Глава 62
Молодая красивая женщина с большими карими глазами и чувственными губами. Она мягко улыбается, глядя на меня. В ее взгляде лишь чистота и покорность. Ее голову покрывает полупрозрачный платок, на шее блестит ожерелье. Эта женщина отвечает на мой взгляд тихим согласием. Я вижу ее, а она – меня. Разница лишь в том, что женщина смотрит на меня из книги.
Я отыскала книгу о живописи на одной из полок шкафа со стеклянными дверцами в моей комнате. Там меня и поджидала «Донна Велата», принадлежавшая Рафаэлю Санти.
Я рассматривала портрет и пыталась запомнить каждую его частичку, каждый мазок краски, каждую тень и оттенок. Мне не хотелось быть той невежественной девчонкой, что не знает банальных вещей.
Я все больше убеждалась в своей догадке о розовом турмалине. Сначала я решила, что камень спрятан в гробнице первого правителя Королевства Италия. Но после разговора с папой Паризи поняла, что ошибалась. Сейчас все мои мысли занимало захоронение Рафаэля Санти.
«Здесь покоится великий Рафаэль, при жизни которого природа боялась быть побеждённой, а после его смерти она боялась умереть».
Как чувственно и красиво... Рафаэль, великий художник, внес неоценимый вклад в историю всей Италии. И похоронен он был с соответствующими почестями.
Рафаэль создавал прекрасное и гармонировал с природой. Природа тем временем тоже могла похвастаться своими красотами: зелеными бесконечными лугами, прозрачными блестящими водоемами, рябинового цвета закатами и медовыми восходами. И минеральными камнями, что пестрят цветами, формами и размерами. Еще одно чудо, подаренное нам Мадре Натурой.
Конечно, Рафаэль Санти был похоронен задолго до появления первых турмалинов в Европе. Однако, когда Пантеон обзавелся этой драгоценной вещичкой, ей нужно было найти соответствующее место. И могила великого творца как нельзя лучше подходит на эту роль.
Я перелистывала странички книги, пропуская одну картину за другой. Чужие портреты, натюрморты и пейзажи не слишком захватывали мое внимание. Я думала лишь о том, что же делать дальше.
Возможно, я правильно определила место, где спрятан розовый турмалин. Но как мне его оттуда достать? В своих вылазках в Таранто я всегда продумывала лишь пути отхода да возможности для отвлечения горожан. Сейчас же этого было недостаточно.
«Ночь тысячи лун» — идеальное время для проведения ограбления. Тьма народу, шикарные пестрые костюмы и платья, миллионы горящих фонариков и настроение всепоглощающего, бесконечного веселья. Никто и не заметит очередную девушку, вертящуюся у могилы Рафаэля. А если и заметит – то легко потеряет из виду.
В Таранто я всегда уповала на случай. На каждую вылазку я отправлялась с молитвами Фортуне, и удача никогда от меня не отворачивалась. Если не считать последнее дело с Джулией. Но тогда все было совершенно иначе.
Сейчас у меня нет возможности исследовать Пантеон от пола до потолка. Я не могу туда вернуться и обшмонать все захоронения. Все, что у меня есть, — это собственная смекалка да папа Паризи на первом этаже гостиницы. Вот только достаточно ли этого?
Кажется, пришло время вновь обратиться к Фортуне. Потому что сейчас кроме нее у меня никого нет. И только от госпожи Удачи зависит, спасу я собственную жизнь или нет.
Когда в дверь постучали, я вздрогнула и выплыла из глубокого озера мыслей. Не дожидаясь ответа, внутрь вошел Стефано. Мужчина скосился на книжку, лежащую у меня на коленях, и произнес:
— Решила заняться живописью?
Я пропустила насмешливый тон ведьмака мимо ушей и спросила:
— Что ты знаешь о Рафаэле Санти?
Стефано удивленно вскинул брови и опустился на деревянный стул напротив моей кровати. Я рассказала ведьмаку обо всем, что узнала от папы Паризи, и представила заготовку своего плана.
— Твои... умозаключения имеют место быть, — согласился Стефано, выслушав меня. – Могила Рафаэля – важнейшее место в Пантеоне. К ней каждый день стекаются тысячи приезжих и горожан. Если и искать заряженный чужой энергией камень, то только там.
Я мысленно удивилась тому, что Стефано согласился со мной, но виду не подала. Лишь вновь и вновь рассматривала портрет «Донны Велаты», слушающей нас с немым участием.
— Я могу рассчитывать на твою помощь? – произнесла сипло.
Мне не давали покоя слова, сказанные Стефано в Пантеоне. Ведьмак отчетливо дал мне понять, что поиски розового турмалина полностью ложатся на мои плечи.
