Глава 25
- Нам надо поговорить.
Эдгар уже лежал в кровати, когда Сара вошла в комнату. Она скинула меха и взглянула на парня, что напряженно взирал на нее сидя на белых простынях. Олень на столе бил копытом.
- О твоих новых браслетах? – спросил Эдгар, указывая на запястья.
- Нет, - Сара тяжело вздохнула и села рядом. – О том, что произошло в день, когда все решили, что я умерла. Больше нельзя тянуть Эдгар. Я хочу, чтобы ты знал, какая я на самом деле.
По ее полному боли и отчаянья взгляду он понял, что вот и настал тот момент, когда они раскроют друг другу правду.
- Я все знаю, Сара, - сказал он, видя ее страдания. – Все, о чем ты хочешь мне сказать.
- Ты не понимаешь, я...
- Я знаю, что ты знала о приходе Ройса заранее. И про твое прошлое. Я все знаю.
- Но как? – ее искреннее непонимание было обескураживающими.
- Магистр рассказал мне, - вздохнул парень. - Луиза и Эрнест провели хорошую работу над поиском информации. Когда ты появилась в Академии. Они нашли ту статью про пожар в парке. На одной из фотографий была ты. Тогда мы этому не придали значения, да и это ничего не могло доказать, у нас ничего не было. Я даже забыл про это, а потом ты исчезла. Я считал тебя мертвой, скорбел, лишился чувств. Много чего изменилось за те девять месяцев кода я думал, что потерял тебя навсегда, а потом мне показалось что я узнал тебя в одной из девушек на тайном приеме у короля. Я был там по просьбе Луизы. – Он усмехнулся. – И к своему удивлению не был потрясён, но догадался что то-то не так, хоть часть меня думала, что мне лишь почудилось, а когда я вернулся. – Эдгар вздохнул. –На следующий день обрадованный своим открытием, что ты не мертва я пошёл к Магистру, рассказать, обрадовать, но он лишь спокойно выслушал меня и бровью не повел. Ведь и так знал, что ты жива. Тогда он сел в своё кресло, окинул меня этим холодным взглядом и впервые, да впервые, указал на кресло возле него. Прямо в кабинете. Он рассказал мне что случилось, объяснил почему ты исчезла, сказал, что это ожидаемо. Наверно не притупись мои эмоции я бы обезумел от злости, но тогда почувствовал лишь досаду. Я знал, что в тот день ты исчезла не по своей воле. И ты подтвердила это когда вернулась, но тогда я не знал, что ты была на пороге смерти и что исчезнуть было единственным спасением. Магистр долго говорил. Мы просидели очень долго. Он рассказал, что случилось до твоего прихода в Академию, рассказал о детстве и о утерянных воспоминаниях. О том что был какой-то план и о твоей силе. Ещё он сказал, что ты так и не решишься вернуться ко мне. Сказал, что ты не спасёшь сама себя, сказал, что тебя нужно спасть, а для этого был лишь один способ. – Сара замотала головой надеясь, что ее догадки ложные, но тошнота от осознания уже подступила. – Уже тогда я опустился во тьму, погряз в ней, стал убийцей и отомстил всем, кто причинил тебе боль. – парень улыбнулся. – Магистр сказал, что ты никогда не спасёшь себя сама, а вот того, кого любишь, ради этого ты вернешься. А ведь что ты презираешь сильнее разрушительных действий отца? Ничего.
- Нет, – прошептала девушка.
- Я должен был спуститься в самые пучины тьмы, окунуться в пороки, отказаться от всего человеческого, стать подобием Магистра, искренне поверить в него, служить ему без сомнений и тогда бы ты вернулась ко мне. Пришла чтобы спасти. Я должен был пасть так низко, что моя жизнь была бы готова оборваться в любую секунду и вот, как предвещал твой отец, когда я оказался на самом краю пропасти, когда я готов был прыгнуть, ты пришла и удержала меня от падения. Ты спасла меня, вернула жизнь, и я ни разу не пожалел, что сделал это и сделал бы это снова. Я сделал это ради тебя Сара. Все это только ради тебя. Когда ты оказываешься на стороне врага, не важно по собственному желанию или вопреки, все что ты можешь, это попытаться сберечь своих близких. И я берег тебя.
Сара молчала. Эдгар знал ход ее мыслей. Она смотрела в его глаза и не знала, что говорить. Девушка не могла не оправдать, не оспорить его слова и свои действия. Это случилось. Вот и все. Она оказалась ядом и каждый кто прикасался к ней был отравлен. Уничтожив их жизни, она уничтожила свою, если такова когда-то у неё была.
- Мне жаль, – сказал Эдгар, видя ее боль от услышанного.
- Нет, – она вытянула руку вперёд, не позволяя ему приблизиться. – Не нужно мне сочувствовать. Мне не нужна твоя жалость или чья-то ещё. Но как много сказал тебе отец о плане?
- Только то, что ты пошла к Ройсу, чтобы нас спасти и что не смогла.
Сара усмехнулась.
- Это не так. Магистр не сказал всей правды. Все должны были думать, что я мертва.
- Так ты знала, что так будет?
Эдгар понимал ее решение, но не понимал почему не сказала и как позволила им издеваться над собой.
- Эдгар... - девушка тяжело вздохнула. – Я не могла знать всего, но да, я знала, что сделает Ройс. Осознанно ли я обманула тебя? Да. Знай ты правду, ты бы не позволил мне это сделать.
