Глава 52
— Храм всех богов. Пантеон.
— Тот, что в Риме?!
— Тот, что в Риме.
— Розовый турмалин находится там?
— Да. Первые турмалины были привезены в Европу из Цейлона в начале восемнадцатого века. Один из них оказался в Пантеоне, и с тех пор находился там. За два столетия в нем накопилось столько силы, сколько ты даже представить себе не можешь. Он способен не только снять с тебя заклятье, но и уничтожить половину Италии.
Когда Кристиан уехал, я почувствовала, будто из меня вырвали частичку сердца. До этого момента мне и не приходилось осознавать, насколько присутствие младшего брата Фарнезе в особняке было для меня важно. Зная, что Кристиан всегда рядом, я чувствовала себя в какой-никакой безопасности. Теперь же вокруг остались одни враги.
Еще я переживала и за самого Кристиана. Их отношения с Маркизом нельзя было назвать образцовыми... Отец и сын, они никогда не проявляли своей любви. Оба скорее относились друг к другу, как к вынужденным соседям. Маркиз видел в сыне лишь слабую человеческую ошибку, а Кристиан в отце – тирана и пленителя Габриэллы. Теперь же их ждала долгая совместная поездка, ровно как и меня со Стефано.
Когда горничные начали возвращаться из города, я спрятала платье Инес под матрас в надежде, что девушка не заметит пропажи. Но, привезя с собой целую кучу новых нарядов, Ящерица и думать забыла о старом дорожном платье темно-бордового цвета. Так я обзавелась новой вещицей.
Полночи я проворочалась в кровати. В голове был сущий бардак. Я не переставая думала о Риме, о предстоящей поездке, о Стефано, с которым мне придется путешествовать рука об руку несколько дней.
Эта мысль казалась сумасшедшей. Еще недавно я запрещала себе и думать о том, чтобы согласиться на предложение ведьмака. Я была готова убить себя, причем таким ужасным способом, лишь бы не идти на уступки семье Фарнезе.
Теперь же лежу в кровати и прячу под матрасом чужое дорожное платье, в котором предам не только свои последние принципы, но и собственную мать.
Но что бы сказала мне мама?.. Если бы она узнала, что я примерила на себя ее страшную судьбу, стала бы твердить, что лучшим решением станет смерть? Не приказала бы она мне принять предложение Стефано, лишь бы я осталась в живых? Или помогла бы мне на озере?..
К счастью или сожалению, на эти вопросы я никогда не найду ответов.
Когда посреди ночи дверь в покои отворилась и тонкий лучик света из коридора проскользил по моим глазам, я тут же выпала из полусна. Щурясь, я посмотрела на соседскую кровать: Инес и Патриция были на своих местах. Обе тихо сопели, не услышав протяжный скрип.
Заметив соседок спящими, я напряглась. Мои глаза тут же устремились к открывшейся двери и различили в проходе два силуэта. Один – низкорослый мужчина с лысиной на затылке. Он вошел первым и остановился у кроватей горничных. Второй – высокий, с широкой спиной в черной рубашке... Это был Стефано Фарнезе.
«Еще ведь совсем рано», — подумала я, вспоминая, что мы договорились встретиться в семь утра.
Но если Стефано пришел за мной, то кто тогда рядом с ним? Неужели ведьмак рискнул посвятить в наши планы кого-то третьего?..
Мужчина в темном костюме, скрывающем полное низкорослое тело, был мне знаком. Его силуэт я уже где-то видела.
Когда старший брат Фарнезе наклонился к кровати Инес и дотронулся рукой до девушки, я поняла, что нежданные ночные гости явились не за мной. Что-то прошептав, Стефано отошел в сторону, а черноволосая горничная медленно поднялась. Она равнодушно скользнула взглядом по мужчинам, встала с кровати и остановилась на месте.
Длинные волосы Инес даже после сна выглядели превосходно. Они водопадами спускались по мерно подымающейся груди. Прямая осанка девушки прибавляла ее силуэту уверенности, словно горничная только и ждала прихода хозяина.
— Можем идти, — резкий голос низкорослого мужичка вдруг дал мне подсказку.
Я вспомнила, как одной из ночей заметила Стеллу в компании Стефано Фарнезе и этого самого мужчины. Они вели горничную в зал для приношений, в котором позже провели ритуал.
Неужели сейчас они пришли за Инес?!
Сердце в груди глухо застучало. Мои глаза забегали по комнате. Если Стефано решил снять заклятие с меня, значит, ему нужна другая жертва. И, кажется, ею станет Инес...
