смену был. Будет часа через два. Ты хотел с ним о чём-то поговорить?

― Нет, бабуль, ― Вэйхуа переглянулся с Джемингом и они оба сели напротив хозяйки дома. ― Я как раз хотел поговорить именно с тобой.

― Со мной? А что случилось? ― её лицо сразу сделалось серьёзным и сосредоточенным. В этом они с её дочерью были похожи как две капли воды.

― Я в воскресенье разговаривал с мамой кое о чём, ― он сделал паузу. ― И в разговоре всплыл мамин биологический отец. Твой первый муж.

― Вот оно что... ― женщина снова изменилась в лице. ― Ты раньше не спрашивал о нём. Что-то случилось? ― её взгляд мельком упал на руки внука, и когда она не увидела на них ничего подозрительного, еле заметно выдохнула.

― Похоже, ты уже поняла, о чем я хочу спросить, да? ― Вэйхуа печально улыбнулся и положил ладони на стол, давая понять, что бабушка думает в верном направлении. ― Они у меня тоже были...

От слов внука, что у него был тот же самый недуг, от которого умер её первый муж, бабушка Гао растерянно сжала кулаки и с напряжением опустила глаза, не зная, что и сказать. В тишине комнаты повисло тяжелое, невысказанное горе. Линии морщин на ее лице стали глубже, будто сама скорбь вырезала их резцом. В голове завертелись обрывки воспоминаний: молодые годы, смех, планы на будущее, оборвавшиеся так внезапно. И вот, эхо той трагедии снова стучится в дверь, угрожая забрать еще одну частичку её сердца.

Она подняла взгляд, стараясь найти в глазах внука хоть какую-то надежду, хоть малейший лучик оптимизма. Но увидела лишь отражение собственного страха, бледное и испуганное. Ей хотелось обнять его, прижать к себе, оградить от всего плохого, но она знала, что это невозможно. Судьба, словно неумолимый палач, уже занесла над ним свой топор.

Но всё же, раз отметины исчезли, то может действительно, все будет хорошо? Только вот, Вэйхуа совсем скоро исполнится двадцать один. Начинается тот самый возраст, который нужно пережить. И тогда всё точно будет хорошо!

― Понимаю, ― бабушка постаралась сделать доброжелательное лицо, чтобы не пугать парней. ― Так что именно ты хочешь узнать?

― Бабуль, скажи, а ты что-нибудь знаешь о моём прадеде? По линии твоего первого мужа.

― Честно говоря, фактически ничего. Твой дедушка был очень молод и горяч, не хотел говорить о прошлом и лишь смотрел в будущее. Не знаю, почему он относил свою семью к прошлому, но было, как было. Да и у нас всё очень быстро завертелось: знакомство, беременность. Мне было семнадцать лет, я совсем ещё юная девочка. В те времена это порицалось обществом и всё хранилось в тайне, от окружающих и семьи в том числе. Поэтому, познакомиться со свекром не было возможности. Да и статусы у нас были очень разные. Он из высшего сословия, как говорится, а я была из семьи простого портного и местной медсестры. Если бы узнали, что я понесла от сына офицера, мне бы жизни не дали. Так что, мы просто сбежали. Посреди ночи он залез ко мне в комнату и забрал меня. Я не о чем не жалела, жили мы хорошо, ― женщина улыбнулась. ― Я как-то спросила у него про семью. Он поверхностно рассказал, что отец был военнослужащим, очень редко появлялся дома и был сам себе на уме. Многие считали его странноватым. Сыном почти не интересовался.

― Но почему?.. ― Вэйхуа был удивлен.

― Ну, не все хотят воспитывать чужих детей, ― женщина тяжело вздохнула. ― Судьба, наверное, такая у членов нашей семьи: воспитываться не биологическими родителями.

― Ч-что?! ― земля ушла у него из-под ног, когда он услышал от бабушки правду о своем родственнике и дальнейший рассказ. До этого момента образ прадеда рисовался в его воображении исключительно как героический силуэт: крепкий, немногословный, с орденами на поблекшем кителе. Почему-то он казался ему именно таким. Как у его дедушки мог быть такой отец, который не любил своего, пусть и не родного, но сына?

― Да, Вэйхуа, так и получается. У дедушки твоего не было родного отца, и у Мэй тоже его нет. И оба погибли молодыми, ― она вздохнула, разливая уже остывший чай.

― Но как так происходит? ― Вэйхуа опешил, откинувшись на спинку. ― Я думал, что они оба были офицерами, добрыми и жизнерадостными. Почему-то таилась уверенность, что дедушка пошел по стопам и примеру отца, став военнослужащим. А тут вон как оно вышло...

― Да, дорогой. Он стал офицером не из уважения, а из принуждения. Он был не из тех, кто любил убивать. С оружием обращался хорошо. Хоть этому его научили. А после отправили в училище ещё с юности. А когда он приезжал на выходные домой, отчим изнурял его тяжелейшими тренировками. Мэй не знает таких подробностей, да и не нужно. Она слишком мнительная, ― бабушка Гао улыбнулась, ставя на стол ароматную пищу.

― Вэйхуа такой же, как тётя Мэй... ― тихо сказал Джеминг. ― Но, на самом деле, Вы очень помогли...

― Правда? Я рада! ― она наконец-то искренне улыбнулась. ― Дорогой, тебе повезло, что всё хорошо. У тебя оба родителя живы, бабушки и дедушки тоже. Фухуа взял хороший пример с моего второго супруга, с отчима Мэй, поэтому, ты рост в любви и ласке, тебя ни чем не нагружали, и ты был волен сам вершить свою судьбу.

― Ты права, бабуль... ― он помолчал. ― Мама сказала, что дедушка перед смертью вёл себя странно. А что было?

― Ох, даже вспомнить страшно! ― всплеснув руками, ответила женщина. ― Постоянная бессонница. Часто жаловался на голоса в голове и на то, что из темноты на него кто-то смотрит. Временами, даже страшно было оставаться с ним в одной комнате. Мы и по врачам ходили, а те как один говорили, что он абсолютно здоров. Но я видела, что с каждым днём он всё больше и больше чахнет. Изредка, он словно, приходил в себя и возвращался к прежней жизни. Улыбался, радовался, играл с Мэй. А потом, словно рецидив и всё сначала. Мне казалось, что он предвидел свою смерть, но не мог это объяснить... ― она поставила все угощения на стол и снова присела.

― А ты не помнишь, что конкретно он говорил?..

― Конкретно? Вообще, нет. Больше сорока лет прошло. Помню только то, что он постоянно просил у кого-то прощения. Тихо, шепотом умолял его простить и отпустить. А ещё он звал кого-то по имени, но этого я точно не вспомню...

― В-вот как... ― Вэйхуа вздрогнул, делая глоток чая. ― А отметины?

― Через несколько месяцев после двадцатилетия. Появились и не проходили до самой смерти. Это было похоже на заразу, на какое-то проклятие, ей Богу! С их появлением он стал медленно сходить с ума.

― Вот, значит, как...

― А почему ты спрашиваешь?..

― У меня они тоже появились... ― он не успел договорить, смотря на то, как из рук бабушки выпадает чашка и с грохотом разбивается о напольную плитку уютной кухни...