Он молчал и смотрел прямо ей в глаза. Когда пауза затянулась Сара усмехнулась и нарушила тишину:
- Ты подозрительно спокойный. Я ожидала ярость и крик, а ты молчишь. Скажи хоть что-то, а то я решу, что окончательно свела тебя с ума.
- Я не понимаю. – Он нахмурился. – Ты говоришь, что сделала это осознанно, но либо я совершенно не знаком с тобой, либо ты опять не говоришь всей правды, желая меня отгранить от тени. Сара, которую я знаю не согласилась бы на столь продолжительный плен. Тебя не было три года. Восемнадцать месяцев ты была под его убеждением. Пятьсот сорок восемь дней твой разум и тело испытывали то, о чем и подумать страшно. Ты не сказала, что произошло за те дни, но я знаю так же, как и ты на что способна наша раса, а ещё когда люди обозлённый и ты была той, на ком можно выместить всю эту злость и ненависть к тому, что происходит. – Сара не моргала и даже дышала с трудом, замирая от неизбежности вывода, к которому он придёт. – Ты не Луиза, я или даже Эрнест, ты не жертва, не мученица. Я не верю, что ты пошла на это зная, что все будет именно так.
- Может ты не знаешь меня, – выдохнула она. – Ведь все же я пошла туда.
- Но ты вернулась чтобы спасти нас, – Эдгар взял ее руку в свою. – Знаешь, что я думаю? – Она вопросительно повела бровью. – Думаю ты не знала, что все обернётся именно так. Думаю, твой отец сказал тебе что-то такое во что ты поверила и согласилась на это безумие. Это же была его идея? Правда?
Сара медлила, но наконец кивнула.
- Ты прав. Как всегда. – Она улыбнулась уголком губ. – Я не рассчитывала, что задержусь там так долго. Все пошло не по плану. Очень не по плану.
- И сколько это должно было продлиться?
- Неделя. Максимум две, – Сара вздохнула. – Моя магия, я думала ее будет достаточно, но я ошиблась.
- Твой отец ошибся.
- Но по итогу он был прав, просто нужен был рычаг и им стал ты. – Она мотнула головой словно отгонялась назойливые мысли. – Я бы не позволила ему сделать это с тобой если бы могла. Но Эдгар, я бы не позволила ему сделать это с собой если бы знала его план на случай моей неудачи.
- Думаю твой был не лучше, – хмыкнул он.
- Мой не вредил моим близким, – возразила Сара. – Я не говорю о том, что случилось за это время, потому что почти ничего не помню. Есть лишь обрывки, но их не хочется рассматривать. – Она усмехнулась. - Когда я вернулась, то мир очень изменился. Для вас прошло три года, а для меня пара дней. У тебя была жена и категоричность, а ещё нежелание видеть меня. Я была растерянна и... напугана. Но мне не жаль, что я сделала это.
- Ты сделала это ради отца, – понял он.
- Так у меня появилась надежда, но потом...
- Потом ты узнавала, что твои воспоминания фальшивки.
- Это сломало бы меня, не видь я во что превратился мир. Пусть пожары чуть погасли, а смерти поубавились, но это было лишь от того, что убивать было некого, а города и так уже выжжены дотла. Ему подчинились все. Настоящие мировое господство, и он хотел разделить его со мной.
- Ты бы могла обладать всем миром.
- Знаешь какого это понимать, что мне нужно просто захотеть и человек превратиться в месиво из крови и дробленых костей? Моя сила сплошное разрушение, то, что я сделала с дворцом... – Она нервно сглотнула. – Это ужасно. Ты и сам говорил, что мой отец рассказал тебе, что со мной случилось, это и сподвигло тебя на все те ужасы, но он не сказал тебе, что поимел в итоге. Безграничная власть — это то, ради чего я зашла в ту палатку к Ройсу.
- Ты права, но как ты и говорила, ты не могла знать, что все будет именно так.
- Это неправда. Разве великая сила несёт с собой что-то кроме разрушения?
- Многие с тобой не согласятся. Разве основатели прославились разрушениями?
- Они знамениты страданиями.
- А ещё они дали образование, культуру, искусство, показали каким может быть мир, поделились магией с нами, насытили ею окружение. Они подарили нам то, что твой отец хочет сохранить.
- Это не отменяет того, что с магией пришли войны, неконтролируемые убийства и жуткие болезни.
- Ты не виновата, – сказал Эдгар и приподнял ее голову за подбородок. – То, что ты сильнее любого живущего волшебника не делает тебя монстром.
- Ты не злишься что я соврала?
-Никогда. Я молился чтобы ты была жива. На том королевском приеме ты не узнала меня, - выдохнул он. – Тогда я сказал, что если все это фальшь... что, если тебе нужна помощь... сказал, что буду ждать тебя возле восточного зала через пятнадцать минут. И я ждал. Во мне жила надежда. Я ждал пятнадцать минут. Пол часа. Час. Два. Пока все не разошлись. А под утро ушёл.
Она тяжело вздохнула и подняв блеклый взгляд улыбнулась. Измученно. Трагично. А потом произнесла:
- Я пришла. Когда мне позволили вырваться из их когтей. Когда Пётр закончил свои представления со мной. Я пришла. Но тебя не было.
И его сердце рухнуло.