В какой-то миг я даже подумала, что Стефано и не собирался меня спасать. Привезти девчонку в Рим и позволить ей умереть по собственной глупости – чем не план? Но я упрямо отгоняла от себя эти мысли. Вряд ли бы ведьмак стал тратить столько сил и времени, чтобы от меня избавиться. Такими темпами он мог оставить меня на дороге с Тринадцатым кланом или бросить где-нибудь в лесу без лошади и припасов.
— А ты сомневаешься?
— Да, — призналась честно.
— После всего, что было?
— Ты не раз выручал меня в пути до Рима, — согласилась я. – Но я помню все, что было в особняке. И вряд ли когда-нибудь забуду.
Стефано смотрел мне в глаза. Его темные брови были нахмурены, взгляд – задумчив. Он всматривался в мое лицо так, словно увидел меня впервые. Будто только что узнал, что у их «кормового зверья» тоже есть чувства.
— Я помогу, — сказал он уверенно. – Не тебе одной нужен розовый турмалин.
Драгоценный камень нужен был мне, чтобы выжить. Стефано он требовался, чтобы снять с себя тяготы давнего долга перед младшим братом. Это был выгодный союз между смертной и ведьмаком: он дарует мне жизнь, а я ему – освобождение.
— После того, как ты снимешь с меня заклятье, турмалин останется таким же сильным камнем? – спросила я с сомнением.
— Да.
— И что ты будешь с ним делать?
— Он станет частью силы моей семьи, — сказал Стефано без обиняков.
— Значит, вам будет еще легче обманывать и убивать.
— Обманывать и убивать? – усмехнулся ведьмак. – Думаешь, моя семья занимается только этим?
— Да, — резко отрезала я. – Ваша магия несет только беды.
Стефано глухо засмеялся. Он пригладил черные волосы и произнес с вызовом:
— Я могу доказать обратное.
— Докажи.
Когда весь свет в комнате угас, а фигура Стефано затерялась в темноте, я испугалась. Я хотела было вскочить с кровати, но не успела и смахнуть с колен книжку.
Щелчок пальцев – и в комнате вновь стало ярко. Мои глаза медленно расширялись от удивления. Я заозиралась по сторонам, глядя на миллионы парящих в воздухе огоньков.
Словно звезды на бескрайнем небе, они мигали и вспыхивали, затухали и растворялись в темноте. Их мягкое теплое свечение напоминало восходящее солнце. Мириады восходов, первых утренних лучей, нежных солнечных прикосновений.
Я поднялась с кровати и медленно протянула руку к одному из огоньков. Мои пальцы боязливо притронулись к светлячку. Тепло поцеловало кожу, и огонек растворился в воздухе.
Стефано тоже поднялся. Он глядел на мое лицо, растянувшееся в изумлении, и едва заметно улыбался. Это была горделивая улыбка. Ведьмак получал удовольствие от моих эмоций, он добился желаемого эффекта. Я не могла прекратить крутить головой из стороны в сторону, касаться волшебных огоньков и чувствовать, как тепло солнечного дня, безоблачного неба и мягкой золотистой травы разливается по телу.
Когда я взглянула на Стефано, хищные черты его лица разгладились. Его глаза цвета виски пылали вместе со светлячками, волосы блестели, а губы дрогнули в мягкой улыбке. Ведьмак словно наблюдал за восторгом ребенка, впервые увидевшего небо.
— Магия – это не только смерть, — произнес он тихо.
Стефано плавно вытянул вперед руку. Она почти касалась моей шеи. Вдруг огоньки заискрились и вихрем потянулись по его предплечью к пальцам, а потом перепрыгнули на меня.
Я изумленно смотрела на свои руки. Маленькие вьюги из волшебных огоньков пылали вокруг моих рук, щекотали щеки и путались в волосах. Мне было тепло и щекотно, я засмеялась от неожиданности. Спокойствие разливалось по телу от нежных прикосновений света.
Я закрыла глаза. А когда открыла – огоньки уже растворились в воздухе. Вновь мигала люстра под самым потолком. От искрящихся всполохов солнца не осталось ни следа. Сразу стало непривычно холодно и темно.
Я вновь взглянула на Стефано. Ведьмак лениво наблюдал за мной. Сейчас его острые скулы и сильная челюсть не казались такими опасными, а темные глаза не вызывали в моей груди первобытного страха.
— Отдыхай, — произнес он тихо. – Завтра важный день для нас обоих.
Ведьмак ушел. Я еще раз оглядела комнату, но больше ничего не выдавало магии, оставшейся от волшебных светлячков. Тогда я легла в кровать, шумно выдохнула холодный воздух и закрыла глаза.
В груди все чувства перевернулись с ног на голову.Я думала о магии, но чувствовала лишь приятное покалывание в пальцах. Думала оСтефано и ощущала совершенно неуместное чувство безопасности. Я знала: что бызавтра ни случилось, я могу положиться и на жестокого кровожадного ведьмака, ина его смертельную магию.