«Санти...» — простонала я про себя. – «Что же делать?»
Меня разрывало на части. Одна часть упрямо твердила, что приношение в жертву Инес обеспечит жизнь мне. Я знала – Ящерица полностью заслужила такую судьбу.
Высокомерная и заносчивая, она измывалась надо мной, над Патрицией и всеми горничными, что не могли дать ей отпор. Инес наслаждалась той крупицей власти, что получила в особняке. Она считала себя почти что одной из семьи Фарнезе, разве что в нелепой черно-белой форме.
Но другая часть... Она напоминала мне, что Инес – точно такой же человек, как и я. Она напоминала, ради чего я начала борьбу с Фарнезе. Мной двигала жажда справедливости. Я стремилась уничтожить магический произвол и сохранить жизни, которые для Фарнезе ничего не значили.
Инес приблизилась к двери. Ее нога ступила на красный ковер коридора, когда я вскочила с кровати. Проклиная саму себя, я все же не смогла оставаться на месте и делать вид, что крепко сплю.
— Стефано! – мой голос прозвучал слишком громко, но ни Патриция, ни Инес его не услышали.
Мужчины резко обернулись. Слуга застыл на месте, равнодушно глядя на меня. Стефано же, оглядев меня с ног до головы, хмуро произнес:
— Ты не спишь.
— Куда вы ее ведете?
— Тебя это не касается, — резко пресек меня Стефано.
Его темная фигура, обрамленная оранжевым свечением коридорных ламп, зловеще нависала надо мной. Я видела блестящие черные глаза, оскал белых зубов и чувствовала первобытный страх всем своим существом.
Тем не менее я приблизилась к Инес и хотела было схватить ее, как Стефано резко одернул меня. Он крепко стиснул мое запястье и вынудил остановиться на месте.
— Не смей лезть, куда не следует, — процедил Стефано сквозь зубы.
Ведьмак почти что рычал от злобы. В полутьме я заметила, как его веки покрылись черной паутинкой вен. Мужчина резко щелкнул пальцами – и его слуга вдруг растворился. Он, подобно пыли, разлетелся на мелкие щепки.
Я, ошарашенно открыв рот, глядела на опустевшее место. Стефано же сжал мою руку так, что кости едва не захрустели, и тряхнул ею.
— Ты хочешь жить или нет? – спросил он зловещим шепотом.
— Не такой ценой, — я попыталась противостоять Стефано, несмотря на то что мои поджилки тряслись от страха. – Я не позволю тебе убивать горничных.
Стефано злобно рассмеялся.
— Ты? Не позволишь мне? Я могу одним движением рук усыпить тебя и пробудить сразу в Пантеоне. Желаешь проверить?
Я плотно сжала побелевшие губы. На угрозы ведьмака мне было нечем ответить.
— Я знаю, что для тебя человеческие жизни ничего не значат. Но никто из горничных не заслужил такой смерти. У всех них есть семьи, возможно, даже дети. Они – обычные девушки, которые пытаются выжить. Ты не знаешь, о чем они мечтают, чем живут и о чем думают. Ты даже не догадываешься, какую боль они могли пережить. Каждая из них – это кусочек вселенной, а не кормовое зверье.
Стефано промолчал. Его глаза внимательно изучали мое лицо: бледное, испуганное и покрывшееся испариной. Но я не отводила ответного взгляда.
— Особняку нужно питаться. Без новой жертвы Маркиз быстро поймет, что я его предал.
— Я все еще остаюсь вашей жертвой, и вы все еще питаетесь мной. Я чувствую это.
Стефано шумно выдохнул. Несколько мгновений он медлил, а потом отпустил мою руку. Запястье тут же засаднило. Мужчина выпрямился и взглянул на Инес. Девушка медленно вернулась в свою кровать.
Я глядела на горничную и не могла поверить, что у меня получилось! Я спасла ее.
Хотя это и была Инес, я все равно чувствовала, что поступила правильно. Она человек, как и я. Значит, я должна ее защищать.
Тем не менее Стефано быстро омрачил вкус победы.
— Я убью ее, когда сниму с тебя заклятье. Ты вылетишь из особняка вместе с моим братцем, и мне больше никто не сможет помешать.
Не дожидаясь моего ответа, Стефано ушел. Он громко хлопнул дверью, однако горничные даже не шелохнулись. Одна я осталась стоять среди комнаты, прижимая к груди ноющую руку и чувствуя, как внутри все пылает.
Я не спасла Инес, а лишь растянула ее предсмертную агонию.