****
Пётр уже четвёртый месяц гордо заявлял, что получил орден за доблестную службу, какой дают обычно только министрам. Однако сам король отдал приказ о награждении и самолично привёл его в действие. В день награждения Пётр пристал перед публикой на главной площади столицы, прямо напротив дворца облачённый в свой парадный наряд. Его щеки пылали от предвкушения, а на пальцах сияли драгоценные камни. Когда король прикрепил к его груди золотое кольцо доблести, Пётр произнёс на всю страну:
- Боги милостивы к вам, и я свидетельствую их волю в этот счастливый для меня день. Кровь тирана будет пролита, - он вознёс руку к ясному небу и перстни засверкали ярче прежнего. - В его грудь вонзится кинжал из человеческих страданий. И дабы совесть наша была чиста, кровь искупит нашу свободу. Святые не оставляли меня все эти годы, как и не оставляли вас. Их воле мы следуем. Сегодня, завтра, всегда.
Забитая до отказа площадь разразилась аплодисментами. Человек, в котором они видели проводника воли богов, сегодня обещал им искупление и будущее, свободное от тирании. Это было потрясающе ужасно. Мерзко, до сладкого привкуса на языке. С этого момента прошло уже два года, а Пётр все так же неизменно двигался к своей цели. Оброс личной охраной, расширил прекрасные сады, вырыл пару тайных тоннелей и даже приумножил численность легиона убийц.
Когда-то давно он был простым изворотливым мальчишкой. Воспитанник, которого недолюбливали. Человек, которого не замечали. Голодный и потерянный он шёл по жизни вслепую, пока не понял какую власть может подарить крест. О, Пётр был из тех, кто предпочитал верить, что в иерархии трёх столпов правления религия на вершине. Отчасти он был прав. Народ так слепо тянулся к первым трём святым, которых их предки видели воочию, что был не в силах противиться словам людей в белоснежной одежде. За столетия люди стали видеть в служителях церкви тех, кто общается с богами. Блеск золота и камней на их крестах ослепил здравый смысл. Народ склонился и перед ними.
Пётр поднялся по извилистой лестнице и сел на свой мысленный трон. Теперь он был рядом с королем, был рядом с министром, а иногда был рядом даже с самими богами. Он и сам мнил себя богом. Поэтому и пытался получить силу, которую как он считал заслуживал. После обряда посвящения, когда из тебя извлекают всю магию и перекрывают любой доступ к ней, ты опустошён. Пётр же пытался заполнить эту пустоту. Так появились прекрасные сады с детьми, которым некуда податься, с теми, от кого отказалась семья, с теми, кто искал помощи и теми кого никто не станет искать. Из них по крупице вместе с кровью извлекали магию. Пытались отделить ее и превратить в чистую энергию. Изучали и рассматривали под сотнями линз. Прекрасные сады смерти весьма говорящее название. Если за тобой захлопывались двери этого зелёного подземелья, небо ты уже никогда не видел.
Сара раньше никогда не видела это место вживую. До своего пятнадцатилетия она и Петра никогда не видела. Но если второго ей показали в качестве урока, то о первом она была лишь наслышана. Тело пробивала дрожь каждый раз, когда шпионы ее отца доставляли информацию о том, что там происходит. Поэтому, когда она после весьма жестокой схватки с наемниками Амара очнулась посреди сада, то не сразу поняла, где она, а когда, запрокинув голову, в верху увидела каменную кладку и горящие сферы, вместо положенного неба, пришла в ужас. Голая, в крови, со слипшимися волосами, она поднялась с каменистой тропинки, но так и замерла, не представляя куда бежать. Отец ей рассказывал, что сады — это огромный зелёный лабиринт под землей, спрятанный прямо под носом у обычных людей. От сюда было не выбраться. Поэтому обычно тех, кто сюда попадал не охраняли, но свой канвой Сара заметила. Среди листвы акаций мелькала белая форма. Пётр слишком сильно хотел с ней поработать чтобы позволить ей заплутать в лабиринтах и умереть. И, словно как по заказу перед ней вырос силуэт приветливо улыбающегося мужчины в сопровождении четверых человек охраны.
Пётр скептично осмотрел Сару и ей захотелось прикрыться, но и в этот раз ее мысли будто читали. Один из наёмников подал ей мантию, которую она с охотой надела.
- Добро пожаловать ко мне в сад, Андромеда, - произнёс Пётр. – Доставить тебя сюда оказалось тем ещё приключением и потребовало пары десятков жизней. Похоже правду говорят не тыкать палкой в голодного волка, иначе он откусит тебе руку.
- Но я не волк, - ответила Сара, поплотнее кутаясь в мантию и убирая окровавленные пряди со лба. – Я сразу перегрызу горло.
- Знаю, - улыбнулся Пётр и подошёл к ней вплотную, словно и не боясь вовсе. – Поэтому на тебе эти браслеты. - Он поднял ее руку рассматривая украшение. – Но я предупреждаю тебя девочка, здесь за все нужно платить. Может Амар тебе и позволял кусать руку хозяина, но теперь ты в моей власти. Твое тело и душа принадлежат мне за немалую сумму, между прочим. – Сара фыркнула. Казна короля как решето, и он решил раз не получит ее влияние, то возьмёт деньги. – Если будешь сговорчивой, мои доктора будут с тобой нежными, станешь выпускать когти и твою волю подавят. Станешь банкой с волшебной кровью и то, если твоя кровь взаправду настолько близка к крови наших святых, как говорят, а если нет, то твоя судьба будет решена в одночасье. Постарайся не попасть под гнев святых, - посоветовал Пётр так, будто это от неё зависело. – Будь покорна и сможешь прожить дольше и качественней.
Но могла ли Сара быть покорной?
Да. Она могла. И пошла бы на это ради того, чтобы ее руки болели от нескончаемых игл, а не от поломанных костей, и чтобы в голове звенело от лекарств, а не от ударов о стену. Однако идя длинными коридорами, увитыми плющом, смотря на сотни одинаковых дверей с табличками, на наёмников щеголяющих с довольными лицами, на взрослых и детей, измученных и одиноких, ей было это не под силу. Каждый раз заглядывая в лица заключённых здесь людей она видела свое будущее. Безысходность во взгляде, молчаливость, синева кожи и в конечном итоге смерть. Ее ждало все это по воле короны и креста. Поэтому Сара наблюдала и пыталась разгадать загадку садов. Пыталась найти лазейку чтобы сбежать. Человека с состраданием во взгляде. Но все безуспешно. Сидя в комнате с десятком таких же обреченных, как и она, Сара поняла, что выхода отсюда не было. И эти мысли ее злили, а злость заставлялся браслеты искриться. Это она заметила не сразу, а когда обнаружила, то поверх сорочки начала носить халат, закрывавший ее запястья. Но иногда и этого не хватало.
Дверь в комнату отворилась и все без того безжизненные и полумертвые обратились в недвижимые тени. Пришли забирать на процедуру. Опять будут брать кровь.
В комнату зашло пятнадцать человек. По одному на каждого, кто здесь находился. Саре досталась женщина уже в годах, на вид очень милая, но искры во взгляде говорили о том сколько трупов она сожгла в крематории садов. Сару повели в коридор и уже у самой двери ей показалось, что она увидела знакомое лицо. Обернулась. Женщина вытолкнула ее в проход заметя что та замялась. Саре не показалось. Одним из тех, кто здесь работал был Эмет. Она понимала, что те, кто водили их на процедуру, включали и выключали воду, разносили еду и ещё кучу всего делали, были не наемниками, но увидеть человека, с которым она однажды училась стало для неё потрясением. К тому же как она позже узнала, в этот день Эмет лишь заменял своего друга, а так разносил еду в крыле для тех, кто находился на грани смерти и у кого не брали кровь. Поэтому Сара решила непременно выловить его. Так она и поступила. Распорола себе руку вдоль вен и попала в крыло, которое называли больничным. Здесь у каждого оказалась своя миниатюрная комната с достаточно мягкой кроватью и Сара задумалась почему она раньше не сделала все чтобы оказаться здесь. А в больничном крыле ей предстояло пробыть очень долго. Рана, которую она нанесла себе была серьезной и магией вылечить ее конечно можно было достаточно быстро, но здесь на Саре магию не использовали, опасаясь загрязнить ее собственную. Поэтому просто зашили руку, обмотали бинтом и сказали не шевелить чтобы швы не разошлись.
Эмет принёс ей еду тем же вечером и, прежде чем успел поставить поднос на тумбочку за кроватью, уставился на Сару ни то с отвращением, ни то с любопытством, а может и с тем и другим.
- Тебе не кажется, - нарушила тишину девушка и Эмет резко выпрямился.
- Мне нельзя говорить с тобой, - буркнул он.
- Но ты хочешь, - Сара улыбнулась ему и свесила с кровати ноги.
Эмет ничего не ответил и пошёл к двери.
- Брось Эмет, - ее голос остановил его. – Ты же знаешь, что я не опасна. Зачем убегать?
- Ты убийца, - ответил Эмет не оборачиваясь.
- По-моему здесь убивают меня, а не я.
Парень обернулся.
- Если ты насчитываешь на помощь, то катись в ту тьму, с которой вылезла Сара, - огрызнулся он и ушёл.
Сара лишь повела бровью. Признаться она ожидала чуть меньшей агрессии. Однако за месяц, проведённый на лечении, она узнала причину. Эмет не хотя и с провокаций, рассказал ей что его брат пошёл в государственную армию и умер в первых сражениях с приближёнными. Тогда же сам Эмет решил, что там он никогда не появится и продолжил придерживаться своего плана остаться Рэей. Однако полгода назад Рэю убили. Она не согласилась отказаться от магии и один из отрядов Магистра по отлову подобных инвентов пришёл за ней. Она сопротивлялась. Сара видела в этом несчастный случай. Сейчас такие отряды не убивают, не насилуют и не пытают, как было в первые месяцы после возвращения Магистра. Они просто насильно проводят процедуру и все. Но смерть есть смерть. Эмет нашёл утешение в кресте, а после по глупой случайности и совету своего знакомого, оказался здесь. Он был готов вгрызться Саре в горло, и она это видела каждый раз, когда он смотрел на неё. Не мудрено, виноватой во всем он считал ее, а она не особо-то и спорила. У него помощи Сара не нашла и решила не терзать себя понапрасну. Это и так сделают остальные.
После того как рука зажила Пётр стал приходить к Саре каждый день. Он хотел, чтобы она по-максимуму раскрыла свои силы, этого хотела, и Сара, пускай искрящиеся браслеты и пугали ее. Но ещё Пётр хотел, чтобы она сама передавала им крупицы своей магии, но на это Сара лишь рассмеялась. Даже после того, как ее лицо украсили ощутимыми ссадинами и синяками. Действия Петра были для неё ясны и его мотивы, но даже с ясным умом Сара не смогла бы долго терпеть заточение, а сидя под землей ей очень скоро начало казаться что она сходит с ума. И это было буквально.
Иногда ей чудилось будто тени шлейфом тянуться за ней по коридорам, а свет подрагивает, когда она переступает порог. Более того, едва ощутимый ветерок трепал ее волосы поутру и в этом она могла поклясться. Все это и долгое заточение, душевные и телесные терзания, истощили ее тело и разум. Ее броня дала трещину. Как и обещал Пётр последствия последовали незамедлительно. Из ее памяти сразу же выпало несколько дней, насколько она могла судить. Но дальше все становилось лишь хуже. И вот в один из дней, браслеты на ее запястьях треснули и раскололись. Много людей погибло, ещё больше было ранено. Сара, обессилив потеряла сознание, а очнулась в новых браслетах не только на руках, но и на ногах. Пластины стали массивнее и тяжелее. Хуже всего, что новые браслеты не стали самым страшным. Из памяти Сары стало пропадать все больше и больше. Вечера мешались, ночи превращались в одну долгую ночь. От такого количества рун, подавляющих волю, она переставала ощущать, что реально, а что нет. Медленно падала в пропасть безумия. Бывало, она приходила в себя вся в роскошных нарядах и со вкусом вина на языке, бывало, открывала глаза в уродливой ванной. Иногда свет ее ослеплял, и она видела перед собой роскошный зал весь в позолоте и мужчин в рясе, но тут же над ее затылком выводили руну, и она погружалась в небытие.
Однажды она очнулась в постели в больничном крыле. Ее уже давно перевели из общих комнат. Голова жутко трещала, магический свет слепил, губы высохли и потрескались. Хотелось пить. Когда Сара попыталась подняться чтобы взять стакан с водой с тумбочки, то обнаружила что сил у неё нет. Рёбра пробила жуткая боль и она застонала, закрывая глаза. Мыслями она была дома, рядом с отцом и Дориной. Рядом с Эдгаром в красивых залах особняка.
Ее губ коснулось что-то холодное. Сара распахнула глаза. Вода. Она сделала несколько глотков с любезно предоставленного ей стакана и вновь закрыла глаза надеясь забыться и затеряться в залах среди тех, кого любит.
- Даже ты не заслуживаешь такого, - раздался голос.
Сара вздохнула и посмотрела на человека что поил ее секунду назад. Эмет стоял возле неё со стаканом в руках.
Конечно, она не заслуживала такого. Пётр искал в ней то, чего она не могла ему дать. Он требовал магии, которую смог бы поглотить и стать как все волшебники, но получал лишь крупицы, что позволили создать его жуткие браслеты. Ради этого Сару заковали в магические цепи, ради этого брали кровь, образцы кожи, вен и внутренностей, ради этого делалось все и одни святые знают, что происходило в моменты, которые она не помнила. Теперь Сара боялась по-настоящему и этот страх вопреки слов ее отца делал ее слабой. Она боялась того, на что ещё толкнёт ее Пётр, боялась собственного бессилия, боялась той боли, которую ей причиняли. Боялась того, что увидит, открыв глаза и боялась того, что и вовсе ничего не увидит.
Пётр так и не получил желаемое. В момент ухода Сара не раскрыла свою силу до того состояния чтобы она могла приблизиться к силе которой обладали святые, да и вообще она уже сомневалась возможно ли это. В цепях же это было и вовсе сделать крайне трудно. Когда же Пётр понял, что от неё толка в его деле мала, он вернул ее Амару всю потрёпанную и обезумевшую. И два этих безумных мужчины привели ее в день, когда она сломалась навсегда. Их слова привели ее в эту точку, слухи которые они шептали ей на ухо, судьбы тех кого она ещё помнила демонстрировали ей в самых алых и губительно чёрных тонах. Шёпот безликих монстров у ее кровати толкнул Сару Лэдэр вниз с каната, по которому она так аккуратно шла.
Тени тогда извивались как сумасшедшие, воздух трещала, а ветер бил в окна малого дворца звеня стёклами. Браслеты, к которым присоединился ещё и ошейник не выдержали той бури магии, что росла под ее кожей. Тьма, доставшаяся ей от святой, вырвалась наружу, а сила больше не была скована ни телом, ни разумом. В тот день по ее воле полыхал малый дворец вместе со всеми, кто не успел бежать. Сара не преследовала цели убить кого-то. Единственное чего она хотела это спастись. И вот, достигнув самого глубокого дна Сара Лэдэр захлебнулась в толще воды над ней, а Андромеда Эдэрл воскресла, чем наделала много шума.
****
Разговор с Эдгаром вышел на редкость тяжёлыми, но крайне полезным. Поэтому, нежась голой на шелковых простынях, Сара была благодарна судьбе, что она подарила ей столь понимающего человека. Даже когда она рассказала, о том, что помнила из заключения, Эдгар стойко принял это. Пускай с гневом глазах и огнем в сердце, но принял эту новую часть ее самой. И потому, охмелев от выпитой ими бутылке вина, Сара поддалась сентиментальности. Читала книгу и думала о будущем, которое их ждет.
- Ты первый человек, с которым я не чувствовала себя неправильной. Тебе удалось сделать меня счастливой по-новому. Так как никому не удавалось. Эдгар Морэнтэ для всех был бесчувственным словно камень, но для меня у тебя всегда находилась крупица чувств, - говорила она.
- Рядом с тобой я счастлив.
- С самого начала?
- Нет. Совсем нет. Все изменила та ночь и звёзды. Тогда я доверился тебе.
- Почему?
- Потому что та, кто способна так восхищаться обычным небом не могла быть злом воплоти. Ты заставила меня верить тебе, а потом сразила силой и непокорностью. Ты никогда не боялась.
- А кого мне было бояться? – усмехнулась Сара. – Тогда я не знала кто вы и на что способны, да и если бы знала в моей жизни уже был человек, который забрал весь мой страх.
- И это я чувствовал. Ты поддавалась всем нам. Поддавалась судьбе. Потому что знала, что всегда обыграешь.
- Но по итогу я проиграла тебе и влюбилась как дура.
- Не сказал бы что это проигрыш.
- Любить кого-то это роскошь Морэнтэ. Особенно для меня.
- Тогда мне повезло что я стал исключением.
- Очень большим исключением. Ты подобрался ко мне так близко, что мой отец начал волноваться, что мои убеждения пошатнут и я погублю великий род.
- Эгоистично. Я никогда бы не позволил тебе загубить его.
- Знаю Эдгар, - Сара коснулась его лица. – Теперь знаю.
- Почему ты не рассказала раньше кто твои великие предки?
Вопрос прозвучал неожиданно, и Сара заложила страницу и повернулась к Эдгару. Тот мерил ее взглядом полулёжа на кровати. Подобрав ноги, Сара села так чтобы их глаза были на одном уровне.
- Потому что знаю какая первая мысль возникла бы в твоей голове. Какая мысль возникла тогда в академии, когда Луиза рассказала тебе всю правду и вы предположили, что я потомок, как и мой отец.
Эдгар долго молчал, продолжая смотреть ей в глаза. Пускай в комнате было тепло Саре показалось что среди стен гулял легкий ветерок. Она поёжилась и отложив книгу укуталась в одеяло.
Эдгар убрал ее книгу на тумбочку чтобы та не мешала, потом взглянул на неё одним из тех взглядов, которые ей особенно не нравились и произнёс:
- Я подумал о прошлом. О Антаресе и Веге и что с ними стало.
Уже зная, что ей не понравится куда дальше их выведет разговор Сара нахмурилась и сильнее укуталась.
- Мы не они, Эдгар, - сказала она. – От них у нас только фамилии. А о том, что твоя семья вообще имела какую-то кровную связь с Антаресом утверждает только портрет и записки из музеев. Поэтому вы никогда и не выступали за права на трон и довольствовались званием первой семьи волшебников.
- И всё-таки Вега косвенно убила того, кого она любила.
- Боишься, что я убью тебя? – усмехнулась Сара.
- А ты бы могла?
- Ты сейчас серьезно? – возмутилась девушка.
- Ну чисто гипотетически, насколько далеко готова зайти ради короны и отца? – спросил Эдгар подаваясь вперёд.
Это было больно слышать.
- Я бы не стала тебя убивать.
- Но если бы это дало тебе трон? – не унимался он.
- Я бы не стала! – Сара заглянула в его глаза надеясь, что не утонет. – Морэнтэ я не для того сделала все чтобы получить силу и власть, чтобы потом не иметь возможности сохранить жизнь тем, кто для меня важен. Понятно?
- Но если тебе бы не оставили выбора?
- Эдгар, прекращай, - Сара предупреждающе сверкнула глазами. – Я начинаю злиться.
- Это я вижу, - он кивнул в сторону теней.
В полумраке комнаты те извивались в безумном танце. Усилием воли Сара прекратила этот праздник.
- Браслеты не справляются, - констатировал Эдгар с таким видом будто она сама не догадалась.
- Мы догадывались что так будет, - пожала она плечами пряча руки с изящными золотыми дужками под одеяло. – Магия Антареса не моя по крови. Ею сложно управлять, как и в целом магией. Пётру приходилось заковать не только мои запястья в золото уже тогда. Просто чтобы сдержать магию, вызванную моим гневом, теперь даже постоянно контролируя себя я чувствую, что браслеты лишь тоненькая плёнка что ограждает мир от меня.
- Мы придумаем как убедить Кристофа встать на твою сторону.
- Кристоф не верит в святых и магию не признает, как дар, Эдгар, - отозвалась Сара. Мысли об этом терзали ее уже не первую ночь. – Мне придётся убить целые сотни наёмников.
- Они были причастны к твоим пыткам. Хватит сочувствовать.
Сара не сдержала гневного взгляда. Эдгар же остался таким же непроницаемым. Губы поджаты. Взгляд прямой. И как ему было не холодно с голым торсом?
- Они выполняли приказ, - произнесла Сара, глядя ему в глаза. - Так же как они служили короне, также они смогли бы служить и мне. Ты тоже выполнял приказы, но это не повод для твоей смерти. Я пойду туда с армией, а если понадобится пойду одна и убью каждого до кого дотянусь своей невидимой рукой, но пока есть шанс избежать массового убийства я буду хвататься за любую возможность.
- Но у тебя мало времени, - напомнил Эдгар. – Затянешь и потеряешь все.
- Значит такова будет моя судьба.
Сара насупилась и улеглась к нему спиной. Сколько можно было напоминать ей о том, как много она должна сделать? Ей и самой было прекрасно известно обо всей этой ответственности.
Пальцы коснулись ее волос. Поцелуй согрел щеку. Она нахмурилась, не желая поддаваться Эдгару. Хитрец извинялся.
Замерев, Сара продолжала лежать, глядя перед собой. Однако, как только она расслабилась, а Эдгар, казалось, вернулся на свою сторону кровати, тот набросился на неё со щекоткой. Сара взвизгнула и попыталась вырваться, но безуспешно. Тогда она со всей силы пнула его в плечо.
- Ну ты хотя бы улыбнулась, - обиженно протянул Эдгар, потирая ушибленное плечо.
Про улыбку он не соврал. Сара победно улыбалась пока в груди клубками вились змеи готовые вырваться наружу.
- Знаешь, я передумала, - заявила она. – Я бы смогла убить тебя, но не ради власти.
- Ммм, - простонал Эдгар и скорчил обиженную гримасу. – Убивать собственного мужа жестоко.
- Что? – Саре показалось что она ослышалась.
- Ну знаешь, - парень неловко взъерошил волосы. – С недавнего времени я снова холостой. Хоть только после смерти отца, я встану во главе семьи так сказать, но мы с Ребеккой смогли безболезненно для неё расторгнуть наш брак уже сейчас.
- А разве не Коулу положено по старшинству получить борозды правления?
- Я тебе делаю предложение, а тебя волнует мой брат? – усмехнулся Эдгар.
- Нет, просто...
- Ладно тебе, - Эдгар притянул ее к себе, заставляя лечь в его объятия. – Льюис старший сын. Коула родили в шестнадцать.
- Серьезно? – засмеялась Сара.
- А ты думала? Вся моя семья ожидала от него того же. Гены знаешь ли. Не только у тебя в семье все немного неадекватные.
- На что же мы обрекаем мир Морэнтэ мешая их? – спросила девушка, поудобнее устраиваясь в его объятиях.
- Это значит «да»? – оживился Эдгар.
- Откажи я тебе, меня бы не поняли. Сказать «нет» самому Морэнтэ?!
- Когда у нас родятся дети так им и скажешь, - усмехнулся Эдгар и нагнувшись поцеловал.
- Дети? – Сара засмеялась, разрывая поцелуй. – И скольких же ты хочешь?
- Минимум пять, - в шутку заявил он.
- Тогда найди себе другую жену, - улыбнулась она.
- В первую очередь я хочу, чтобы ты была рядом, любовь моя.
- Я уже здесь и никуда не уйду, разве что на трон.
- О, тогда я буду первым, кто склонит голову перед правящей королевой, - Эдгар заглянул ей в глаза. – Ты моя и я всегда выберу тебя. Любую из твоих версий. Под любым именем. С любыми стремлениями. Твое имя вышито на моем сердце золотыми нитями. Нам не отделаться друг от друга. Никогда.
- Но учти, - Сара перехватила его руку, вычерчивающую круги по ее груди. – Никакие соглашения и договор я подписывать не буду и священников рядом с собой видеть не хочу.
- Тогда хорошо, что у меня есть это.
Эдгар освободил ее из объятий и встав с кровати подошёл к креслу, где висели его брюки. Покопавшись в карманах, он вернулся с коробочкой и сел напротив Сары.
Ее взгляд просиял. Сердце стучало так громко, что заглушало мысли. Взгляд устремился на изумрудную коробку с резьбой у ободка. Она видела, как Эдгар открыл ее. Видела, что внутри лежало два кольца и хоть ответ ей был давно известен прошептала:
- Фамильные кольца.
Они были ещё красивее чем она представляла. Едва уловимая энергия, исходящая от них, завораживала не меньше, чем внешний вид. Золотая нить обвивала рубин со всех сторон и переплеталась жгутами. Другое кольцо без камня и завитушек, видимо предназначалось для Эдгара.
- Теперь только смерть разлучит нас, - сказал он и Сара заставила себя оторвать взгляд от колец.
Эдгар улыбался. Он сиял и при этом источал тревогу. Сара заулыбалась поняв, что он все ещё опасается ее отказа.
- Только смерть, - ответила она и протянула ему руку. – Но ты уверен? – внезапно спохватилась она. – Не думаешь, что спешишь?
- Я ждал тебя три года, нет – целую жизнь. Поверь мне, для себя я все уже решил.
Улыбка на лице стала ещё шире и захотелось спрятать ее, но она не стала.
Эдгар достал кольцо с рубином и надел его ей на палец. Тело сразу ощутило, как магия сплелась с ним. Сара как заворожённая смотрела на кольцо. Рядом поблескивал изумруд другого его подарка. Потом она взяла второе кольцо и с очень важным видом надела его на палец Эдгара. Заглянула в его довольные глаза. Его тревога исчезла, а Сара больше не мёрзла. И даже скорый отъезд генерала, больше не печалил ее.
***
Эдгар чувствовал себя как никогда прекрасно лежа в одной кровати со своей новой женой. Подобная формулировка веселила его. Мыслями он был здесь, в этой теплой кровати и абсолютно счастливый. Но еще вчера его ждал разговор крайне сложный. Он застал Ребекку уже лежащей в постели, и та сперва даже не взглянула на него и лишь тяжело вздохнула. Парень положил бумаги на комод. Теперь они официально были свободны друг от друга. Он не знал, как начать разговор и потому откашлялся.
- Знаешь, я ведь ради всех проклятых святых никогда в тебе не сомневалась, - внезапно произнесла Ребекка, глядя в потолок. – До того вечера, когда узнала, где ты был, когда я потеряла нашего ребенка. Когда корчилась от боли в собственной крови.
- Ты знала? – обернулся Эдгар.
- Знала? – фыркнула девушка и сев на кровати повернулась к нему. – Ты предпочёл бежать за своим прошлым и бросил меня, свою жену. Я не просто знала, тогда я поняла, что всегда буду для тебя не больше, чем ее тенью.
- Это неправда. Никто кроме тебя не смог бы быть моей женой в тот момент. Ни одна женщина в мире не заняла бы твое место. Ты была мне другом Ребекка. Верным товарищем в браке и до него.
- Чушь, - усмехнулась она. - Я заняла ее место. Мы оба это знаем. Ты верен лишь одному человеку во всем проклятом мире Эдгар! Это этой несчастной святой! Весь ты – ЕЕ.
- Ты знала об этом, когда выходила за меня. Понимала, что я не стану сидеть у твоих ног, подобно собаке. В конце концов я другой породы и мои клыки волчьи.
- Но я заслуживала от тебя уважения! – возмутилась она. – Ты обещал мне его.
- А ты обещала верность, но предала меня, как только крест протянул тебе свою спасительную руку, - холодно усмехнулся Эдгар пораженный какой болью вспыхнули воспоминания о том дне.
- Не смей осуждать меня за мою наивность в тот момент, - подскочила Ребекка с кровати подходя к Эдгару. – Твоя семья почти изжила меня со света так я им не нравилась, а ты клялся, что этого не будет. Твои отец и мать возненавидели меня и пытались убить. Из-за тебя мне приходится каждое утро накладывать тонну пудры чтобы выглядеть не как живой труп. Так что не смей меня осуждать. Только не ты. Только не тот, кто не сдержал слово.
- Я защищал тебя как мог, но ты сама рыла себе могилу, - ответил Эдгар. – Никогда не думала, что не стоило называть моего отца психопатом и публично оскорблять его? Или то, что моя мать придёт в ярость если ты будешь говорить от ее имени? Могла хотя бы не жаться с Сириусом по углам или делать это, чтобы никто не видел.
- Ты обвиняешь меня в измене?! – возмутилась девушка. – Я любила тебя идиот! Всем своим сердцем, любила и пыталась создать семью. И знаешь ли после того ужаса что я пережила с тобой, я ни за что не выйду замуж снова, но опускаться до измены, - она поджала губы. – Это не по мне. Чего не скажу о тебе Морэнтэ. И не говори, что я не права, - добавила она, видя, как он хочет оспорить ее слова. – Ты, - Ребекка ткнула пальцем ему в грудь. – Ты не был мне верен.
Повисла пауза.
- И откуда ты узнала? – спросил он спокойно.
- Амар сказал мне, - девушка отступила. – Я знаю про тебя и принцессу уже очень давно, также, как и догадалась что все закончилось незадолго как она исчезла с поле зрения всех в стране.
- Король хотел крови и порока, - Эдгар протер лицо рукой и вздохнул так тяжело, словно печаль всего мира опустилась на его плечи. – Но почему ты сразу не предъявила мне это? Ты могла расторгнуть брак и забрать половину моих денег при этом избавившись от меня. Неужели так хотела фамилию, открывающую все двери? – удивился он.
- Я же сказала тебе Эдгар, - Ребекка окинула его страдальческим взглядом. - Я любила тебя, – она тяжело вздохнула. – К тому же понимала, что все сложно, иначе бы король не вылил на меня чан твоего позора. Когда я увидела вас...
- Увидела?
- Конечно Эдгар, - Ребекка вновь на него взглянула так, будто он, причинил ей невыносимую боль. – Я не поверила бы в подобное на слово. А когда увидела, то помимо разрушительной боли испытала и облегчение. Ты оказался со мной в такой же ловушке, как и я с тобой. Принцесса не могла бы стать для тебя ни успокоением, ни спасением и уже тогда я это понимала, – она сделала паузу прежде, чем продолжить. - Как понимала и то, что ты не захотел бы накидывать на себя очередную петлю. По-правде я знаю, что ты пытался быть хорошим мужем, как и я пыталась быть хорошей женой, но у нас не получилось, - Ребекка заглянула ему поглубже в глаза пытаясь найти там искорки сожалений и к своему удивлению не обнаружила прошлой пугающей пустоты. – Деви пала жертвой игр своего брата, а мы с тобой жертвами любви. Ты всегда любил ту чей шёпот был нашей волей. Было глупо надеяться заменить ее, хоть я очень старалась, оказалась недостаточно хороша. Как ты и сказал: «никто не замет ее».
Эдгар долго молчал. Сделал круг по комнате пока Ребекка пыталась догадаться, о чем он думает. Но парень смотрел себе под ноги и казалось просто считал шаги. А потом остановился возле Ребекки и коснулся ее плеча, чем заставил вздрогнуть. Он заговорил спокойно, но даже не искушённый человек почувствовал бы, как сожаление пропитало его слова.
- Прости меня, - сказал Эдгар. – Мне очень жаль, что я подверг тебя всем этим испытаниям. Как мужу мне полагалось любить тебя и оберегать ото всех, но я не смог ни того, ни другого. Ты была хорошей женой Ребекка. Очень хорошей. О лучшем я и мечтать не мог, но ты права, я всегда любил лишь одну. Но ты для меня сделала больше, чем я заслужил. И за это я благодарен. За твое терпение и поддержку. За то, что не сомневалась во мне куда бы я тебя не посылал. За то, что стойко перенесла все ужасы жизни со мной. И за то, что так долго продержалась, – он вздохнул и улыбнулся. – А ещё спасибо за твою любовь.
Ребекка затаила дыхание потрясённая его напором, а Эдгар словно прочтя ее испуганные мысли наклонился и поцеловал ее в макушку рыжих волос и ушёл. Дверь за ним даже не хлопнула. А Ребекка извлекла для себя урок – никогда не жертвуй собой и всегда будь благодарна.